Отчаянное Самолюбие

Хлам...

Хлам...

      Всё тот же старый, прогнивший годами хлам. Настолько, что кажется он был здесь всегда. Трудно в такой свалке найти кусок металла без коррозии, воду без привкуса земли и хлора, а еду без риска получить ленточного червя. Ничего не постоянно, всё может сгореть или сломаться. Но даже так, люди всё ещё живут на этой чёртовой планете, размножаются и организовывают комфортную для себя жизнь. Эх, родная, дружелюбная Депония.       Время близилось к сумеркам, тучи выплывали из горизонта и шли вперёд. У одной из мусорных гор, столь близкой к небольшим городкам, разжигался костёр. Точнее пытался. Вооружённый молотком и палкой с гвоздём, Руфус пытался аккуратно пробить маленький литиевый аккумулятор, однако всё время ёжился вокруг да около, то ракурс подбирая, то момент удачный. Пробивая гвоздём аккумулятор, летели искры, но огонь не желал появляться. Может часть батареи сгнила или её кто-то выпил? Нет, просто этот депонианец бьёт в чёртов металл, где реакция даже под действием хотелки не произойдёт.       Порой, имитируя бурную деятельность, Руфус заглядывался на уставшего, запыхающегося от любой пыли Клетуса, что пытался создать достаточно эффективную ловушку для утконосов. Пока он притворялся этим оболтусом в Элизиуме, было навёрстано достаточное количество литературы, чтобы даже такой высокомерный придурок смог чему-то научиться. Хоть это и не помогло в его тогдашней цели, уровень инженерии Клетуса стал куда выше, но не больше Руфуса, разве что он руководствовался логикой в первую очередь.       - Эй! - оторвал депонианец бывшего инспектора от дела. - Ты там уже скоро?       - Конечно нет, придурок! - грубо ответил элизианец, повернувшись к нему. - Каким образом я могу быстро соорудить ловушку, не имея почти ничего, а?       - Ну я как-то же смог построить ракету на Элизиум! - возразил Руфус, а после ухмыльнулся, ковыряя гвоздём по батарее. - Фиговый из тебя я.       - Ох, ну извините, - с сарказмом и рукой на груди начал свою речь бывший инспектор, закатывая глаза. - Я не настолько сошёл с ума, чтобы дойти до такого безумства как ты, грязная крыса! То же мне, привёл сравнение!       - Мои изобретения абсолютно логичны и гениальны! - негодующее выдал механик, прежде чем отвернуться и продолжить ковырять аккумулятор, а затем снова начал говорить. - Просто ты тупой зануда и не признаёшь их. Как и все в этой чёртовой дыре!       - К мнению других прислушиваться не пробовал? - отвечает Клетус, сжимая в руке заржавевшую пружину, подумывая бросить её в голову. - Я не верю, что тебе никто не сказал, что запускать себя в небо на огромном диске от бензопилы это травмоопасное занятие!       - Бла-бла-бла! А я не верю, что хоть кому-то в этом мире идут розовые трусы!       - Да замолкни ты уже! Я не могу работать в шуме!       - А что? Я задел честь твоих девчачьих трусиков?       С самодовольной улыбкой, будто с лицом победителя, Руфус поворачивается к Клетусу, что смотрит в ответ устало и раздражённо, явно жалея, что он до сих пор общается с этим идиотом. Закатив глаза, элизианец вернулся к работе над ловушкой, гневно что-то бормоча. Он даже не может сосчитать, сколько этот придурок шутил об этом, когда у него не оказывалось никаких аргументов.       Не успел инженер отпраздновать свою маленькую победу, как гвоздь всё таки попал в аккумулятор. Мгновенно устройство заискрилось, задымилось и с ярым рвением загорелось на импровизированном костре из веток, от чего мужчины мгновенно дёрнулись от испуга, взирая на это. Палка с гвоздём полетела в сторону, а сам Руфус, чуть не потеряв свои ноги, отбежал от этой штуки подальше, поближе к своему клону. Он немного неуверенно, но довольно смотрел на это безумное пламы, будто он создал действительно что-то стоящее. Клетус же с опаской поглядывал на это, возвращая взор опять на свою ловушку.       - Если оно рванёт и спалит наше жилище, я позволю Аргусу вырвать твой протез, - уведомил элизианец.       - Не каркай, - переведя взгляд, Руфус заметил, как бывший инспектор уже установил сделанный его руками капкан с небольшим кусочком хлеба для приманки. - Обычный капкан для утконосов? Серьёзно?       Как только последнее слово было произнесено, Клетус резко встал и кинул в клона ту самую пружинку. Его лицо выражало явную усталость и раздражение. Нельзя было хоть как-то описать то, что он испытал после той неудачной попытки самоубийства Руфуса. Его жизнь превратилась в имитирование ненавистного ему человека, от которой он не то что начал сходить с ума, а буквально ехать крышей. У элизианца всё ещё свежо воспоминание, как он смотрел на себя зеркало и пытался вспомнить кто он, буквально сомневаясь в своей личности. На Клетуса взвалилась задача о спасении Элизиума, которую он бы никак не выполнил, даже если бы очень сильно захотел. Ему пришлось бежать с развалин своего дома, молясь, чтобы Гоал посчитала его мертвецом. И теперь, находясь в лагере со своими клонами, бывший инспектор даже спать не может, бесконечно вспоминая всё что было. Он устал от всего. Всё, что сейчас хотел Клетус - нормально поспать и чтобы его все называли уже по имени.       В попытке возразить хоть как-то, элизианец становился ещё злее, желая высказать всё. Но он устал, слишком устал. И желая послать Руфуса нахуй, он лишь ушёл обратно в убежище, перед этим пробормотав.       - Лучше бы ты сдох.

***

      Насыщенный, приятный запах жареного утконосого мяса проник во внутрь убежища, заставляя живот спящего Клетуса заурчать. Элизианец слегка приоткрывает глаза, осознавая, что проспал весь вечер на дырявом матрасе, всё ещё находясь в этой отвратительной и ужасной одежде Руфуса. Хоть она и стала выглядеть лучше после многоразовой стирки и перешивки, отвращение она не перестала вызывать. Только это пальто хоть немного устраивало Клетуса, ведь действительно было тёплым и вместительным.       С трудом встав с матраса, элизианец покачивал к выходу из убежища. Оно само представляла собой дыру в горе мусора, укреплённую балками и листами ДСП, в которой находился другой хлам, уже более личный и необходимый. Вход в этот неказистый дом в виде деревянной двери и шторки был открыт, от чего бывший инспектор почти сразу смог увидеть следующую картину: тёмно-синее небо с еле мерцающими звёздами, на резиновых покрышках у костра сидели Руфус, жадно поедающий зажаренное почти до угля мясо, и Аргус, что давно вернулся со своей очередной вылазки и готовил ещё одну порцию шашлыка. Рядом с последним стояла тележка, набитая с горкой полезного хлама, телами мёртвых утконосов и бутылками с нефильтрованной водой.       - С пробуждением, Клетус, - заметив клона, ровно и без пауз поздоровался Аргус. Его голос стал звучать куда хрипло чем раньше.       - Да-да, доброе утро, - отшутился тот и уселся на свободную покрышку. Он на секунду засомневался, разумное ли это решение сидеть у костра на покрышке, но грязная земля его никогда не привлекала. - Очередной утконос?       - А у тебя другие варианты есть? - возразив, органонец отдаёт ему свежеприготовленный шашлык, только с огня, - Лови крыс, раз хочешь разнообразия. Или заставь огород расти быстрее.       - Как минимум, в журнале по выживанию говорилось про грибы, - взяв мясо, Клетус схватил зубами за самый не подгоревший кусок и, сорвав его с палки, стал пережёвывать. По крайне мере пытался, ибо для такого пижона, мясо утконоса на вкус было как валенок со специями.       - Единственные грибы, которые здесь есть это живые паразиты из того леса, ни более.       - Не, есть нормальные, - ворвался в диалог Руфус, жуя мясо, - Но это надо где-то в домах искать, где ванна особенно.       - Прожуй сначала, крыса ты безкультурная, - элизианец сморщился то ли от слов, то ли от действий депонианца, а после, закатив глаза, обратился обратно к органонцу, - Вылазка как в целом прошла?       - Нормально, - кротко отчеканил Аргус, смотря на Клетуса из под афганки, словно молча пытаясь сказать "отьебись".       С крайне раздражённым вздохом, бывший инспектор откусывает ещё от своего скромного ужина и осматривает клонов. Зная, через что все они втроём прошли, не вериться, что никто из них не двинул коньки.       За все 2 месяца, проведённые на Элизиуме в чужом образе, элизианский клон часто задумывался о том, чтобы прекратить своё существование, лишь бы не носить эти тряпки, не кривить голос, не замечать как прямо высказываются о нём его знакомые. Клетус даже в каком-то смысле рад, что Элизиуму настал конец, ведь притворяться для Гоал он больше не мог. Но после падения, ему пришлось познать депонианскую жизнь, которая совсем не оторвала его от образа Руфуса. На его памяти, никто не смог заметить подвоха, кроме пары его родственников и Аргуса. Элизианцу до сих пор стыдно за свой приступ радости и объятий, когда бывший бейлиф узнал его через столько времени. Чего не скажешь о встрече с Руфусом, который действительно посчитал Клетуса за себя, по неведомой ему только причине, от чего лазурный клон закатил настоящую истерику.       Но признаться, факт выживания механика - самое удивительное чудо света по многим причинам. Если верить словам Руфуса, его в полёте схватила летающая тарелка, и он так понравился инопланетянкам, что они решили наделить его всякими ништяками. Если иметь хоть какие-то мозги, приходишь к очевидному выводу, что депонианец разбился о землю и был полностью парализован. Его нашли в ужасном состоянии, как описывал Док. Позвоночник, руки и ноги были сломаны настолько сильно, что с ними нечего нельзя было сделать, при этом депонианец на половину находился в сознании. Сколько он пролежал так неизвестно, но Док решил ампутировать его конечности и заменить их на механические железные протезы, а поверх позвоночника поставить ещё один протез, почти полностью заменяя его. Был бы красный клон менее везучим, и пришлось бы устанавливать картридж. Но не смотря на все эти мучения, сам Руфус никак не поменялся. Как и был эгоистичной занозой в заднице, так и остался. Да и если эти изменения есть, то вряд ли это можно увидеть, не вглядываясь в каждое его действие.       Вспоминая всё это, Клетус съедает уже половину своего шашлыка и полностью переключает взгляд на Аргуса, что только закончил обжаривать свой ужин. Он потянулся к своей тонкой тканевой афганке и поочерёдно стал отстёгивать переднюю её часть, обнажая своё заштопанное и зашитое лицо, из которого торчали чёрные нитки и скобы от хрен пойми откуда взявшийся в Депонии степлера. Странно, но при падении на землю, единственными критично пострадавшими частями тела Аргуса стали кожа и лицо. Оно полностью обгорело, напоминая кусок прожаренного стейка с кровью. Смутило ли его это? Определённо, но больно ему не было. Потому его решением было заштопать это уродство чем попадётся. Лишь один вид этого уродливого подобия лица заставлял людей в ужасе убегать от органонца. Даже сами органонцы не узнали своего бейлифа. Если не обращать внимание на мелкие переломы рук и отсутствие пары пальцев, то Аргус определённо стал более общительнее и проще, но до конца его натура совсем не исчезла. Клетус всё ещё к этому не привык, только к лицу, однако оно всё ещё может напугать спросонья.       И вот, два инвалида и "Руфус" сидят хрен пойми где, едят дохлых утконосов и пытаются выжить вдобавок, а в перерывах занимаются хернёй. Звучит как анекдот, который, к сожалению, смешным не был. А может и к счастью.       Быстро съев остатки, Руфус первым встаёт с покрышки и со скрежетом в протезах подбегает к тележке, дабы провести свою очередную проверку на полезность всего этого хлама. Механик буквально зарывается с головой в эту груду мусора и вытаскивает всё что видит. Само собой, для такого гения, всё здесь будет бесполезным хламом, не стоящего его хоть какого-то внимания. Остальные два клона никак не реагировали на это, лишь порой поворачивались, чтобы лишний раз посмеяться про себя, а затем продолжали трапезу. Это длилось недолго, пока с громким выкриком "Бухло!" механик не вынырнул из тележки с двумя бутылками кактусовой водки, поднимая их вверх. Клетус сразу поднял голову: если это не что-то токсичное, то им действительно повезло.       - О да! Наконец-то! - вымолвил механик, после чего пустился в пляс, насколько позволяли ему протезы. Шанс бухнуть вызывал в нём куда больше эмоций, чем собственное выживание.       - Бутылки не разбей, олух! - выкрикнул бывший инспектор, кидая палку от мяса в огонь, а после привычно переводя взгляд на бейлифа. - У нас хоть стаканы есть?       - Да, они в комоде, - ответил сухо мужчина.       - Ты хоть уверен, что в них алкоголь? - заподозрил элизианец, пытаясь с расстояния понять закупорены ли бутылки.       - Я их обменял на пару сломанных картриджей и сам видел, как его разливали. Сомнений быть не может. - Аргус даже не поднимал глаза на собеседника, лишь сухо докладывал и смотрел в землю.       - Кутёж! Да здравствует кутёж! Ура, ура, ура! - закончив с танцем, механик удалился в убежище в поиске долгожданных стаканов.       Не стоило даже спорить: все были уверены, что Руфус не умеет пить. И от этого становилось только жутко, ведь либо он под градусом окончательно раскиснет, либо станет ещё большей занозой в заднице. Придётся уследить за этим куском картошки, дабы он не разгромил весь их дом. Нехотя, бывший инспектор собирался встать, однако неожиданно органонец положил руку на его плечо и заставил Клетуса сесть обратно.       - Я не отпускал тебя, инспектор.       - С чего это вдруг? - поинтересовался тот, но почти сразу понял, что ему это сейчас не важно. - Быстрее говори что надо, пока эта крыса полупарализованная мозги себе не вынесла.       - Я был бы этому только рад, - в его голосе послышалась тихая усмешка.       Порыскав по карманам, Аргус достаёт и протягивает своему клону небольшую белую коробочку, что отблёскивала от света костра. Она не была похожа на что-то из Депонии. Словно подарок из сувенирной лавки, в которую бывший инспектор порой захаживал после работы. Он был рад, но вместе с этим и сконфужен. Подарок от бейлифа? Вроде пить ещё не начал, а уже какие-то глюки.       - Откуда ты это взял? Что-то с обломков Элизиума успел украсть? - пошутил Клетус, забирая коробочку и снимая с неё небольшую застёжку.       - Ну да, - честно ответил органонец, наблюдая за чужими руками. - Да и красть там нечего.       Тонкие, хрупкие пальцы неспешно открыли этот подарок и там было то, что заставило элизианца застыть в изумлении. Он быстро поморгал, посмотрел на бейлифа, вновь на коробочку, закрыл, открыл, протёр глаза, снова посмотрел во внутрь. Осознать содержимое этого было трудно, как и то, что такие вещи ещё остались в Депонии и их предлагает органонец, что славится своим холоднокровием и безразличием. Спланировано ли это было или такое предложение возникло в голове клона недавно? Так или иначе, этот намёк был настолько прямым, что его не поймёт только Руфус. Удивление Клетуса не спадало, пока он перебирал варианты в своей голове. Такое не должно вообще было произойти, бывший инспектор даже не думал об этом, а с другой стороны... Почему нет? Это поможет ему расслабиться и почувствовать себя собой в каком-то смысле. В опыте Аргуса в этом деле есть сомнения, но доверял он ему больше, чем той же крысе в убежище. Да и может под алкоголем его лицо не будет выглядеть как кошмар портье. Одно было лишь понятно: Аргус прекрасно понимал, как подкупить такого пижона как он.       - Ну и? - спрашивает клон, видя, как элизианец замолк.       - Ох, бейлиф, - начал он с хитрой улыбкой на лице, демонстративно закрывая подарочек. Спрятав руки в замок, Клетус театрально наклонился на встречу. - Неужто вы, холоднокровный убийца, решили предложить мне такое? Как же вы отчаялись, что решили выбрать меня.       - Ты просто адекватный вариант. - Органонца даже не смутил этот заигрывающий тон. - Не думаю, что этот болван хотя бы тематические журналы смотрел.       - Хах, солидарен, но я польщён. Особенно тем, что ты это знаешь. - признался элизианец - Опыт у тебя есть?       - Да.       - Дай угадаю, с другими органонцами?       - Ты согласен или нет? - сменил тему мужчина, явно не желая говорить о ненужных собеседнику вещах.       - Аргус. - взяв собеседника за плечо, Клетус уверенно посмотрел в его глаза, - Ты бы знал, как это место занизило мою планку. Можешь делать что хочешь, только Руфусом меня не называй.       - Понял. Тогда потом дашь сигнал, - утвердил органонец. Даже такая неловкая тема не вызывала у него смущения. Не понятно плевать ли ему на то что будет или тот просто спокоен.       - Конечно, - встав, элизианец потянул руки верх с лёгким стоном и выгнулся, дав спине приятно хрустнуть. - Про костёр не забудь как заходить будешь.       Обойдя горящий мусор, бывший инспектор мельком взглянул на клона, пытаясь разглядеть его лицо из под афганки, а затем ушёл в это мусорное укрытие, задумываясь о предстоящих событиях этой ночью. Ему было всё равно, но нельзя сказать, что волнения вообще не было. Факт наличия Руфуса рядом во время всего процесса не поднимался, да и как будто их обоих он не смущал.       Шаг в убежище. В нос сразу бросается запах спирта, а в глаза - сидящий на матрасе Руфус с наполовину заполненным гранённым стаканом водки и открытая бутылка с поджогами на горлышке рядом. Удивительно, что бутылка в принципе осталась цела. Кроме гнева, эта депонианская рожа вызывала у Клетуса только чувство отвращения. Он лишь оглядел слегка опьяневший силуэт, что смотрел на него нагло, и, задрав голову вверх, направился к хлипкому комоду. Вновь повернулся к Руфусу. Молчит, лишь смотрит. Но стоит ему заглянуть в один из ящичков...       - Эй, кактус!       Его бледная рука остановилась на пол пути к стаканам, а глаза рефлекторно закатились. Можно было отчётливо услышать тихое "Да хлам, опять".       - Что?       - А на Элизиуме был алкоголь? - спросил механик, поднёс стакан к губам и отпил, после чего сильно сморщился от горечи. Он определённо не умеет пить.       - Да, достаточно. И намного лучше чем это позорище в бутылке. Ты даже представить такого алкоголя не сможешь, - его бледные руки всё же взяли необходимые стаканы, крутя их в руках. Проверив целостность, клон сел рядом на второй матрас, сдвинутый к первому. - Тебе то какое дело?       - Да так, просто, - оправдался Руфус, но передав бутылку, сразу решил признаться, - Ты просто прикинь как там органонцам повезло. Куча качественной алкашки и всё на халяву!       - Ага, если бы! - возразил бывший инспектор, наливая в два стакана примерно столько, сколько получилось бы в нормальном шоте, - Я уверен, что если не вся, то большая часть разбилась! Но, вынужден признать, я бы взглянул на армию пьяных органонцев.       Убрав бутылку в сторону, он кротко, резко выдохнул и разом опустошил содержимое стакана. Вместе с теплом, в организм проникла резкая горечь, вместе с привкусом кактуса и хлора. Подобное не было чем-то необычным для местных, но для всё ещё не привыкшему слабому телу элизианца это было наравне с глотком грязи. Он сразу же закашлял, утыкаясь ртом в локоть по привычке, даже если понимал, что это не имеет смысла. Казалось, что его организм сейчас что-то выплюнет наружу. Эта картина только позабавила Руфуса, заставив засмеяться.       - Ха, лошара! - он показал на Клетуса пальцем, - Сразу видно, кто здесь сосунок!       - Заткнись! - выкрикнул сквозь кашель клон. Он продолжил, когда его кашель сошёл на нет. - Сам тут сидел и кривился!       - Я не кривился! - возразил механик и стал гордо заявлять, - Я просто... Давно не пил, во! К сведению, у меня иммунитет к абсолютно любой выпивке!       - Ох, правда?! - элизианец прищурил глаза, нахмурившись на собутыльника, - Уверен, это досталось от твоей умершей от алкоголизма матушки!       - Эй, неправда! - начал возражать Руфус, пытаясь думать, что у него никогда не получалось. - У меня просто железный селезень!       - Железная печень, кретин! У тебя что, мозги с падением отшибло?       - Всё я правильно сказал! И вообще...       - И вообще, закройте рты, вы оба! - перебил Руфуса Аргус, что появился на пороге убежища. От него веяло жжёным. Кажись, костёр он потушил. - Я уже устал от ваших бесконечных перепалок.       - Не ко мне вопросы, - намекнул бывший инспектор, поставив рядом с собой подготовленный для органонца стакан с напитком.       - Просто признайся, что ты не умеешь пить. - пробубнил депонианец, повторяя свою процедуру с питьём водки.       Сложно описать как бывший бейлиф относится к ним двоим. Он не считал их врагами или друзьями, скорее очередными живыми объектами в его жизни, которых связывали обстоятельства. Всё как учили: люди это насекомые наравне с тараканами, уважение к которым не более чем строгое табу. Нерушимая аксиома любого главнокомандующего и органонца. Любого, кому нужно забыть о любых чувствах как милосердие и сострадание. Дело сменилось лишь недавно, когда бывший бейлиф стал замечать за собой изменения. В компании с клонами, Аргус действительно пытался выслушивать нытьё Клетуса или остерегать Руфуса о происшествиях. Ему правда было не всё равно, что вгоняло в недоумение. Рядом два эгоистичных идиота, которых он терпит и не смеет уйти от них, органонцу они были важны по какой-то неведомой ему причине.       Аргус сел неподалёку: напротив их двоих, образовав небольшой треугольник между ими тремя. Обожжённые, жёсткие пальцы схватили за края стакана, пока другие расстёгивали маску. Почти сразу, без каких-либо колебаний, мужчина одним резким движением залил жгучую воду в свою глотку, почти не чувствуя парфорсный вкус алкоголя. Также резко поставил стакан на пол, с лёгким лязгом. Его лицо оставалось таким же безразличным, но у него появилось сильное желание куда-нибудь сплюнуть.       - Палёная всё-таки, - утвердил он, вытирая то, что осталось на губах.       - Напомни, на что ты обменял? - недовольно спросил элизианец.       - Обменял на пару картриджей, - ответил органонец и, задумавшись, потянулся за бутылкой. - Думаю, продай я ему тех мёртвых людей, получил бы что получше.       - Фу! - сморщился Клетус.       - Что, мерзко с продажи трупов? - Аргус подлил ещё алкоголя, усмехаясь с реакции клона.       - Да, они же воняют! И на ощупь отвратительны! Да и кому вообще нужны мёртвые люди? Пока ещё живых запугивать?       - Ну, их на Чёрном Плавучем рынке продают, - встрял Руфус в разговор, пока Клетус следующим в очереди забирал бутылку. - За них можно много крутых штук получить.       - И какие? - поинтересовался Аргус.       - Они слишком скучные, чтобы я их запоминал. - Депонианец опёрся о невидимую стенку и положил на неё руку, делая вид, что знает о чём говорит. - Кроме пулемёта, там не было ничего интересного.       - Вот и отлично. Как раз продадим тебя на этот пулемёт. - Элизианец подлил себе ещё, но слегка меньше.       - А почему меня-то сразу? - возмутился механик.       - Попробуй угадай, - ответил бывший бейлиф, взглядом указывая на протезы. - Или хочешь подробности?       - Тц, да пошли вы...

***

      Тоненькая свечка в лампадке горит, подтаивая от тепла огня. Это единственный источник света, что даёт ясность этому убогому месту по ночам. Снаружи, за забаррикадированной дверью ещё сильнее стемнело. Капли дождя стучали по крыше, проникая в небольшие щели, под которыми уже стояли какие-то горшки. В воздухе нарастает запах озона и предстоящей ржавчины на металле. По убежищу ходит холод: мерзкий, пронизывающий до самых костей, что редко посещал эту часть Депонии. Если и делал, то вместе с ветром, превращая постукивание по железу в настоящую перестрелку по всему, что встретится на пути. Лишь небольшая мысль, что эти осадки польют огород или дадут пополнить запас редкой в эти дни воды, давало хоть немного облегчения.       На комоде стояли промытые дождевой водой стаканы. Бутылка от алкоголя заняла своё место во дворе, заполняясь водой. Один из скрипучих матрасов был уже полностью занят Руфусом, что негромко похрапывал без задних ног, укутанный в явно украденный где-то пуховик с шерстяным воротником. Он стал депонианцу на родне с его старым пальто, которое носил даже в самую сумасшедшую жару. Сейчас им укрывался Клетус, поджимая к себе колени. Его взгляд уставился в потолок, разглядывая эти неровные, корявые швы.       Когда Элизиум начал падать, он одним из первых побежал к спасательным капсулам. Не смерть пугала его, было лишь желание или надежда сбежать от насильно впихнутой в него личности. Не хотел оставаться дома, жить в мусоре тоже. Он полетел один, с рюкзаком всего, что он мог найти в своём доме. В чужой капсуле, которую нагло украл у семьи с детьми. И как только капсула упала на землю, элизианец убежал прочь, ни на секунду не оглядываясь назад. Порой, когда печаль овладевала бывшим инспектором, что он терпеть не мог, мысли о состоянии Гоал всплывали сами собой. А жива ли она? Где она сейчас? А если умерла? Похоронили ли её под мусором или сами жители этой планеты зарезали? Эта девушка не была частью его сердца, прожить без неё было возможно. Клетус лишь думал о других исходах, которые никогда не произойдут - начиная с решения не брать Гоал на последнюю экспедицию, заканчивая желанием взять свою старую, родную ему одежду перед бегством. И это вызывало в нём только стыд. Он ненавидел проявлять настоящее сопереживание.       - Задумался опять?       Выйдя из бессмысленных раздумий, элизианец быстро нашёл источник этого голоса. Перебиравший недавно найденный хлам Аргус сел на матрас, положив руки на колени. Он пробыл под дождём какое-то время, затаскивая нужные вещи, так что его одежда слегка промокла. Она напоминала чем-то одежду органонцев: длинное, болотного цвета пальто с красным поясом, под ним рубашка и чёрные штаны. От старой формы остались лишь высокие красные ботинки и такого же цвета перчатки. Его тёмные волосы заметно отрасли, часть из них бывший бейлиф отрезал самостоятельно, найдя где-то ножницы для ткани. Получилось не очень ровно, но это его не волновало.       - Нет, в карты играю, - фыркнул в ответ Клетус, убрав руки за голову. - А на что похоже? Да и какое тебе то дело?       - Никакое. Обычно ты уже спишь. - Сняв промокшую обувь, пальто и шапку, мужчина кинул это всё на брезент рядом и упал на матрас, вздыхая. - Опять галлюцинации?       - Мне холодно, придурок. - Элизианец перевернулся на бок лицом к клону, поправляя края своего пальто. - И мне давно уже ничего не мерещится.       - Отлично. А то я уже давно не просыпался от "Не трогай меня, сука ты блядская".       - Это комплимент или недовольство? - он пододвинулся к нему ближе, спрятав руки под импровизированным одеялом.       - Думай как хочешь. Но выглядел ты тогда глупо. - Аргус взглянул на собеседника, заметив его очередное недовольство. - Что? Опять пырнуть хочешь?       - Радуйся, что рядом ничего острого нет.       Усмехнувшись, Клетус постепенно замолк, вспомнив о недавнем разговоре. Теперь возможность интима воспринималась как ещё и способ согреться. Нет причин сомневаться в своих умениях, только алкоголь мог его подвести, что по итогу согрел лишь немного. Он готов был морально, физически им поможет тот подарок, но кажется слова элизианца про низкие стандарты были ложью.       Секс с Аргусом. С Аргусом! С чёртовым органонцем! Подобное действие всегда воспринималось как самое отчаянное. Если тебя поимел органонец, то значит ты находишься у него в плену и ему просто стало скучно избивать тебя изо дня в день. А после этого застрелит тебя, потому что о таких случаях никто никогда не слышал. Органонцы - армия клонов-солдат, походящие больше на роботов, чем на людей. Есть большие сомнения, что обожаемый ими бейлиф не сделает также. Да даже под сомнением то, что у него может встать! И на что у него может встать! Так что, как бы бывший инспектор не говорил, ему нужны явно силы, чтобы перебороть свои предпочтения. Одна лишь вещь смогла дать толчок к этому и сделать этот акт возможным: Аргус, Клетус и Руфус - клоны, и все они очень любят себя.       Вдох. Выдох. Лучше сейчас, пока есть возможность. Уверенными движениями, элизианец усаживается на бёдра Аргуса и прижимает его плечи к матрасу. Со столь близкого расстояния и влияния спиртного, лицо мужчины выглядело любопытно и даже завораживающе.       - Вперёд, - скомандовал Клетус.       - Что вперёд?       - Ублажай меня. - На лице клона появилась самодовольная ухмылка, - Пожалуй, ты был хорошим органонцем, и я могу позволить тобой воспользоваться.       В ответ на это, бывший бейлиф чуть хмыкнул. Его руки обхватили тонкую талию клона и сжали, вызвав у него резкое недоумение. Пальцы с усилием надавливали сквозь слои одежды, что оставят ощутимые синяки на чувствительной коже элизианца.       - Попробуй, - бросил вызов Аргус, после чего поднял спину, усевшись.       - Ты сам это предложил, не обижайся, - цокнул клон, обвив руками чужую шею, - Не сломай мне только ничего.       Не желая слушать последующую речь органонца о чём бы то ни было, Клетус приблизился достаточно и позволил себе первым поцеловать то, что осталось от его губ. Он ласкал их, прикрыв уставшие глаза, к чему почти сразу присоединился его сегодняшний партнёр. Вот он, первый момент за столь долгое время, когда этот бледный клон почувствовал себя желанным и привлекательным. Его руки проникли под одежду и оглаживали новые контуры старого знакомого: плотное, накаченное тело, успевшее потерять в массе, сильные и широкие плечи, бугристая, рельефная от шрамов и ожогов кожа. Движения были нежными, медленными, в отличие от сдержанного Аргуса, чьи руки держались строго на талии его клона, не уходя даже на миллиметр. Они оба активно делали вид, что занимались подобным раньше множество раз.       Как только их губы распрощались друг с другом, бывший бейлиф слегка приподнял голову и прикрыл глаза. Можно было почувствовать лёгкую дрожь, когда руки очерчивали линии его рёбер. Это даже забавляло Клетуса: видеть то, что суровый бейлиф реагировал на столь ласковое обращение к нему было странно мило. Столь маленькая реакция побудила его продолжать, желая узреть как Аргус будет сжиматься от любых ласок и будет умолять погладить его где-то конкретно. Изумительный контраст, которых хочется увидеть, потешить своё эго. Клоны встретились взглядами, прежде чем органонец приблизился к шее и впился в неё зубами, элизианец резко сжался и пискнул от боли. Кто же знал, что Аргус преследовал ту же цель. Отличие было лишь в том, чтобы заставить гордого сноба кричать и хныкать от боли, удовлетворяя уже собственное самолюбие.       - Эй-эй! А ну отцепись, чёртов ты утконос! - негромко выкрикнул Клетус, отодвигая голову мужчины от себя. - Ты что делаешь?!       - Ублажаю, - кротко ответил Аргус.       - Ага, ублажает он! - недовольно повторил за ним бывший инспектор. - Это так не делается! В чём тогда романтика? А где же поцелуи, флирт...       Не дав элизианцу договорить, мужчина хватает его за плечи и переворачивает, тем самым заставляя его лечь на матрас. Со скрипом, клон удивлённо взвизгнул и сконфужено, даже с осуждением, смотрел на нависающего, немного зловещего над ним бывшего бейлифа. Они оба уже совсем не пытались казаться тихими, и возможность разбудить Руфуса их никак не волновала их.       - Я не говорил, что буду ублажать тебя, - объяснил органонец, смотря прямо в глаза. - Я не обязан быть нежным с таким как ты.       Наклонившись, он вновь укусил бледную шею, но сильнее, продавливая до крови своими клыками. Клетус смог сдержаться от болезненного стона, прикусывая свои губы и пытаясь оттолкнуть эту тушу от себя, но уже не получалось.        - Ты всё спланировал... - догадался элизианец. - Думаешь, что раз смазку и презервативы принёс, то можешь делать со мной что захочешь?       - Да. - Аргус ответил честно, без какого-либо сомнения. Он мог бы не использовать этот подарок и не церемониться на счёт прелюдий, но его странное чувство неравнодушия не позволяло это сделать, - Заставь меня подчиниться.       - Ах вот как мы заговорили!       В голове бывшего инспектора почти мгновенно появился план, которого он будет придерживаться. Вновь забравшись под одежду мужчины, его руки стали заново изучать это тело, внимательно останавливаясь и поглаживая те части, на которых органонец громко и резко выдыхал. Как же сладостно это звучало для ушей элизианца. Он готов был покляться, что никакие женские стоны не могли сравниться над этой победой. В свою очередь, мужчина задрал жилетку и рубашку Клетуса, начав покрывать тело болезненными, кровавыми укусами и глубокими царапинами, выдавив тем самым из некогда сдержанного, гордого элизианца скуление и шипение.       Их ласки были похожи на страстное соперничество по выжиманию из друг друга всего, чего они хотели, пытаясь выставить другого слабым, беспомощным. В ход шло всё, что могло заставить издать любой звук. Кончики пальцев, шёпот, поцелуи, укусы, шлепки, царапины от ногтей, удушение, трение или просто взгляды друг на друга. Их тела не вызывали такого интенсивного интереса, их не сильно привлекал характер своего партнёра. Лишь факт происходящего акта и желание собственной удовлетворённости вызывало азарт. Они готовы были убить друг друга и поиметь одновременно. Нежность сражалась с болью, пока прогретые страстью клоны постепенно осознавали, что хотят позволить другому ещё больше. Клетус, для которого раньше любой синяк на его бледной коже был проблемой, словно нарочно стал постанывать громче после очередных укусов, а так же приподнимать одежду, намекая на чистую для меток кожу. Аргус же, не позволявший никому себя даже тронуть пальцем, как будто случайно потираясь о тонкие руки или прижимаясь к ним, порой словно специально направляя руки элизианца куда нужно.       Уже всё равно на то, что было раньше и что будет. Они оба даже не замечают как выглядят, что делают, что говорят и как быстро летит время. Сначала поцелуй, укус, полураздетые тела, растяжка, а затем...       - Эмм... Чуваки?       Внезапный знакомый голос заставил их обоих остановится и замереть. Клетус и Аргус были уже без верха, один покрыт укусами, цепляясь за чужую спину, второй - засосами, до этого врезавшиеся в крепкие бёдра своими. На них двоих смотрела непонимающая физиономия Руфуса. Не совсем ясно в какой момент он проснулся и стал наблюдать, но точно напрашивался вывод, что чьё-то соитие на соседнем матрасе какое-то время не смущало механика и он на это пару минут просто смотрел.       - Ну типо... - продолжил депонианец, когда тишина стала нарастать, - Я не хотел как-то отвлекать, но серьёзно, чё вы делаете?       - Ты... Да какая тебе... Иди спи, таракан! - Слова вырвались у элизианца не сразу. Эта ситуация нервировала его, понимая что и кому ему придётся объяснять.       - Какой ещё спать?! - возмутился механик, присев на матрас. - Вы тут занимаетесь чем-то интересным, а я дрыхнуть должен?       - Да! Если не хочешь дрыхнуть - смотри и завидуй!       - Ну всё, началось... - устало пробормотал про себя Аргус, уже готовый к огромной, долгой словесной перепалке.       - Пха, чему завидовать? - Механик гордо поднял голову. - Вашим странным игрищам утконоса и рыбы?       - Это называется секс, кретин! - Голос Клетуса повысил тон, а его руки стали активно жестикулировать, - Ну, знаешь, вещь, которая тебе никогда не светит!       - У меня он был вообще-то!       - Твоя рука в счёт не идёт!       Это будет очень долго. Определённо. Ссоры этих двоих всегда затягивались на минут 10 так точно. Уровень настойчивости и наглости Руфуса был на том же уровне, как и злоба Клетуса к нему. Перепалки происходили между ними постоянно, по любой мелочи, и редко когда приходили к единому консенсусу. Им обязательно нужно доказать, что именно он прав и неважно в какой они находятся ситуации. Потому, вздохнув, Аргус стал лениво осматривать их убежище, дабы скоротать время до момента, когда эти идиоты прекратят собачиться.       Через время, взгляд зацепился за лежащие рядом с депонианцем протезы ног. Детализированными их не назовёшь, разве что удобными. Ими было легко управлять, из-за чего механик оставался таким же быстрым. Но лёгкими они из-за этого не стали, невозможно не услышать звук этих огромных прямоугольных ступней. Сейчас они отблёскивали от слабого света свечи, покрытые царапинами и небольшим количеством вмятин. Если так подумать, бывший бейлиф никогда не видел Руфуса без протезов полностью, да и не то чтобы он это действительно хотел узреть депонианский самовар.       И в момент, органонец слышит своё имя в споре двух клонов. У него нет даже приблизительного контекста о чём шла речь до этого.       - ...Аргус просто испытал на тебя новый метод пыток, а ты повёлся, лошара! - заявил ехидный Руфус, лишь бы взять на понт. Знал ли он о чём говорил? Да конечно нет. - Я спокойно выдержу!       - Выдержишь, говоришь? - спросил Аргус, с любопытством посмотрев на клона.       Карие глаза механика мигом расширились от удивления, когда мужчина вторгся в разговор. Они несколько раз хлопают. Заинтересованность бывшего бейлифа была очень неожиданной, это застало депонианца врасплох. В его планы определённо не входило отвечать за свои слова. Как минимум ближайший год. На самом деле, Руфус и вправду понимал, что не понимает чем занимались Клетус и Аргус. Первое явление гейского секса собственными глазами. С другой стороны, возвращать слова назад и отказываться означало быть идиотом, а Руфус же не идиот! Поэтому вызов есть вызов!       - Ну... Ну да. - Неуверенность в голосе сменилось на решительность. - Я смогу выстоять твой метод пыток!       - Вот как. - Мужчина интригующе улыбнулся. - Тогда какова ставка?       - Что? Ты соглашаешься? Совсем сдурел? - От немого шока отошёл элизианец, бегая взглядом между двумя клонами. Не совсем понятно к кому именно было обращение, но ответа не последовало. Коитус с депонианцем вызывал у него ещё больше отвращения.       - Хммм... - Механик огляделся по сторонам, задумываясь. - Если я выиграю, то это убежище становится моим!       - Отлично, - согласился органонец без задержек. - Тогда вот тебе условие. Ты выиграешь, если продержишься до конца, ни разу не кончив. Если проиграешь, пойдёшь на следующую вылазку вместо меня.       - Да запросто! Я это и с закрытыми глазами сделаю! - заявил Руфус, уверенно смотря ему в глаза. Он не понял причём тут кончать, но разберётся по ситуации. - Ты пожалеешь, что вообще согласился, ха!       Кривое и косое лицо Аргуса почти ничего ответа на этот трёп. Он прекрасно знал, что он предложил этой крысе. Для спора могло подойти всё что угодно, ведь бывший бейлиф был уверен в проигрыше его никудышного клона. Что-то может пойти не так, что-то может взорваться или воспламениться, но без этого никуда. К его сюрпризам нужно быть морально готовым. Взгляд мужчины опустился на Клетуса, что был явно раздосадован, слегка ревниво смотрел на них двоих. Понять его можно, он ожидал внимания только в свою сторону. Наклонившись, органонец легонько прошептал что-то на ухо своему клону, что поначалу вызвало отвращение на его лице, а затем, дослушав, заставило задумчиво рассматривать перчатки Руфуса. Ему определённая понравилась эта идея, даже учитывая то, что ему придётся делать.       - Ладно, - выдохнул мужчина, отошёл от элизианца, вытащив своё достоинство, и посмотрел на механика, - Штаны и перчатки снимай.       - А? Зачем? - спросил он.       - Ну можно и в рот, - предложил с шуткой в голосе вылезающий из под Аргуса Клетус, подтягивая своё блеклое розовое бельё. - Тоже совсем не больно.       - Окей, в рот звучит стрёмно. - Сделав выводы, красный клон медленно стягивал всё сказанное.

***

      Ливень всё не прекращался. Догорающая свеча стала ближе к ним троим, её замена лежала рядом. Не прошло и часа, как необходимые позиции были заняты. Оголённый парень лежал без низа и с поднятой футболкой на коленях сзади сидящего элизианца. Держа его тело в перчатках, он наблюдал за действиями мужчины напротив, что проводил руками по видавшему многое телу. Нефигуристое, с небольшим лишним весом, с огромным количеством мелких родинок и увечий, полученных явно от сумасшедших планов и неудачных попытках спалить свой дом. Это немного загорелое, покрытое веснушками грязи тело легонько дрожало, не зная, что его ждёт. Аргуса это не сильно заинтересовало, руки он убрал быстро, а вот бывший инспектор немного завис, изучая эти шрамы, ожоги, синяки, ссадины, швы и что только не. Его всегда овладевал интерес к таким следам. Хотелось бы ему их потрогать и ощутить текстуру, если бы он не был брезгливым снобом, а Руфус - хоть немного чистоплотным.       - Это ещё что? - спрашивает Клетус, пытаясь понять что это за пятно на боку механика.       - Что? - отозвался тот.       - Вот это. - Он указывает мизинцем на небольшой розово-жёлтый овал в области рядом с прессом.       - А, это! - Руфус приободрился, убрав переживания в сторону. - Да меня как-то раз укусил... Ай!       Резкий вскрик. Во внутрь ещё тёплого парня входят два толстых пальца, покрытые прохладной смазкой. Они медленно, мучительно проникли во внутрь, проходясь по мягким стенкам. Ноги клона дёрнулись, двинувшись наверх от дискомфорта. Схватившись металлическими руками за перчатки Клетуса, Руфус внезапно замолк, пытаясь понять происходящее. Кажется, он примерно осознавал своё положение, но уже поздно отнекиваться. Необычное тепло нарастало внутри под животом, постепенно распространяясь до самых кончиков ушей. Руки в перчатках спустились и провели в области рёбер, заставив депонианца промычать и вздрогнуть. Тело невольно сжалось, а его лежавший на боку член начал набухать.       - Это... Это обязательно? - спросил Руфус немного растеряно, на что бывший бейлиф лишь угукнул.       - Что такое? Что тебя смущает? Это ведь всего лишь пальцы, - насмешливо спросил Клетус, вновь проведя по его рёбрам.       Неожиданно, механик снова замолкает, не дав ответ. Дрожь пробегает по сломанному позвоночнику, заставляя его выгнуть и обеспечив приток крови к щекам. Пока механические руки красного клона подёргивались, его глаза были сосредоточены лишь на руках органонца, пытаясь понять его движения. В голове - непрерывная и странная мысль, что после пальцев пойдёт пистолет. Порой, Руфус прикусывал свою губу, сдерживал внутри себя любое мычание, когда пальцы тактично надавливали на чувствительную точку внутри, и от этого его возбуждённый орган слегка дёргался. Ему уже не было больно как в начале, лишь осталось недопонимание. Это действительно кому-то нравится? И он от этого должен кончить? Серьёзно? Нет, было конечно приятно, но будто бы обычная дрочка доставляла ему больше удовольствия.       В свою очередь, бывший инспектор наслаждался этим бесподобным видом теряющего уверенность клона, возбуждаясь от этого зрелища. Как же прелестно доводить гордых мужчин и превращать их до ласково послушных мальчиков. Слышать их попытки скрыть удовольствие, видеть, как они сжимаются и дрожать... Это частично перекрывало внутреннюю зависть и желание поменяться со своим клоном местами. В голове гуляет чудесная мысль, что раз уж они клоны, то их предпочтения тоже могли быть одинаковыми. Касаемо боли. Если это так, то Клетус может нанести увечья ненавистному человеку и остаться в итоге безнаказанным.       Думать над способом долго не пришлось. Удерживая красного клона одной рукой, вторая рука элизианца обхватила спрятанную под платком шею и с силой сдавила её, заставив Руфуса ахнуть от неожиданности. Его металлические пальцы вцепились в руки лазурного клона, сумев лишь со скрипучим звуком сжать ткань. Депонианец открыл рот, дабы вдохнуть даже мизерную долю воздуха, но получалось лишь тихо хрипеть, пока глаза закрывались от накатывающего кислородного голодания. Ох, какое же это расслабляющее зрелище! Придушить того, кого ты так долго терпел, может даже если это не надолго.       Эту картину успел заметить Аргус. Закончив с подготовкой, он лишь на секунду поднял взгляд на тех двоих, совершенно не слыша происходящее ранее, и застыл, видя как бывший инспектор с блаженной улыбкой душит механика. Момент. Он теперь тоже улыбается. Это заставило его вспомнить, как минутами назад также душил этого наглого сноба.       - А ты учишься быстрее, чем я предполагал, - похвалил органонец. Было совсем необычно слышать от него такое.       - Как мило слышать это от вас, мой дорогой Бейлиф, - ответил Клетус на такую доброту в свой адрес, гордый собой.       - Ага. - Синий клон никогда не мог ассоциировать это прозвище с чем-то эротичным, но он правда пытался. Его улыбка сразу сползла, снова взглянув на состояние Руфуса, а интонация перешла в сарказм. - И кажется, вы стараетесь слишком хорошо, мой драгоценный инспектор.       Быстрый взгляд клона на механика дал такой же быстрый отчёт: он сейчас действительно мог сейчас задохнуться. Рука элизианца быстро ослабила хватку, и в ту же секунду, почти задушенный парень громко стал вбирать кислород в лёгкие. Кашель. Он умело забирает необходимое в лёгкие, а затем, отдышавшись, кладёт голову на плечо Клетуса, оставляя глаза приоткрытыми. Рёбра болели, а по телу прошли мурашки. Это могло бы выглядеть как облегчение, но это далеко не так.       - Ещё разок... - жалобно простонал механик, не следя за словами. Элизианец удивился этому, но виду не подал, решил сразу этим воспользоваться.       - Нет-нет! - усмехнулся он. - Тебе нужно сказать волшебное слово.       - Абракадабра? - предположил слегка затуманенный красный клон.       - Да не... О Совет Старейшин, очевидно, что нет! - бывший инспектор закатывает от тупости глаза. - Другое!       - Алласизам? Пибиди-пабиди-бу?       - Да нет же!       - А какое, блин? - возмутился Руфус. - Харе гадать и просто скажи, зануда!       Словесная перепалка. Ещё одна. Уже третья, которую Аргус сегодня застал. Сколько уже можно? Они действительно не могут с друг другом иначе? Неужели им правда нужно постоянно провоцировать, чтобы поговорить? Подобных провокаторов в армии органонцев наказывали, и бывший бейлиф же знает, что подобный метод на этих клонах не пройдёт.       Выдохнув, мужчина решился на постыдный, но действенный в его голове поступок. Его голова опустилась ниже, к животу механика, а его руки дотронулись до бёдер элизианца, заставляя его отвлечься. Дождавшись заставших на нём взглядов, синий клон, опустившись к жаждущей прикосновений монтировке любви депонианца, вытащил язык и медленно лизнул член от самого основания до головки. Его глаза чётко смотрели вверх, на реакцию Руфуса, что не смог сдержать стон вместе со сдавленным вздохом, и на реакцию Клетуса, что зардевшись, словно заворожённый смотрел на всю эту картину. Они оба замолкли, пытаясь поверить в происходящее. Убедившись, что эти двое идиотов всё ещё смотрят на него, Аргус поднялся, подняв голову вровень с их лицами, и сказал то, что могло сработать. Его голос слегка колебался, но был чётким.       - Если продержитесь без очередных скандалов до конца, я сделаю каждому из вас минет. В любое время.       Ответ не заставил себя долго ждать. Лазурный и красный клон почти одновременно кивнули головой, второй даже несколько раз. Кажется, в их головах разом прошла одна и та же мысль, заставив возбудиться ещё сильнее. Да, органонец попал прямо в точку.       - Значит договорились, - заключил Аргус и приблизился, дабы наконец-то приступить к основной части.       Никто уже не обращал внимания на холод в этом подобии дома. Нарастающего тепла от собственного тела и двух других хватало, чтобы согреться. Чужое дыхание воспринималось как обжигающий кожу воздух. Ничего больше не заботило их. Прижавшись друг к другу, они выдохнули разом от необъятного жара. Протезы лишь оставались холодными, вызывая мурашки при случайном прикосновении с кожей.       Обхватив массивными руками их двоих, синий клон одним толчком бёдер заставил Руфуса сжаться, сдержанно проскулив сквозь губы. Его спина невольно повалилась на Клетуса, что сейчас мог только наслаждаться звуками. Вновь толчок. Механик вздрагивает, задумавшись пытки ли это и стоит ли сдерживаться от этих странных звуков. На последнее не приходится искать ответ: изящный пальчик элизианца становится между его зубов. Всё уже решили за него, под ритмичные движения, под звуки мягких шлепков и выдохов, разжигая внутри что-то новое. Руфусу оставалось лишь посматривать на своих клонов и сдерживать себя, дабы пройти этот метод пыток. Или нет? Или это что-то другое? Он всё ещё сомневался.       Обездоленный вниманием лазурный клон продолжал вкушать прелестные звуки двух клонов, недовольный, что ему уделяют малую толику ухаживаний. Даже он сам не в состоянии дотронутся до себя, держа этого... даже подходящего оскорбления не лезет в голову. Как же его возбуждал этот непривычный образ его депонианца и его органонца, жаждал удовлетворить себя физически, что раздражало его ещё больше. Бывший инспектор готов был вжаться зубами в плечо механика, а сейчас лишь, ускоряя весь этот процесс, поглаживает его половой член - почти полную копию его собственного.       - Я... - Руфус на секунду замялся в попытках сформулировать фразу заранее, что удаётся не сразу. - Слушайте... Я сейчас должен ощущать себя таким грязным?       - Обязан, - отвечает сквозь вздохи Аргус, сжимая пальцами бока элизианца. Он усмехнулся, внимая в глаза его "испытуемого". - Потому что ты всегда был и будешь грязной псиной.       - Я...! - Пытаясь ответить, механик сглатывает и решает не думать на этот раз, смотря в глаза в ответ. - Ну и какого это - трахать псин?       - Изумительно, - говорит органонец решительно, словно не замечая подвоха. Синий клон звучит серьёзно, будто озвучивающий генералу очередной доклад. - Если бы меня ничего не сдерживало, я бы заставил тебя иметь мою ногу, пока я не буду доволен.       - Какие же вы оба придурки... - заключил Клетус сквозь зубы, явно не в восторге от данного диалога.       - Ты хотел одного из этих придурков пару минут назад, - подметил синий клон.       - Меня вынудили стресс и алкоголь, - пытался оправдаться бывший инспектор, хотя осознавал, что никто из них троих не ведёт себя так уж и пьяно.       - Тогда! Тогда...       В попытке найти аргументы, красный клон осматривается по сторонам и, опустив голову вниз, замечает залитый кровью член элизианца, что легонько подёргивался и ныл от возбуждения. Его ноги ёрзали на месте, обеспечить хоть немного трения для себя. Заметно это было, это точно. Механику стало как-то чуть-чуть, совсем малость, немного, на капельку жалко этого сноба. Потому, спустившись со своей эгоистичной колокольни, депонианец завёл свою руку за спину лазурного клона, и когда его механическая ладонь оказалась у бледных боков, она схватилась за его тёплый лазурный жезл. Негромкий выкрик от неожиданности и резкого холода. Клетус явно этого не ожидал.       - Ч-что ты творишь, ирод? - с небольшим запинанием спросил он, встревоженно смотря на лежащего на нём инвалида.       - Ну... - протянул Руфус, приходя в себя и поглядывая на органонца, что остановился и повернул механика на бок. - Мне показалось, что если тебе подрочить, ты перестанешь быть таким занудой.       - Что ты...       Бывший инспектор прервал себя сам, заметив беглый взгляд Аргуса на него. Точно, обещание. Оно было слишком манящим, чтобы нарушать его из-за такой мелкой вещи. Да и он, как никак, нуждался в разрядке и прикосновениях. Его тело было слишком слабо, чтобы противиться таким проявлениям заботы. Элизианцы были хоть и привередливыми, но очень нежными. Святая граната, неужели нет другого способа расслабиться? Выдохнув с ноткой поражения, Клетус похлопал легонько по загорелой шее и закатил глаза.       - Можешь проверить свою догадку.       Сглотнув, он прикрыл глаза и сглотнул. Сомнения заполонили его голову, ведь доверять этому придурку можно было в последнюю очередь. Однако, ощутив прилив удовольствия, пришло понимание, что боялся он зря. Холодная, ненастоящая рука постепенно водила верх-вниз, крепко сжимая тёплую плоть у головки. В полустоне, лазурный клон приоткрывает один глаз и видит сконцентрированное лицо Руфуса, словно ему было правда не наплевать на свои действия. Удивительно. На памяти Клетуса, он никогда таким не был. Он действительно заботился о том, чтобы ему было приятно. Может механик хотел таким образом как-то впечатлить его? Это выглядело даже мило, заставив тем самым бывшего инспектора совершать уже свои движения рукой нежнее.       - Неплохо, - с удивлением прошептал элизианец, а после кротко и мягко усмехнулся, - Хороший пёсик. Возьми скипетр моей власти покрепче...       Подняв глаза, в голову парня ударила решимость. Кажется, что этот ответ и эти "издевательства" над ним помогли убрать его стеснение и действовать более чётко, без каких-либо сомнений. Обхватив член бледного клона сильнее, Руфус наклонился к шее и несколько раз провёл по ней языком. Не знамо зачем, он просто видел, что так делали. Этот контраст тёплого языка и холодной руки вскружил голову бывшему инспектору, что тот даже не замечал, что этот грязный депонианец заражает его микробами. Алкоголь всё таки действовал на них. Отвечая на столь приятные ласки, его рука сжала чужое горло, постепенно перекрывая воздух механику и контролируя его дыхание, заводя тем самым ещё больше. Такой необыкновенный переход, что Аргус невольно засмотрелся на это с самого начала, видя, как два упёртых барана нашли общий язык. Даже таким странным образом.       Жаль, что с этим нужно заканчивать. Подняв то, что осталось от ног красного клона, органонец резко проскользнул между ними, входя во всю длину. Сквозь исчезающих воздух, механик проскулил, прежде чем рука на его шее ненадолго ослабла.       - Пора уже закругляться, - предложил мужчина, украдкой взглянув на почти растаявшую свечу, чей огонёк скоро достигнет краёв лампадки.       Эти слова заставили Руфуса нервно ойкнуть. Он и так не понимает каким образом совокупность всех этих непонятных действий привела его к возбуждению, так ещё это должно как-то закругляться. Его знаний о коитусе определённо не хватало. У него был лишь раз с Тони и не раз со своей рукой. Странная двойственность его чувств, из сомнения и желания большего, пугала, но не была поводом сдаться. И в этот момент, механик понимает, что это секс. Они занимаются сексом. Мужским. Твою же ш мать.        Зажмурившись от первого толчка, тело красного клона сильнее прижалось к лазурному. Из губ вылетело шипение, а внутри всё сжалось, неосознанно доставив органонцу ещё больше удовольствия. С каждым новым ударом бёдрами, депонианец лишь сильнее прикусывал губу, стараясь продержаться как можно дольше, и придумывал план как победить в этой "пытке". Этот процесс происходил куда дольше из-за дополнительной ласки и нехватки кислорода.       Его протез сбивается с ритма и постепенно замедляется, пока не останавливается окончательно, крепко сжимая член бывшего инспектора, чему он не был рад. Он уже приближался к эйфории и небесам, ведь ограничений в его сторону никаких не было. Вопросительно взглянув, Клетус хмыкнул и кивком намекнул на то, что ему всё ещё нужно внимание. В плывущем разуме Руфуса, этот жест ничего не значил, и в голову не пришло ничего лучше, чем протянуть механическую ладонь вниз и сжать небольшой мешочек элизианца. Это было прямым попаданием.       Зажмурившись, он с протяжным стоном испачкал свои колени белым, с силой сдавливая горло механика. Внезапный приступ кашля. Это было настолько сильно, что любые попытки вдохнуть вызывали лишь тихое хрипение. Тело расслабляется слишком быстро, а взгляд начинает замыливаться. Темнота постигла весь взор, кожа становится неосязаемой, пока в ушах был лишь писк с еле различимыми словами Аргуса на фоне. Последнее, что Руфус успевает увидеть - приближающееся к нему лицо Клетуса, что пытался рассмотреть слегка посиневшее лицо клона.

***

      Свобода. И снова горящие лёгкие смогут восполнить недостающий запас воздуха. Механик постепенно приходит в себя, ощущая, что он лежит на мягком и упругом. В мышцах лёгкое онемение, а писк постепенно пропадает, давая услышать скрип матраса и удаляющиеся шаги за ним. Голова тяжёлая, с трудом поднимается вместе с телом, и Руфус осознаёт, что всё закончилось. Его живот, прикрытый тряпкой, испачкан в белой жидкости, а на шее ощущалось лёгкое жжение. Там остался синяк и отметины от ногтей. Видимо Клетус переборщил с силой и душил его настолько долго, что тот потерял сознание. Не то чтобы депонианцу это не понравилось, но предупредить всё-таки стоило.       Поморгав и немного поелозив тряпкой, красный клон оттолкнулся от пружин и сел, полностью приходя в себя. Ничего почти не изменилось. Из-за общей монотонности казалось, что прошло несколько часов, благо это было в корни не так. В глаза сразу бросилась открытая дверь, дав немного света убежищу сквозь полупрозрачную шторку. Всё так же лил дождь. Клетуса не было рядом, значит вышел. Вряд ли чтобы освежиться.       Взор упал на Аргуса. Сидя на соседнем матрасе с пальто на плечах, он замер как гранитная статуя, задумчивая смотря на стену. Лишь моргание свидетельствовало о живости. Такое случалось часто, если не постоянно, когда бывший бейлиф уходил в раздумья. Сотканное лицо почти ничего не выражало, так что понять ход мыслей было сложно. И выглядел привычно, лишь блестящая от пота кожа осталась после соития. Значит прошло не так много времени после отруба.       Начать диалог стало сложнее. Депонианец не знал как правильно отнестись к произошедшему, стало даже немного неловко. Вроде главным приоритетом должно быть полученное удовольствие, но теперь, после соития, это делало взаимоотношения между ними сложнее. Обычно механику редко нравилось отношение его клонов: элизианец казался ему занудной крысой, которая только и делает что жалуется и умничает, а органонец - плосколобым маньяком, не воспринимающий любые его шутки. Но теперь... Это их делает любовниками? Или это просто перепихон на одну ночь? Они враги, сожители, друзья или кто? Это как работает? Или с клонами не считается? А ведь диалог начать надо, чтобы понять кто выиграл. Руфусу только и оставалось отвести взгляд и сжать губы, прежде чем через силу найти слова.       - Аргус?       - Слушаю, - отозвался синий клон.       - Так это... - парень ненадолго замолк, - кто выиграл то в итоге?       - Я, - отчеканив, Аргус повернул к собеседнику голову. - Ты сдался почти сразу же после инспектора.       - Так нечестно! - возмутившись, механик надул губы. - Меня душили!       - И что? Я не говорил о том, что это будет честный вызов.       Негромкий фырк. Выругавшись про себя, красный клон резво надел недостающие тряпки и недовольно плюхнулся обратно на матрас, укрываясь курткой. Он снова смотрит на органонца и его взгляд смягчается.       - А мы всё ещё друзья? - спрашивает Руфус.       - Мы ими были? - отвечает бывший бейлиф вопросом.       - Почему нет? Мы вместе выживаем, бродим куда-то, воруем всякое.       - Это ничего не значит, - отмазался Аргус, наврав. - Мы лишь попутчики с общей целью.       - Не думаю, что попутчики занимаются сексом. - Съязвив, механик убрал руки за голову, на что синий клон поднял брови. Ему казалось, что Руфус этого не понимал.       - Тебя это только сейчас смущает?       В диалог резко вошёл уставший Клетус, что вернулся с улицы в полностью застёгнутом пальто. Он ненадолго отходил, чтобы помыть под дождём штаны, которые он теперь держал в руках. Чистоплотность элизианца никуда не делась: хоть и приходилось снижать планку, но ходить в грязных штанах было всё ещё непозволительно. Особенно после такого позора. Он ожидал от себя куда большей выдержки. Закрыв дверь, лазурный клон прошёл вперёд, одновременно жалуясь:       - Что ты за придурок, Руфус, а! Отсчёт к бомбе запускать мы можем не думая, а на такую ерунду мозг включаем.       - Это обычный вопрос, - вступился за механика органонец.       - Вот именно! - согласился красный клон. - Просто хочется... Ну, понять кто мы теперь друг другу. Типо, мы получается уже не враги?       Вздохнув, бывший инспектор ничего не ответил и прошёл к натянутой вдоль стенки верёвке, на которой обычно сушили либо одежду, либо непонятные тряпки из мусора. Парень отвернулся от них: он и сам не хотел задавать себе этот вопрос. Как будто у него есть другой выбор в интимном плане... Всё, что он желал - удовлетворить себя. Он это и получил. Другие тоже, определённо, он готов был покляться.       Однако вопрос Руфуса не был глупым, даже на удивлением логичным. Это могло бы быть временным перемирием, если бы не прошло так много времени. Ненависть Клетуса к механику будет всегда, смотря ни на что. Однако теперь, когда этот троглодит показал себя с другой стороны, неприязнь смягчилась, хоть и немного. Тоже самое касалось и Аргуса, просто с ним было находится легче. Менять подобное отношение не имело смысла. Всё необходимое для выживания есть, а больше он никогда не получит. Бывшему инспектору было важно остаться с кем-то в этом ржавом мире мусора и помоев. Даже если это были такие экземпляры.       - Думай как хочешь, - выпалил Клетус сквозь зубы и повесил штаны на верёвку.       - Понятно, ничего от вас не дождёшься. Как обычно, никакой помощи. - Прошептав, механик обиженно прикрыл курткой своё лицо, оставшись со своими вопросами в голове.       Пройдя немного, элизианец лёг на один из матрасов, завернувшись в пальто посильнее. Следовало бы спросить органонца почему он вообще возжелал интима и почему он в принципе знает как это делать, но желание резко отпало. Да и после этого внезапного тройничка, моральные силы иссякли, даже если Клетус почти ничего не делал. Секс с настоящими людьми представлялся совершенно по-другому, ведь до этого случая, единственными половыми партнёрами лазурного клона были только роботы. Он никогда об этом не рассказывал, лишь лгал окружающим о реальном опыте.       Минуты молчания. Бывший бейлиф тоже решил лечь, так же прикрывшись своей верхней одеждой. Ему было нечего сказать. Тихо цокнув, его взор остановился на потолке, обдумывая последствия. Синему клону ещё предстоит понять почему его восприятие этих двоих поменялось. Он неоднократно видел, как органонцы насмешливо повторяли жесты депонианцев, порой осознанно. Из них выделялась одна парочка, что взяла эти странные повадки за основу: всё начиналось с обычных обзывательств, продолжилось ласковыми словами и касаниям рук, а затем чем-то большим. Они действительно сблизились, перейдя тем самым черту и получив статус дефектных. Это событие застряло в голове синего клона надолго, стремясь провести аналогию с Клетусом и Руфусом. Хотя... Нет, бред какой-то. Он явно преувеличивает. Возможно всё это было зря.

А на улице всё ещё шёл дождь...