Беспокойная ночь

Почему то звёзды светили особенно ярко этой ночью. Свет от них попадал прямо в глаза и не давал уснуть. Все этой ночью казалось неправильным. Калим слегка подрагивает, его руки бесконечно мечутся по кровати. Блондин глубже зарывается в одеяло, добирая какое-то эфемерное тепло, может, а может пытается спрятаться от.. света? Калим накрывает свою голову одеялом. И ему становится теплее, правда ему также становится очень душно и мозг кажется не получает достаточно кислорода. Или он не добирает кислорода потому что плачет, ужасно постыдно рыдает в одиночестве, у него перехватывает дыхание из-за чего тот издает непонятные кряхтение. Как же он жалок. Жалкий избалованный ребенок. Ничтожество. Руки Калима сами сбрасывают одеяло, быстрее чем их хозяин это даже осознает. Ему становится легче вдохнуть. Но легче не значит лучше. Было бы гораздо лучше если бы он потерял сознание под этим одеялом и сбросил его только во сне. Как бы было прекрасно уснуть, не мучая себя же по ночам. Он хочет чтобы кто-нибудь был здесь. Чтобы кто-то нибудь помог столь бестолковому ребенку как он. Но никто не придет. Это нормально. Это должно быть нормально. Для всех кроме Калима Аль Асима вероятно. Потому что Калим никогда не бывает один. Его окружают семья, десятки братьев и сестер, многие из которых не доживут и до года; ряд слуг, которое постоянно следуют за господином желая угодить. “Желая” - неправильное слово. Что за дурацкая установка. ОНИ обязаны угодить они должны, а не хотят. Он не должен забывать. Ах теперь в добавок к вопросу смешанных чувств добавляется и тошнота. Ему действительно плохо, о Семерка, почему же он был наделён магией если не может справиться даже со своими мыслями. Все совсем не так как должно быть. Все отвратительно. Калима пробирает озноб, в черт возьми гребенной пустыне. Он скрещивает руки как бы обнимая себя и подгибает колени. Это не совсем удобное положение, но оно как будто безопасное. Он мог бы спрятаться, он хотел бы спрятаться. Это весьма глупое действие недостойное Асима. Калим понимает что должен быть выше этого всего. Должен гордо поднять голову, должен отбросить все слабости и ненужные чувства, уж точно не плакать в своей комнате желая черт возьми исчезнуть. Но вот он здесь. Ему стоит забрать назад слова о том что он хотел бы чтобы кто-то был здесь. Он не может позволить увидеть себя в таком положении. Он справится сам наверное. Это трудно, но дальше будет ещё труднее. Ха-ха кривой смех раздается по комнате. Это так отвратительно. Его ждёт ещё куча дел за пределами этой комнаты, он должен получить надлежащее образование в конце концов и возглавить свою семью. А он.. мысль осекается, но не потому что он перестает думать или не может найти слово. Совсем наоборот, в голове так много слов за которые можно зацепится Нытик, сопляк, идиот, ублюдок, ребенок который не должен был рождаться. Он слышал подобное в течении всей своей жизни. Но именно сейчас целый ряд слов режет его разум словно нож. Ты бездумный, неряшливый, идиотский, неуклюжий, до смешного невнимательный, высокомерный, бестактный, избалованный богатенький мальчишка! Он заслужил это навер— Нет, Нет, конечно он заслужил это. Он ведь и вправду. Лицо Калима застилается ещё большим количеством слез. Он действительно глуп и высокомерен. У него такое искаженное представление о мире. Он так долго позволял себе жить во лжи. Джамиль его ненавидел все это время. А Калим этого никогда не замечал… Он был так уверен что они были хоть чуточку близки, он думал что мог бы назвать его другом. Его просто обвели вокруг пальца. Не со злым умыслом, просто потому что так было установлено. Потому что в доме Асимов наследник должен был выделяться, и конечно такой замечательный слуга как Джамиль должен был сидеть тихо, пряча свои таланты от мира. Одно существование Калима означало что Джамиль будет за ним, возможно под, но никогда не на одной ступени. Рядом — “в шаговой доступности, чтобы поправить одежду или шепнуть совет на ухо”, никогда не “мы пройдем этот путь вместе как равные” — Рядом. Он ничего не замечал… Он был плохим другом. Хотя он никогда им и не был по словам Джамиля. Почему-то это ранит. Очень сильно ранит. Прокручивать каждое его жестокое слово. Но Калим не может перестать это делать. Он не может отвлечься от этой боли. Он хочет в ней утонуть. Может это сделает их хоть чуть ближе. Джамиль управлял им своей магией. Он мог бы позволить ему если честно. Искупить вину поколений собственной жизнью. Уничтожить себя и дать Джамиль наконец-то жить нормально. Он хотел бы чтобы все было так. Нет, нет он не хотел умирать, это тоже было бы глупо. Он хотел бы наслаждаться жизнью и наблюдать как ей наслаждается Джамиль. Он хотел бы чтобы они были на равных, чтобы Джамиль закатывал глаза, может иногда был груб, как самый настоящий придурок и главное - воспринимал его как равного. Но этого всего не было между ними была это пропасть воздвигнутая их праотцами и от того к этому моменту почти непреодолимая. Но Калим попробует. Он попробует хоть раз в жизни сделать все сам. Он исправит это. И может, с маленькой вероятностью на которую и не стоит надеяться, но Джамиль все таки посмотрит ему в глаза и признает своим другом. Он сможет это сделать. Такую простую вещь как не опираться на кого-то. Нацепит свою лучшую улыбку и сделает вид, что все нормально. Все так как и должно быть. Все так как он захочет… А Асимы всегда получают все что хотят.