(Не) с первого дубля

Вэй Ин с любопытством осматривался вокруг. Похоже на рыночную площадь: прилавки с овощами и морепродуктами, палатки с самодельными украшениями и деревянной утварью, а еще обязательный для маленьких поселений каменный колодец, возле которого играла местная детвора. Среди низких построек выделялось строение в два этажа, с круто изогнутыми вверх краями крыши, покрытой почти черной черепицей. Под ней прибита вырезанная из дерева вывеска «Поднебесный Двор» намекала, усталому путнику здесь предоставят не только сытный обед, но и ночлег. Мирная атмосфера была вмиг нарушена, когда из харчевни вывалился человек, будто его вышвырнула изнутри невидимая сила. Следом показался статный длинноволосый заклинатель в белоснежных одеждах, бодро отбивающий атаки сразу двух противников. Выглядящие хуже восставших мертвецов, те с таким остервенением кидались на острие клинка благородного юноши, что сразу становилось ясно, долго не проживут. Заклинатель с разворота рубанул одного мечом, нанося смертельную рану, одновременно с выпадом ловко извлек откуда-то бумажный талисман, выверенным движением прилепив второму на лоб. Поверженная нечисть как подкошенная пала ниц перед таким великолепием. - Стоп! Снято! С первого дубля, Лань-сюн, тебе просто нет равных. Пять минут на восстановление декораций и прогоним с самого начала с крупными планами, - распорядился режиссер. Вэй Ин восхищенно захлопал. - Ощущение, что перенесся прямиком в мир сянься. Вы – Лань Сичэнь? Я ваш большой поклонник, - улыбнулся он, в одно мгновение оказавшись рядом с актером и протягивая открытую ладонь для рукопожатия. Красивое лицо кумира нахмурилось. Посмотрев выше головы Вэй Ина, актер сухо спросил: - Кто впустил постороннего? Во время съемки запрещено пересекать границу кадра. Он испортил дубль. Фанатам на съемочной площадке делать нечего. - Что? Ничего я не портил, я же после отмашки «снято» подошел, - возмутился Вэй Ин, но от него просто отмахнулись. - Лань-сюн, всё в порядке, он свой. Вэй-сюн, ты уже здесь. Давай пройдем ко мне в фургончик. Ребята, перерыв двадцать минут, но далеко не расходимся. Разрешаю залипнуть в телефоны, только не забудьте сдать гаджеты, когда мы продолжим. Они вошли в большой трейлер, хозяин включил небольшой вентилятор и бросил другу банку лимонада из переносного холодильника. - Вот, охладись. Кажется, на улице под сорок градусов, помереть можно. - Не Хуайсан оттянул ворот своей футболки, давая прохладному воздуху доступ к телу. - Я не был уверен, что твое агентство так быстро согласится подписать контракт. Ты мое спасение. - Шутишь? Ради отметки в портфолио, что я буду работать с самим Лань Сичэнем, мне даже доплатить готовы были. Да и ты, всего в двадцать восемь лет, стал вполне узнаваемым режиссером, Не Хуайсан. Я польщен, что ты вспомнил про мою скромную персону. - Ты себя недооцениваешь. У Вэй Усяня из Чунцина сложилась определенная репутация, многие киноделы хотят видеть тебя в своих проектах, каскадера, который из раза в раз доказывает, что может «достичь невозможного», какой бы сложной не стояла перед ним задача. Вэй Ин улыбнулся краешком губ, в тайне гордясь подобными слухами. Не Хуайсан, выдержав паузу, перешел ко второй части заготовленной речи, рассудив, что любезностей достаточно. - Причина, по которой я так настойчиво просил тебя приехать в сжатые сроки, не только в том, что мне срочно понадобился каскадер. - Правда, что ли? Я весь во внимании. - Мы знакомы с академической скамьи, более десяти лет. И среди всех моих знакомых ты самый… нестандартно мыслящий, назовем это так. – Зашел немного издалека режиссер. – И не боишься ввязываться в авантюры. А еще любишь и умеешь разгадывать загадки. К тому же, я не знаю никого, кто устоял бы перед твоим природным обаянием. И мне очень нужен человек, который вмещает в себе все эти качества бонусом к профессиональным навыкам. - Хватит мне льстить. Я уже здесь. Так что от меня требуется? - Дело в Лань Сичэне. Раз ты его фанат, думаю это станет дополнительной мотивацией помочь разобраться в ситуации. Ему угрожают. Вот, посмотри. – Не Хуайсан протянул письмо, составленное из печатных иероглифов журнальных вырезок. «ЛС, откажись от роли в «Заклинателе чести», иначе пожалеешь». - Довольно расплывчатая угроза. Больше похоже на плохую шутку. - К сожалению, у нее есть продолжение. Конверт с угрозой обнаружили среди прочей корреспонденции на имя Лань Сичэня. Не смотря на электронные письма, многие фанаты продолжают пользоваться таким старомодными методом выразить свое признание любимому артисту. Само собой, без обратного адреса и без штампа. - Подбросили письмо, минуя почтовые службы, - понятливо кивнул Вэй Ин. - В полицию, как я подозреваю, никто не обращался. - Нам не нужен негативный шум вокруг дорамы. Пришлось пройти бюрократический ад, чтобы добиться финансирования и отстоять сценарий у цензеров, малейшая тень на проект, и его прикроют. К тому же сам Сичэнь-гэ не отнесся к предостережению серьезно. Он убедил меня, что паниковать из-за неуравновешенного хейтера излишне. Это произошло две недели назад, так совпало, что как раз отсняли все студийные эпизоды. Хотя сейчас мне кажется, что момент был выбран не случайно. Куда едет съемочная группа на натурные съемки информации в СМИ не давали, а здесь закрытая для посторонних территория, да к тому же вдали от города, мы понадеялись, что этого достаточно, чтобы обезопасить нашу звезду. Под нами я имею ввиду себя, продюсера Сюя и пиар-менеджера Вана. Да только неделя не прошла, как стартовали, а в его тальк для лица подмешали посторонний порошок, вызывающий сильную аллергию и сыпь. У Лань Сичэня отдельная гримерка, исключено, что жертвой мог быть кто-то другой. Лишь благодаря бдительности личного менеджера Лань Сичэнь не воспользовался им. - И ты хочешь, чтобы я вычислил кто это пакостит? - Ты хорошо разбираешься в людях, легко вольешься в коллектив и сможешь разговорить любого, уж в этом я уверен. Удачно получилось, что понадобился новый дублер для Мэн Яо. - А со старым что? Неужели ты его… - За кого ты меня принимаешь? Он сам поломался, игнорируя наставления постановщика трюков. Но, не спорю, это сыграет нам на руку. У тебя будет основание находиться непосредственно рядом с Лань Сичэнем и остальными актерами. В случае, если за оставшиеся до конца съемок две недели ты не сможешь разоблачить злоумышленника, то просто отработаешь свой официальный контракт. Я уповаю на то, чтобы съемки прошли как задумано, без всяких происшествий, и твое здесь присутствие оправдает себя лишь как моральная поддержка. Но лучше я перестрахуюсь. – Не Хуайсан протянул другу конверт. – Это аванс. Если ты разберешься за установленный срок кому наша звезда покоя не дает, я утрою твой оклад. Заглянув внутрь, Вэй Усянь довольно прищурился, увидев пачку банкнот. - А если ничего больше не произойдет? - Тем лучше. Значит злопыхателя Лань Сичэня следует искать на стороне. Завершив съемки, я обращусь в соответствующие органы. Задаток в любом случае остается у тебя. Но если недоброе замышляет один из участников проекта, вычисли эту мразь.

***

В первую очередь Вэй Ин раздобыл карту с обозначенными для съемки локациями и узнал где тут кормят. И дело было не в том, что он голодный, хотя так и было, а в стратегическом назначении столовой. Во время трапезы было проще проследить иерархию, кто с кем общается и прочувствовать атмосферу в коллективе в целом. Дождавшись обеденного перерыва, Вэй Ин вошел в большой павильон, где витали аппетитные ароматы мяса, специй и сдобы. Меню было одно для всех, без привилегий для актеров первого эшелона. Ели, что называется, из общего котла. На первый взгляд вокруг царила гармония и взаимопонимание, все выглядели вполне доброжелательными, открыто общались, смеялись, никто никого не задирал. «Одна большая семья», как не погляди. Тем не менее бросалось в глаза, что повышено красивые люди, одетые в причудливые исторические наряды, ели за одним столом, а шумные ребята в рабочих костюмах, и те, чья одежда была мастерски состарена и художественно изгваздана подсохшей грязью, держались своими кучками. Не трудно было догадаться, что это актеры массовки и каскадеры. Вэй Ину нужно было найти «третью силу», тех, кто отвечал за закулисье подмостков, и мог снабдить его сплетнями о значимых персонах вне софитов. Поискав глазами, он нашел подходящую разношерстную публику, одетую опрятно и современно, собравшуюся за одним из столов. - Не занято? – с улыбкой спросил Вэй Ин у миловидной девушки, сидевшей с краю. – Могу здесь упасть? - Конечно, - вернув улыбку, подвинулась чуть плотнее на лавке та. - Я Вэй Усянь, будем знакомы, - представился своим рабочим именем Вэй Ин, отвесив легкий поклон всем разом. - Новенький? Не видел тебя раньше, - сразу же заинтересовался парень напротив. - Угу. Взяли на должность каскадера. Надеюсь особо опасных трюков не планируется. - Кто знает. Это же сянься, полетать точно доведется. А на роль какого-нибудь заклинателя не пробовался? Ты смазливый, для второго плана вполне сгодился бы. - Да мне и на своем месте неплохо, - пожал плечами Вэй Ин, ничуть не смутившись. Разломав лепешку, он запихнул сразу половину в рот, осматриваясь. За столом актеров он заметил Лань Сичэня, что слушал своего невысокого коллегу, время от времени кивая, мило улыбаясь при этом. Вэй Усянь, не сдержавшись, хмыкнул. - Что тебя заинтересовало? – спросила девушка. – Я еще не представилась, меня зовут Цзян Яньли, я менеджер Лань Сичэня. Мне не показалось, ты смотрел на него? Если поклонник, могу тебя представить ему. Лань Сичэнь любит общаться с фанатами, охотно даст тебе автограф. - Уверена? Я вот так не думаю. Столкнулся с ним утром, мне он не показался расположенным к беседе. Практически вышвырнул со съемочной площадки, не дав объясниться. Цзян Яньли рассмеялась, не восприняв его обиду всерьез. - Думаешь, я выдумываю? – театральным жестом схватился за сердце Вэй Усянь, но губы сами собой растянулись в улыбке, попадая под очарование заразительного смеха. - Думаю, что ты обознался, - объяснила свою реакцию девушка. - Сильно сомневаюсь, мы стояли чуть ли не нос к носу. Он кстати, даже наряд не сменил. И прическа волосок к волоску, видать хороший у вас здесь стилист. - Спасибо, - махнул ему еще один сосед по обеденному столу. – Я Мо Сюаньюй, стилист, гример, костюмер и главный ценитель прекрасного. Моим умелым ручкам доверяют весь актерский состав. Разве что Лань Сичэню перепадает внимание очаровательной Цзян Яньли на зависть остальным. И согласен, Лань Сичэнь не мог ни с кем так себя повести. Он слишком хорошо воспитан, чтобы швыряться людьми. - И тем не менее. – Развел руками Вэй Усянь. Видать его на самом деле задело, что любимый актер грубо его отчитал. - Посмотри туда, - новая знакомая указала в противоположном от звезд дорамы направлении. Вэй Усянь послушно повернул голову. За небольшим столиком у окна с книгой в руках, хотя то мог быть и сценарий, сидел человек в современном легком халате поверх простой белой футболки и брюк, но в длинном парике с высокой прической. И у этого человека было лицо Лань Сичэня. - Доппельгангер? Двойник? – ахнул Вэй Усянь, даже чуть подавшись вперед. Похож, очень похож, но, если сравнивать с оригиналом, отличий хватало. Этот был каким-то напряженным, выражение лица сосредоточенное, и представить улыбку на нем фантазия отказывала. – Злой брат-близнец? - Лань Ванцзи. Хотя с Лань-лаоши они очень похожи, но он младше на два года. Лань Ванцзи - дублер брата и постановщик всех трюков. Именно он будет твоим наставником и координатором. - Повезло мне, - без энтузиазма в голосе порадовался Вэй Усянь. – С такими данными, и не актер? - Харизмой не вышел, - едко заметил подслушивающий их диалог парень, что прочил Вэй Ину карьеру лицедея на минималках. - Су Шэ просто завидует, - прижался к тому Мо Сюаньюй, якобы утешая. – Всё еще злится, что Лань Ванцзи его забраковал, когда срочно понадобился новый дублер для Мэн Яо. Выходит, ты и есть сменная подушка для битья для антагониста? – махнул на него палочками Сюаньюй, довольный, что первым догадался. - Су Шэ, как не пытался сойти за такую, не смог. - Вообще-то Лань Сичэнь и сам многие трюки выполняет, но за особо сложные и рискованные берется только Лань Ванцзи. Благодаря удивительному сходству, его даже крупным планом снимают. Только вот магия развеивается, стоит ему заговорить. В столовую вошел Не Хуайсан. Поздоровавшись со всеми, он прошел к раздаточному столу, взяв стандартную порцию обеда и дополнительный десерт, после чего прошел мимо их столика, даже не взглянув в сторону Вэй Ина, туда, где расположились поесть оператор с продюсером. - А это наш главный – режиссер Не. Ты не смотри, что с виду он такой молодой. Его слушаются даже самые капризные актеры. Будешь ему перечить, твой рабочий график превратится в день сурка с бесконечными падениями с лестницы, пока ты не станешь молить о пощаде. Был еще случай, когда подающая надежды актриса вздумала его поучать, так ее роль внезапно сократилась до двух сцен, оставшихся на полу монтажной. Одним словом, жуткий человек, держись подальше. Мысленно Вэй Ин согласился, со времен академии Не Хуайсан, видно, не сильно изменился, не давая обидчикам спуску самыми изощренными способами. - Понятно. Ну, я надеюсь быстро освоюсь. Рассчитываю на вас, ребята. - Будут вопросы – обращайся. Ты похож на своего парня, - разрешил Мо Сюаньюй, возвращаясь к тарелке с остывшей лапшой.

***

Следующие несколько дней Вэй Усянь потратил на то, чтобы со всеми перезнакомиться и очертить круг подозреваемых. В первую очередь, конечно, он обратил внимание на основных актеров. Лань Сичэнь исполнял в дораме роль странствующего заклинателя, покинувшего свой клан по каким-то, наверняка, трагическим причинам. Его любовный интерес, строптивую наследницу враждебного ордена, на экране воплощала Ло Цинъян, но фанаты, разбившись на два лагеря, шипперили светлого заклинателя с его близким другом и еще с антагонистом. По сети гуляли слитые фото со студийных съемок, где Лань Сичэнь расточал улыбки то одному, то другому, отчего страсти разгорались только сильнее. Релиз уже заранее окрестили долгожданным бромансом с множественной раскладкой. Не Минцзюэ, играющий ближайшего соратника главного героя, и в жизни являлся другом Лань Сичэня, а также старшим братом Не Хуайсана, и в касте «Заклинателя чести» он появился благодаря этим двум. Только, если обычно близкие связи подразумевали, что кто-то по блату вошел в кадр, то Не Минцзюэ пришлось упрашивать сняться, так как никого другого в этой роли ни режиссер, ни главная звезда проекта всерьез не рассматривали. Когда Вэй Усяня представили актеру, чьим дублером взяли в дораму, тот как раз заканчивал перед камерой диалог с Лань Сичэнем, расписываясь, что на самом-то деле он злодей-манипулятор, ставший причиной череды бед главного героя. Может, конечно, это был профессиональный отыгрыш, но, когда протагонист и антагонист стояли напротив, актер излучал действительно жуткую ауру, не давая усомнится – Сичэня он ненавидит всей своей прогнившей душонкой. Вэй Ина он как свою замену одобрил. Они были схожего телосложения, хотя на лицо совсем разные, но этого и не требовалось. Только приходилось носить парик на два тона светлее, в цвет волос Мэн Яо, что в условиях адской июньской жары было мучительно. Страдал Вэй Ин не в одиночестве, так как мода древних заклинателей предписывала длинные волосы каждому. Обливаясь потом, актеры смиренно щеголяли искусственной шевелюрой по пояс, а в широких рукавах прятали портативные вентиляторы, ловя потоки прохладного воздуха между дублями. Мэн Яо, кстати, оказался смешливым и неконфликтным. Вэй Усянь провел с ним достаточно времени, чтобы изменить изначальное нелестное о нем представление, пока общался и перенимал манеру поведения, которой нужно было подражать в кадре. Тот часто угощал чем-то вкусненьким и таскал баллончик с оросителем, освежая себя и любого, кто находился рядом, как и он сам, умирая от духоты. А еще он был жутко рассеянным, постоянно терял части гардероба и мелкий реквизит, и это придавало ему милоты в глазах окружающих. Между делом Вэй Ин выпытал, что Мэн Яо также получал на электронную почту гневные письма, но в отличии от Лань Сичэня, которого фанаты боготворили и подыскивали к кому в постель подложить, путающие фантазию с реальностью хейтеры сыпали проклятиями, обращаясь к нему по имени экранного злодея. Из-за чего за пределами лагеря, где расположилась киношная группа, актер ходил в обществе накачанного мужчины в строгом костюме, готового грудью принять урон на себя, прикрывая знаменитость.

***

С утра в гримерке творилось форменное безобразие. Ассистенты бегали, разнося своим подопечным кофе с булочками, чтобы настроить на рабочий лад, а те, устроившись в креслах перед подсвеченными круглыми лампочками зеркалами, ожидали получасовой если не больше экзекуции, пока визажисты и гримеры будут наращивать искусственные пряди и колдовать над соответствующим макияжем. В соседнем павильоне приводили в надлежащий разухабистый вид массовку, части из которых сегодня предстояло играть пострадавших мирных жителей, а второй – восставших мертвецов. После полудня, могло так статься, их амплуа сменятся на противоположные. А многие каскадеры, включая и Вэй Усяня, готовились «умирать» по нескольку раз. - Кто-нибудь видел мою гуань? Я ее где-то здесь оставил? - Мэн Яо, ты половину реквизита уже посеял. Пора у тебя из зарплаты вычитать, - насмешливо прокомментировал Цзян Чэн, сидя в кресле гримера. – Ауч, поаккуратнее. - Простите, господин Цзян. Пожалуйста не вертитесь, пока я занят прической, - бодро извинился Мо Сюаньюй, собирая его волосы в пучок на затылке. - Мо, ты поаккуратнее, а то он тебе ноги переломает, - съехидничал Цзинь Цзысюань. - Очень смешно. Ты, если что, первый на очереди, шутник. Стоит мне еще раз увидеть, как ты отираешься рядом с Яньли. И в том была высшая ирония, что персонажи, известные своей враждой, коих в кадре воплощали Цзян Ваньинь и Цзинь Цзысюань, то ли так вжились в свои роли, то ли обладая на редкость противными характерами, даже после завершения совместных сцен продолжали собачиться вне съемочной площадки. Вот такие вот милые люди. Мо Сюаньюй поделился по секрету, пока занимался макияжем Вэй Усяня, что они девушку не поделили. - То есть, Цзян Ваньинь, брат менеджера Цзян, чрезмерно опекает сестру. Наша Цзян Яньли такая хорошая, но умудрилась влюбиться в Цзинь Цзысюаня. А тот, говорят, при всех сказал, что не по статусу ему с такой дурнушкой встречаться. Да тогда многие возмутились, даже Лань Сичэнь всполошился, задаривая ассистентку шоколадом и цветами, чтобы приободрить. Удивительно, но даже это не сыскало ему славу бабника, как вышло бы с тем же Цзысюанем. Он и к Не-лаоши ходил, потолковать о значимости роли Цзинь Цзысюаня в проекте. Но как-то все разрешилось. Не довел, стало быть, наш миротворец, дело до конца. Но господину Цзиню не сладко пришлось, ему с того времени бойкот объявили, совершенно невозможно было работать. Режиссер лично просил у Яньли, чтоб повлияла на брата и Лань Сичэня, дабы снизить градус хейта. Могло ли так статься, что Цзян Ваньинь приревновал сестру к Лань Сичэню настолько, что опустился до анонимных угроз, а когда это не подействовало, решил покалечить из-за братского комплекса ведущего актера дорамы, в которой оба снимаются? Или же, это у Цзинь Цзысюаня, вынужденного терпеть травлю, начатую с легкой руки оскорбленного за ассистентку Лань Сичэня, сдали нервы, и он решил свести с ним счеты? Набравшись сведений, Вэй Ин ринулся отрабатывать обе версии. А что может быть лучше и честнее, чем ужраться вусмерть вечерочком, выбалтывая благодарному слушателю все свои обиды? По итогу, Цзян Ваньинь оказался нормальным парнем. Вспыльчивым немного, но такой больше грозится, чем действительно полезет в драку. Сестру он свою на самом деле сильно любит, и с досадой осознает, что вздумай хвост накрутить этому павлину Цзинь Цзыюаню, она только больше расстроится. А что до Лань Сичэня, о нем ничего плохого не говорил, равно как и хорошего. Опять же, Цзян Яньли своего работодателя страшно уважает, он ее ценит и хорошо платит. Случись с ним что, и карьера сестры под угрозой будет. Так что Вэй Ин пришел к выводу, что покушаться на Лань Сичэня его новый бро никак не мог. Протрезвев на следующий день и отработав положенные часы под палящим солнцем, заучивая необходимые для постановочного трюка движения, Вэй Ин вечером отправился налаживать контакт с Павлином Цзысюанем. Этому парню пафосное прозвище и прям подходило, такой он был весь холеный и гордый, как важная птица. Но и он проверку на подлость прошел. Пить он умел еще хуже, чем Цзян Чэн, хватило три стакана крепленого, чтобы он раскис и стал жаловаться Вэй Усяню, каким придурком был, что из-за смущения оттолкнул такую женщину. Цзян Яньли, как оказалось, он считает не просто хорошенькой, а богиней, достойной поклонения. И он уже полгода, если считать с того дня, когда увидел ее на пробах дорамы «Заклинатель чести», по ней сохнет. И ляпнул он, не подумав, не разобравшись какие отношения между ней и Лань Сичэнем, когда дело дошло до репетиций. Что же до Лань Сичэня, убедившись, что девушке его мечты этот улыбчивый тип абсолютно не сдался в романтичном плане, Цзысюань о нем тем более больше положенного не вспоминал. Талантливый актер, и человек неплохой, наверное. А вообще Цзинь Цзысюань плевать на него хотел с высокой колокольни, лучше давай, Вэй Усянь, послушай еще как прекрасна Цзян Яньли, когда в ее волосах играют солнечные лучи… Если подытожить, то Цзинь Цзысюань на роль злодея тоже не годился, и парень он простой. Но с ним Вэй Ин больше пить не станет, наслушался. Кто там следующий на очереди?

***

Сложнее всего было привыкнуть вставать по утрам. До «Заклинателя чести» Вэй Ину везло с режимом, на съемочной площадке он не появлялся раньше десяти часов, и учитывая полуночный образ жизни, перестроиться к новым требованиям было тяжело. Лагерь просыпался в пять, у актеров репетиции и съемки, у каскадеров своя программа тренировок. Вэй Ину нравились бои на мечах, он с ранних лет увлекался единоборствами и готов был часами безропотно разучивать новые техники, но вот подыматься с петухами - худшая пытка. Как следствие он хронически не мог приходить на тренировочный полигон вовремя, и с первого дня попал в черный список постановщика трюков - безукоризненного блюстителя порядка Лань Ванцзи. Хватило бы и одного поразительного сходства с любимым актером, чтобы потеряться под грозным взглядом его хмурой копии. Но этого человека вообще сложно было понять. В то время, как кто-то постоянно терял реквизитные мечи, актеры до хрипоты спорили с режиссером о виденье своих персонажей и регулярно забывали текст, он был оплотом идеальности среди моря творческого хаоса, никогда не повышая голос, и дословно знал каждую сцену, в которой был задействован, даже если у самого в ней не было реплик. Лань Ванцзи исполнял все трюки с первого дубля, и, даже не входя в официальный каст дорамы, смотрелся в роли заклинателя убедительнее передовых актеров, просто находясь в кадре. И это его неподвижное достоинство не рассеивалось даже после отмашки «Снято», он словно не выходил из образа 24/7. Вэй Ин не знал какие отношения между братьями Лань, в качестве мотива для низкого поступка мог лишь предположить общечеловеческое желание занять более выгодное место под солнцем. Обидно же, когда твой брат, внешне ничем не отличаясь, стал популярным актером, в то время как ты сам постоянно находишься в тени чужой славы. Лань Ванцзи не ел за одним столом со своим знаменитым родственником, и при разговорах, свидетелем которых довелось побывать Вэй Усяню, оставался немногословным и безэмоциональным, больше слушая и соглашаясь со всеми мыслями старшего брата. Даже улыбки Лань Сичэня не могли поколебать каменное выражение, застывшее на его лице. И именно желание увидеть настоящие чувства на благородном профиле, подталкивало Вэй Усяня бросать каждодневный вызов мистеру Совершенству. Вэй Усянь знал, что хорош в своем деле, он гибкий, не понаслышке знаком с боевыми искусствами и мастерски применяет накопленные знания. Презрев страх, проворачивал такие трюки, на исполнение которых другим понадобились бы месяцы упорных тренировок. Он быстро сыскал уважение среди новых коллег, постоянно ловил на себе восхищенные, одобрительные взгляды других каскадеров, но не этого. - Убожество. – Без выражения раз за разом повторял Лань Ванцзи. – Су Шэ, становись к нему в пару, покажи, как правильно заклинатель должен держать меч… Нет, у тебя тоже плохо выходит. Я сам. - Не получилось, - констатировал Вэй Ин, перед этим давая мастер-класс по ведению боя одной рукой. Ни это, ни его демонстрация стрельбы из лука точно в яблочко далеких мишеней постановщика трюков не впечатляли. – Есть еще над чем поработать, - с улыбкой отвечал Вэй Ин на сочувствующие взгляды окружающих. Он заставит признать свой талант. В обеденный перерыв Вэй Ин предпринял новую попытку сближения. Он подсел к Лань Ванцзи за стол, делая вид, что не замечает чужих нахмуренных бровей и напряженного взгляда. - Лань Ванцзи, шесть дней прошло, как я к вам присоединился, но до сих пор ничего толком не видел в здешних краях. Может проведешь для меня экскурсию? А я тебе проставлюсь с зарплаты, - подмигнул Вэй Ин, будто вот только-что придумал. Лань Ванцзи не ответил, игнорируя его присутствие, но Вэй Усянь не отступил. Придвинувшись ближе, он заглянул в книжку, что тот читал. На его удивление, это оказался не сценарий, не инструкция, даже не памятка с правилами поведения, а художественный роман. - Кошмар, ни одного диалога, - прокомментировал Вэй Усянь, пробежавшись взглядом по строчкам. Лань Ванцзи захлопнул книгу, отложив в сторону, и уставился в окно. Вэй Усянь скосил взгляд на его тарелку, где одиноко лежал сэндвич из ржаного хлеба с сыром и листьями салата. - Тебе мяса не хватило? Вот, у меня жаренная курочка. Угощайся, - придвинул к нему свой поднос Вэй Ин. Но даже улыбки не заслужил. Бросив на него еще один убийственный взгляд, Лань Ванцзи забрал свой несъеденный паек и молча ушел. - Эй? Как не вежливо. – Где-то на дальнем плане посмеивались Мо Сюаньюй с Су Шэ. Эти двое не то, чтобы ладили, но неудача Вэй Усяня их, похоже, объединила. Вэй Ин подозревал, что парочка поспорила насколько быстро он бросит затею подружиться с самым строгим заклинателем из ныне живущий, который, даже софиты морально осудить готов, вздумай тем светить ярче установленного регламентом.

***

Выбрав день, когда с утра у него съемок не было, каскадеры были задействованы со второй половины дня, Вэй Ин решил проработать версию с Ло Цинъян, она единственная из всего актерского состава, с кем он еще не поговорил за жизнь. Поэтому Вэй Усянь вертелся возле актрисы, шутил и заигрывал, пытаясь расположить ее к себе, но получалось откровенно не очень. Наконец девушка сдалась, разрешив называть себя по детскому прозвищу Мянь-Мянь, и вот-вот готова была поделиться с ним самым сокровенным, как чуть ли не из воздуха объявился Лань Ванцзи, которому срочно нужно было показать какие-то базовые движения, которые они оба и так могли воспроизвести, разбуди кто посреди ночи. Если бы не уже сформировавшееся мнение об исключительном профессионализме этого человека, Вэй Ин бы решил, что тот преследовал какие-то меркантильные цели, с особым удовольствием швыряя его на мат, отправляя проходить сквозь пламя в неудобном огнеупорном костюме, обмазанного смердящим гелем и пробуя на прочность посредством галлонов холодной воды. А самое удивительное, что Вэй Ин не был против, находя извращенное удовольствие в повышенном внимании к себе и доказывая каждый раз – он сделает всё, что потребуется.

***

Вэй Ин несколько помятый после пяти дублей массовой потасовки, где ему снова и снова пришлось «погибать» от руки могучего Саньду, героя Цзян Ваньиня, жадно пил воду, прокручивая в голове отснятую сцену. Техника хромала, но Не Хуайсан хвалил его за артистичные брызги крови, которыми он заплевал, кажется, даже камеру. Увидев знакомую фигуру рядом, Вэй Усянь напрягся, ожидая, что сейчас его снова начнут песочить. - Сжалься. Без тебя в землю готов зарыться. Лань Ванцзи постоянно критиковал его, то ему казалось, что Вэй Усянь из темпа выбивался, то руку высоко задирал (разок действительно не рассчитал и заехал по уху другому актеру), то спешил с агонией, когда его протыкали пиками… в общем портил дубль за дублем, подтверждая нелестное о себе мнение. Увидев на чужом лице виноватую улыбку, Вэй Ин, быстро осознав свою ошибку, поспешил извиниться. - Прости, я подумал ты «злой близнец». Лань Сичэнь, чуть насмешливо кивнул, присаживаясь рядом. - Я столько слышал о тебе от брата, но, кажется, нам еще лично общаться не доводилось? - Уверен ни одного хорошего слова в мой адрес не прозвучало, - проворчал Вэй Усянь, разматывая страховочные ленты на запястьях. Это действительно был их первый диалог, Вэй Ин не видел смысла разговаривать с жертвой, которая отказывалась принимать меры для собственной безопасности. Куда продуктивнее было прощупывать окружение Лань Сичэня. - А-Чжань тяжело идет на контакт, но не думай о нем плохо. Ты, на самом деле, впечатлил его, показывая лучший результат среди его людей, за считанные дни освоил сложные связки, и даже предложил интересные идеи, чтобы лучше реализовать некоторые трюки. - За импровизацию и собственное, отличительное от правильного мнение меня уже отчитали. Но как я мог промолчать? Технически все рассчитано идеально, но мало кто кроме твоего брата способен не покалечиться, балансируя на одной руке вверх тормашками, и жонглируя мечами второй. Это, если что, образно говоря. - Я понял, - снова улыбнулся ему Лань Сичэнь. У этого парня и впрямь было очень приятная улыбка. Так и хотелось распрямить плечи и показать себя с лучшей стороны. - А вообще, не удивлюсь, если по ночам Лань Ванцзи твои реплики правит. Ведь если можно в два слова вложиться, зачем тратить по три предложения на объяснения? - Только если в рабочее время, А-Чжань придерживается режима сна. Но, возможно ты и прав, мой брат дорожит словами и ценит молчание. Ему нравится просто хорошо выполнять работу, за которую взялся, не задумываясь насколько остальные поспевают за его действиями. Но в последнее время, как мне кажется, к поставленным задачам он подходит не только с позиции эффективности, но стал искать нестандартные, творческие пути решения, ему мало присущие. Интересно, кого только хочет впечатлить?

***

После того, как Лань Сичэнь вернулся к своей роли, Вэй Ин еще какое-то время обдумывал услышанное, но так и не понял, к чему был этот разговор. Так что постарался выбросить его из головы, тем более, что съемки были в самом разгаре. Вечером, когда режиссер наконец удовлетворился устроенным перед камерой побоищем, произнеся заветное «Снято, всем спасибо», несколько ребят из команды каскадеров предложили развеяться после изнурительного дня. Вэй Ин идею поддержал. Забравшись на крышу «Поднебесного двора», они прихватили вино, втихаря доставленное курьером из Цайи к границе лагеря киношников, и до глубокой ночи любовались звездами, лежа на согретой за день крыше, и травя байки. Не минули разговоры и Лань Ванцзи, но отзывались о нем не как о тиране и нелюди, каскадеры уважали постановщика трюков, что наравне со всеми тренировался и никогда не отказывался рисковать собой, проявляя профессионализм и самоотверженность. Тем не менее, была одна история, что неизменно веселила народ. Однажды Лань Ванцзи довелось сыграть вместо брата в любовной сцене, где нужно было говорить, с чувством, с расстановкой. И настолько мучительно он выдавливал из себя нужные реплики, чувствуя себя дико некомфортно, что весь эпизод все равно довелось переснять. - Больше скажу, девушка, которую за сценарием он соблазнял, жутко его боялась, и готова была выброситься из окна, лишь бы не находиться рядом. Правда вместо этого просто стала заикаться и в итоге попросила подыскать замену уже ей. Вэй Усяню очень хотелось бы посмотреть те кадры, обязательно выпросит у Не Хуайсана дополнительные материалы. По койкам засобирались около полуночи. Для Вэй Ина это было совсем детское время, и он решил пройтись в одиночестве. Ноги сами привели его к вагончику Лань Ванцзи, где, вопреки всем предписанным правилам здорового сна, внутри горел свет. Вэй Ин не совладал с искушением подсмотреть, чем же в столь поздний час занят этот ходячий цитатник правил. Подойдя к окошку, он вытянул шею, чтобы заглянуть внутрь трейлера. Чего он не ожидал, так это того, что голос каскадера раздастся из темноты за его спиной. - Вэй Усянь, что ты здесь делаешь? - Просто…мимо проходил? – отскочив на два шага от окна, с натянутой улыбкой предположил, почему-то вопросительно, Вэй Ин. Лань Ванцзи остановился взглядом на бутылке вина, что осталась недопитой общими усилиями. Вэй Ин забрал ее, чтоб добру не пропадать собираясь допить пока гуляет. - Я предложил бы тебе выпить, но подозреваю, что ты на это ответишь. - Это безответственно, употреблять алкоголь перед съемочным днем. - Да, что-то подобное я и предполагал услышать, - пробормотал Вэй Ин. Сам не понял, почему так обидно было, будто его впервые отчитывали. Ведь он же, в самом деле, не надеялся, что его пригласят зайти в гости. Лань Ванцзи еще что-то говорил о долге и моральном облике, еще и Мянь-Мянь в сердитой речи упомянул, но это уже воспринималось как белый шум. Вэй Ин резко махнул рукой, пресекая дальнейшую нотацию. – Я понял тебя, ты считаешь, что своим появлением я только рушу дисциплину, и не способен на большее, чем раздражать тебя, позерствуя. Но, чтоб ты знал, самые крутые трюки – те, которые показывают слаженную работу всех участников процесса. Тех, кто руководит, и кто находится под прицелом объектива камеры. А как я могу доверять парню, который, наверняка, ни разу в жизни не сбегал с уроков, и не испытывал похмелья? Без химии и взаимопонимания магия кино не работает. Всё равно, что заменять мороженое куском льда - холодно, но не сладко. Не предел мечтаний. У тебя самого кроме техники исполнения что есть? Слышал когда-нибудь о парном взаимодействии? Ты должен чувствовать партнера, чтобы по-настоящему оживить трюк. – Вэй Усянь посмотрел себе под ноги, собирая разбегающиеся слова. - Переживаешь, что я завтра налажаю? Не беспокойся, чтоб ты там себе не надумал, я свою роль знаю в совершенстве, и с твоим братом дубль не запорю, мы же репетировали. Воздушная акробатика строится на доверии. Да, может у нас не получится с первого раза идеально, но Лань Сичэнь, уж точно, не станет сбегать от меня через окно. И зритель увидит не просто стерильный трюк. Это будет та самая магия, которая держит у экранов телевизоров и заставляет покупать билеты на твое кино. Мое завтрашнее исполнение точно оставит по себе неизгладимое впечатление.

***

Утро он встретил с гудящей головой, в гримерке, куда забрел после ссоры с Лань Ванцзи. Давно такого не было. Похоже не зря нахваливают «Улыбку императора» за крепость, вино таки ударило в голову после того, как Вэй Усянь вылакал его до капли. Проведя рукой по лицу, он порылся на столе для макияжа, выудив массажную расческу, провел по волосам, чтобы развеять впечатление, что проспал всю ночь в сидячем положении, и по-тихому выскользнул из палатки, едва разминувшись с Мо Сюаньюем. Всю прошлую неделю неизменной частью тренировок была балансировка на страховочных тросах, когда предполагалось парить с с заклинательским мечом, отплевываясь от лезущих в рот волос, выделывая пируэты в воздухе, не выпуская клинок из рук. Кстати, оказывается, существовала традиция давать мечам имена. Правда непонятно зачем бы это понадобилось, к тому же, вряд ли ему позволят забрать с собой клинок в качестве сувенира после окончания съемок, так что какая разница? А жаль, Вэй Усяню казалось, что он с этим оружием прямо сросся. Вэй Ин стоял за условной чертой, отсекающей съемочную площадку в кадре от реального мира, и пил кофе, стараясь не пролить на лохмотья, в которые его на этот раз обрядили. В дополнение образа волосы парика собрали в высокий хвост, перевязав обычной красной лентой, и сам себе он напоминал обычного подростка из малообеспеченного района. Так и было задумано – снимали сцену знакомства героев Мэн Яо и Лань Сичэня, когда обоим было лет по пятнадцать. Актеры для этих образов были староваты, но это был не первый случай, когда двадцати двух-двадцати пяти летние парни изображали подростков. Для короткого флешбэка решили, что зрители стерпят. Он готовился занять место Мэн Яо. Следующая сцена должна была стать последней не только завершая эпизод, но и съемки всего сериала. Дальше монтаж и пострадакшн, но это уже без него. Иронично, что последняя сцена, которую им предстояло отыграть, была открывающим эпизодом в дораме - благородный юный заклинатель преследовал уличного воришку, с которым породнится как с названным братом, а в последствии обретет в нем заклятого врага. - Стоп! Снято! Все молодцы. Далее снимаем погоню. Вэй Усянь, твоей задачей будет показать эмоциональность телом, скоростью и хаотичностью движений. Тебе весело, ты дразнишь своего преследователя, желая его разозлить и заставить потерять из виду. Готов? Вэй Усянь кивнул, подымаясь на крышу, чтобы занять место Мэн Яо, что и так героически держался, преодолевая свою боязнь высоты. У Лань Сичэня такой проблемы не было, и Вэй Усянь кинул взгляд в сторону партнера по съемкам, которого подготавливали к трюку. -  Ты в порядке? – обеспокоенно спросил Лань Сичэнь у брата, пока тот навешивал на него необходимое снаряжение. - В полном. - А не похоже. Поссорился с каскадером Вэем? – Лань Ванцзи инстинктивно посмотрел на Вэй Усяня, и тот, заметив это, вздернув подбородок, отвернулся. - Что между вами произошло? - Он нарушал правила, я его отчитал. Больше он не улыбается. Действует по режиму. На съемочную площадку впервые пришел вовремя. (На самом деле просто проснулся уже здесь, но тому свидетелей не было.) - Это однозначно твоя победа. - Прекрати. - Что? – с полуулыбкой уточнил Сичэнь. - Твое веселье неуместно. - Не понимаю, о чем ты, брат. Но позволь помочь. - Ни к чему. - Мне не трудно.  Тебе просто нужен шанс, чтобы извиниться. Но ты ведь не станешь подходить первым, да? Я организую. – Сжал плечо Ванцзи старший брат. - Режиссер, можно вас? - Лань Сичэнь, всё в порядке? - Хуайсан, прости. Я сам настаивал, что снимусь в сцене погони, но сейчас не очень уверен в своих силах. – У Не Хуайсана сразу глаза расширились, режиссер готовился впасть в панику. – Я здоров, ничего такого. Но будет лучше оставить трюки профессионалам. - Да… Да, да, конечно, Лань Ванцзи может это сделать. А тебе стоит отдохнуть, - согласился Не Хуайсан, теребя в руках скрученный сценарий. Вэй Усянь вздохнул, наблюдая за сменой действующих лиц. И как это понимать? Только он для себя всё решил, раззадорив негативные чувства к Лань Ванцзи, призванные заглушить стыд за собственные несправедливые слова, а их чуть ли не лбами сталкивают. Как же он мечтает отработать контракт и больше не вспоминать об угрюмом каскадере, о твердой линии рта и внимательных глазах. Мечтает же? Тогда почему только заслышав, что сейчас будут сниматься вместе, как участилось сердцебиение? Разве не мечтал поработать на одной площадке с Лань Сичэнем? И совсем не расстроился, упустив последнюю возможность это сделать. Перед ним стояло несколько задач: пробежка по крыше, уворачиваясь от препятствий, три кувырка, что будут здорово смотреться в слоумо, и нырок в окно другого здания. Далее герой должен вывалиться с другой стороны, рассчитывая приземлиться на стог стена, но будет подхвачен неожиданно оказавшимся там раньше преследователем. Играть с ним в догонялки будет благородный заклинатель, и Вэй Ину на самом деле стыдно, что он так и не удосужился запомнить имена хотя бы ключевых персонажей дорамы. Лань Ванцзи даст ему фору, прежде чем начнет преследования с соседней крыши. И, чтобы водящему не скучать, на него то и дело будет обрушиваться разная мистическая хрень, которую на постпродакшене под тревожную музыку дорисуют специалисты по спецэффектам. Только каскадеру нужно подключать воображение уже сейчас, изображая нужные реакции в оговоренных местах. Сложная составляющая для Лань Ванцзи, и Вэй Ин вменял ему что-то об отсутствии артистизма? - Камера, начали! Вэй Усянь уловил звук хлопушки и побежал. Его не беспокоили десятки взглядов, не было ощущения, что он оступится и запорет дубль, каждое движение было отработана множество раз под присмотром постановщика трюков и сейчас было то же ощущение чужого контроля. Это, почему-то, успокаивало. Словно он действительно вор, утащивший что-то ценное. Только его драгоценностью было чужое внимание, прикованное к нему. И только ему дано удержать этот фокус на себе. Он взмыл в воздух, обернувшись вокруг оси, встал в эффектную позу, опираясь рукой о колено, и тут же снова срываясь на бег. Раз все же сорвался, нога поехала по плохо прикрепленной черепице, но он сумел удержать баланс, не сбавляя темп. Вэй Ин чувствовал, что Лань Ванцзи не спускает с него глаз, ему нельзя облажаться. - Снято! Вэй Усянь, это было нечто, лучше, чем я себе представлял, - с восторгом сообщил Не Хуайсан. - Будем делать второй дубль? – уточнил ассистент. - Не думаю, что можно сделать еще лучше. Только доснимем крупные планы с Мэн Яо. Теперь с другого ракурса вход в окно, и переходим к Хуаньдао. Все по местам! Пока Вэй Усянь усмирял ток крови, выравнивая дыхание, он не сводил глаз с Лань Ванцзи. Был черед дублера Лань Сичэня демонстрировать свои умения. Акробатика Лань Ванцзи была несколько на ином уровне, Вэй Усянь не сомневался, что если бы трюки выполнял лично Лань Сичэнь, то картинка была бы иной. Такого идеального исполнения не добиться простым заучиванием движений, нужно жить тем, что ты вытворяешь, рискуя здоровьем. Он перегонял ветер, уворачивался от смертельных клинков, что будут позже добавлены в кадр, скользил по поверхности конусообразной крыши подобно канатоходцу, зависал в воздухе, рисуя невидимые печати четкими штрихами. Словом, и впрямь был тем самым легендарным заклинателем, у который соберет целую армию поклонников у экранов телевизоров. Даже поддерживающие тросы не портили картинку, а без них это и впрямь будет выглядеть волшебно. Длинные полы и широкие рукава ханьфу развивались, имитируя движение, даже когда он оставался нерушим, а его лобная лента победным знаменем реяла на ветру. Достигнув края крыши, Лань Ванцзи прищурено смотрел на оконным проем, где по задумке режиссера, только что исчез уличный воришка. - Отлично! Давайте отснимем сцену падения и устроим перерыв. – Не Хуайсан обратился к Вэй Ину, что устроил гляделки с Лань Ванцзи, не обращая внимание на сместившуюся камеру и ассистентку, что поправляла ему макияж и прическу. - Так, соберитесь. Это кульминация всей сцены. Вор Гун Яо выпрыгивает из окна, но оказалось, что внизу только твердая земля. В момент падения на лице ужас и паника при мысли о неминуемой смерти. - Разве эмоции не должен играть ведущий актер, а не дублер? – уточнил Вэй Усянь, внимательно слушая наставления. - Отдельно наложим дипфейк, сейчас важна живая мимика. - Так, я не понял, он что умрет? А дальше Лань Сичэнь будет дружить с трупом? - Ты что, не читал сценарий? – возмутился режиссер. - Зачем мне? Для трюка было достаточно знать свою цепочку движений. Мне же не нужно играть чужую роль. - Ты бы вписался в касту актеров. Все читают только свои реплики, - проворчал Не Хуайсан с видом мученика. – Гун Яо подхватит Цзэу Цзюнь, спустившись с крыши в высоком цигуне. - А, эту часть я знаю. - Лань Сичэнь должен был просто спрыгнуть вниз, а далее, с помощью склейки, мы бы соединили с кадром, где он держит на руках тебя. Но раз с нами мастер трюков, то сделаем непрерывным дублем. Внизу будет страховочная сетка, Лань Ванцзи скорректирует ваше падение. Вэй Усянь задрал голову, смотря туда, где на краю крыши готовился к прыжку Лань Ванцзи. - Со стороны выглядит не опаснее банджи-чжампинга. – Подошел к Вэй Усяню Лань Сичэнь. В его голосе страха не было, скорее даже легкая зависть, что не удастся совершить полет вниз самому. Зачем тогда просил себе замену? - Уверен, что хочешь уступить этот прыжок ему? Лань Сичэнь только загадочно улыбнулся, не отвечая. Видать на кону было нечто большее, чем острые впечатления от зрелищного трюка, о чем известно только братьям Лань. Начали снимать. Сначала Вэй Усянь сделал несколько прыжков из окна на небольшой высоте, далее дело было за главным героем, который должен слету подхватить беглеца. И Лань Ванцзи прыгнул. Что-то пошло не так сразу же. Вместо того, чтобы плавно спуститься на поддержке, его приближение к земле превратилось в свободное падение. Один из тросов оторвался, Лань Ванцзи с силой приложило к стене. Последние два метра он сполз по ней, цепляясь пальцами за шершавую поверхность. На площадке поднялась суматоха. Вэй Усянь сориентировался первым, перехватив его руку со своей позиции, пока ассистенты спешно перемещали страховку. Вниз они уже свалились одним клубком. Защитная сетка не подвела, принимая двойной вес. К каскадерам сразу же подбежал медик и ассистенты. Вэй Усянь был в полном порядке, но Лань Ванцзи, хоть он отказывался от медицинской помощи, увели в палатку первой помощи, его руки были стерты до крови. Съемки были приостановлены. Пока успокаивали особо впечатлительных и досконально проверяли снаряжение и реквизит, могущий нанести вред актерам, Вэй Усянь нашел Не Хуайсана в его трейлере. Режиссер выглядел подавленным, просматривая на ноутбуке сцену падения, наверное, уже по десятому кругу. - Страховочные ремни были намеренно повреждены. Швы ослабили, оставив только видимость крепкого соединения. – Выждав, когда тот нажмет на паузу, сообщил Вэй Ин. - Никто не знал, что трюк исполнять будет Лань Ванцзи. Целью злоумышленника был Лань Сичэнь и если бы он не предложил вместо себя брата... - Внизу была натянута страховочная сетка. Кто бы не испортил ремни, он вряд ли собирался его убить. Скорее хотел напугать. - И у него это вышло. – Криво усмехнулся Не Хуайсан. – Я в ужасе. Наверное, следует свернуть съемки, пока еще кто-нибудь не пострадал. - Это же очень важная сцена, без нее не обойтись. Лань Сичэнь сказал, что зарождение привязанности между главными героями были именно в ней раскрыто. Он обеспокоен состоянием Лань Ванцзи, но готов продолжать. Тебе тоже следует собраться и выполнить свою работу. А я сделаю свою. Обещаю, я вычислю тварь, что пытается навредить Лань Сичэню. Не Хуайсан глубоко вздохнул, беря себя в руки. - Вэй Ин, мне больно о таком даже думать, но ты не считаешь, что последним, кто был рядом с Лань Сичэнем перед началом съемок был сам Лань Ванцзи? Он же не знал, что брат попросит исполнить трюк вместо него. - Нет, - не сомневаясь, отбросил предположение Не Хуайсана Вэй Ин. – Он этого не делал. Кто угодно, но не Лань Чжань.

***

После двухчасового перерыва съемки все же продолжились. Мо Сюаньюй приводил в порядок внешность Вэй Усяня, приговаривая, что у него чуть сердце не остановилось, когда он наблюдал падение Лань Ванцзи с такой высоты, и это моральное насилие заставлять Лань Сичэня исполнять трюк, который уложил его брата на больничную койку. Тем самым заставляя и Вэй Ина нервничать, ведь кому как не ему известно, что каскадер сильно пострадал, кровь Лань Ванцзи пачкала его руки, пока он пытался удержать того лишние секунды от падения. Стоило об этом подумать, как самого Усяня замутило, и, извинившись, он выскочил из гримерки. На съемочной площадке Цзян Яньли не отходила от Лань Сичэня, то и дело расправляя несуществующие складки его одежд, чтоб унять собственное волнение. - Я в порядке, Яньли. Это был всего лишь несчастный случай, сейчас всё трижды перепроверили, подобное не повторится, - уговаривал Лань Сичэнь, распространяя свое спокойствие и на остальных участников съемочного процесса. Вэй Ин поражался ему, Лань Сичэнь как раз-таки наверняка знал, что произошедшее не случайность, и что именно ему стоит переживать и закатывать истерики. Но видать оба братья Лань были непостижимы для этого мира. Не смотря на напряженную атмосферу, эпизод отсняли до темноты. Вэй Усянь не мог позволить себе уйти даже после того, как его работа на съемочной площадке была закончена и место перед камерой занял Мэн Яо. Только после того, как Не Хуайсан объявил, что последняя сцена отснята, все молодцы, и каждому вручили обязательный букет, поздравляя с завершением проекта (хотя на самом деле, постпродакшн занимал примерно столько же, как и съемки), Вэй Усянь смог спокойно уйти. Он забежал в столовую, но только для того, чтобы захватить несколько сэндвичей с сыром, после чего поспешил к полевому лазарету. Но, вопреки ожиданиям, пациента там не нашел. - А где Лань Ванцзи? - Я перевязала его руки и он, поблагодарив, откланялся, - пожала плечами молоденькая медсестра. В своем трейлере каскадера тоже не было. Лань Сичэнь, у которого он спросил про брата, посоветовал посмотреть у источника, где отсняли несколько эпизодов. Сказал, что Лань Чжаню там понравилось, и когда хотел отдохнуть, тот часто посещал живописный уголок. По узкой тропинке, Вэй Ин добрался до ручья. Лань Ванцзи действительно оказался там, сидел на камне, и занимался тем, что пытался развязать узел на своих забинтованных как у мумии кистях. - Эй, не трогай, иначе дольше заживать будет. - Она перестаралась, раны не настолько серьезны. Так слишком приметно. – Вэй Усянь скептически вскинул бровь, и совершенно неожиданно, Лань Ванцзи предложил: - Можешь сам убедиться, пострадали только ладони. Вздохнув, Вэй Ин стал разматывать бинты, отчасти потому, что ему самому нужно было убедиться, натруженные сильные руки, что сражались с земным притяжением, цепляясь за малейшие выступы на стене, в порядке. На коже остались следы от экстренного торможения, но они были обработаны антисептиком. А на ладонях заплатки пластыря скрывали сильные ожоги от трения, кожа там была явно чувствительной, Лань Ванцзи не удалось скрыть дрожь даже от легкого прикосновения. Вэй Ин проследил пальцем другие шрамы, свидетельствующие о труде каскадера. В голове было пусто. - Я должен извиниться за вчера, - нарушил тишину Лань Ванцзи. - А? - Твое поведение вечером, ничего предосудительного в нем не было. Многие позволяют себе пить после смены, и если это не отражается на качестве работы, никто не имеет права осуждать употребление алкоголя. Или указывать с кем не стоит этого делать. Я слишком резко отреагировал. - Это, пожалуй, самая длинная речь, что я от тебя когда-либо слышал, - не мог промолчать Вэй Ин, но тот еще не закончил. - А еще я должен поблагодарить за свое спасение. – Вэй Усянь начал было качать головой, но Лань Ванцзи безошибочно прикоснулся к ноющему трицепсу. Он перенапряг мышцы в болезненном рывке, когда вес Ванцзи утянул его за собой. – Ты поддержал режиссера Не, не отказался от съемок, хотя сам пострадал. Из-за меня. Спасибо. Шутка о том, кто в итоге оказался принцессой в беде, замерла на губах. Вместо этого Вэй Ин неловко улыбнулся, потерев место, где чувствовалось тепло после мимолетного прикосновения. - Ну что еще за «прости» и «спасибо», в краску меня вгоняешь. Эти речи ни к чему. Если хочешь поблагодарить, лучше позволь звать тебя Лань Чжанем, как твой брат. И пригласи на свидание, отметим завершение съемок, - пихнул его легонько локтем Вэй Усянь, гадая услышит ли «убожество» на свое дурашливое предложение. - Угу, пойдем на свидание. И я тоже буду звать тебя по личному имени. - Правилами встречаться коллегам не возбраняется? - Мы же не айдолы. - Еще никогда я не был этому так рад, как в этот момент. Значит договорились, - склонив голову к плечу, улыбнулся Усянь, с интересом наблюдая за пунцовеющими ушами Ванцзи. – Так бы и сидел с тобой здесь часами, но лучше вернуться в лагерь, пока нас не начали искать. Обратно шли в уютной тишине. Может быть и за руки взялись, но у Лань Чжаня «лапки». На узком месте Лань Ванцзи шел немного впереди, предоставляя Вэй Усяню великолепную возможность полюбоваться широким разлетом плеч и ладной фигурой. А еще походка у того просто закачаешься, и как он раньше не замечал. Вэй Усянь так засмотрелся на рельеф пониже спины Лань Чжаня, что не успел вовремя затормозить, врезавшись в него, когда тот внезапно остановился. Но воспользовавшись ситуацией, обнял Лань Ванцзи за талию, выглядывая из-за спины. - Что-то нашел? Лань Ванцзи наклонился, подымая нечто с земли. - Подвеску брата. – Показал он нефритовый жетон с выложенным камушками цветком. - А я вроде у Мэн Яо такой видел. - Мгм. У них парные, но рисунки отличаются. - Вместе на распродаже покупали? – предположил Вэй Усянь, рассматривая неожиданную находку. Если эта подвеска действительно Лань Сичэня, он, скорее всего, шел к ним. Но, в таком случае, куда делся? Сворачивать здесь некуда. - Мэн Яо признался брату, но получил отказ. Тем не менее их отношения остались теплыми, подвески они приобрели в Цайи, когда мы только приехали, в знак сохранения дружбы. - Тебе Лань Сичэнь по секрету рассказал? - О парных подвесках знает весь лагерь, кто-то видел как Мэн Яо дарил. Только причина подарка не афишировалась. Но слухи все равно разошлись. Вэй Ин нахмурился, соображая. - Послушай, не хочу тебя пугать, но Лань Сичэню может грозить опасность. Не нравится мне, что он так беспечно потерял такую дорогую ему вещь. Я лучше осмотрюсь здесь немного, а ты можешь вернуться в лагерь, если считаешь меня параноиком. Я не обижусь, правда. - Поищем следы вместе, - не стал тратить слова, принялся шуршать по кустам Лань Ванцзи. Недалеко от места, где обнаружили подвеску, они увидели примятую траву. - Похоже, что здесь тащили что-то тяжелое. Но это не обязательно тело. Эй, Лань Чжань, ты куда? - К пещере Фумо. - Что еще за место такое? Впервые слышу. - Локация, где хотели снимать сцену укрощения свирепого демона. Природная пещера, довольно большая, при установке прожекторов внутри, оказалось, что порода рыхлая, риск обвала велик. Декорации перенесли на более приемлемую местность. - И об этой пещере многие знают? - Практически все. Пару раз оттуда выгоняли любителей острых ощущений, но после угрозы материальных штрафов, желающих не стало. - Меня бы такие угрозы не остановили. Они продвигались быстро. Начало темнеть и к нужному месту дошли уже в сумерках. - Внутри может никого и нет, подождешь, пока я проверю. - Ты останься. Я пойду. - Тогда давай вместе, но осторожно. Кем бы он ни был, этот тип завалил Лань Сичэня. Без дальнейших переговоров, они подкрались до входа, ступив под каменный свод. Для заброшенной пещеры здесь было слишком светло, благодаря десятке свечей. Лань Сичэня они увидели лежащим без сознания, связанным по рукам и ногам, прямо под импровизированным алтарем, камень с обтесанной плоской поверхностью был завален разномастным хламом. А рядом стоял, насмешливо за ними наблюдая, их хороший знакомый. - Я надеялся, что ошибаюсь. - Ты не выглядишь удивленным. - Мо Сюаньюй? – произнес Лань Ванцзи, хмурясь. - А ты выглядишь, - довольным тоном заметил Сюаньюй. – Что, думал на твоего лицемерного брата ни у кого рука не подымится? Препятствием для конструктивного диалога было то, что Мо Сюаньюй вертел в беспокойных руках ритуальный кинжал, пугая тем, что совсем рядом с ним находился беспомощный Лань Сичэнь. Следовало отступить и позвать на помощь. Даже нужно, но Вэй Ин понимал, что Лань Чжань без брата не уйдет, а сам он не оставит братьев Лань с неуравновешенным психом. Он не считал себя героем, но глянув на поврежденные руки Лань Ванцзи, на лежавшего кулем Лань Сичэня, принял единственное верно решение. Он набросился на Мо Сюаньюя, пытаясь выбить оружие. Гример неожиданно смог дать отпор. Не подпуская Вэй Ина близко, он наотмашь влепив пощечину тыльной стороной, отчего Вэй Усянь впечатался в грудь Лань Ванцзи. - При других обстоятельствах, я бы даже поблагодарил за такую возможность, но ты поставил под угрозу наши жизни. Мо Сюаньюй бросился к выходу. Вэй Ин увязался следом. Словно дикий зверь, обнаживший зубы, Мо Сюаньюй стал размахивать коротким клинком, лезвие прошлось в сантиметрах от лица Вэй Ина, не отклонись тот вовремя, безобидной царапиной не отделался. Увидев возможность, Вэй Ин применил захват, отработанный за годы занятий ушу, выбил оружие, прижав заломленную руку за спину, наваливаясь своим телом. Он не ожидал, что Мо Сюаньюй припрятал еще что-то. В другой руке гримера тускло блеснули маникюрные ножницы с тонким лезвием, и он всадил их по самую рукоятку в бедро Вэй Ина. От боли и шока Вэй Ин ослабил захват и Мо Сюаньюй сбежал, напоследок выбив опоры, сдерживающие породу, тем самым заваливая единственный проход. Лань Ванцзи подхватил ослабевшего Вэй Усяня под локоть, усаживая у стены. - Вэй Ин, ты как? - Признаюсь, бывали дни и получше. – Вэй Усянь выдернул ножницы из плоти, давя стон. – Я в порядке, ничего важного мне отрезать не успели. Лань Ванцзи шутку не поддержал. Он достал бинты, что так удачно не выбросил. Хотя, это же Лань Ванцзи, такой не стал бы сорить в лесу даже ради собственной жизни. Вэй Усяню стало смешно. Его потряхивало от адреналина и боли. - Спасибо. – Смотря с какой осторожностью Лань Чжань перевязывает ему ногу, приложив к ране свой белоснежный платок с изображением кролика, сразу ставший красным от крови, Вэй Усяня накрыла нежность. - Не нужно благодарностей. Лучше… еще одно свидание. - Сразу как ты со мной первым рассчитаешься. – Поддержал идею Вэй Ин, доставая телефон. – Будет таким клише, если связь здесь не ловит... Хм, ты смотри, две полоски. И даже зарядка у меня полная. Он быстро нашел нужный контакт, нажимая на кнопку вызова. Слушая длинные гудки, Вэй Ин наблюдал, как Лань Чжань склонился над братом, разрезав опутавшие того веревки. - Алло? - Не Хуайсан, это Мо Сюаньюй. Он угрожал Лань Сичэню и испортил снаряжение. Будь осторожен, он совсем неадекватный и неожиданно сильный. Мы с Лань Чжанем выследили его в пещере Фумо. Да, Лань Сичэнь с нами. Без сознания. А, чуть не забыл, мы здесь в ловушке, Мо Сюаньюй завалил выход. Пожалуйста, спаси нас. Вэй Усянь отключился, прислонившись к стене. Тянущая боль не давала расслабиться, нужно было на что-то отвлечься, иначе совсем худо станет. - Жаль, что здесь нет гуциня, я бы с удовольствием послушал, как ты играешь. Прости, заметил у тебя в трейлере инструмент, когда вчера внезапно оказался у твоего порога. - А я ходил к тебе, - неожиданно сказал Лань Чжань, подсаживаясь к нему ближе, и перекинув пострадавшую ногу себе на колени. - Что? Зачем? - Хотел убедиться, что ты не продолжил свои попытки соблазнить Ло Цинъян. - Да сдалась она мне, если есть ты. – Возмутился Вэй Ин. – На самом деле, если бы поменьше думал как тебя впечатлить, раньше бы заметил, что с Мо Сюаньюем что-то не так. - Ты не несешь ответственности за его поведение. – Вэй Ин и сам это понимал, но чувство, что сделал недостаточно, продолжало грызть изнутри. Чтобы немного примериться с собой, Вэй Ин осторожно коснулся чуждой ладони, переплетая их пальцы. Как он и думал, сразу стало лучше. - Почему Мо Сюаньюй хотел навредить моему брату? – тихо спросил Лань Ванцзи. - Наверняка утверждать не могу, но предположу, что дело в его одержимости. - Вэй Усянь обвел глазами пещеру. - Здесь целая сокровищница спизженных вещей. Если постараться, можно собрать второго Мэн Яо… Где-то в темных недрах пещеры капала вода. Вода прибывала, скорее всего, из того источника, который так понравился Лань Чжаню. - Знаешь, в кино обычно гонка за злодеем – это кульминация. А мы все веселье пропускаем. Может нам подкоп прорыть? - Ты ранен. Нас скоро вызволят, не стоит напрягать ногу. Расскажи мне, почему заподозрил Мо Сюаньюя. Он верно заметил, ты не удивился, когда увидел его в пещере. - Я подумал на него только после того, как ты пострадал. – Признался Вэй Ин. – Мо Сюаньюй сказал, что видел, как ты упал из-за поврежденного снаряжения. Но он же гример, что ему делать на съемочной площадке? Раньше я его среди зрителей не видел. При этом было гадкое чувство, будто он смакует, говоря мне как сожалеет о случившемся. Но это даже полноценной догадкой не было. А потом ты нашел подвеску, и я вспомнил, что видел такую раньше. Сначала у Мэн Яо, а еще на туалетном столике сегодня утром в гримерке. После истории про парные подвески стало очевидным, что всему виной отношения Лань Сичэня и Мэн Яо. Я могу ошибаться, но мне кажется, Мо Сюаньюй возомнил себя защитником Мэн Яо. А Лань Сичэнь стал собирательным образом несправедливого обращения. Слишком положительный, слишком милый, при этом посмел отвергнуть чувства Мэн Яо. Еще и дорамные отношения их пары окончательно помутили слабый разум. Не удивлюсь, если моему предшественнику тоже он помог уйти на больничный. Мэн Яо не ладил со своим дублером? - Шань Гуан иногда подтрунивал над ним, особенно из-за боязни высоты. - За что и поплатился, - подытожил Вэй Ин. Желая сменить тему, он кивнул в сторону все еще пребывающего без сознания Лань Сичэня. - Как там Лань Сичэнь? - Повреждений нет. Не о чем тревожиться, он быстро придет в себя, когда нас освободят. - Скорее бы. Хотя, знаешь… - Что? – выдохнул Лань Чжань, склоняясь к нему. - Пока нас никто не видит, у тебя есть прекрасная возможность меня поцеловать. Без ненужных свидетелей. А то вдруг у тебя тоже обнаружится ревностный поклонник, что бдит чистоту самого праведного заклинателя современности, - прошептал ему практически в губы Вэй Ин. Поцелуй практически состоялся, когда от дальней стены послышался стон. - Лань Сичэнь? – с тревогой повернулся к нему Лань Ванцзи. - Я в порядке. Пожалуйста, не обращайте на меня внимание, и продолжайте. Обещаю не подсматривать. Вэй Усянь фыркнул, приложившись лбом ко лбу Лань Ванцзи. Ладно, он подождет другого идеального момента для первого поцелуя.

***

Их раскопали часа через два. Выбравшись из завалов, Вэй Усяня и братьев Лань встретили обеспокоенный Не Хуайсан, заплаканная Цзян Яньли с аптечкой в руках, поддерживаемая под локоть Цзинь Цзысюанем, и Мэн Яо, что, опережая всех, подоспел к старшему Ланю. За ними второй линией стояли чертовски злой Цзян Ваньинь, держащий за ворот Мо Сюаньюя и Не Минцзюэ с киркой на плече. Смотрелся последний не менее внушительно, чем с варварской саблей, которой орудовал в качестве экранного заклинателя. А далее команда каскадеров в полном составе, техники и остальные, всех лиц уже было и не рассмотреть в накрывшей ночи. Пусть это было не самое эпичное завершение истории, но смотря на множество людей, которых узнал за каких-то две недели, Вэй Усянь готов был поверить в силу слащаво-счастливой концовки. Спустя два дня небольшая долина недалеко от городка Цайи была очищена от наплыва столичных киношников. Лагерь опустел, убрали палатки, погрузили оборудование и декорации в фургоны, именитые актеры разъехались со своими менеджерами на личных авто, а остальным смертным организовали автобус до города. Съемки дорамы «Заклинатель чести» официально были завершены. - Я тебе так обязан, - передавая вторую часть оплаты, сказал Не Хуайсан. – Ты не только отлично справился с ролью дублера, но и в качестве громоотвода для неприятностей себя проявил. - Нет проблем. Зови еще. Только не во время нашего с Лань Ванцзи свидания. Нашим отношениям нужно окрепнуть. - Я думал, тебе нравился Лань Сичэнь. - Брат Лань Чжаня, конечно, красавчик, но уж больно сладким оказался, - признался Вэй Усянь, вызвав у друга насмешливую улыбку. - Я буду скучать. Не пропадай надолго, - обнял его Не Хуайсан. Рядом нависла темная тень и режиссер испуганно отскочил. – Лань Ванцзи, ты меня напугал. Каскадер держал за ручку свой чемодан на колесиках, а на его плече висел повидавший жизни рюкзак с множеством значков. Выглядело это несколько инородно, но его, по всей видимости не смущало. Кивнув режиссеру, он обратился к Вэй Ину. -  Ты едешь со мной. Поторопись. - Да я на автобусе до города доберусь, Лань Чжань, не переживай. – Вэй Усянь попытался забрать свою ношу, безуспешно. - Пока-пока. Лань Ванцзи, жду от тебя замечаний по сценарию второго сезона. Пожалуйста, не нужно ограничиваться одним «Плохо» как было в прошлый раз. Мне нужна раскадровка боевых сцен. В машине Вэй Усянь довольно устроился на пассажирском месте, чуть подволакивая пострадавшую ногу. - Спасибо, что любезно предложил отвезти меня. А куда едем? - О чем ты? У нас свидание. - О? Я надеялся на нечто более грандиозное, чем получасовая поездка на машине. Я несколько разочарован, - протянул дразняще Вэй Усянь. - Будем пробовать разные варианты, пока тебе не понравится. Ты же слышал, съемки стартуют через две недели. - Хочешь сказать, всё это время мы можешь провести вместе? - Угум. – Лань Ванцзи надел солнцезащитные очки, повернувшись к нему со словами: - Пристегнись. - Какой мужчина. Учти, одного дубля мне будет точно мало.