Перемещение во второстепенного персонажа для реабилитации злодея

Этот король экрана только и может, что доводить людей до белого каления. Лин Ся замолчал. Он пребывал в полнейшем смятении, а в мыслях царил сплошной сумбур. Но самое удивительное: первоначальный гнев и боль от мучительной раны на сердце заметно поутихли после постыдного эмоционального всплеска. Сложно сказать, сколько времени прошло к моменту, когда Лин Ся наконец успокоился, однако с вернувшимся хладнокровием ему тотчас стало не по себе: Юй Чжицзюэ до сих пор крепко держал его в объятиях, всем своим видом демонстрируя глубокую привязанность. Почему этот человек, Юй Чжицзюэ, кажется ему таким знакомым? Взгляд юноши притупился, а сам он словно оцепенел. В памяти все отчетливее выстраивался сюжет некогда прочитанного романа. В 2013 году бестолковый автор «Куриный суп со шпинатом» со всей совестью и ответственностью работал над не менее бестолковым романом под названием «Гордо смеющийся под небесами параллельного мира»! Главный герой – Сун Сяоху, злодей – Юй Чжицзюэ! На протяжении многих лет злодей упорно пытался уничтожить мир! «...» Финал романа, конечно, подкачал, но как бы то ни было, разве Великий и ужасный злодей не должен походить на горячего племенного жеребчика? Однако, кажется, он совсем не такой. – Юй Чжицзюэ так же известен, как Почтенный глава секты Цянь Кунь и Великий демонический лорд, верно? – непроизвольно вырвалось у Лин Ся. Юй Чжицзюэ на мгновение замер, уставившись на юношу, а затем с улыбкой произнес: – Правильно. Боишься меня, Лин? Ничего не говоря, юноша настороженно рассматривал Юй Чжицзюэ. Появление перед ним персонажа захватывающего романа с поистине душераздирающими заключительными главами породило совершенно неописуемое чувство нереальности происходящего. Но сейчас он дышит, у него бьётся сердце и есть чувства… Он живой. Лин Ся вспомнил и бессонные ночи, проведенные в томительном ожидании обновлений романа! И все же, какова его роль в этой книге? Неужто пресловутая любовь с первого взгляда, о которой распевался Юй Чжицзюэ… явилась причиной его перемещения?! Следует отметить, что по роману Юй Чжицзюэ – упрямый, до последнего вздоха не отступивший от своих целей по уничтожению миру, а также весьма гордый и высокомерный злодей. Но почему тогда при общении с абсолютно заурядным человеком, вроде Лин Ся, он становится на редкость заботливым и доброжелательным? Немного подумав, юноша внезапно густо покраснел: он что действительно нравится этому человеку? Наблюдая за тем, как лицо Лин Ся то краснеет, то бледнеет, Юй Чжицзюэ не находил себе места от беспокойства. Лин Ся в конце концов успокоился и серьезно произнес: – Я не злюсь и не ненавижу тебя. Но если попрошу Великого демонического лорда отпустить меня и Дабая, а также забыть все, что между нами произошло, ты выполнишь мою просьбу? У Юй Чжицзюэ внутри все сжалось. Через некоторое время он поднял голову и через силу улыбнулся: – Кроме этого, я дам тебе все. Лин Ся поленился что-либо сказать, повернулся и ушел. Юй Чжицзюэ с нежностью и беспомощностью смотрел тому вслед. Молодому человеку оставалось лишь надеется, что память Лин Ся восстановится полностью, а до тех пор ему придется силой удерживать любимого при себе. По возвращении домой, угрюмый и опечаленный Лин Ся нашел не ведающего ни хлопот, ни забот Дабая мирно спящим на крыше. Юноша разозлился: он всегда заботился о звере, а тот бросил его на произвол судьбы и глазом не моргнув. Лин Ся не удержался от нескольких гневных слов. Полусонный Дабай удивленно распахнул глаза и тут же попытался улизнуть, но в сторону разгневанного Лин Ся все равно полетело несколько перьев. Юноша ведь понятия не имел, что в той ситуации орлан совершенно ничего не мог поделать, а появившиеся от страха мурашки могли привести к выпадению и без того скудного оперения (что сейчас и произошло). Вот почему Дабай предпочел поскорее скрыться… Открыв дверь, Лин Ся не обнаружил ни души – в доме было пусто. Юноша на мгновение растерянно замер на пороге, после чего вошел и обессиленно опустился на стул. Вскоре слуги доставили горячую воду и только что приготовленную еду. Лишь с их появлением Лин Ся заметил кровавые пятна на своей одежде, а также наконец обратил внимание на урчащий желудок. Воспоминания о безжалостном укусе принесли с собой легкое чувство вины. Юноша молча поел, затем закрыл дверь, разделся и приступил к водным процедурам. Из-за недавних переживаний все тело покрылось липким потом, а дух пребывал в смятении и истощении. Горячая ванна действительно пришлась в самый раз и помогла снять напряжение с усталостью. Лин Ся забыл принести полотенце, поэтому по привычке позвал: – А’Цзюэ? Разумеется, ответа не последовало. Юноша на миг опешил, после чего беспомощно вздохнул. Да что ж такое-то?! Необходимо как можно скорее забыть этого лживого «короля экрана»! Искупавшись и насухо вытершись, Лин Ся надел чистую одежду. Хотя едва наступила вторая половина дня, юноша решил немного вздремнуть, чтобы расслабить натянутые нервы и выкинуть из головы ненужные мысли. Лин Ся полагал, что ему обязательно приснится что-нибудь возмутительное ввиду последних событий. Но нет. К удивлению, он даже не видел снов и проспал до полуночи практически как младенец. От непрерывного беспробудного сна тело потяжелело, а конечности обмякли. Обнаружив на груди знакомую голову, Лин Ся привычно погладил мальчика по волосам, пробормотал «А’Цзюэ» и снова закрыл глаза. Но спустя пять секунд он резко открыл глаза и сердито пнул Юй Чжицзюэ со словами: – Какого черта ты делаешь? Юй Чжицзюэ в своей юной форме остался неподвижным, позволив Лин Ся делать все, что тот пожелает. Лишь через некоторое время мальчик поднял темные, слегка увлажнившиеся глаза: – Старший брат, ты все еще сердишься на меня? – …Ты не мог бы уйти? – взглянув на юное прекрасное лицо, Лин Ся просто не в силах был продолжать пинаться, а по-детски невинная манера поведения вызвала у него подергивание уголков губ, – Маскарад превратился в дурную привычку? Давай начистоту. Уважаемому Демоническому лорду, который однажды положит конец миру, не подобает творить подобные глупости. Может тебе лучше в артисты податься? Юй Чжицзюэ мало что понял из его речи и посмотрел на Лин Ся с легкой обидой во взгляде: – Разве твой выбор не пал на этого А’Цзюэ? Я никогда тебя не обманывал, и все сказанное – истинная правда. Я не могу спать без тебя. У Лин Ся потеплело на сердце. Но стоило ему подумать о штуке, находящейся у того ниже пояса, иначе как чертовым извращенцем он мальчика воспринимать уже не мог. Юношу внезапно охватило отвращение и он тотчас непреклонно заключил: – Ничего подобного. И если ты останешься здесь, спать не смогу уже я. Мальчик больше ничего не сказал, лишь одиноко сжался на краю кровати и не сводил с Лин Ся прекрасных бездонных глаз. Не находя себе места под его пронзительным взглядом, юноша смял простынь руками и выругался про себя. Он прекрасно понимал: этот образ нереален и обманчив. Но даже в таком случае юноша совершенно не мог ему сопротивляться, как и вышвырнуть этого типа вон! Ему так хотелось прорычать «Да чего ты от меня хочешь?»! Но в конце концов Лин Ся просто отвернулся от него и разглядывая стену приказал ледяным тоном: – Не приближайся ко мне. У Юй Чжицзюэ тут же заблестели глаза. В конце концов, Лин Ся достаточно мягкосердечен. С готовностью согласившись, мальчик прикрыл глаза с легкой полуулыбкой на устах. Лин Ся окончательно успокоился и хорошенько обдумал, что же делать дальше. Их силы несопоставимы. Юй Чжицзюэ – глава секты темных искусств, всеми уважаемый и почитаемый Демонический лорд, а также главный враг и соперник самого Героя романа! Даже попытайся Лин Ся убежать, он еще долго будет блуждать по территориям сект темных искусств, а значит, его рано или поздно поймают. Иными словами, побег – заведомо гиблое дело. А если он словом или делом разозлит Юй Чжицзюэ, то вряд ли сможет себя защитить. Лин Ся внезапно сел и обнаружил на себе нежный проникновенный взгляд.  Похоже, все это время мальчик не спускал с него своих очаровательных глаз. Юноша тут же покраснел и насилу высказался: – Я знаю, что не могу уйти. Но нам все же следует кое-что прояснить. Мне не нравятся мужчины и я не приемлю принуждения, поэтому впредь запрещаю делать те самые вещи. – Те вещи? – с изумлением повторил Юй Чжицзюэ. Лин Ся окинул его ледяным взглядом: быть не может, чтобы этот мерзавец не понимал о чем речь! Юй Чжицзюэ долго и неотрывно смотрел на него, после чего тяжело вздохнул, словно бы терзаясь вопросом «и что мне с тобой делать». Лин Ся пробрал озноб. Ну погоди, чертов «король экрана», я обязательно заставлю тебя подчиниться! – Хорошо. Пока ты остаешься со мной, я буду прислушиваться к твоим словам, – Юй Чжицзюэ в конце концов пошел на компромисс, но он все еще упрямо добавил, – но мы должны ладить, как прежде. А также жить вместе. «Действительно веришь, что это юное личико что-то изменит?» Лин Ся поленился озвучить свой вопрос. Как бы то ни было, пока в его сторону не совершается никаких поползновений, с мужчиной вполне можно ужиться. Немного подумав, он добавил еще несколько пожеланий: – Я хочу продолжать совершенствоваться. А также ты ведь не планируешь запереть меня здесь? У меня всегда должна быть возможность выйти и прогуляться. – Хорошо, – с улыбкой согласился Юй Чжицзюэ, – я всему тебя научу. А если захочешь прогуляться, пойдем вместе, ладно? Что ж, такое соглашение можно считать пусть временным, но все же справедливым мирным договором. Лин Ся вздохнул с облегчением и снова лег спать. Он совершенно необдуманно попытался сделать из Юй Чжицзюэ собственную марионетку. Несмотря на взвинченность, юноша довольно быстро заснул крепким сном. На протяжении последующих нескольких дней Лин Ся старательно игнорировал Юй Чжицзюэ, предпочитая с ними не разговаривать. А если  и задавал какие-то вопросы, то те касались исключительно духовной практики, которой они занимались во второй половине дня. Часто по окончании медитации юноша открывал глаза и находил пристально глядящего на него Юй Чжицзюэ. В такие моменты во взгляде мальчика переплетались нетерпение, ожидание и надежда, а всем своим видом он напоминал брошенного котенка или щенка.  Но Лин Ся все равно оставался непреклонен. Дабай то и дело трясся от холода из-за окружавшей молодых людей морозной ауры. Почему-то каждый раз, когда Лин Ся гладил его по голове, орлан кожей чувствовал на себе леденящий душу взгляд. И, сдается ему, в этом взгляде исподтишка явно скрыто намерение превратить его в жареную курицу. Поскорее бы вернуться в свою тихую и уютную пещеру... Однажды Лин Ся проснулся посреди ночи из-за Юй Чжицзюэ. Тот все еще пребывал в обманчиво юном обличье и вкрадчивым сладким голосом звал «Лин Ся», быстро поглаживая свою нижнюю часть. Его движения сопровождались легким поскрипыванием маленькой кровати и томными приглушенными вздохами, а частота и скорость поглаживаний поражали воображение. Ошеломленный юноша на миг растерялся от столь непристойного вида: прикованные к нему слегка влажные глаза затянуло дымкой наслаждения, влажные губы чуть-чуть приоткрылись, а во взгляде таились подростковая неловкость и соблазнительное смущение. Сам того не ожидая, юноша постыдно покраснел. Несколько секунду Лин Ся рассеянно смотрел на мальчика, прежде чем наконец смог отреагировать. Черт! Зачем зовешь меня по имени в такой распутной манере, прикидываясь неопытным юнцом?  Чего ты хочешь этим добиться? Почему некогда милый мальчик должен был превратиться в человека с примитивным уровнем мышления? Покрасневший Лин Ся поспешно отвернулся. Какой все-таки выдающийся актерский талант пропадает! Словно решив, что подобной явной провокации недостаточно, Юй Чжицзюэ прошептал низким хрипловатым голосом: – Лин, я хочу, чтобы ты… мне помог… У Лин Ся непроизвольно ускорилось сердцебиение. Будучи не в силах больше терпеть, он все-таки развернулся. Как и ожидалось, Юй Чжицзюэ вернулся к своей взрослой форме. С точки зрения очарования и соблазна эта форма даст предыдущей сто очков вперед. Немного раскрасневшиеся от желания глаза, тонкие плотно сжатые губы, россыпь длинных иссиня-черных волос на белоснежной подушке… Бесчисленное количество женщин с удовольствием бы отдали ему свое сердце. Распахнутая рубашка оголила идеальные ключицы и четко очерченные мышцы пресса. Заметив на себе взгляд Лин Ся, молодой человек еще более волнующе прошептал: – Лин... Капелька пота скатилась по изящному подбородку на обнаженную грудь, финальным штрихом дополнив его невероятно манящий и притягательный образ… Лин Ся мельком взглянул вниз и тут же отвел глаза. Само собой, та часть, что способна вызвать ненависть, зависть и восхищение у мужской половины человечества, находилась в полной боевой готовности. Юноша вздохнул, посмотрел на небо, а затем просто молча пнул Юй Чжицзюэ. Он никогда бы не стал ругать, а тем более поднимать руку на юного А’Цзюэ. Но что мешает ему так поступить со взрослым? Однако чем вызван этот необъяснимый трепет сердца – неужели Лин Ся превращается во влюбленную барышню? Пинок получился довольно мощным, но Юй Чжицзюэ не изменился в лице, лишь с обидой и осуждением впился в Лин Ся глазами. Даже его рука замерла. Лин Ся на миг оцепенел: ему невыносимо было видеть выражение, свойственное юному А’Цзюэ, у этого взрослого. Уж лучше бы он имел дело со злым и безумным демоническим главой... – Я хочу тебя… – со вздохом признался Юй Чжицзюэ, – от мыслей о тебе в груди так больно… Лин Ся тотчас покраснел. Ему хотелось подняться с кровати и уйти, но ноги напрочь отказались слушаться. Он будто к месту прирос. По непонятной причине у него тоже немного побаливало сердце. Наконец юноша через силу произнес: – У мужчин имеются определенные потребности, я все понимаю... Но ты не мог бы делать это тайком где-нибудь в другом месте?.. Да будет вам известно, Достопочтенный глава: когда другой мужчина произносит твое имя при подобных обстоятельствах, это очень напрягает! – Но я не могу кончить, если тебя нет рядом, – парировал Юй Чжицзюэ. «...» Всего одна эта фраза успешно разгромила все логические доводы Лин Ся. Рассвирепев, юноша схватил подушку и запустил ее в Юй Чжицзюэ с сердитым рыком: – Тогда не кончай никогда! Этот чертов иной мир не сулит ему ничего хорошего. Теперь Лин Ся окончательно в этом убедился!