Много мистеров Шутов.

Когда мистер Шут начал странным образом истончаться в руках Германа и исчезать, Герман ощутил переполняющие его отчаяние и горечь потери. Ворох одежды, мантия и другие предметы были пустыми, плотность потеряна и Герман с колотящимся сердцем, разрывающимся от боли, прижимал к себе то, что осталось. Он ощутил слабое прикосновение щупалец мистера Шута к своим рукам. Множество мистеров Шутов с щупальцами вместо нижней части тела. Они что-то наперебой говорили, ползали, шумели и пытались докричаться до него, но Герман их не слышал. Он оглох от боли и сгрёб всех мистеров Дураков, до которых смог добраться, в охапку и крепко сжал, старательно подавляя дрожь в руках. Герману потребовалось несколько часов, чтобы успокоиться и осознать ситуацию. Мистер Шут из-за потери духовности распался на много маленьких частей себя, являясь, по сути, духовными червями, каждый из которых думал сам по себе. Он не был мёртвым, ему просто нужно накопить духовность и собраться заново. Герман сдавленно выдохнул, отпустил наскольких мистеров Шутов. Пересчитав их, Герман запомнил, что их около двадцати штук. Собрав пустую одежду мистера Шута, он посвятил себя заботе о маленьких мистерах Шутах. На протяжении месяца мистеры Шуты ничем не занимались, кроме поглощения приготовленной Германом еды, небольших вылазок в мир людей, чтобы отдохнуть, расслабиться и набраться сил. Они отвечали на молитвы своих верующих, а когда не покидали Замок Сефира, то развлекались различными играми и способами, например, гуляли по местам исторических проекций - паркам аттракционов, кинотеатров, кафе и магазинам. Его марионетки везде был с ними и следил, чтобы всё было хорошо. Помимо этого, он координировал действия Клуба Таро и собраний, почти не покидая Замок Сефира. Клейн, на самом деле, не ожидал такого. Он думал, что высвободит немного лишней духовности, а не распадётся на много-много частей себя. Серьёзно, некоторые мистеры Шуты могли даже ругаться сами с собой, по сути, потому что не могли решить, куда им идти сегодня! Одна часть его хотела пойти в парк с растущими деревьями и белоснежной листвой, другая стремилась посетить историческую проекцию Парижа, а третья и вовсе мечтала поехать в курортный город, на море с белым песочком и дельфинами! Это было сложно, и Герман старался чередовать меняющиеся предпочтения мистеров Шутов, чтобы им не было скучно. По ночам они засыпали вместе с Германом в одной большой кровати королевского размера, и крепко спали до самого начала дня. Рано вставал только Герман, чтобы приготовить им всем разные блюда на завтрак. Клейн вздыхал с облегчением - хоть по поводу спальни не было споров. На самом деле, это очень смущало Клейна. Когда в кровати другие Клейны облепили Германа во сне, это вызвало ассоциацию с групповыми ночными занятиями! Подавив смущение и мучительную совесть, Клейн забирался поближе к груди Германа и слушал, как бьётся его сердце. Оно билось слишком быстро и неравномерно, но анализ не выявил никаких проблем с организмом. "Наверное, так повлиял мой внезапный распад..." - решил Клейн и передёрнулся, представив, как это выглядело со стороны. Хорошо, что Герман был единственным, кто это увидел. Иначе в Клубе Таро наступила бы паника... Он понимал, что если бы он действительно умер, Герман бы не выдержал. Или дал бы Клейну возродиться в его теле - сделал бы всё, лишь бы вернуть Господа. В то время как мистер Шут, Клейн Моретти, Чжоу Мин Джуй защищал мир, Герман защищал мистера Шута. Для него не было ничего важнее, чем забота и защита своего Господа. На самом деле, в Клубе Таро уже начали циркулировать слухи и обсуждения по поводу здоровья мистера Мира и мистера Шута. Мисс Справедливость замечала, что мистер Мир появляется первым на собраниях и уходит последним, а мистер Шут отсутствует без каких-либо объяснений. Клейн помотал головой. Нет, он ни в коем случае не воспринимал Германа, Хранителя тайн, как свой запасной вариант... Герман был важен для Клейна, как один из самых близких, надёжных и доверенных помощников. Сейчас благодаря Герману он мог спокойно восстанавливаться после распада и не думать о внешнем мире, а мог спокойно бездельничать и не испытывать угрызения совести за это. Решив непременно заняться этим вопросом, Клейн напрягся и собрал всю имеющуюся духовность. Спящие части собрались в одно, и Клейн вздохнул с облегчением. Он лёг рядом с Германом, сразу же ощутил, как его крепко обняли. "Всё. Теперь отдыхаем." - Клейн поцеловал Германа в макушку и погладил его по волосам. Герман слабо шевельнулся во сне, но не проснулся. Только сердцебиение успокоилось и пришло в норму.