Перемещение во второстепенного персонажа для реабилитации злодея

Однако юноша его не слышал: он побледнел донельзя и задрожал всем телом. Психологический удар оказался слишком тяжелым, даже физическая боль отошла на второй план. Почувствовав, что молодой человек пытается обнять его со спины, Лин Ся тут же принялся отчаянно вырываться и ругаться голосом, надтреснутым от рыданий: – Что б ты провалился, чертов извращенец! Лучше убей меня! Иначе я рано или поздно изрублю тебя на куски!.. Только вот как бы сильно он ни боролся и сколько бы проклятий ни извергал, молодой человек по-прежнему крепко сжимал его в объятиях. Юношу захлестнули ярость и гнев, а из широко распахнутых глаз хлынули крупные слезы. Он напоминал расстроенного ребенка, изливающего свою боль горьким плачем. У Юй Чжицзюэ чуть сердце не разорвалось от такого вида и собственной беспомощности. Ему оставалось лишь нежно целовать глаза любимого и слизывать наворачивающиеся слезы. Не зная, как утешить возлюбленного, Юй Чжицзюэ одной рукой успокаивающе поглаживал его по спине, а другую поднес к губам юноши и предложил: – Прошу, не плачь. Если злишься, просто кусай меня до тех пор, пока не станет легче, хорошо? Лин Ся уже не волновали ни честь, ни достоинство. Его дух пребывал в полнейшем смятении. Он не задумываясь безжалостно впился зубами в поднесенную руку. Но прокусив кожу таинственного незнакомца, юноша на миг замер, словно громом пораженный. Почему эта сцена кажется такой знакомой? Сладковатый металлический привкус тут же его отрезвил. Лин Ся задохнулся от обиды и унижения, ему безмерно захотелось провалиться сквозь землю, ведь всего секунду назад он повел себя так... постыдно! Юноша по-прежнему оставался неподвижным, но его дыхание постепенно выравнивалось, а мысли прояснялись. Слова этого человека о любви с первого взгляда, конечно, крайне сомнительны, однако его поведение слишком подозрительно. Все-таки он не похож на обычного извращенца… Ведь разве станет кто-то подобный останавливаться или, тем более, утешать жертву? По непонятной причине, чем дольше длились кроткие ласковые уговоры, тем сильнее Лин Ся хотелось его простить… Он еще никогда не был таким эмоционально неустойчивым и в то же время уступчивым. А также не мог поверить в собственные слезы: он не плакал даже при разводе родителей, а ведь тогда учился в средней школе… Юй Чжицзюэ не заметил произошедших перемен и все так же утешал юношу нежными поцелуями. Осознав, что Лин Ся больше не дрожит, он немного помедлил и обеспокоенно спросил: – Тебе было больно? Я нанесу лекарство, ладно? Покраснев, Лин Ся изо всех сил попытался отодвинуться и заикаясь ответил: – Не стоит. Я в порядке. Мне нужно кое-кого спасти. Просто верни А’Цзюэ и отпусти меня… Он смущенно свел ноги. В том месте до сих пор чувствовалось странное остаточное ощущение и легкая боль, но кровотечения, скорее всего, не было. Юй Чжицзюэ никак не мог успокоиться. Всего мгновение назад Лин Ся казался жутко бледным. Болезненное выражение его лица действительно напугало молодого человека. Он наложил на юношу связывающее заклинание и вкрадчиво пояснил: – Не волнуйся, я ничего не сделаю. Проверю лишь, все ли в порядке. Лин Ся вновь не мог пошевелиться. Как только он заметил, что незнакомец собирается поднять ему ногу, у него чуть сердце из груди не выпрыгнуло. Разве он может позволить другим увидеть это место? Юноша хрипло произнес: – Не смотри, я в порядке… Однако нога уже была поднята. Лин Ся прикусил губы от стыда. Негодяй! Мерзавец! Чертов изврат! В один прекрасный день этот извращенец точно будет превращен в фарш! Аррр! Он заплатит за все вдвойне!! Юй Чжицзюэ тщательно осмотрел травмированное место. Несмотря на грубость и несдержанность, он все же не полностью проник внутрь. Фактически, вошла только головка, поэтому сейчас наблюдались лишь небольшое покраснение и легкий отек. Лин Ся не из тех, кто будет лить слезы из-за незначительной боли. Скорее всего, он просто не смог принять произошедшего. Как бы то ни было, Юй Чжицзюэ достал пузырек с лекарством и почерпнул пальцем немного мази, а затем осторожно нанес мазь на отверстие со словами: – Кровотечения нет. Лекарство скоро начнет действовать и станет легче. Лин Ся с силой закусил губы, старательно изображая мертвеца. Так или иначе, он все равно никак не мог воспрепятствовать действиям незнакомца. От нежных, но в то же время совершенно непристойных прикосновений таинственного незнакомца юношу захлестнули волны томительного онемения. Пока палец медленно скользил вокруг плотного сжатого отверстия, Лин Ся всеми силами старался сдержать голос.  Когда же палец с лекарством вошел чуть глубже, он тут же напрягся и выкрикнул: – Там все нормально! Не трогай! Правда, дрожащий голос звучал совсем неубедительно. Глядя на искаженное страхом лицо возлюбленного, Юй Чжицзюэ показалось, будто его колено пронзило множество стрел. Несмотря на отчаянно бьющееся сердце, он остановился: – Хорошо, не буду. Однако несмотря на собственные слова он не смог устоять и покрыл поцелуями губы, лицо, шею, грудь Лин Ся… Тем самым посеяв панику и негодование в сердце юноши. Последнего по-прежнему не слушались ни руки, ни ноги, поэтому ему оставалось только гневно спросить: – Еще не закончил, черт тебя подери? Хотя в силу своей воспитанности юноша ругался крайне редко, сейчас он просто не смог сдержать поток бранных слов в адрес таинственного незнакомца. Столкнувшись с нечасто проявляющейся импульсивной стороной возлюбленного, Юй Чжицзюэ невольно распалился еще сильнее. Но, если Лин Ся будет слишком часто злиться... это ведь не войдет у него в привычку? Юй Чжицзюэ нежно прикусил адамово яблоко Лин Ся, а после прижался к его члену своим и обхватил их рукой. Поглаживания и ласки быстро разгорячили тела и заставили сердца молодых людей биться чаще. Их сбивчивое дыхание становилось все тяжелее. Лин Ся лежал на кровати, словно мертвая рыба, но постепенно начал терять контроль над телом. Вскоре дыхание молодых людей синхронизировалось. Покрасневшему юноше оставалось лишь скрепя сердце закрыть глаза и ждать, когда же таинственный незнакомец наконец закончит. Неизвестно, сколько прошло времени, но когда оба наконец кончили, их покрывал пот. Юй Чжицзюэ поднял на руки ошеломленного Лин Ся и отнес к озеру, где вымыл дочиста. От накатившей усталости юноша поленился даже отругать его за самоуправство. Затем молодой человек надел на Лин Ся чистую одежду и поцеловал в губы со словами: – Не расстраивайся. Тебе ведь было хорошо, разве нет? В задницу твое «хорошо»! Лин Ся окинул незнакомца грозным взглядом, однако его щеки все еще покрывал легкий румянец, а талия и ноги оставались расслабленными. Так что суровое выражение на лице выглядело совсем неубедительно. Юй Чжицзюэ неосознанно улыбнулся и произнес: – Не ты ли заявлял, что убьешь меня? У тебя мощная духовная энергия и большое количество элементарных частиц, но ты не знаешь как их использовать. Чуть позже я научу тебя, ладно? – Нет! – Лин Ся стиснул зубы, – Рано или поздно я найду тебя и отомщу! Твою ж мать. Разве это «ладно?» каждый раз не заканчивается тем, что все слова Лин Ся влетают тому в одно ухо, а вылетают из другого? Юй Чжицзюэ непроизвольно рассмеялся, после чего одарил юношу страстным длительным поцелуем и сказал: – Ты можешь прийти ко мне в любое время... Я оставил мальчика рядом с белоголовым орланом. Они будут там же, где вы расстались, – затем достал пузырек с лекарством и добавил, – вдохнув запах лекарственного средства, пленники очнутся. Но тебе запрещено любезничать с той женщиной и мужчинами, иначе в следующий раз я тебя не отпущу. От подобной угрозы Лин Ся покраснел до корней волос: неужели этот чертов изврат заявится снова? И что значит любезничать с мужчинами?! Внезапно вокруг разлился ослепительно яркий свет. Зажмурившись, Лин Ся медленно адаптировался и понял: он опять стоит у груды камней, а таинственный незнакомец уже исчез. Если бы не иная одежда, все произошедшее можно было бы принять за простой сон. Юноша немедленно огляделся и обнаружил: весь конвой лежит без сознания, а железная клетка открыта. Его терзало беспокойство о Лин Цзюэ, однако, если верить словам незнакомца, скорее всего, мальчик в безопасности. Окинув взглядом пузырек с лекарством, Лин Ся сжал его в руке и быстро подбежал к конвою. Он осторожно удостоверился, что охранники живы, затем связал их и водрузил на спину магического зверя. От неожиданного удара юноши зверь пустился вскачь и быстро скрылся из виду вместе с охранниками. Лин Ся вошел в клетку и поднес пузырек к носу девушки. Вскоре та начала постепенно приходить в сознание. – Ты в порядке? – с улыбкой спросил юноша. Какое-то время перед глазами Цуй Юй стоял туман. Но как только зрение сфокусировалось и девушка смогла разглядеть лицо Лин Ся, ее зрачки неожиданно сузились. Однако она быстро разочарованно опустила голову: его внешность и характер просто напомнили ей того человека. Он ведь не может быть им? Лин Ся умер много лет назад… Глядя на изменения в выражении ее лица, Лин Ся спросил напрямую: – Мы... уже встречались? – Нет. Ты спас нас? Большое спасибо, – тихо ответила Цуй Юй. Договорив, она с трудом встала и попыталась разбудить остальных. Лин Ся потерял дар речи. Он четко слышал, как девушка позвала его по имени. Может он ошибся? Но при виде его она подозрительно изменилась в лице. Цуй Юй еле держалась на ногах. Лин Ся поспешно подхватил ее под руку и произнес: – Ты только что очнулась. Отдохни немного... а я пока дам противоядие твоим товарищам. От запаха лекарства молодые люди тоже вскоре пришли в себя. Они выглядели измотанными и явно пережили не одни пытки за время пребывания в плену. Немного поразмыслив, Лин Ся решил все прояснить и повернулся к Цуй Юй: – Вы все еще на территории сект Темных искусств. Вам лучше переодеться и как можно скорее покинуть эти земли. Меня зовут Лин Ся. Могу ли я узнать имя юной госпожи? Сперва девушка оставалась безразличной, но от его последних слов резко переменилась в лице и спросила дрожащим голосом: – Тебя тоже зовут Лин Ся? «Тоже» насторожило юношу. Он не спеша кивнул: – Да. Мне не подходит это имя? Цуй Юй внимательно взглянула на его лицо. В последний раз она видела Лин Ся восемь лет назад – некоторое сходство точно есть... Но Сун Сяоху заверил, что своими глазами видел, как тот умер и был захоронен в землях Цянь Кунь. Он говорил очень уверенно. Хотя внешне этот человек на пятьдесят процентов похож на Лин Ся из прошлого, его манера речи и выражения лица – на семьдесят-восемьдесят процентов соответствуют образу из ее воспоминаний… Девушка на мгновение погрузилась в свои мысли, но была вырвана из оцепенения взволнованными голосами спутников: – Сестра, старшая сестра! Лин Ся неосознанно помог им и предостерег: – Вы должны быстро бежать. И держитесь подальше от дорог. Неожиданно вспомнив слова незнакомца, юноша поспешно передал девушку ее спутникам: мало ли, вдруг он скрывается где-нибудь неподалеку. – Уважаемый брат, большое спасибо за помощь! – сказал один из молодых людей, – Мы из города Юньсяо. Если тебе понадобится наша помощь, мы будем готовы рискнуть жизнью, чтобы вернуть долг! Юньсяо? Какое знакомое название. Но несмотря на все сомнения, он не мог вспомнить этих людей. Кроме того, его волновали судьбы Лин Цзюэ и Дабая. Юноша кивнул и попрощался: – Будьте осторожны! По возвращении он перепугался до смерти: с Дабаем то все было хорошо, а вот Лин Цзюэ в перепачканной кровью изорванной одежде и шипах терновника с ног до головы лежал без сознания. Сокрушаясь про себя, Лин Ся осторожно поднял его на руки. Этот глупый ребенок… От вида многочисленных ран у него сердце кровью обливалось. Даже незначительные повреждения сильно выделялись на белоснежной коже мальчика. Юноша несильно похлопал ребенка по щекам: – А’Цзюэ, А’Цзюэ. Тот с трудом открыл глаза: очевидно, он еще не до конца пришел в себя. Лин Ся осторожно стер пыль с его лица и спросил: – А’Цзюэ, что-нибудь болит? – Нога… Лин Ся смотрел на него не мигая. – Не сердись. Я испугался, что ты не вернешься. Все прошло хорошо? У юноши глаза увлажнились, но он заставил себя улыбнуться и произнес: – Глупый ребенок. С чего бы мне не вернуться? Те люди уже ушли. Идем домой. Дабай оставил их неподалеку от пещеры, и дальше Лин Ся понес мальчика на спине. Встречавшимся на пути юноша говорил, что Лин Цзюэ случайно сорвался с обрыва. В любом случае, после раздачи корма они вольны делать все, что угодно, поэтому никто ничего не заподозрил. Лин Ся опустил Лин Цзюэ на кровать и быстро подготовил таз с горячей водой, бинты и другие медикаменты. После чего аккуратно снял с мальчика одежду, вытер раны чистым мокрым полотенцем и обработал их лекарством. За все время Лин Цзюэ не издал ни звука. – Что хочешь поесть? – ласково спросил Лин Ся, причесав рукой волосы мальчика, – Я пойду принесу еду. Тот потянул его за рукав: – У меня нет аппетита. Просто побудь со мной немного. Договорив, он положил голову на колени юноши, словно избалованный ребенок во время болезни. Лин Ся беспомощно улыбнулся и сел поудобнее. Если мальчику станет лучше, пусть будет так. – Старший брат, почему ты переоделся? – вдруг спросил Лин Цзюэ. Юноша опешил от неожиданности, а уже в следующий миг густо покраснел. Он не знал, что ответить. В памяти тут же всплыли постыдные сцены, а пострадавшее место начало пульсировать от боли, из-за чего стало трудно усидеть на одном месте. Хотя таинственный незнакомец переодел его в аналогичную темно-синюю одежду, качество ткани и пошив не шли ни в какое сравнение с предыдущими: это уже явно не рабочая униформа. Юноша был слишком занят и напрочь об этом позабыл. – Одежда испачкалась, вот я переоделся, – с трудом подобрав слова, ответил Лин Ся. К счастью, Лин Цзюэ больше ничего не спросил. Юноша вздохнул с облегчением, но чувство вины еще долго не позволяя ему смотреть в чистые и невинные глаза ребенка.