Из грязи, в вампирского слугу

Когда Иван был маленьким, отец частенько рассказывал жуткую историю про упырей. Кровопийц, что охотятся на людей. Отчего ходить в одиночку по лесу малыш больше не отважился. Да чего уж там, когда случился инцидент с пропавшей дочерью кузнеца, Ваня побаивался выходить на улицу. Ведь девочку тогда нашли всю искусанную. Годы прошли. Иван вырос. А ходить в лес или в какие-то заброшенные места так и не смог. Детский страх никуда не делся. Но кто бы мог подумать, что Иван переборет свой страх из детства самым необычным методом. Его семья жила за городом ближе к лесу. Ведь раскинутые на много гектар поля пшеницы сами себя не посадят и не удобрят. И сейчас на месте поля начал возвышаться завод. За последнии десять лет индустриализация стала основным рычагом изменений и созданий инноваций. Стоило какому-то изобретению выстрелит, как тут же окружение вокруг начало преобразоваться. Огромное колличество знакомых, что вели сельское хозяйство, начало заметно сокращаться. Территории начали отдавать под заводы и производство. Вот и у Ивана забрали клочок земли, оставив ни с чем. — Но как же так?! Я уплатил за землю! Я имею право на владение этой земли! Вы не имеете права! — ворчал Брагинский, слоняясь по городу. Было не ясно куда податься. Земли нет. Работы нет. Даже дом и тот забрали! Какой из Ивана хозяин? У бывшего зажиточного крестьянина больше ничего нет. Мужчина сидел у фонтана, смотря на свое уставшее отражение. Вряд-ли кто-то сможет помочь ему и другим крестьянам вернуть свои земли и дом. Скорее высмеют и пошлют куда подальше. Оставалось только одно решение: миграция на юг. Промышленники ещё не смогут прийти туда лет тридцать как минимум, так как эти земли принадлежали местному аристократическому роду. Южные аристократы весьма консервативны. Но если тех поманят деньгами, то эти территории вмиг обрастут заводами. — Ну что? Что теперь мне делать? — задал риторический вопрос мужчина. Выход был временным, но хотя бы за счёт общины, образовавшийся на южных землях, шанс захвата заводами тех мест крайне мал. Стоит попытаться. Приходится опустить пару моментов, что северных крестьян там не особо и жалуют. Как бы дело до крови не дошло. А есть ли другой выход? Нет. Иван скитался по городу пол дня, чтобы наскрести необходимых продуктов и достать оружие. Путь на юга предстоял не близкий. Особенно когда у тебя боязнь леса и всяких сомнительных мест. — Всё нормально! Всё будет хорошо! Я справлюсь! Подумаешь, пройти весь материк до юга. Ерунда! Мой отец и не на такую даль уходил охотиться! Что я в самом деле не смогу? — старался храбриться Брагинский. Провозился он конечно до заката с поиском вещей. Узелок собрался небольшой, но его должно было хватить на пути к следующему городу. Вот только была проблема — Иван никогда не охотился. Совсем. Учитывая то, как он в детстве боялся леса, ни о какой охоте речи и не было. От того Иван вместе с матушкой занимался обработкой земли и засеиванием посевов. Так что эта попытка выглядела как самоубийство. Не, может Ваня и вымахал в медведя, но навык владениям оружия не появился. Да и Иван почти не покидал территорию с полем, максимум в центр города ездил с отцом продавать пшеницу и хлеб. И никогда не был на противоположной стороне города. Иван шел мимо огромных поместий. Как его на улицу аристократов занесло — непонятно. Хотя как! Он заблудился. Вот что бывает, когда не покидаешь своего загончика. Тут и там снуют патрульные, из-за чего крестьянину пришлось спрятать оружие. Не хватает только внимание к себе привлечь, проблем потом не оберешься. И тут показалась впереди грунтовка. Наконец-то, он вышел из города. На небе взошла ярко-белая луна, освещая дорогу. Чуть вдали виднелись ветряные мельницы. Иван вздохнул с облегчением. Обратной дороги нет, нужно идти. — Ну, вперёд! В светлое будущее, — сказал мужчина и продолжил свой путь. Чем дальше становился город, тем больше внутри Ивана росло сомнение своего решения. Он не продумал маршрут. Не нашел карту. И на легке решил идти на юг. Не говоря уже о том, что мужчина не умеет пользоваться оружием. — Никогда не чувствовал себя таким тупым, — констатировал Иван, минуя ветряные мельницы. Сил на то, чтобы идти дальше уже не было. Да и время позднее. А значит скоро повылазит всякая магическая хтонь. Тут Брагинский почувствовал себя ещё тупее. Болван, что на эмоциях и своих двоих решил в одиночку дойти до югов. Иван остановился перед опушкой леса. Не был он готов к тому, чтобы заходить ночью в лес. Ладно днём ещё с трудом, но мужчине удавалось себя пересилить и заходить туда не в одиночку, а с соседями. Мужчина старался отдышаться, чтобы немного успокоиться и передохнуть. Иван даже как-то не подрасчитал, что путь будет длинее. Оглянувшись по сторонам, мужчина приметил небольшое двухэтажное здание. — Какой отшельник захочет так далеко расположить своё жильё? — задался вопросом Брагинский. Однако у него этот вопрос растворился само собой, когда он вспомнил о том, что его дом тоже так-то был дальше от основного поселения. Правда не настолько же! Иван пошёл в сторону здания. В надежде попроситься переночевать, хоть на сеновале. А утром продолжить путь по тропинке. Но чем ближе он становился к зданию, тем больше закрадывалось сомнение в том, что он сможет тут переночевать. Дом выглядел заросшим зеленью, кое-где имеются битые окна. Похоже, дом заброшен. Иван вздохнул. Как ему хочется вернуться в свою родную лачугу, доставшуюся от родителей и жить дальше там, как затворник. Входная дверь вся в трещинах. Не будь Иван сейчас в специфичном положении, он бы отсюда ноги уносил. Взяв кольцо у дверно ручке, Иван начал стучать. — Эй! Хозяева! Есть кто?! — проорал Брагинский. Но ответом была тишина. Иван оглянулся по сторонам, проверяя не привоек ли он к себе внимание какой-нибудь живности лесной. Убедившись, что никто не вылез из кустов, мужчина снова постучал. Результат тот же. Похоже дом и впрямь заброшен. Как бы Ивану не хотелось всё бросить и вернуться, но дорога займет ещё больше. А спать у фонтана такая себе перспектива. Надо было соглашаться с группой крестьян идти на юг, сейчас не было бы так жутко и одиноко. И тупо! Выдохнув, чтобы унять дрожь, крестьянин потянул дверь на себя. И она открылась! Как-то не практично со стороны бывших хозяев оставлять так дом. Иван зашёл внутрь. Света луны оказалось недостаточно, чтобы разглядеть внутренний интерьер. Оглядевшись ещё раз, мужчина прикрыл за собой дверь. Не закрыл. Мало ли тут какая-то живность внутри? Так он сможет выбежать в случае чего. Пол под ногами жалобно скрипел, намекая Брагинскому, что тот в любое мгновение может провалиться. Иван зашёл в гостиную, где по ощущениям пол был прочнее, да и свет от луны освещал пространство, что часть интерьера была видна. Развязав узелок, Иван достал свечу. — Никогда ещё не приходилось ночевать в заброшке… Проговорил мужчина, сев на диван. Проведя рукой по подушкам, Иван стер пыль. Неужели кто-то так легко оставил тут дом, вполне себе симпатичный? И кто тут жил? Внутри Ивана нахлынула тоска. Остался без дома, нет друзей с которыми можно было бы пойти вместе, нет земли… Так ещё залез в заброшку, что может в любой момент согнуть пополам. Слегка успокоившись мужчина услышал тиканье часов. Часы? В этом полуразрушенном доме что-то работает? Взяв свечу, крестьянин принялся обходить гостиную. Диван однако огромный, явно предназначен для гостей. Желто-бледный в красный цветочек А с противоположной стороны, напротив окна, стоит камин. На полке которого красуются маленькие статуэтки. По бокам расположились книжные полки. На одной из которой стоят часы. — Уже полночь? Так поздно? Обои бордовые с каким-то причудливым цветочным узором. А пол выложен из досок ёлочкой. Вполне симпатичное помещение. Не будь дом заброшенным, тут бы прием гостей смотрелся кстати. Может и нет никаких вампиров и страшных магических существ? Такая мысль посетила Ивана. Ну а кому сдался такой дом? Что тут условно фейри могут делать? А вампиры? Те предпочтут какую-нибудь скалистую пещеру, чем уютный особняк. Иван сел на диван, и поставил свечу на столик. Чтож, переночевать в этот доме не выглядит как плохая идея, по крайней мере его не съедят в лесу звери, пока он спит. Тиканье часов начинала понемногу нагонять жути. Почему? Они работают! Это странно. Значит, может в доме кто-то есть? А он ворвался ещё на частную собственность. Иван поднял ноги к груди, стараясь унять дрожь и успокоиться. — Нет, дом заброшен. Иначе бы тут не было бы столько пыли… Может эти часы дорогие? И могут долго работать? А может они сломались и время неправильно показывают? Под тяжестью усталости, Иван прикрыл глаза. Он устал. Столько навалилось за всё время. А если бы он тогда пошел на сделку? Оставили бы крестьянину дом? Тут послышался скрип половиц. Иван дернулся на месте. Тут кто-то есть? Значит здание жилое ещё? Мужчина осмотрелся, но ни кого не увидел. — П — показалось? Л-лучше я тогда согласился бы на сделку… Иван взял свечу в руку. Может стоит осмотреться? Мало ли, тут и правда кто-то есть? Крестьянин покинул гостиную, и забрел на кухню. Тут никого. А идти вдоль лестницы по коридору куда-то в глубь не особо и хочется, слишком темно. Тут сверху раздался снова скрип половиц. Нет сомнений! Иван ворвался к кому-то домой. И хозяин явно не рад постороннему. Крестьянин вернулся в гостиную собрать узелок. Лучше свалить от сюда по добру по здорову. Может лучше переночевать в ветряных мельницах? Иван вышел в прихожую и толкнул входную дверь от себя. Она не поддалась. Мужчина начинал паниковать. Дверь же не захлопнулась! Она была прикрыта. Паника начинает расти. Иван навалился всем весом на дверь, пытаясь ту открыть. Тут на шее Ивана очутилась холодная рука, когти которой вцепились в кожу. Мужчина застыл от страха. Взгляд перевелся на свечу. И в свете огонька показалась чья-то когтистая рука. Огонёк от свечи, что был спасительной соломинкой, был затушен двумя пальцами. — Чш-ш-ш… Иван уже было хотел завопить от ужаса, как свободная рука закрыла ему рот. И с какой-то не человеческой силой потащило вглубь дома. Крестьянин пытался сопротивляться, но сил как-будто стало ещё меньше. Тело Брагинского будто взмыло в воздух. Голова кружится. И тут он падает на деревянный пол. Ивана мутит. От страха хочется кричать. Окно, надо срочно в окно! Тут хлопнула дверь. Иван проморгавшись увидел конек крыши. Он на чердаке?! Тут раздались медленные шаги. Крестьянин уже забрался вылезти через слуховое окно. — Куда это ты собрался, чужак? Тебе не рассказали родители, что не красиво залезать в чужие дома? — Я-я… Раздался тихий глухой стук. Хозяин дома смотрел на потерявшего сознания чужака. Залез в дом чужой, так ещё и пугливый.

***

Иван подскочил на диване, закричав во все горло. Утро. Уже утро? Он уснул в заброшенном доме на пыльном диване? Брагинский сидя на диване, пытался отдышаться. Ему приснился кошмар? Похоже в дали от дома и в одиночестве становится не по себе. — Ох, это просто кошмар… Фух, Я-я испугался, — сказал в слух крестьянин, стараясь унять колотящееся сердце. — Кошмар? Я так не думаю, — раздался голос позади Брагинского. Иван тут же подскочил с места, спрятавшись за кресло. Нет, это был не сон. Твою мать. — И что это за концерт ты мне тут показываешь? Вылезай, — скомандовал голос. — Ай! Простите! Я думал дом заброшен! Я просто залез переночевать не более!!! — Вылезай! Иван выглянул из-за кресла. Напротив дивана, в тени стоял хозяин дома. В плаще, из-под капюшона которого виднелись пара ярких голубых глаз. Крестьянин покинул своё укрытие. Так этот дом и не заброше? Раз хозяин показался. — Никогда ещё не видел такого глупого и пугливого человека в своей обители. Кто ты такой? — Я?! Я Иван, сын Брагинского. К-крестьянин, что занимался пшеницей, — сказал мужчина. — И что ты забыл тут, крестьянское чудо? Ты хоть знаешь в чей дом ты залез? — спросил мужчина напротив, скрестив руки на груди. — П-Простите, виноват! Не серчайте барин! Я думал дом заброшен… Повисла тишина. Ивану было стыдно, он хозяина дома принял за монстра какого-то. Только вот, кто в доме в плаще будет ходить? Подняв опущенный взгляд, Иван тут же встретился с голубыми глазами. Аж мурашки по телу пробежали. — Откуда ты? — Я? С славного города Ашкерд, за городом в маленькой деревне жил. Только нас от туда выгнали и землю отобрали завод строить. — Ашкерд? Далеко ты забрел. Зачем с города ушел? — Так дом у меня отобрали, с землёй под пшено. Я на юг решил пойти. Вчера путь начал. А в лес залезть ночью страшно, — сказал Иван. Как провинившегося мальчишку ругают чес слово. Хозяин дома тронулся и подошёл к крестьянину. — Ты видимо не только трус, но и глупый в довесок. — Простите?! — Мой дом от Ашкерда располагается в сторону севера. Не в ту ты сторону пошёл, — сказал мужчина. Иван раскраснелся от стыда. Позор то какой! — Ох… Я это… Даже слов не подобрать, на всю текущую ситуацию. Залез в чужой дом, пошел не на юг, так ещё и напугал хозяина дома. Ужас какой-то, будь жива матушка, Иван бы уже столько люлей бы получил. Мужчина отошёл от провинившегося крестьянина и сел на диван. Иван не знал что сказать. Может извиниться и вернуться в город? На юг идти нет никакого смысла теперь, может в городе пристроится… А что от него потребует хозяин дома? — Простите, барин. Как вас? — Во-первых, не барин, а герцог. Во-вторых, обращайся как и полагает, ваше светлость. Иван аж воздухом поперхнулся. То ли из-за того что слишком душно в помещении, то ли аристократ какой-то уж дерзкий. А что может сказать крестьянин герцогу? — Кхм, ваше светлость, позвольте мне уйти… — Куда? Если ты не понял во что вляпался, то я тебя могу только патрулю сдать, — сказал мужчина на диване. Несмотря на то, что лицо в тени, Иван хорошо видел ухмылку герцога. Иван скукожился. Вот он влип. И как быть? Денег нет…а в узелке и подавно ничего. — Может спросишь, что тебе делать? Или думаешь сбежать? — А у меня есть выбор? Что вам нужно, ваше светлость? — спросил Иван. Мужчина с дивана ухмыляться перестал. Вся эта ситуация становилась ещё более неловкой, чем могло бы быть. У Ивана столько вопросов… К примеру, у человека разве могут так глаза светиться? — Кровь. Мне нужна кровь.