Очередная охота

В этой бесконечной пустыне нет ничего интересного. Снег, скалы и бескрайнее серое небо. Сколько себя помню, так было всегда. Я рос в пещере, играл со своими братьями и сёстрами, ел, спал. Как бы далеко не выходил, никогда не видел ничего нового. Единственным, что добавляло хоть сколько-то разнообразия в мою скучную жизнь, была добыча, которую приносила мать. В этих безлюдных краях помимо нас было два вида созданий: высокие с белой шерстью и маленькие со странной шкурой. С первого взгляда они все казались одинаковыми, но со временем я начал подмечать мелкие отличия. Сгорая от любопытства, я с жадностью рассматривал их морды, туловища, лапы. Белошёрстые — не особо интересные: они вечно какие-то скучные, и даже несмотря на едва заметные различия морд, всё равно всегда казались близнецами. Зато мелкорослые всегда чем-то, да удивят. Их шкуры всякий раз различаются, а на них в свою очередь могут появиться в некоторых местах разные выпуклости, где могут скрываться всякие странные штуки. Что меня всегда удивляло, так это насколько легко с них снимается кожа, словно она и не их вовсе. И если аккуратно её снять, то не будет даже крови, что кардинально отличало их от моих сородичей или белошёрстых гигантов. На вопрос «почему так?» не знает ответа даже мать. Она никогда не была любопытной, а поэтому без меня даже и не обратила бы внимания на такую особенность. Детёнышем вечно сидеть в пещере – адская пытка. Снаружи — бескрайние горы, покрытые снегом. Под снегом — голая земля без чего бы то ни было интересного на ней. Именно поэтому мне оставалось только развлекать себя сбором всяких вещей со странношкурых созданий. В основном это острые причудливые камни; гладкие булыжники, повязанные на сплетённые волосы с шерсти гигантов, а иногда — из шерсти с их же голов. Я попробовал и сам сделать такую вещицу, но ничего не получалось: лапы были слишком большие, а когти мешали аккуратно связывать волоски. Иногда связки камней висели под шкурой этих созданий на шее, иногда на передних лапах. Напрашивался вывод, что те умеют сбрасывать и надевать свою кожу по собственному желанию, хоть я и не знаю зачем. Как и не знаю зачем им эти штуки. Но это хоть объясняет, почему их покрытие так легко отдирается. Острые камни тоже разные. Есть короткие, размером с мой клык, есть тонкие и хрупкие, но чуть длиннее. Странношкурые держат их в передних лапах, заменяя им когти, которых у них почему-то нет. Мать рассказывала — а после и я сам на охоте видел — что в отличие от нас, и гиганты, и карлики могут передвигаться только на задних лапах. У белошёрстых всегда при себе есть большое вытянутое оружие, которым они сражаются. У карликов же — более длинная версия тех тонких хрупких камней, которыми они пытаются проткнуть противника. А часть странношкурых с помощью очень причудливых штук могла далеко кидать свои орудия. Вообще мне кажется, что это и не камни вовсе, а кости. У этих существ довольно странные лапы, но благодаря своему строению они очень ловкие. Наверное, эти создания умеют очень аккуратно и правильно ломать кости, чтобы делать те штуки, с помощью которых они охотятся. Почему я это рассказываю? Сегодня я хочу взять тебя на охоту. Ты должен знать особенности своей добычи. Просто немного увлёкся. Наша главное преимущество – ловкость и скрытность. Мы быстрее, резче, чем наши цели, из-за чего нам не страшны их странные камни и разломанные кости, если быть бдительным. Каждое из этих существ по-своему опасно. Гиганты невероятно сильны и живучи: чтобы их свалить, нужно очень сильно постараться. Они неуклюжи, но, если попадут в тебя своим огромным камнем, скорее всего ты умрёшь. Так убили мою мать. Тогда нам братьями и сёстрами пришлось жить вместе: старшие охотились, обучали молодняк вместо матери, потом уходили в поисках пары, и уже следующие обучали подросших малышей. Так делал и я; мне оставили самых младших из нас, посчитав уже взрослым. Не всех я уберёг, но, надеюсь, у выживших брата и двух сестёр всё хорошо и им удалось обзавестись семьёй. Продолжим. Именно гиганты для меня опаснее всего. Мой старший брат справлялся с ними намного лучше, однако погиб от лапы мелкорослого. Но всё равно твоя первая охота будет на создание со страной шкурой, с ними мне удаётся лучше справляться. Эти существа всегда ходят стаей, в отличие от гигантов и нас. В одиночку они не опасные, такие же неуклюжие, как и белошёрстые, но при этом маленькие и хрупкие. Достаточно одного удара лапой, чтобы если их и не убить, то хотя бы серьёзно ранить. Но в стае эти создания представляют большую опасность. Обычно они ходят по шесть-десять особей. У каждого из них есть своя роль, благодаря чему те слаженно работают. Кто-то отвлекает на себя и длинными заострёнными костями защищает других, кто-то бросается камнями. Они любят незаметно окружить или прижать к скале жертву, и, если бедолага упустит это из вида, странношёрстые загонят в ловушку и убьют, как это произошло с моим братом. Тогда меня успели ранить в глаз, но я смог сбежать. При этом тактика у тех против нас и против гигантов различается. Как-то раз из засады я наблюдал, как они сражались между собой. От белошёрстых странношкурые всегда стараются держаться на расстоянии и по кругу отвлекают гиганта, закидывая оружием. Огромные создания не особо умны, поэтому часто пытаются напасть на тех, кто им причиняет боль, поэтому постоянно отвлекаются и атакуют всё время разные цели. Таким образом мелкорослые и выматывают гиганта до тех пор, пока тот не упадёт. Зная тактику наших целей, мы с тобой сможем им противостоять. Именно поэтому мне охота на странношёрстых даётся легче, чем на гигантов. Только умом можно обыграть ум. Оставайся на месте, сын, первое время ты должен только наблюдать из укрытия. Следи за моими действиями, надо запомнить всё-всё-всё. Это крайне важно!

***

Уже несколько лет я мечтаю найти убийцу моих брата и отца. Эта белоснежная тварь без левого глаза всё ещё всплывает у меня в голове. Огромная, наверное, метра три или четыре ростом и все десять метров в длину. С вытянутой мордой, огромными лапами и длинными когтями, которые острее наших лучших ножей. Может, не самый большой из представителей его рода, но определённо внушающий страх. В тот день отец взял нас с братом с собой на очередную охоту, чтобы обучить сражаться с гигантами. Эти тупые создания довольно опасны, но при соблюдении тактики их относительно легко убить. Мы бродили по пустоши несколько дней, уже довольно далеко уйдя от поселения, но так никого не встретили. Это не было чем-то особенным: бывало, отряд не находил добычи неделями. Наши запасы подходили к концу, поэтому мы возвращались домой. Но в одну из ночей на нас напала та тварь. Эти создания значительно опаснее, чем гиганты. Они ловки и умны. Тогда на дежурстве стоял мой отец с ещё двумя товарищами. Наш отряд быстро поднялся и смог отбиться от одноглазого, но тот успел загрызть отца и, захватив его тело в качестве трофея, сбежать. Спустя несколько лет, уже подросшие, мы с братом отправились на очередную охоту. И снова в ночи появился он. Или она? Чёрт знает, но интуиция охотника подсказывает, что всё же "он". К сожалению, в тот раз наш отряд состоял в основном из молодых парней, моих ровесников. Возможно, поняв это, тварь не спешила отступать после убийства первой цели. Ловкими движениями он уворачивался от стрел и выпадов копий, постепенно убивая наших. Ветераны, которых было всего пару человек, приняли решение бросить раненых и бежать. Они знали повадки тварей; знали, что им достаточно человек пять за охоту. Среди невезучих оказался и мой брат. Одноглазое создание порвало когтями его правое бедро, у него не было шансов сбежать. А я улепётывал только так, лишь, оглядываясь только для того, чтобы увидеть, как, точно скаля свою морду в злобной ухмылке, этот хищник добивал моих оставленных на произвол судьбы товарищей. Поглядывая в нашу сторону, тварь в конце концов лапой располосала горло брату, а потом стала оттаскивать тела в сторону куда-то к себе. Честно говоря, я не хотел и не хочу брать тебя с собой. То чудовище, словно проклятье, уносило жизни дорогих мне людей, и я не хотел бы рисковать и тобой. Но ты растёшь, когда-то и тебе придётся начать охотиться. Это время пришло. Среди нас много опытных людей, а поэтому ничего не должно случиться. Но гложет меня очень неприятное чувство... Как и тогда, нам вновь не везёт с добычей, вновь мы не можем найти гиганта, и вновь возвращаюсь я домой с дорогим мне человеком.

***

Чутьё охотника не подвело. В очередную ночь в его смену белоснежная одноглазое создание напало на лагерь. Человек проклинал злой рок, но в глубине души злорадствовал. Всё началось с убийства товарища, который стоял как бы сбоку, но в поле зрения мужчины. Однако тварь слишком замешкалась, а потому к тому моменту, когда грудь охранника была разорвана, весь лагерь уже успел встать, и люди не позволили ей забрать труп. Безымянное создание не хотело сражаться со всеми сразу, ведь за грудами камней в стороне его ждал отпрыск, которого нельзя оставлять одного вне родной пещеры.

. . .

В столь суровом мире вечного снега и льда любая ошибка смертельна опасна. Одноглазое создание из-за дефектного глаза промахнулось и не смогло быстро убить и утащить цель, и теперь ему придётся сражаться, планируя найти удачный момент и попытаться сбежать. В затянувшейся битве над мужчиной возьмут верх эмоции, он неудачно выйдет вперёд в своём выпаде копья, нарушит строй и поплатится жизнью. Тварь не сумеет сбежать через образовавшуюся щель, её убьёт удачливая стрела. Сын мужчины, впервые увидев смерть в столь юном возрасте, а тем более столь жестокую, ещё и над его отцом, не сможет этого принять и станет отшельником. Он больше не выйдет на охоту, отощает и продолжит жить безвылазно дома, страшась любого шороха, никогда не найдёт невесту в одной из соседних деревень и оборвёт род охотников. Отпрыск одноглазого так и не вернётся в пещеру. Он заблудится и его убьёт гигант, а вскоре и вовсе будет забыт братьями и сёстрами. Его запомнят лишь ставшие в тот момент старшими близняшки, другие же будут для этого слишком юны. Ещё трое из детёнышей погибнут в разное время, а уцелевшие смогут вырасти и уйти в поисках новой семьи, оставив старую мать умирать в одиночестве. Холодный, вечно снежный и гористый мир всего этого и не заметит. Он так и продолжит засыпать снегом землю и кости на протяжении сотен лет, заставляя сражаться за жизнь людей, гигантов и тварей.