Поймать удачу за хвост

V. Новое начало

      Автоматический замок за спиной тихо пиликнул, закрываясь. Общежитие встретило тишиной и темнотой, которая едва рассеивалась светом уличных фонарей, проникавшим в окна. Джисон щёлкнул выключателем на входе, прошёл дальше вглубь, включил свет и там.       Зашипел чайник. Минхо неспешно снимал обувь, будто готовый в любой момент убежать со всех ног, если Джисон передумает и выгонит его. Но тот только гремел и возился на кухне, так и не проронив ни слова. В машине они опять ехали молча, отложив разговор на более удобное время, в более располагающей обстановке.       — Чёрный или зелёный? — тихо спросил Джисон, когда Минхо робко заглянул на кухню.       — Э-э, чёрный... — растерялся Минхо. Хотя в другой ситуации или с другим вопросом выбрал бы просто воду.       — Садись, — кивнул Джисон на стул, подхватывая кружки. — Ты ел сегодня? Будешь ужинать?       — Ел, — соврал Минхо, отводя глаза. — Спасибо, не стоит. Я не голоден.       Одну кружку Джисон поставил перед Минхо — с чёрным чаем, а другую напротив — по запаху с крепким кофе. Хан продолжил открывать и закрывать шкафчики, ища что-то. Было некомфортно, пока он гремел за спиной Минхо.       — Извини, больше ничего нет, — он опустил упаковку с разноцветными леденцами на стол и придвинул ближе к Ли.       — Спасибо, — кивнул Минхо, но даже не взглянул на них.       Джисон сделал медленный глоток, неспокойно бродя взглядом от своей кружки к кружке Минхо, к его лицу, затем в сторону, куда-то на оранжевые стикеры на холодильнике, и опять в свою кружку. Минхо же за это время всего один раз поднёс кружку к губам, чувствуя, как в пустом желудке разливается тепло. А Джисон ждал, когда тот заговорит первым, но Ли лишь гипнотизировал чаинки на дне.       — Нам нужен план, — не выдержал Джисон. Минхо медленно поднял на него взгляд. — Если ты устал, то мы можем поговорить о нём завтра.       — Какой план? — холодно спросил Минхо. Даже если у него уже и был план, то Джисона в нём точно не было.       — Надо же что-то делать с тем фактом, что тебя преследуют.       — Я с этим разберусь, — по-деловому ответил Минхо и сделал глоток.       — Как? — он приложил кружку к губам.       — Это уже не важно.       — Я надеюсь, ты не будешь пропадать? — Джисон отставил свою кружку, не успев сделать глоток.       — Не планировал.       — Это легально? — и почему из Минхо всё нужно вытягивать?       — У меня нет коллекторов, — понизив голос, прошипел Ли.       — Тогда кто это был?       — Это личное, — к Минхо вернулась прежняя маска спокойствия, и он вновь отпил чай.       — Настолько, что ты готов был бежать в другой город? — пальцы Джисона сжались на ручке кружки.       — Да, — с паузой кивнул Минхо.       — Блудный сын? — предположил Джисон.       Минхо нахмурился.       Неужели попал?       — Это личное, — повторил Минхо твёрже.       — Значит завтра, — прошептал Джисон, делая для себя пометку в голове.       — Нет, ты не понял. «Это личное» — значит, что я разберусь сам.       — Хорошо, Минхо. Я понял, — Джисон поднял руки вверх. — Только не убегай опять, — и кинул взгляд на дверь, напоминая ему сегодняшнее утро.       — В меру возможностей.       — Я надеюсь... — Джисон сжал пальцами переносицу, — ты шутишь или просто устал, поэтому отмахиваешься.       — Я знаю, что нужен план, — немного помолчав, сказал Минхо. — Но я справлюсь сам.       — Есть ли то, о чём мы можем поговорить?       — Почему я тебе так интересен? — возмутился Минхо.       — Я думал, вопросы буду задавать я, но ладно... — пожал плечами Джисон, смирившись с такими условиями, и разомкнул губы, чтобы ответить.       — Я не об этом, — сняв очки и с глухим стуком опустив их на стол, Минхо потёр глаза. — Ты липучий. Виноградная лоза, помнишь?       — Помню.       — Это я к тому, что ты слишком... — задумался он, подбирая слова, — слишком приставучий, упрямый, настойчивый, лезешь, куда не надо и делаешь то, что мне не нравится.       — Что конкретно тебе не нравится? — Джисон сложил ладони в замок. Словно на собеседовании, честное слово.       — А ты не понимаешь? — бровь Минхо приподнялась.       — Если честно, мне не совсем понятно. Я пытаюсь помочь...       — Вот в этом и проблема, — перебил его Минхо, слегка ударив по столу. — Ты не оставляешь мне пространства. Мы никто друг для друга. Хорошо, ладно, сейчас: уже как пять минут соседи. Но и раньше ты переходил границы.       — Тебе важно быть самостоятельным и справляться без помощи? — подытожил Джисон.       — Да! — выдохнул облегченно Минхо.       Хан же выдохнул с разочарованием.       — И мне плевать, если ты мать Тереза и жить не можешь без помощи другим, — Ли ткнул пальцем в его сторону и опустил очки на нос.       — Блудный сын и мать Тереза в одной квартире. Отлично! — отшутился Джисон, скучающе подпирая кулаком щёку.       — Да нет же! — застонал Минхо, проведя руками по лицу. — Хотя, знаешь, думай как хочешь, — и замахал руками, после вернувшись к последнему глотку уже остывшего чая.       — Я понял, я исправлюсь, — помолчав, тихо сказал Джисон.       — Я надеюсь, — кивнул Минхо, поставив пустую кружку на стол.       Джисон медленно моргал, смотря в кружку с тёмным кофе, пока Минхо, напротив, не моргая наблюдал за ним, анализировал, смотрел насквозь.       Заметив долгое молчание и, должно быть, почувствовав пристальный взгляд, Джисон поднял глаза и встретился с глазами Минхо. Тот не отвёл взор и смотрел так печально.       — Ты всё так же можешь спать в комнате моего бывшего соседа, — спохватился Джисон, выскакивая из-за стола. — Я там занял половину места своими вещами, прости, сейчас уберу, — он вбежал в комнату, включил свет, а напоследок крикнул: — Можешь пока сходить в душ, бери всё, что надо!       На самом деле хотелось отказаться, но, наверное, только из-за какого-то внутреннего сопротивления. Поэтому он медленно поднялся, бросил взгляд на кружки, подумав, что помоет свою позже — хозяйничать в чужом доме слишком неловко, — когда Джисон вернётся на кухню.       — Полотенца в ящике под раковиной, бери любое, — оглянулся Джисон, когда Минхо показался на пороге.       Минхо тихо угукнул, прихватил свой рюкзак и побрёл дальше по коридору, в сторону предполагаемой ванной комнаты.       Щёлкнув выключателем, он зажмурился, облепленный ярким светом, а после разглядел своё уставшее отражение. Стараясь не задерживаться на себе, он оглядел комнату.       «Слишком "слишком" для общежития», — подумал Минхо.       Он быстро разделся, продолжая осматривать тёмные баночки на бортике ванны. Стоп... ванны?       Минхо ещё раз оглядел комнату. Неприглядная плитка, хотя выглядит неплохо, круглое зеркало, бутылочки со всякой всячиной для душа из одного набора, которые стоят... на ванной. Он открыл шкафчик под раковиной. Белые полотенца не сильно аккуратно сложены, но выглядят абсолютно новыми.       Тяжело выдохнув, он с силой провёл по лицу и закрыл шкафчик.       Было приятно за долгое время оказаться в тёплой воде и одиночестве, принимая душ. Вспенив буквально пару капель шампуня, он быстро смыл пену, в последний раз облил тело тёплой водой и выключил кран. Взяв первое попавшееся полотенце, Минхо быстро вытерся, накинул растянутую футболку и серые спортивки, подсушил тем же полотенцем волосы и вышел из ванной.       Послышался шум воды с кухни. Минхо побрёл дальше и заметил, что Джисон уже смывает пену с последней, своей, кружки, а на столе так и остались леденцы, только теперь Джисон пересыпал их в вазочку для конфет.       Хан обернулся с полотенцем в руках и мягко, едва заметно улыбнулся.       — Спокойной ночи? — вытирая капли с рук, прошептал он и поджал губы.       — Спокойной ночи, — кивнул Минхо и направился к двери в комнату, в которой очнулся сегодня.       Перед тем как её распахнуть и скрыться в четырёх стенах, он ещё раз посмотрел на Джисона. Тот вешал полотенце на крючок.       — Спасибо, — поблагодарил его Минхо и закрыл дверь прежде, чем Джисон повернулся на него.       Стало немного легче.

***

      Первая ночь прошла быстро и спокойно. Его сознание выключилось, как только голова коснулась подушки, и не включалось до противного звука будильника, разорвавшего тишину. И всё же, вчерашнее приключение было не сном. И он даже не кинулся под следующий поезд — в Тэгу — какая ирония! — после того как пропустил свой.       Тело немного изнывало, но по сравнению со сном на диване — это было мелочью, оно просто ещё не привыкло к мягкой кровати. Хотя зачем привыкать, если...       — Твою мать! — послышалось с кухни.       Непонятно чему усмехнувшись, Минхо побрёл к двери.       Лучи утреннего солнца залили общежитие, отбрасывая тёплый оранжевый свет на его стены. Джисон опять стоял спиной, шурша тканью, и вновь у той же раковины, опять в классике: брюки со стрелками, идеальная рубашка...       А нет, не идеальная. Прямо на груди, рядом с татуировкой, красовалось пятно от кофе. Как Минхо её заметил? Да всё просто: Джисон, привыкший жить один, уже наполовину расстегнул рубашку, собираясь сменить её на чистую. И, наверное, кожу тоже придётся протереть. Вдруг кофе был с сахаром?       Отвлекшись на фантазии, Минхо так и пялился, конечно же, исключительно только на тату. Может быть, он всё ещё думал, что кофе был с сахаром, и теперь грудь Джисона липкая... сладкая?       — Ой, я разбудил, прости! — Джисон обратно закрыл полы рубашки и прошмыгнул мимо, в комнату, оставив на полу небольшую лужицу кофе.       Мотнув головой, Минхо слишком аккуратно пошёл в ванную. Комната Джисона ведь тоже в той стороне, вдруг тот что-то подумает? Или что-то подумать мог только Минхо? Он это и так делает.       Когда они опять встретились на кухне, лужи на полу уже не было, Джисон был в голубой рубашке со свободно болтающимся галстуком на шее, а Минхо более-менее причёсанный. Всё же спал он беспокойно — колтуны, что надо!       — Как спалось? — спросил Джисон, до этого долго подбирая слова. Он опёрся поясницей о столешницу и правда пытался выглядеть непринуждённо, но бегающий взгляд и побелевшие костяшки его выдали.       — Нормально, спасибо, — кивнул Минхо, отпивая воду. — А ты как спал?       Слишком странный диалог, особенно для них. По крайней мере, Минхо так показалось. И раздражал он безумно: все эти обмены формальностями были тут явно лишними. Но и с другой стороны — конкретику от Джисона он терпеть не мог.       — Как обычно, — пожал плечами Джисон и отхлебнул ещё кофе. Только вот не рассчитал и наклонил кружку чуть больше, чем нужно, и кофе едва не вылился. — Да что ж такое?!       Его пальцы ухватились за салфетку и пробежались по лицу и шее, пытаясь стереть все капли до того, как они попадут на новую рубашку. Он вновь повернулся к Минхо.       — Нормально? — спросил он, разводя руки.       «Хорошо», — подумал Минхо, мысленно ударил себя по щеке, да посильнее, а после ответил:       — Нормально, — и уронил взгляд обратно на стол.       Закусив губу, Минхо сжал веки, проклиная себя. Что-то опустилось перед ним с тихим стуком.       — Что это? — нахмурился Ли, хотя прекрасно видел.       — Это от дядюшки, — пожал плечами Джисон. — Он... спрашивал, — перевёл Хан тему побыстрее.       Минхо тихо выдохнул и опять опустил взгляд. Контейнеры, такие же, как когда-то господину Чхве принёс его внук. Наверное, вместе живут. Неловко. А если они не от господина Чхве, а от его внука? Неужели Минхо заставил беспокоиться незнакомого человека?       — Думаю, он хочет тебя видеть, — мягко продолжил Джисон и, закатив рукава, стал споласкивать кружку под тихим напором воды.       — Он меня уволит? — вышло слишком жалостливо, но Минхо уже всё равно.       — Хах, а это, по-твоему, прощальный ужин? — коротко посмеялся Джисон. — Вернее, завтрак, — поправил он себя и поставил кружку сушиться. Хан повернулся с улыбкой, которая тут же слетела с его губ, завидев лицо Минхо. — Ты разве разгромил библиотеку? — успокаивающе спросил он. Минхо неуверенно покачал головой. — Вот и хорошо, а даже если бы и разгромил, то убрал бы всё до его прихода, и было бы всё в порядке!       — Меня бы просто уволили, нет?       — Ну меня ж не уволили, — Джисону стало веселее, а Минхо напротив — озадачился. — От одного дня пропуска ничего не будет, тем более посетителей вчера было мало, и дядюшка был на месте. Все были рады его увидеть, полюбезничали с ним, — скривился он, вспоминая что-то, и покачал головой.       — Ты разгромил библиотеку? — только выдал удивлённо Минхо, будто только это и услышал.       — Было дело, — Джисон поднёс руку к лицу, вглядываясь в стрелки на наручных часах, и ускользнул в прихожую. — Опаздываю! Ключи на крючке! До вечера! — крикнул он, прежде чем хлопнула дверь.       Минхо наконец выдохнул, расслабил плечи. Взгляд сам вернулся к еде. Медленно, всё ещё сомневаясь, он отщёлкнул крышку. Внутри оказался всё тот же кимчи-чиге. Неужели и правда его готовил внук господина Чхве? И на вкус точно такой же.

***

      Всё же, Минхо привык к жизни с Джисоном быстрее, чем ожидал. И произошло это почти случайно: Джисон покупал продукты, Минхо готовил, после Джисон мыл посуду, а Минхо оставлял на столе некоторую сумму. На утро она пропадала.       Иногда, когда Минхо задерживался после собеседований и приходил позже Джисона, тот уже заканчивал готовить. Тогда посуду приходилось мыть Минхо.       Поначалу было неловко брать и что-то делать самому, но совесть или чувство вины за неудобства, подтолкнули его к инициативности, и вскоре он знал, где какая посуда, а где специи.       Кстати, чистые контейнеры он вернул господину Чхве, тот правда странно смотрел на него, но принял их. А после они прошли в его кабинет. Оказалось, что Джисон посвятил Бомсока в некоторые детали жизни Минхо, о которых и сам знал расплывчато. Может быть, и заведующий тоже поделился чем-то с Джисоном? И теперь у них целая папка в голове с информацией по Минхо. Весело. Минхо не стал уточнять, так ли это.       Возможно, из-за беспокойства о безопасности библиотеки, а может, и за Минхо, господин Чхве настоятельно порекомендовал пока не появляться в библиотеке и найти другую работу.       Было обидно, и ему даже пришлось смахнуть одинокую слезу с щеки, когда он вышел на улицу, но крыша над головой уже есть, пусть и временная.       Дни тянулись мучительно долго. Он искал вакансии, ходил на собеседования, получал отказы, расстраивался и опять по новой. Денег в запасе оставалось всё меньше и меньше, настроение с каждым днём становилось всё хуже и хуже, особенно когда рядом маячил Джисон, у которого явно всё было хорошо.       Джисон, к слову, просто присутствовал рядом. Он вообще ничего не спрашивал, не давил, сам же видел, что Минхо куда-то уходит — значит, ищет работу. Это молчание для Минхо было одновременно и успокоением, и тревогой.       Однажды Минхо даже уснул на диване в гостиной, совмещённой с кухней. Глаза уже который час пробегались по строчкам, пальцы коряво печатали отклики, а веки тяжелели. Уставившись в потолок, он наблюдал, как слегка колышется паутина из-за небольшого полуденного сквозняка.       Он прикрыл веки всего на минутку, чтобы дать глазам отдохнуть, а когда открыл глаза, то уже было темно. На плечах покоился плед, бережно подтянутый до подбородка и подоткнутый под тело.       Это был странный жест со стороны Джисона, но Минхо его принял, улыбнувшись, а после скривившись. Он сложил плед в голубой квадратик и оставил на диване. С тех пор его больше никто не трогал.

***

      В один день удача всё же повернулась к нему лицом. Собеседование было нервным, кандидатов было достаточно, а компания, в которую собеседовался Минхо, была какая-то крутая, как он понял из диалога рядом сидящих дам.       Для Минхо стало удивлением, когда через пару дней на почту пришло письмо. Он перечитал его, потом ещё раз и ещё. Глаза вновь и вновь пробегались по одним и тем же словам:       «...мы рады сообщить, что вы были выбраны на данную должность.»       Когда неверие, а после и радость прошли, он наконец задумался, а куда он вообще прошёл.       «Благодарим вас за участие в собеседовании на позицию архивариуса в компании Hansol Systems».       Если честно, название ему почти ничего не дало. Все собеседования проходили одно за другим и почти одинаково: похожие вопросы, кабинеты, люди в очереди. Однако он вспомнил, как нелестно одни из работников отзывались о руководителе одного из отделов, имя которого или сам отдел они боялись называть. Но зато рассказали во всех красках, как тот себя ведёт перед отчётным периодом. Рассказывали это своему знакомому, который как раз сидел рядом, и хоть шептались — Минхо всё услышал. Остерегали в общем.       В тот день Минхо даже улыбнулся Джисону, когда они встретились в коридоре. Джисон не стал акцентировать на этом внимание, просто едва заметно вскинул брови и улыбнулся в ответ.       — Эм-м... как дела? — всё же решил аккуратно спросить он, когда через полчаса они ужинали.       — Хорошо, — сдержанно кивнул Минхо. — Я нашёл работу. Завтра выхожу.       — Хорошо, — Джисон помолчал, прежде чем спросить: — Она же легальная?       — Да. В компании с серьёзными людьми, — уточнил он, вспоминая подслушанные диалоги из очереди.       — Тогда ладно. Далеко добираться?       — Нет, — соврал Минхо. — Я справлюсь.

***

      Конец мая радовал тёплой погодой. Выйдя из автобуса, Минхо вдохнул глубже освежающий воздух и с воодушевлением направился в сторону компании. По дороге он рассматривал прохожих, чего раньше боялся делать, думая, что наткнётся на него. Почему-то в последнее время беспокойство ушло на второй план.       Когда на глаза попался молодой парень, едва перебирающий ногами и поддерживающий себя тростью, обклеенной стразами, он быстрее отвёл взгляд, чтобы не смущать, и зашагал дальше. Удалось пройти только пару метров, как его потянули за руку.       Сердце сжалось, жар разлился по телу, его нашли. Но вместо яростных глаз он встретился с кудрявой копной волос, принадлежащей парню с тростью. За секунду его эмоции сменились со злости и надежды на испуг и уныние. Быстро извинившись и пробормотав, что обознался, парень неловко кивнул и захромал обратно.       Проводив его взглядом на секунду дольше, чем необходимо, Минхо повернул за угол. Показалось большое здание с витринными окнами, за которым, конечно, никого не было видно. В холле люди суетились, как пчёлы в улье, держа стаканчики кофе в руках. Оглядывая их строгие костюмы и галстуки, он ненароком поймал и своё отражение в стекле — простые брюки и белая рубашка, которые он наконец смог погладить.       На посту охраны ему выдали временный пропуск и направили дальше по коридору. В отделе кадров он внимательно прочитал договор и подписал его, не найдя сомнительных пунктов. Ему сделали фото на постоянный пропуск, забрали временный и отправили на цокольный этаж.       В лифте было тесно, а вот в коридоре нужного этажа, куда он вышел один, пусто. Белые стены и холодный свет тихо гудящих ламп давили.       Он постучал в дверь с табличкой «Архив» и вошёл. Его встретила приятная женщина немного за пятьдесят и показала, где лежат папки за определённый год. Хотя это и не совсем нужно было, полки были подписаны.       Женщина обмолвилась, что увольняется и это её последний день здесь. Как жаль, а ведь Минхо подумал, что ему кто-то составит компанию или хотя бы молча будет присутствовать рядом, чтобы тот окончательно не сошёл с ума. Когда она ушла, он остался совсем один.

***

      Первое время присутствовали лёгкость и спокойствие. Минхо убеждал себя, что тут почти как в библиотеке, только вот листы бумаги без сюжетов — документы, стеллажи — металлические и холодные, солнечный свет почти не попадает, едва пробиваясь через окна у самого потолка, а люди, даже изредка, не попадались приветливые, все серьёзные и угрюмые. Так ещё и стажировка три месяца.       Но дни шли. К Минхо стал чаще захаживать его коллега из юридического отдела, который хоть сколько-то был добрее и терпеливее. «Ким» — такое обращение как-то прозвучало из динамика его телефона.       «Ким» манил своей аурой, а может, это просто из-за его улыбки? В общем, притягивал он к себе, да вроде и сам не был против притянуться к Минхо.       В один из дней «Ким» принёс Минхо кофе.       — Это вам... эм, — запнулся он, когда не увидел на шее Минхо бейдж с именем.       А ведь «Ким» и сам грешил, не носил его, когда спускался в архив. Зато в столовой Минхо точно видел синий шнурок с бейджиком на его груди.       — Ли Минхо, — Минхо повесил бейдж на своё место.       — Ким Сынмин, — «Ким» протянул руку для рукопожатия. — Тут всегда холодно, — заметил он, опуская стаканчик с кофе на стол, и махнул рукой на прощание.       Ещё какое-то время спустя Сынмин заприметил его в столовой, и стал активно махать, зазывая за стол. Минхо как раз кружился в поисках свободного столика, которые, к удивлению, все были заняты.       За столом «Кима» сидели ещё несколько человек, как оказалось, из IT-отдела. Минхо был готов поспорить, что «Ким» самостоятельно с каждым познакомился и в итоге объединил их, но просто приветливо кивнул каждому.       С каждым таким обедом коллеги становились всё разговорчивее в присутствии Минхо, а Минхо изредка комментировал что-то или тихо посмеивался.

***

      В очередной раз расчёсывая свои волосы, Минхо заметил, как они стали путаться, рыжий цвет вымылся в медный, а тёмные корни заметно отросли. Купить краску и покраситься он бы и сам смог, но вот подстричься — нет. Натворил бы что-то этакое, что пришлось бы бриться под ноль. Чёлка безбожно лезла в глаза, а июньская жара делала ещё хуже.       Это дело он доверил какой-то убогой парикмахерской на тихой улице. Девушка скривила лицо, когда увидела тюбик самой дешёвой краски в руках Минхо, но согласилась на работу.       Было непривычно увидеть в зеркале родной тёмный цвет волос вместо тёплого рыжего. Заплатив небольшую сумму, он вернулся домой, где его встретил Джисон с тихим «вау».       Хан долго его осматривал, привыкал, Минхо это чувствовал спиной.       Кстати о Джисоне. В последнее время Джисон стал тише, спокойнее. Не то чтобы Минхо это беспокоило... ну, возможно, немного. И каждый раз, ловя себя на этих мыслях, он одёргивал себя. В остальном бытовая часть шла у них как нельзя лучше: готовка, уборка, стирка — везде договорились и делали вместе. И впрямь соседи.       В офисе же все стали суетливыми. Краем уха Минхо слышал, что шепчутся о «том самом руководителе», который пугает только своим взглядом. Но Минхо отмахивался, не понимая их страхов.

***

      К концу июня Минхо освоился, стал быстрее находить документы, а работники компании будто специально стали чаще захаживать за актами, контрактами и прочим, от чего у Минхо голова кружилась.       Атмосфера за столом тоже сменилась на какую-то напряжённую, о работе почти никто не говорил. Тишину разрушило сообщение.       — Блядь! — вскрикнул Со Чанбин и схватился за голову руками.       Минхо о нём мало что знал, тот тоже был молчаливым, но что Минхо точно знал — на Чанбине слишком хорошо сидят рубашки.       — Чего там? — поинтересовался Ян Чонин, такой же новенький, который, на самом деле, работает тут около полугода.       — Отчёт за май просрали где-то, найти не могут, — ожесточённо что-то печатая, Чанбин нахмурился. — Говорят, везде посмотрели. Вот же... — сорвался он к лифту, так и не притронувшись к еде.       — Вы такие напряжённые в последнее время, — невзначай сказал Минхо. — Как на иголках.       Чонин молча поднял бровь, Сынмин прыснул, а Со Черён — сестра Чанбина — просто помотала головой. Ей явно известно больше всех — работает тут дольше.       — Мы буквально на иголках, — буркнул Чонин. Теперь Минхо заинтересованно приподнял брови.       — Так ты ж не знаешь, — с улыбкой набок протянул Сынмин.       — Вас пытают? — улыбнулся Минхо и приложил стакан с водой к губам.       — Морально — да, — согласно кивнул Чонин, почти не задумываясь.       Минхо чуть было не прыснул водой ему в лицо.       — И да, и нет, — Сынмин стал похлопывать Минхо по спине, но тот больше зашёлся кашлем.       — Водички? — неловко спросил Ян, чувствуя себя виноватым.       — Хватило, спасибо, — отозвался Минхо и замахал руками.       — Извини, у нас просто руководитель IT-отдела эм... — Чонин наклонился ближе и поманил ладонью, чтобы никто лишний не услышал. Он всё ещё пытался подобрать слова.       — Цербер, — закончил за него Ким. Ян согласно закивал болванчиком. — В остальное время его ещё терпеть можно, но перед отчётным периодом лучше на глаза не попадаться.       — Лучше даже не дышать рядом с ним, не смотреть в его сторону, — хмыкнула Черён.       — Расскажи, что было, — подначивал Сынмин, наверное, чтобы напугать новенького.       Отклонившись, Черён незаметно оглядела столовую и головы сотрудников, которые были увлечены своими разговорами, а потом резко пригнулась к центру стола. Остальные тоже приблизились, чтобы впитать каждое слово.       — Это было после Нового года. Я тогда была новенькой, чуть больше года в компании проработала — такие, как мы, тут просто пешки. Мы готовили эти чёртовы отчёты до поздней ночи, ходили как зомби от усталости, ничего не понимали, — возмущённо шептала она. — Когда все отчёты были у руководителя на столе, мы чуть выдохнули. Но потом он позвал меня в кабинет. Одной папки на столе не было. Он просто смотрел на меня несколько секунд, — взгляд у него такой цепкий, в душу лезет и выворачивает её, — а потом спросил: «Где отчёт?» Я тогда весь офис перевернула. В итоге оказалось, что Чанбин — он ещё на стажировке был в тот момент, — в каком-то полусне сдал его в архив. Но выговор всё равно получила я, я же тимлид, а эти оболтусы со мной, — указала она на Чонина и туда, где сидел её брат.       — Ох, — выдохнул Чонин, хотя явно слышал эту историю не в первый раз.       — Это я ещё легко отделалась — новенькой была, зелёной.       — Чушь ведь, нашли его потом, — с неверием прошептал Минхо.       — Ты просто его ещё не видел, — Ким сложил руки на груди. — Сидишь там в архиве и ни сном ни духом, что у нас происходит.       — Я-то думаю, почему людей так много в последнее время, — Минхо оглядел столовую. Лица многих из работников он уже видел по несколько раз за эту неделю.       — Вот-вот, — закивал Чонин.       Черён отвлеклась на телефон.       — Я надеюсь, это не проклятие нашей семьи и кто-нибудь не сдал этот отчёт в архив, — буркнула она.       — Я могу проверить, — отозвался Минхо.       — Было бы неплохо, — улыбнулась Черён и вернула взгляд к телефону. — Вот же болван! — вскрикнула она и встала из-за стола, сгребая свою посуду и посуду брата. — Там вообще какой-то ужас. До встречи! — и убежала в ту же сторону.       Минхо посмотрел в записях о выдаче и приёме документов, но нужного отчёта там не было. Однако он нашёл отцифрованный вариант, о котором и собирался сообщить, направляясь на двенадцатый этаж.       Почему-то именно на этом этаже собралась толпа. Приподнимаясь на носочках из-за голов сотрудников, Минхо искал Чанбина или Черён, но нашёл Чонина с Сынмином. Ян стоял, нервно сжимая стакан кофе в руках, буквально приклеившись к стене, а Ким чуть впереди, будто закрывая его собой.       Минхо пробрался к ним и коснулся плеча Чонина. Ян подпрыгнул и чуть вскрикнул, но никто не обратил внимания.       — Я не нашёл папку, но я нашёл отцифрованный вариант, — довольный собой, улыбнулся Минхо. — Что с тобой? — спросил он чуть тише, заметив, как дрожит стаканчик кофе в руках Чонина.       — Я случайно пропустил документ через шредер! — его мягкий и приятный голос сорвался на противный писк на последних словах. — Мне конец, — его глаза стали наполняться влагой.       — Но ведь есть отцифрованный вариант, — опять не понял Минхо.       — Нам нужен оригинал, а не электронная копия, — слова Сынмина прозвучали жёстче, хотя внешне он был спокоен.       Яростный голос отразился от стен офиса.       — Боже, мне плохо! — Чонин опять прислонился к стене и стал сползать вниз.       Сынмин подхватил его с одной стороны, а Минхо — с другой, выхватив стаканчик с кофе, который мог выплеснуться на пол.       — Нужен оригинал со всеми подписями и печатями, иначе — это хуйня, а не документ, — пояснил Сынмин. — Этот отчёт должен идти в аудит. Без оригинала его даже смотреть не будут.       — Но ведь есть выход? — с надеждой спросил Ли, видя состояние новенького.       — Есть, но по-хорошему он и не нужен бы был, а у Цербера бзик на идеальность. К тому же, дедлайны горят, а собирать все подписи и печати — муторная хрень.       Раздался ещё один крик.       — На кого он так? — Минхо стал выглядывать из-за голов сотрудников, но ничего не увидел.       — На Черён и Чанбина, — Сынмин посадил Чонина на пол, выхватил у стоявшей рядом девушки папку и стал обмахивать ей Яна. — На Черён, как на ответственную за команду, а Бин взял вину на себя, но Инни всё равно трясётся весь, — он перевёл взгляд на Минхо. — Теперь веришь?       Минхо молча кивнул. Казалось, весь страх Чонина, находившегося в полусознании, передался ему.       Шум будто утих, а толпа испарилась, ещё чуть-чуть и он бы поверил, что коридоры стали сужаться, но в офисе и правда стало слишком тихо.       Он обернулся слишком резко, из-за чего стаканчик кофе в его руке прилетел в грудь какому-то сотруднику. Кофе выплеснулся на белую рубашку, а стаканчик упал на пол, оставляя рядом с собой лужу. Минхо резко поклонился, слыша поражённые охи, и оглядел краем глаза толпу, которая на самом деле отошла в сторону и притихла.       — Пиздец, — прошептал рядом Сынмин. Кажется, Чонин уже не с нами.       Когда Минхо понял, кто перед ним может стоять, рука руководителя потянулась к его бейджику, свисающему к полу. Ли уже был готов упасть на колени, в лужу кофе, и молить, чтобы его не уволили, — он-то ещё на испытательном сроке. Уволить его — раз плюнуть.       Металлическое колечко на шнурке тихо звякнуло, когда руководитель потянул бейджик ближе к лицу.       — Ли Минхо?! — раздался знакомый голос сверху.       Минхо поднял голову, почти не разгибаясь.       — Ты? — тихо прошептал он.       Увидеть здесь Джисона было удивительно, но большим шоком для него стали буквы на его бейджике, который висел чуть выше уровня глаз Минхо.       «Руководитель IT-отдела Хан Джисон». И фото его, только цвет волос другой.       — В мой кабинет, — отпустив бейдж, ровным тоном проговорил Джисон и пошёл дальше по коридору.       Как только он скрылся за поворотом, к Ли стали подходить остальные сотрудники, смотреть с жалостью, но... Минхо просто отказывался верить, что Джисон, с которым он живёт в общежитии, и Джисон, который «Цербер», — это один и тот же человек.       — Держись, — ладонь Сынмина опустилась на плечо Минхо. — Он злой из-за отчёта, но глобально ты не пострадаешь, — сказал Ким и глянул на кофе под их ногами.       — А... Чонин где? — отмер Минхо.       — У него теперь живот скрутило, бедный, — покачал головой Сынмин.       — Так, злобный руководитель отдела — это Хан Джисон? — с неверием спросил Минхо.       — Ну да, — он стал оглядывать толпу, которая стала медленно расходиться.       — И у него взгляд, который выворачивает душу? — уточнил Минхо.       — Да, это о нём говорила Черён, — закивал Сынмин.       Лицо Минхо скривилось от сомнений.       — Мне правда жаль, — понял совсем не так Сынмин. — Ты ведь не знаешь, где его кабинет?       Минхо молча кивнул.       Они торопились, шли большими шагами по безлюдному коридору. Признаться, прямо перед дверью Минхо захотел открыть её чуть ли не с ноги, чтобы проверить, тот ли это Джисон и какая у него будет реакция, но откинул эту идею в сторону, принимая правила игры.       Сынмин попятился назад, как только они подошли, и, показав два пальца вверх, улыбнулся, пытаясь приободрить Минхо. Ли постучался, не желая больше ждать.       — Войдите, — послышалось приглушённо из-за двери.       Минхо робко открыл дверь и поклонился, замерев на пороге. И куда делась вся его уверенность?       — Садись, — кивнул Джисон на кресло, которое стояло напротив его собственного, но сам он остался стоять за спинкой.       Джисон уже успел сменить рубашку на пиджак, прикрывающий грудь. Жарковато, конечно, конец июня как-никак, но кондиционер делал своё дело.       Минхо неловко прошёл и опустился на мягкую обивку.       — Извини... те... — выдавил он из себя, мечась между уважительной и повседневной формами. Взгляд его был направлен на колени, на которых он беспокойно сжимал ладони.       — Не ожидал тебя тут видеть, — Джисон слегка улыбнулся уголком губ, но взгляд по-прежнему оставался цепким.       — Я тоже, — промямлил Ли и рискнул на секунду взглянуть на его улыбку.       — Как давно ты тут? — Джисон сел напротив, сложил руки под подбородком и прошёлся взглядом по Минхо.       По утрам они не виделись: Минхо уходил раньше семи, Джисон в офисе был только к девяти. По вечерам каждый быстро проскакивал в свою комнату, а после в ванну, желая поскорее скинуть тягость дня.       — Около месяца, — Минхо стал ещё больше напрягаться, не понимая, как долго «Цербер» будет вести с ним любезные беседы.       — Надо же, — нахмурил брови Джисон. — Почему я тебя не видел? — он склонил голову набок.       — Я в архиве работаю, — Минхо поправил очки на носу.       Джисон улыбнулся, как же ему не хватало этого жеста. Бóльшую часть времени Минхо находился в общежитии без очков.       — Но ведь архив не похож на библиотеку? — Хан сощурил глаза.       — Да, но хотя бы что-то, — Минхо только пожал плечами, начиная понемногу расслабляться.       — Ты поэтому тогда такой радостный был, — снова улыбнулся Хан.       Минхо кивнул.       — Мне казалось, что наш офис далековато от квартиры, — невзначай сказал Джисон, перекладывая бумаги на столе.       — Возможно, — Минхо опять неловко кивнул. — Но я справлюсь.       — Во сколько ты начинаешь? — Джисон поправил пиджак, рука сама потянулась к верхней пуговице, но замерла, вернувшись обратно на стол.       — В восемь, — он оттянул горловину, которая стала душить. Даже Минхо сейчас было жарко в тонкой рубашке, он и представить не мог каково Джисону в плотной ткани пиджака.       — Но выходишь раньше семи, — Минхо напрягся. — Не устал рано вставать? Библиотека ведь в десять открывалась.       — Я быстро привыкаю.       Тишина стала затягиваться. Минхо уже собирался спросить, может ли он вернуться в архив, но Джисон его опередил:       — Почему кофе? — спросил возмущённо Джисон.       — Что? — ошарашенно переспросил Минхо, хотя услышал.       — Кофе. Ты говорил, что не любишь его, — теперь он сложил руки в замок и опустил их на стол.       — Это не мой, — замахал руками Минхо.       — Кому-то принёс? — глаза Джисона отчего-то блеснули.       — Нет, — теперь он активно замотал головой. — Я просто взял подержать. Коллега... занят был, — сказал он почти правду.       — Друзьями обзавёлся? — невзначай спросил Джисон.       — Ну, типа того.       — Хорошо, тогда... — замолчал он на мгновение, — можешь идти.       — Хорошо, эм, — он сделал пару шагов в сторону, но замер. — До вечера?       — До вечера. Минхо, — окликнул его Джисон, прежде чем тот открыл дверь. — Лишнего друзьям не говори, уговор? — он откинулся на спинку кресла, закинув ногу на ногу.       — Понял, — Ли вышел и закрыл дверь, чувствуя, как сердце колотится о рёбра.       У лифта его поймал Чонин с вопросом в глазах. Минхо сказал, что сильно ему не досталось, заметил всё ещё бледное лицо Яна и поскорее скрылся в архиве. Работа не ждёт. Остальной день прошёл быстро, как в тумане.       Уже в общежитии, когда Минхо остался один на один со своими мыслями, он окончательно осознал, что Джисон всё это время был под боком. А что за ужасы о нём рассказывали работники? Если бы ему сказали ещё в первый день, как они увиделись — Минхо бы ни за что не поверил. Картинка не сходилась. Злым начальником может быть кто угодно, но не «школьник» с пепельно-синими волосами, который пришёл за ярким комиксом в безразмерном мешке вместо одежды. Хотя, если быть честным, Минхо бы так же не поверил в то, что будет жить с ним, деля быт. Жизнь — удивительная штука!       И теперь он хотя бы на законных основаниях может жить в общежитии. Кстати, стоит уточнить этот вопрос у остальных. Может, они помогут?       Джисон задерживался, значит, готовит сегодня Минхо. Воткнув в уши старые наушники, он приступил к готовке. Песни хоть ненадолго заглушали надоедливые голоса. Возможно, Минхо понимал Джисона с его помешанностью на музыке, но только немного.       Музыка затягивала, да, но сравнения с музыкой Минхо всё ещё не понимал. Зато он прекрасно чувствовал сами песни, начиная бормотать под нос обрывки фраз, а после и напевать. Так готовка проходила даже быстрее, оставалось только добавить в жареный рис с кимчи яйцо и зелёный лук, который остался на разделочной доске позади него.       — Ё... — вскрикнул он, не договорив ругательство. Джисон сидел за столом, подпирая ладонью щёку.       — Йоу! — улыбнулся Джисон и сложил пальцы в жесте «рок», а затем тихо рассмеялся.       — Напугал, — буркнул Минхо и сгрёб в кулак нарезанный лук.       — Извини, — было слышно улыбку на его губах.       Сняв один наушник, Минхо разложил рис по тарелкам, накрыл сверху жареными яйцами, нарезал ветчину. На фоне слышалось, как шуршат штаны Джисона, который, скорее всего, болтал ногами. Когда Минхо вновь повернулся, Джисон встретил его довольной улыбкой, которая была будто бы с хитринкой.       И это злой руководитель, от взгляда которого все дрожат, а кто-то и в обморок падает?             Улыбнувшись одним уголком губ такому абсурду, который почти видел своими глазами, он дождался, когда Джисон попробует, и приступил к еде.