Перемещение во второстепенного персонажа для реабилитации злодея

Множество воспоминаний лавиной обрушились на Лин Ся, принеся с собой невыносимую головную боль. С широко распахнутыми глазами юноша отчаянно хватал воздух ртом, в то время как по его лицу стекали крупные капли то ли пота, то ли слез. Он из последних сил прижался к шее Дабая и с трудом прошептал: – Дабай... остановись... Они не враги. Орлан растерялся, но все же постепенно замедлился. Когда их силуэты стали отчетливо видны, пламя, окружавшее лапы А’Ли, разгорелось с новой силой, и в конце концов беглецы были нагнаны. Насилу вырвавшись из своих мыслей, Лин Ся вынул шелковый носовой платок и вытер лицо. А после втянул воздух в грудь, выпрямился и слегка улыбнулся: – Сяоху, А’Ли. Ошеломленный Сун Сяоху осмотрел Лин Ся с головы до пят, сжал губы и долгое время не мог ничего произнести, прежде чем наконец выдохнуть: – Старший брат Лин… – Сяоху, – с нежной улыбкой поприветствовал Лин Ся. – Давно не виделись. Неожиданно А’Ли обнажил клыки на Дабая, явно узнав в том старого врага. Однако теперь их силы находились на совершенно разных уровнях, поэтому орлан не осмелился ответить. Ему оставалось лишь дрожать в напряжении и настороженно махать крыльями, зависнув в воздухе на одном месте. Почувствовав, что зверь дрожит от страха, юноша невольно нашел ситуацию несколько забавной. Раньше Дабай следовал за Чу Инем, а теперь сопровождает Лин Ся. Кто бы мог подумать, что так получится. Он поспешно обратился к фламме: – А’Ли, Дабай не враг, не волнуйся. А затем успокаивающе похлопал Дабая по шее. Однако те по-прежнему смотрели друг на друга как заклятые враги, и как бы Лин Ся ни пытался их помирить, он все равно ничего не мог поделать. Да и воздух – определенно не самое лучшее место для разговора. Юноша взглянул на Сун Сяоху и указал вниз: – Сяоху, давай спустимся и поговорим. Тот, по-видимому, до сих пор пребывал в полушоковом состоянии, поэтому ответил далеко не сразу. А’Ли не желал летать позади Дабая, поэтому со свистом обогнал орлана и полетел первым. Дабай вынужден был последовать за ним скрипя зубами от гнева. Глядя на спину пышущего жизнью главного героя, Лин Ся испытал бесконечное облегчение. Да и А’Ли перешел на уровень сверх-зверя. Похоже, со времени его ухода Сун Сяоху стал намного сильнее. Как только они достигли земли, А’Ли приземлился на ближайший холм. Вскоре и Дабай последовал его примеру. Оказавшись на земле, орлан тут же сложил крылья, принял мини-форму и быстро перелетел на плечо Лин Ся, принявшись ласково тереться о его лицо. А’Ли тоже поспешил уменьшиться. Разумеется, он не остался равнодушным при виде таких показных действий Дабая: А’Ли с силой оторвался от земли и хлестким ударом хвоста сбил орлана с плеча юноши, а сам приземлился тому на грудь. Наконец оказавшись в объятиях давно потерянного друга, зверь принялся ласково месить его лапками. У отлетевшего примерно на метр Дабая глаза покраснели от гнева. Недолго думая, он выставил когти и бросился к А’Ли. Лин Ся едва не подпрыгнул от неожиданности и тотчас постарался их разнять. Склока магических зверей, сильно походящих на ревнивых деток, опечалила юношу. Лишь после продолжительных уговоров и утешений, звери наконец успокоились. К сожалению, в ходе потасовки из-за острых когтей А’Ли Дабай потерял несколько и без того редких перьев. Орлан опечалено зажмурился и съежился в маленький комочек. Лин Ся поспешно погладил его по голове в попытке немного успокоить. Но обратив внимание на А’Ли, он заметил на себе обиженный взгляд огромных янтарных глаз. Юноша в панике поторопился погладить и его. С трудом удерживая обоих на руках и попеременно успокаивая то одного, то другого, Лин Ся на миг отвлекся и обнаружил, что главный герой все это время за ним наблюдал. Словно бы извиняясь, юноша неосознанно улыбнулся. Сун Сяоху пристально смотрел на Лин Ся. Неожиданно уголки его глаз приподнялись от улыбки, а на щеках появились милейшие ямочки: – Старший брат Лин, это действительно ты! Я так рад, что ты смог вернуться! У Лин Ся тепло разлилось в груди, а глаза внезапно увлажнились. – Угу, это я, – кивнул юноша. Освежающий ветерок на вершине холма дарил непревзойденную прохладу. Устроившись на пологом камне, молодые люди мирно беседовали. Лин Ся неожиданно узнал, что учитель в маске уже поведал Сун Сяоху о его истинном происхождении. Юношу приятно удивила эта новость. Разумеется, Лин Ся умолчал о том, как Юй Чжицзюэ обвел его вокруг пальца. Он рассказал лишь о времени, проведенном в зверинце «Сотня зверей», случайном спасении Цуй Юй, дружбе с Дабаем ну и так далее. А на момент встречи с Юй Чжицзюэ воспоминания к нему еще не вернулись, поэтому Лин Ся его не узнал… Сун Сяоху взглянул на него своими черными глазами и вздохнул: – А’Цзюэ тогда сильно горевал. Но возвращение старшего брата Лина наверняка несказанно осчастливило его. Вспомнив пережитый неблагопристойный опыт, Лин Ся непроизвольно покраснел: ох уж этот Юй Чжицзюэ с его блестящей актерской игрой! Только вот выругавшись про себя, юноша отчаянно пожалел, что нельзя незамедлительно оказаться рядом с ним… Лин Ся глубоко вздохнул и слегка надорванным голосом быстро сменил тему, со смехом спросив: – За прошедшие годы Сяоху уже отдал кому-нибудь свое сердце? Тот на миг окаменел и тотчас залился румянцем: – Я все еще не стал самым выдающимся мастером боевых искусств, мне некогда думать о делах сердечных. Лин Ся волей-неволей умилился: даже спустя три года главный герой ничуть не изменился и остался чистым словно белый лист… Юноша улыбнулся: – Но ведь свидания не помешают тренировкам. Да и Сяоху уже в самом подходящем возрасте для романтики. Заметив, что тот смущается все сильнее и сильнее, Лин Ся поспешно сменил тему. Как-никак всему свое время. В данном деле все решает судьба и торопиться тут некуда, да и не стоит. Из рассказа Сун Сяоху Лин Ся постепенно разузнал о судьбе старых знакомых. Мужун Сюэ уже восстановила секту Юйнью, отменив множество неразумных правил пика Святой девы. Фен Шумина серьезно ранили в очередном конфликте между сектами, поэтому добрая половина секты Шаоян отошла под контроль Фэн Ло. А также девушка уже обрела возлюбленного. Цуй Юй стала официальной преемницей главы города Юньсяо… – Старший брат Лин, вспомнив А’Цзюэ, ты теперь отправишься его искать? – неожиданно спросил Сун Сяоху. Под проницательным взглядом героя, будто бы видящим его насквозь, у Лин Ся непроизвольно нагрелось лицо. Да, в тот злополучный день их видело слишком много людей. Сун Сяоху, Мужун Сюэ, Кэлань Минербай... Скорее всего, они уже обо всем догадались. Он глубоко вздохнул и поднял глаза, наполненные необычайной решимостью: – Да. Само собой. Перед лицом близкого расставания Лин Ся долго гладил А’Ли, не желая его отпускать, а также не удержался и с нежностью обнял Сун Сяоху. Раньше он часто обнимал Юй Чжицзюэ, но редко проявлял подобное отношение к Сун Сяоху. А сейчас главный герой уже высок и широкоплеч, могуч и величественен. Несмотря на легкий досадный вздох, Лин Ся все равно чувствовал себя счастливым. – Береги себя, Сяоху, – с улыбкой попрощался юноша, похлопав молодого человека по плечу. Тот душевно улыбнулся, отчего на щеках тут же появились ямочки: – Угу. И ты, старший брат Лин! Я скоро навещу тебя с А’Цзюэ! Он запрыгнул на А’Ли и помахал Лин Ся. Не в силах расстаться с давним другом, А’Ли высунул язык и облизал руку Лин Ся, и лишь после этого поднялся в ночное небо. Их силуэт постепенно растворился в ночи. Легкая неосознанная улыбка играла на губах Лин Ся. Вскоре до сих пор расстроенный Дабай приземлился ему на плечо. – Не обижайся на А’Ли, ладно? – юноша погладил того по голове и попытался успокоить. – Я обязательно отыщу способ восстановить твое оперение, и совсем скоро ты найдешь себе хорошую невесту. Лин Ся поднял голову и перевел взгляд в другую сторону. Каждый удар сердца отдавался жаром нетерпения. – А’Цзюэ… – прошептал юноша, глядя на бескрайний небосвод, переливающийся светом мириад звезд. Он в спешке вернулся во временный дворец Юй Чжицзюэ, но у подножия горы был остановлен темной стражей. Лин Ся всей душой пожалел, что не взял нефритовый кулон, доказывающий его близость к Верховному владыке. Но начни он сейчас упорствовать, стража наверняка его задержит и тогда увидеть Юй Чжицзюэ точно не получится. В нынешних условиях безопасность превыше всего. Как бы сильно Лин Ся ни хотел встретиться с Юй Чжицзюэ, он не смел ставить под угрозу собственную жизнь. В конце концов юноше пришлось покинуть гору под бдительным взглядом неприветливых охранников. Тщательно обдумав, кто бы мог ему помочь, Лин Ся пришел к выводу, что среди темных совершенствующихся он сдружился лишь с Кэлань Минербай. Однако, скорее всего, она сейчас на острове Духовных змей или же сеет неразбериху в какой-нибудь ортодоксальной секте. Юноша тяжело вздохнул. Неужто ему остается только ждать у моря погоды? Кстати говоря, этот дворец всего лишь один из многих – Юй Чжицзюэ в нем может и не быть вовсе… Лин Ся нашел поблизости небольшую пещеру и решил передохнуть. Переведя дух, юноша досконально изучил ожерелье с голубой подвеской в виде капли. К удивлению, в скрытом пространстве магической цепи Юй Чжицзюэ подготовил для него немало полезных вещей: печи для усовершенствования артефактов, ритуальные сосуды, всевозможное сырье и материалы, оружие и тому подобное… Внезапно Лин Ся осенила блестящая идея. Не теряя ни секунды, юноша принялся разрабатывать устройство, способное запустить в небо сообщение в виде фейерверка. Печь немного застоялась, но со временем разогрелась и заработала как надо. Для получения нужных иероглифов Лин Ся задействовал несколько энергетических камней огненного элемента. Правда, он все никак не мог решить, что же написать. В итоге, юноша остановился на незамысловатой формулировке: «А’Цзюэ, я жду тебя здесь». Закончив выплавку, Лин Ся тщательно все проверил, а когда Дабай уснул, украдкой спустился к реке, чтобы искупаться и переодеться в чистую одежду. Войдя в воду, юноша взглянул на свое отражение. Он пробыл в этом мире уже несколько месяцев. За такой срок его волосы отрасли до плеч, но в приличный узел их все еще не собрать. Иными словами, ни то ни се. Да и внешность подверглась воздействию солнца и ветра: суховатая кожа загорела и приобрела пшеничный оттенок. Его нынешний облик не идет ни в какое сравнение с предыдущим нежным и прекрасным «Лин Ся», чья кожа казалась белее нефрита… И вновь юноша тяжело вздохнул. В любом случае, сейчас он выглядит именно так. Кроме того, даже после глубокой заморозки, когда от Лин Ся остались кожа да кости, Юй Чжицзюэ все равно твердил о своих чувствах! Отбросив посторонние мысли, он сделал глубокий вдох, на одном дыхании поднял созданный артефакт высоко над головой и выстрели. В мгновение ока высоко в ночное небо взметнуло золотое пламя фейерверка, постепенно превратившись в крупные серебряные иероглифы: «А’Цзюэ, я жду тебя здесь». В терпеливом ожидании юноша с улыбкой на лице сидел на берегу реки и запрокинув голову смотрел на яркие иероглифы посреди чистого темного неба. Юй Чжицзюэ появился куда быстрее, чем можно было себе представить. Когда Лин Ся услышал позади звук знакомой, но слегка неравномерной поступи, его отчаянно бьющееся сердце неожиданно успокоилось. Он медленно обернулся и спокойно поприветствовал: – А’Цзюэ. Юй Чжицзюэ пребывал словно в трансе, а в его голосе слышалось неверие вперемешку с призрачной надеждой: – Лин… Юноша едва заметно коварно прищурился: – Раз уж я все равно ухожу, напоследок мне хотелось бы кое-что прояснить. У Юй Чжицзюэ в груди все сжалось от напряжения: – Говори. Лин Ся сразу же продолжил: – Коль я ухожу, зачем ты надел на меня ожерелье, которое невозможно снять? Кроме того, – он медленно поднял голову и пристально посмотрел на Юй Чжицзюэ, – я слышал, что Великий демонический лорд в прошлом был в кого-то влюблен? Юй Чжицзюэ какое-то время молчал, а после почти незаметно кивнул: – Да, я любил и люблю лишь одного человека. – Так вот оно как, – Лин Ся вздохнул и развел рукам, а затем не спеша собрался уйти. Но когда он поравнялся с Юй Чжицзюэ, тот неожиданно схватил его за руку. – Что это значит, Достопочтенный глава? – Лин Ся удивленно выгнул брови. По земле расстелился плотный ковер мягкой и эластичной травы Минсинь* длиной в половину чи**. Лин Ся успел заметить лишь темный силуэт, поваливший его на траву. Не успел он опомниться, а Юй Чжицзюэ уже крепко прижал его к земле. Юношу окутал легкий аромат трав и запах Юй Чжицзюэ. Молодой человек едва дыша пристально смотрел на Лин Ся. В его взгляде отчётливо прослеживались яростная одержимость и непомерная печаль. У Лин Ся сердце кровью облилось. [П/п: 明心 дословно «чуткая душа»; чи – китайский фут (единица длины, равная 0,32 метра)] Лишь когда они вот так оказались лицом к лицу, Лин Ся с изумлением обнаружил: за несколько дней разлуки Юй Чжицзюэ сильно похудел, а его ясные прекрасные глаза покрылись множеством красных ниточек. Его сердце оттаяло. Он прервал свою игру, протянул руку и нежно коснулся лица Юй Чжицзюэ, после чего безотчетно произнес срывающимся голосом: – А’Цзюэ, ты похудел. Юй Чжицзюэ остолбенел. Перед ним словно бы развернулся прекрасный сон, в котором Лин Ся любовно коснулся его лица. Юноша больше не мог сдерживаться: он с силой притянул к себе голову Юй Чжицзюэ и впился в его губы. Однако молодой человек будто одеревенел и, разумеется, не ответил на поцелуй. Лин Ся беспорядочно покусывал губы возлюбленного, но когда его усилия не принесли никакого результата, хрипло спросил: – Когда я наконец хочу тебя поцеловать, неужели даже рот не откроешь? Уже в следующий миг его губы оказались заблокированы с совершенно безумной страстью. Юй Чжицзюэ прижал Лин Ся к себе и с силой всосал его язык, словно стремясь поглотить того целиком. Его дыхание обжигало. Лин Ся крепко сжал одежду Юй Чжицзюэ, закрыл глаза и всего себя вложил в поцелуй. Сложно сказать, как долго их уста переплетались воедино, но постепенно жадные неистовые поцелуи уступили место легким и нежным, словно весенний ветерок, соприкосновениям губ. Юй Чжицзюэ мягко расцеловал лоб, глаза, щеки Лин Ся, после чего вновь вернулся к губам возлюбленного. Тот медленно открыл глаза и, посмотрев на Юй Чжицзюэ, не смог сдержать улыбки: – А’Цзюэ. Иссиня-черные волосы Юй Чжицзюэ ниспадали на Лин Ся словно прочная сеть, не оставляющая ни шанса на побег. – Лин, ты помнишь?.. – в напряженном волнении спросил Юй Чжицзюэ, неожиданно неловко отстранившись. Поняв, что зашел слишком далеко, юноша деловито заявил: – Да! Как и о твоем обмане! Как мне теперь следует к тебе обращаться? Лин Цзюэ? Юй? Глядя на такую редкость, как покрасневший до кончиков ушей Великий и ужасный Демонический лорд, Лин Ся не моргнув глазом добавил: – А твое превращение в юного А’Цзюэ пришлось мне по душе. Он ведь такой лапочка. Юй Чжицзюэ ревниво заметил: – Лин, ты действительно уж слишком любишь этого Лин Цзюэ. – Ну разумеется! – тут же подтвердил Лин Ся, пристально глядя на Юй Чжицзюэ. – Лин Цзюэ мил и послушен, в то время как «Юй» довольно нахален, не находишь? Смех да и только: разве они оба не один и тот же человек? Как можно сравнивать себя с собственным воплощением? О каком сравнении здесь вообще идет речь? Юй Чжицзюэ неожиданно рассмеялся, услышав слова Лин Ся. В прекрасных глазах феникса зажглись игривые искорки, когда он уверенно констатировал: – Юность – это, конечно, хорошо, но я точно знаю, что Лин предпочитает меня, ведь юный А’Цзюэ не сможет тебя удовлетворить. Лин Ся тотчас покраснел. Игра в извращенца стала дурной привычкой? Не каждый сможет так величественно и торжественно сказать столь бесстыдные слова… Юй Чжицзюэ пристально посмотрел на Лин Ся, обжигая того знакомым жаром во взгляде, а затем медленно наклонил голову и соблазнительно прошептал низким притягательным голосом: – Лин, позволь мне удовлетворить тебя… У Лин Ся бешено застучало сердце. Он поспешно отвернул лицо и возразил: – У меня еще слишком много вопросов! А’Цзюэ, я... Губы Юй Чжицзюэ заблокировали оставшуюся часть фразы. Вот бесстыжие глаза, не себя ли ты хочешь удовлетворить? – Только не... на улице... ах... – Тогда пойдем в мое магическое пространство. Лин, я действительно больше не могу... – …Больно… прошу, обратись юным А’Цзюэ, пожалуйста!.. Ах!.. – Не думай о других в такой момент! – Ах… но разве он не ты? Бессовестный! – Скажи, что любишь меня, ну же... – …Помедленнее… ах… пожалуйста… Я люблю тебя, А’Цзюэ! – Понравилось? – …Угу. На следующий день Лин Ся проснулся с темными кругами под глазами и ноющей поясницей, в то время как Юй Чжицзюэ был свеж и бодр. У Лин Ся аж зубы свело от досады. Разве это не первый раз в его истинном теле? Да и четыре раза подряд чересчур даже для животных! Хоть лекарство было очень эффективным, он все равно чувствовал небольшой дискомфорт. Они умиротворенно сидели плечом к плечу и наблюдали за восходом солнца. Оранжевое солнце постепенно выплывало из-за горного пика, с каждой минутой становясь все ярче и ослепительнее. Лин Ся повернул голову: его А’Цзюэ спокойно и неподвижно сидел рядом. На его лице играла нежная безмятежная улыбка, будто бы он наконец обрел то, чего желал больше всего в этом мире. Лин Ся тоже непроизвольно улыбнулся. В конце концов, роман о жеребце превратился в сказку о взаимной любви? Я действительно собственными руками изменил финал. Конечно, такой исход может показаться немного тривиальным и наивным, но все хорошо, что хорошо кончается.