Никаких обещаний

В комнате было слишком шумно от мыслей Кевина. Эндрю видел это по тому, как дергалась жилка на его шее, как он мерил шагами пространство, сжимая в пальцах невидимую клюшку. Кевин Дэй был ходячим воплощением тревожного расстройства, пока дело не доходило до двух вещей: экси и секса. — Хватит, — коротко бросил Эндрю, сидя на краю кровати. Кевин замер. Его взгляд, лихорадочный и тяжелый, сфокусировался на Эндрю. В этом взгляде не было нежности — только голод и потребность заземлиться. — Да или нет? — голос Кевина звучал хрипло, почти надтреснуто. Эндрю медленно кивнул, не сводя с него глаз. — С тобой — всегда «да», Кевин. Пока я не скажу обратное. Когда Кевин толкал его на матрас, в этом не было грации. Была только грубая, почти отчаянная сила. Эндрю нравилось, как вес Кевина придавливает его к реальности. Кевин не умел делать что-то наполовину: если он брался за дело, он выжимал из себя и партнера всё. Его пальцы впились в бедра Эндрю, оставляя бледные пятна, которые позже станут синяками. Кевин входил в него медленно, сдерживая рычание, глядя прямо в глаза — Эндрю требовал этого визуального контакта. Он хотел видеть, как ломается самообладание «короля экси». Вскоре темп сбился. Кевин двигался резко, глубоко, каждый толчок выбивал из Эндрю рваный выдох. Эндрю закинул ноги ему на плечи, притягивая ближе, заставляя Кевина захлебываться этим моментом. Для Кевина это было единственное место, где он не должен был быть идеальным. Здесь он мог быть животным. Здесь он мог просто брать. Эндрю вцепился пальцами в загривок Кевина, чувствуя кожей его пот и жар. Мир сузился до скрипа кровати и тяжелого дыхания. Когда Кевин наконец сорвался, выкрикивая имя Эндрю в подушку, Эндрю лишь крепче сжал кольцо рук, позволяя этой волне чужой одержимости накрыть их обоих.