Первая ошибка марта

Главная ошибка марта

Девочка семнадцати лет шла по серым улицам Казани. Оттепель наступила рано, снег сползал с засушенной травы медленно, но верно, смешиваясь с грязью и пылью, практически прилипал к ботинкам прохожих. В воздухе почему-то пахло бензином. Именно этому знаку судьбы Вера Юсупова не придала никакого значения, хотя стоило. Когда запах бензина сменился на запах едкого дыма сигарет, девочка быстро вернулась в реальность из бесконечного потока мыслей в своей совсем юной голове. Она повернула голову налево, устремив свой взгляд на коробок спичек, который держала в своих руках подруга по имени Лера. Блондинка прикурила сигарету и первый выдох затяжки сделала прямо в сторону лица подружки. -Фу, Лер, я ж говорила в лицо мне не дымить! - Вера отшатнулась от подруги. -Ой, подруга, извиняюсь. - говор светловолосой больше напоиинал на арестантский. Будто та не обыкновенная школьница, а звезда шансона. Такого шарма добавлял её прокуренный, совсем не детский голос. Девушки завернули в арку дома, путь через которую они держали к школе. Как только они приблизились к арке, они увидели, как прямо на них бежит табун молодых людей. Человек тридцать галдели, пыхтели, выкрикивали локальные лозунги, которые было тяжело разобрать на адекватную человеческую речь, кто-то спотыкался о неровности казанского асфальта и падал. Лера сообразила быстро и прислонилась спиной к стене дома, а вот Вера не успела сделать того же в силу недосыпа от перечитывания своих рукописей. Юсупова почувствовала, как что-то тяжелое толкает её в плечо и валит на мокрый асфальт. Она опустила свой взгляд на брюки, которые мгновенно пропитались грязной серой водой от луж. Осознав ситуацию, она приподняла веки и увидела перед собой крепкую мужскую руку. Костяшки руки были сбиты и на них красовалась запекшаяся кровь, множественные шрамы и ссадины. Подняв взгляд ещё выше, она увидела парня, тянувшего ту самую руку. Серо-зеленые глаза, русые короткие кудри, широкий нос, густые темные брови и самая настоящая, свежая рана на скуле, от которой сочилась кровь и маленькими каплями стекала по щеке. Осознав то самое «и», Вера проигнорировала помощь. Поднявшись самостоятельно, девушка схватила край куртки светловолосой подруги и потащила её прямо, не оборачиваясь. Лера пару раз повернула голову в сторону благородного спасителя своей подруги, а затем нервно рассмеялась. -Так это ж Валерка Туркин! Универсамовский красавчик. - та цокнула, выражая свое восхищение. - Ага, бандит обыкновенный. - недовольным голосом обозначила Вера. - А ты его вообще откуда знаешь? - эту фразу девушка произнесла удивленно, ведь переживала за подругу и боялась, что та свяжется с каким-нибудь группировщиком. -Так это кент Марата Суворова, он постоянно забирает его со школы на том чёрном немце - Под словом «немец» Валерия подразумевала старую машину марки «bmw». Вера ничего не ответила на слова подруги, лишь закатила глаза. В голове гудел белый шум, глаза слипались от дикого желания увидеть сон хотя бы на полчаса.

***

Вера поднялась на второй этаж школы по каменной лестнице и прошла несколько метров до кабинета Марьяны Викторовны. У учительницы русского языка и литературы в это время было свободно, поэтому та радушно приняла Юсупову. -Здравствуйте. - Сказала Вера уверенно входя в класс. -Здравствуй, Вера, нам есть, о чем с тобой поговорить - Ответила Марьяна Викторовна на приветствие школьницы. Учительница была достаточно задумчивой и Вере показалось, что что-то не так в её поведении. Девочка села за парту первого ряда, что стояла прямо перед столом учителя. Марьяна открыла ящичек в своем столе и достала Верину тетрадь. -Я вчера читала твое сочинение, вот что хочу сказать… - Она перелистнула пару страниц, подняв брови наверх и потерла пальцами кожу своего лба. Вера была взволнована, ведь эта особа была не просто «русичкой», как ту кличали парни и девчонки со школы, а духовным наставником для неё, потому критика этого человека была наиболее важной, чем слова других. - Я перечитала вчера твое сочинение около пяти раз, если не больше - она подняла очки с носа на голову и уложила локти на стол, скрестив пальцы домиком. Всем видом она переходила на серьезный тон. - Ни одной орфографической, пунктуационной, грамматической, речевой и стилистической ошибки. Я таких сильных сочинений, Вер, за свою многолетнюю практику ещё не встречала ни разу. Вера начала улыбаться, радуясь за свой успех. Слова Марьяны Викторовны засели в ее голове и были звуками победы. -Уезжай. - резко сменила интонацию преподавательница. - Уезжай, собирай документы, поезжай в Москву и поступай в Ломоносовский. Тебя на журфак с руками и ногами оторвут. - Марьяна Викторовна чуть ли не тараторила. - Результаты олимпиад тоже пришли. Ты лучшая в Татарстане и в соседних регионах. Я тебя прошу, беги отсюда. Ты сделаешь великую карьеру, я уверена в тебе больше, чем в других, главное, сейчас ни на что не отвлекайся. Надо будет помочь - я помогу, ты только скажи мне. -Спасибо вам, Марьяна Викторовна. - Горло от полученной похвалы пересохло и девушка смогла вымолвить только эти четыре слова. Педагог взяла свою большую сумку и достала некий, не сильно увесистый сверток. Что-то плотное, по форме напоминающее параллелепипед, было завернуто в плотную коричневую бумагу, похожую на пергамент. - В сумку к себе убери - громким шепотом выпалила учительница, явно переживая, что в этот момент может кто-то зайти и сильно помешать. Темноволосая девчонка мигом схватила предмет и припрятала его между другими учебниками в своей сумке. Учительница подошла чуть ближе к Вере. - Это Булгаков «Мастер и Маргарита». - Совсем шепотом сказала она название произведения, которое та дала своей любимой ученице. Этот текст был напрочь запрещен, цензоры Главлита называли книгу «мракобесием» в силу библейских мотивов, противоречащих государственной идеологии атеизма. Печатных изданий не было нигде в свободном доступе, особенно в Казани. Вера тут же поблагодарила учительницу. После короткого диалога о поступлении прозвенел звонок и Юсупова убежала на урок химии.

***

Вера зашла в класс и уселась на предпоследнюю парту, где уже сидела Валерия. На последней парте, за девочками сидел короткостриженый блондин Леонид. Он был высоким, разница в росте с Верой составляла около двадцати сантиметров. - Привет, Вер. - достаточно решительно произнес парень. - Привет. - она резко повернула голову в его сторону, и тут же продолжила диалог с подругой. - Ты сегодня такая красивая. Впрочем, как обычно. - Леня улыбаясь шепотом говорил эти слова практически ей на ухо. -Спасибо. - Коротко, не приняв эти слова за что-то серьезное, откликнулась та. Он рассматривал её длинные, густые, темные волосы, от которых исходил шлейф импортного парфюма, который привез ей отец из командировки в Польшу. Вера была и вправду красива; карие, почти черные, круглые глаза, короткий носик с еле видной горбинкой, кончик которого был слегка вздернут. Пухлые губы, арка которых напоминала форму сердца. Брови длинные, но тонкие, у начала густые, а кончик, который Юсупова подправляла маминым пинцетом, был сильно сужен. Ресницы и без туши выглядели густыми и длинными. Линия скул и челюсти в силу худобы были четкими, а подбородок острый. Вера всегда была уверена в себе, в своей красоте, в знаниях и навыках. Она всегда держала спину прямо, осанка добавляла её образу сдержанности и некой элегантности, хотя на словах она была достаточно резкой. Юсупова умела держать лицо, делила всех на «черное» и «белое», а если ей не нравилось что-то или кто-то, то спокойно могла выразить свое честное, зачастую колкое, мнение. Вера обладала поразительной памятью, часто запоминала неприметные детали. Всем этим на скучных уроках любовался Лёня. Лёня часто заваливал одноклассницу комплиментами. На протяжении года тот ухлестывал за ней, но действиями не проявлялся. По началу девушка относилась к этому как к шутке, но в последние пару месяцев она задумалась о будущем и о мужском плече, которое хочет видеть рядом с собой. Леня Варламов подходил под её большой перечень человеческих достоинств на все сто процентов. Парень был искренним, умным, добрым, аккуратным, из хорошей семьи, без вредных привычек. Если коротко: он являлся тем, кто реально может дать ей стабильность и уверенность в завтрашнем дне. Варламов любил химию и биологию, с самого детства стремился к мечте стать врачом и помогать людям. Это был идеальный кандидат в будущие мужья. Хотя девушка была заядлым перфекционистом, иногда её коробило от слова «идеальный». И сама не понимая почему была зла на себя за такое чувство.

***

Школьный день подошел к концу, Вера спускалась по ступеням лестницы главного входа в учебное заведение, краем глаза заметив черного «немца» о котором говорила Лера сегодня утром. «Бэха», как машину именовали в народе, была припаркована около ворот школы. Между спускавшимися Лерой и Верой пробежал темноволосый парень в голубой куртке, девушки моментально узнали Суворова младшего в этой достаточно узнаваемой фигуре, и проводили его взглядом до машины. Подруги дошли до ворот и остановились. - Ты сейчас куда собираешься? - Спросила блондинка, не отрывая глаз от Марата и поправляя красный клетчатый шарф на своей шее. - До редакции своей пройтись хочу, вчера в архиве приглядела старый интересный выпуск, да и пару статей надо перепечатать… - Вблизи раздался шум заведенного мотора машины и Вера инстинктивно повернула голову в сторону звука и поймала на себе чей-то взгляд. С водительского места на неё глядел никто иной как Валера Туркин. Девушка задержала взгляд на нем дольше обычного, а осознав происходящее, повернулась обратно к подруге. - Ладно, Лер, мне пора, встретимся завтра. - Кареглазая чуть вытянула, руки вперед и приобняла подругу. - До завтра. - Выдохнула другая. В момент объятий Юсупова автоматически стала искать глазами черное авто, но место, где стояла машина, было уже пусто. -А почему меня это волнует то так? - такая мысль пролетела в девичьей голове. Совершенно мимолетное соображение, но это её раздражало.

***

Вера дошла до здания редакции. Маленькое тесное помещение, где пахло чернилами, сигаретами «Ява», которые были наиболее распространенные среди обитателей редакции, вселяло в Веру надежду. Именно здесь, за старыми печатными станками, за скрипящими столами с кипами бумаг, за звуками телефонных звонков, она нарабатывала опыт. - О, Московская пришла! - Выглянула из-за стола девушка лет двадцати-двадцати пяти. «Московская» - так Веру называли в честь её амбиций к поступлению. -Здравствуй, Тань - Расплывшись в теплой улыбке, школьница уселась рядом с товарищем. Девушки хорошо ладили второй год, с начала подработки Веры в казанской редакции. -Посмотри, что я принесла. - прошептав, та начала рыться в сумке и достала заветный сверток. Освободив манускрипт от бумаги, на стол аккуратно был положен книжный том. Первая страница была подписана;

М.А. Булгаков - Мастер и Маргарита

Татьяна выпятила глаза на подругу от удивления. Произведение было рукописным, красивым широким почерком было переписано все произведение. -Обалдеть, Верка! - она ахнула и кончиками пальцев провела по писанию. - Откуда у тебя это? - Подарили. - уверенно ответила Юсупова и расплылась в хитрой улыбке. Неожиданно дверь в части редакции, где сидели Вера и Татьяна, громко хлопнула. Юсупова тут же выхватила книгу из рук коллеги и убрала в сумку. Ритм сердца ускорялся и Вере казалось, что этот стук громыхал по всей редакции, но выражение ее лица было спокойным, даже в тот момент, когда она увидела, кто зашел в помещение. За главой редакции - Амиром Зариповым, шли двое молодых людей. Первый, лысый парень с большими ушами и круглыми глазами, ей был незнаком, а вот во втором она распознала Туркина. Группа людей остановилась перед столом, за которым сидели дамы. Татьяна явно слегка занервничала, а Вера сидела также - каменное лицо, прямая спина и расслабленный взгляд. - Приветствую, дамы. - обратился седовласый главный редактор. - Здравствуйте. - хором выпалили дамы. - Тань, через… - он засучил рукав серого пиджака, взглянул на наручные часы - пятнадцать минут, пусть москвичка принесет мне правки. - он добродушно улыбнулся и ушел вместе с лысым парнем. А вот Валера остановился ещё на несколько секунд, тщательно, но быстро и резко рассматривая Веру с ног до головы, на что Вера подняла брови, яро выражая свое недовольство. Парень сделал пару шагов за сопровождающими и снова обернулся, но этот короткий взгляд Вера не заметила. Татьяна передала в темноволосой девочке стопку расписанных бумаг и направила ту в кабинет руководителя. Вера снова задавалась вопросами; почему он тут? Он рэкетер? Вымогает деньги у Зарипова? Все это она тщательно анализировала в голове, но ответов на вопросы так и не нашла. Как только Вера подошла к двери, оттуда вышли виновники её новых размышлений. Туркин в этот раз не обратил свой взгляд на школьницу, зато обронил маленькую записку. Как только те скрылись за дверьми выхода, Вера подобрала бумажку и скрыла её в кармане своих брюк. - Амир Русланович. - Девушка зашла в помещение, закрыв за собой дверь. - Вот правки. -Рәхмәт, Москвичка. - Тот достал конверт и положил на стол. - Твой аванс, Вера, ты большая молодец. - Спасибо большое. - рука Веры была заключена в крепкое, короткое рукопожатие.

***

Советую включить на этом моменте: Линда - Мало огня Вернувшись домой, та достала книгу, которую весь день жаждала прочитать. ...Так кто ж ты, наконец?

— Я — часть той силы,

что вечно хочет

зла и вечно совершает благо.

 

Гете. "Фауст"

Эпиграф напоминал ей что-то, что та видела совсем недавно. Достав из кармана брюк записку с рваным краем и заново прочитав написанное, сомнения отпали. Слова были одинаковыми, почерк одним и тем же. Каким образом у девятнадцатилетнего группировщика с разбитым лицом оказалась цитата Гете? Почему почерк одинаковый? Почему Марьяна Викторовна дала ей именно эту книгу? Перед сном её мучали эти мысли и вытекающие из этого варианты объяснений.