Ночной просмотр фильма.

Весна, прохладный день, небольшой проливной дождик капал за окном класса, где сейчас шёл в самом разгаре урок алгебры, это было слышно по орам учительницы Наталии Борисовны и шуму в классе. Два парня-лучшего друга-одиннадцатиклассника сидели на последней парте около окна. Саша что-то чиркал в тетради, а Илью вызвали к доске на решение пары примеров. Парнишка с карими глазами вышел к доске и начал объяснять учителю решение примеров и нахождение ответов. Саша, в свою очередь, на удивление отвлекся от тетради с каракулями и внимательно слушал рассуждения своего друга, как в то же время класс продолжал гудеть. Учительница, заметив это, сказала, обращаясь к Илье, подмечая интерес его друга: — Яцкевич, буду почаще тебя вызывать к доске, чтобы твой дружок хоть что-то запомнил, смотри, как внимательно слушает. Она протянула руку и показала на брюнета, который удивлённо смотрел на учительницу, думая, что он уже успел наделать за это время. Она продолжила уже более громко и прикрикивая: — Да, Ермолаев!? Он чуть вздрогнул и удивлённо спросил: — Что я уже сделать успел, Наталия Борисовна? Она лишь чуть улыбнулась невинному взгляду Саши и ответила: — Ничего, просто похвалить тебя хотела, что внимательно слушаешь. Ермолаев так ничего и не поняв, продолжил писать то, что объяснял Илья у доски. И вот прошло время, и прозвенел звонок. Все быстро собрались и вышли из кабинета, побежав домой, а голубоглазый остался ждать друга, которого задержала учительница по алгебре. Прошло минут 15, когда наконец-то Илья вышел из кабинета и вместе с Сашей отправился к выходу из школы. Они отправились через парк к дому старшего, так как у него не было никого дома, и сам Ермолаев попросил объяснить материал урока: — Илюш, зайдём в магазин? Яцкевич лишь с улыбкой кивнул. Саша часто его так называл, но обычно тогда, когда ему что-то было нужно, было приятно услышать это без причины. Они свернули в сторону ближайшего магазина. Они ходили выбирали, что взять к просмотру фильмов. Всё купив, ребята дошли до дома, и Саша уже открывал дверь ключом. И зайдя в прохладную квартиру, они разулись, повесили куртки, и брюнет пошёл переодеваться. Он подошёл к шкафу, стягивая с себя кофту, параллельно рыская в шкафу в поисках домашней одежды, которую можно было одеть. Илья в это время стоял в проходе, не заметив, как загляделся на оголённую широкую спину друга. Шатен поймал себя на мысли, что хотел бы прикоснуться, потрогать, обнять, но быстро откинув эти мысли, неловко отвёл взгляд и смутился. Ермолаев же, в свою очередь, уже переоделся, но оставался он только в одних клетчатых штанах и оголённом торсе. Он вышел из комнаты и сел на диван в гостиной. Включив телевизор, брюнет похлопал ладонью рядом с собой, приглашая к просмотру. Младший сел рядом, всё ещё смущаясь от вида друга. Почему-то Илье чертовски хотелось дотронуться, да хоть как-нибудь, и он неловко докоснулся своим плечом плеча Саши, но что тот лишь положил свою ладонь Илье на плечо и притянул его к себе поближе, приобнимая, поглаживая ткань его кофты. На эти действия шатен сильно смутился, но, не медлив, опустил свою голову к плечу Саши и, выдохнув, непроизвольно улыбнулся, смотря на экран, где были списки фильмов, которые брюнет выбирал с помощью пульта. Через некоторое время Ермолаев включил какой-то хоррор-фильм с высокой оценкой на сайте и примечанием «много скримеров и резких вспышек, слабонервным и людям с эпилепсией не смотреть». Начало уже было пугающее. Камера приближалась к мрачному домику в самой глуши темного леса, где и начиналась вся история этого ужастика. Они сидели вместе в обнимку. Саша увлечённо сидел, смотря в экран, а Илья, в свою очередь, прижимался к старшему от каждого громкого звука крика скримера. Ну уж очень ему не нравился этот жанр фильмов. Когда шатен прижимался к Саше, тот поглаживал друга по плечу, как бы говоря этим действием: «Я рядом, не переживай, всё хорошо». От этого младший чуть расслабился и даже улыбнулся, потеревшись головой об плечо парня. Теперь Илье было спокойно от комфортного положения и тепла. Он даже закрыл глаза и медленно начал засыпать. Фильм закончился, и Саша аккуратно высвободил свою руку из-под Ильи, но так бережно, чтобы не разбудить. Как только рука была на свободе, он осторожно взял младшего на руки, одной рукой за талию, второй за бёдра. Брюнет понёс его в свою комнату и положил на кровать. Накрыв одеялом, он сел рядом на край кровати. Илья поёрзал, а затем мягким сонным голосом сказал: — Останься со мной, пожалуйста. Саша погладил его руку и аккуратно залез под одеяло к Илье. Яцкевич мигом прижался к Ермолаеву, обнимая и уткнувшись носом в его грудь. Брюнет не сопротивлялся, а наоборот, обнял в ответ, нежно поглаживая одной рукой спину парня, второй перебирая кудрявые пряди. От таких действий Илюша буквально мурчал, а Саша уткнулся в его макушку, чмокнув, вдыхая приятный запах парня. Так они и уснули в обнимку в тепле и уюте, два парня, два лучших друга.