Скованные судьбой

***

Где-то на периферии он слышал голоса, которые раз за разом становились все громче и настойчивее. Сокка еще в четыре года разработал простую, но действенную стратегию: ни при каких обстоятельствах не показывать признаки собственного пробуждения. Обычно это срабатывало - его больше не беспокоили, а он сладко досыпал до приемлемого полудня. Но кажется Катара, как и всегда, решила показать чудеса своей вредности и отказывалась уходить, даже после целых пяти минут тишины со стороны Сокки. Честно говоря, в любой другой момент он бы легко поддался - проводить время с сестрой нравилось ему куда больше, чем спать. Но не сегодня уж точно. В эту ночь он бодрствовал практически до рассвета. Даже предостережения взрослых о блуждающих в темноте приспешниках Вахту не остановили его. Сначала ему было боязно, пришлось даже взять самодельный деревянный меч, чтобы быть готовым к любой напасти. Однако за несколько часов он не увидел ни одного темного духа, поэтому закономерно решил, что те либо испугались его, либо вообще не существовали. Естественно, он верил и чтил высшие силы, но, как говорили его соплеменники: у него была особая способность легко проводить логические цепочки. А рассказы взрослых детям о бегающих в темноте страшных существах - точно были чем-то подозрительным. В любом случае, приспешников Вахту не было. Зато был его самодельный лук, который он практически закончил. А значит, отец наконец сможет взять его на охоту, которую Сокка так долго ждал. Ему уже шесть и он был абсолютно готов приступить к выполнению своих мужских обязанностей! — Сокка, ну сколько можно спать! — сквозь закрытые веки он не видел Катару, но ясно представлял, что та, копируя маму поставила руки по бокам, тщательно хмуря лицо. Пришлось сильнее зажмурить глаза и соблюдать почтенную тишину, хотя хотелось рассмеяться от преувеличенного громкого и разозленного дыхания сестры. — Сокка, если ты не встанешь, то пропустишь свой же день рождения! Вставай! — Что?! — Сокка чуть не столкнулся с Катарой лбом, стоящий в проходе папа хмыкнул. — Как резво проснулся. Желание поспать было тут же оставлено до лучших времён. Он пронесся мимо сестры, на ходу натягивая разбросанную по полу одежду. Усталость после ночи кропотливой работы осталась, но ее затмило чувство чистой радости, придававшей огромное количество энергии. Как только он мог забыть про собственный праздник? Верно говорила мама о здоровом сне и его влияние на память. Сокка мысленно дал себе обещание впредь не пренебрегать советами взрослых. — А вот если бы не раскидывал вещи по полу, то сейчас бы не бегал, разыскивая носок. — хихикнула Катара. А вот ее можно и не слушать. Пребывая в слишком возбуждённом состоянии, он даже не кинул в нее наконец найденный носок, а лишь засобирался быстрее. Сегодня был особый праздник! Он любил дни рождения - вкусная еда, весёлые игры и осознание, что к тебе все больше и больше начинают относиться, как к взрослому, приносили ему удовольствие. Однако самый большой восторг вызывала скорая встреча с его суженой. О людях, связанных друг с другом священными узами он узнал совсем недавно. Две недели назад бабушка позвала его к себе, в общих чертах рассказав обо всем. Стоило ему погрузиться в воспоминания, как в голове прозвучал голос Пра-пра: « — Сокка, мы все так или иначе связаны друг с другом, однако, есть те, кто предназначен нам свыше. Человек, чье сердце, душа и разум неотделимо сплетаются с тобой. — он нахмурился. Новая информация, навалившаяся так резко совсем не укладывалась в голове. Сокка с тревогой посмотрел на бабушка, не понимая - это начало новой легенды или ему говорят правду? — Я вижу, ты встревожен. Мы все проходили через это. Может, хочешь что-нибудь спросить? — замявшись, он вцепился в край свернутой шкуры медведя, на которой сидел все это время. Ему все еще было трудно поверить в слова пра-пра, но ее серьезный тон не оставлял никаких сомнений - сказанное правда. Спустя несколько минут молчания, он тихо спросил: — Что значит сплетаются? — Это значит, что здесь — бабушка приложила ладонь к его грудной клетке. — вместе с твоей энергией проложиться вторая - твоей суженой... — она хотела сказать что-то еще, но Сокка перебил ее. — Мама тоже суженая папы? — в глазах пра-пра заискрились нежность, она приобняла его. — Именно так. Связь проявляется на момент семилетия, твои родители с пеленок были не разлей вода, поэтому новость, что они связаны не стала неожиданной. — Сокка почувствовал, как нервозность медленно отступает. Его родители были счастливы вместе, возможно, духи знают, что делают? Он выдохнул, казалось, весь этот разговор ему не хватало воздуха для полноценного дыхания. — Значит, мы с ней будем, как мама и папа? Я сразу же в нее влюблюсь? — Тебя ждет собственный путь, Сокка, но родственная душа - всегда человек, который принесёт тебе счастье. Никто не поймет тебя так, как она. — он улыбнулся, в голове заискрилось тысяча вопросов, а сердце забилось быстрее. Только примера любви мамы и папы хватило, чтобы ему стало легче. — А как я смогу с ней поговорить? — тихо прошептал Сокка, широко раскрыв глаза. Он знал, что сейчас эта информация стала самой важной и ценной на всем свете. У него был свой человек. Как и магия Катары это было чем-то внеземным и прекрасным. — Это называется лигатура. С самого начала зарождение ваших уз, ты сможешь писать на своей коже послания, которые отобразятся у твоей половинки. — Нужно писать красками? Или углем? Или мне нужно добыть какой-то священный предмет? Я могу! — Сокка подпрыгнул на месте, уже представляя возможное испытание. Пра-пра улыбнулась, потрепав его по голове. — Это особые краски, их не нужно искать. Свет души имеет не только эфемерное значение, но и может быть материальным. Тебе нужно будет всего лишь представить, как энергия концентрируется на кончиках пальцев. Сокка кивнул, глянув на свои пальцы. Ему хотелось, как можно скорее опробовать новую способность. — Запомни, что она может не оказаться жителям нашего племени, но ты обязательно ее найдёшь. И тогда она станет твоей опорой, лучшим другом, соратником и любовью. Но не забывай: важно подтвердить ваш союз перед духами, только брак сможет окончательно объединить. — Пожениться? — Сокка скривился, но затем замер, глубоко задумавшись. Свадьба - веселое событие, кроме того, если суженая будет идеально ему подходить, значит он и сам захочет на ней жениться, как только поговорит. — Тогда моя жена будет самой красивой, прямо как мама! Бабушка вновь нежно улыбнулась. — Думаю, о браке мы все поговорим через лет пятнадцать.» И теперь наконец этот день настал! Все его тело почти вибрировало от нетерпения и счастья, когда он представлял, как расскажет своей суженой о его любимых играх, о пингвинах, о построенной снежной крепости, а затем послушает ее! Она наверняка будет самой интересной девочкой на свете, Сокка это точно знал. Встав по середине комнаты, он медленно посмотрел на уходящую из иглу Катару и сидящего за столом отца. Прикусив губу от приятного волнения Сокка благоговейно смотрел на предплечье. На пробу он провел указательным пальцем по левой руке, но ничего не произошло. Сильнее укусив уголок губы он попробовал еще раз, затем ещё и еще - ничего, оглушающая пустота. Все тело, словно одеревенела, он отступил, непонимающе уставившись на свою кожу. Никакой магии, никаких надписей и особых красок. А если у него вообще нет родственной души? Внутри все замерло, он неуверенно посмотрел на отца, который встретился с ним взглядом и тут же подошел, присаживаясь на колено, чтобы быть с ним на одном уровне глаз. — Ты в порядке, Сокка? — глаза неприятно зажгло, маленькая слезинка одиноко скатилась по щеке. Он тут же стер ее, быстро расставляя руки для объятий. Широкие ладони тут же обхватили его, похлопывая по спине. — Я... Я не чувствую свою вторую половинку. Пра-пра сказала, что я смогу с ней поговорить, но у меня не получилось. Может, я сделал что-то неправильно? — тараторил Сокка, цепляясь за теплую одежду отца. — Она обязательно проявиться. День только начался, поэтому не стоит сейчас расстраиваться, правда? — родной запах костра и мыла приятно окутывал, с каждым выдохом ему становилось все спокойнее и спокойнее. Папа знает все и никогда не ошибается. — Слышишь? — шепнули ему на ухо. — Я не спец, но кажется это звуки праздничной песни? — Сокка прислушался, различая звонкий голос мамы, поющей о добром здравье именинника. — Разве кто-то не ждал свои подарки? Скажу тебе по секрету - мой подарок тебе будет лучше всех, но остальные то нужно проверить, да? — Да! — Сокка рассмеялся и вылетел на улицу, вдохнув приятный морозный запах. Взгляд тут же упал на столпившиеся племя: мама ставила в середину большого стола красивый торт, остальные суятесь раскладывали сушеную рыбу, мясо олений, тигровых тюленей и другие вкусности, от которых у него потекли слюни. В руках у Батто он разглядел маленький накладной нож, который опредеденно был для него! Поселившаяся тревога отступила, он как можно скорее направился к ним, предвкушая грандиозное празднование.

***

Волны бились друг о друга, то игриво приближаясь к берегу, то скромно отдаляясь. Сокка любил воду, с самого детства его учили почитать все дары природы, особенно если их преподносили водные духи. Но дело было даже не в учении взрослых: его всегда завораживало море. Ее грандиозность, ее бескрайность и величие. Он мечтал, как и отец отправляться на рыбалку и охоту, водить собственный корабль. А иногда хотел, как и Катара уметь управлять водой. Конечно, он радовался за сестренку, но в моменты, когда она показывала свои способности, а все вокруг восхищались и хлопали - ему становилось немного грустно. Сокка не умел делать волшебные вещи, поэтому желал, чтобы люди увидели другие его умения. Но показ подсмотренных боевых движений во время тренировок отца, не вызвал такой ажиотаж. Он повел плечом, сжимая в руках подаренный папой бумеранг - сейчас не стоило думать о чем-то неприятном. День рождения был прекрасным. Его племя постаралось на славу, за что он был крайне благодарен. Было хорошо: все тело от дня веселья приятно вибрировало, а глаза блаженно закрывались. Но он не мог сейчас уснуть. Громко вдохнув, Сокка посмотрел на кончики своих пальцев. — Не подведи. — прошептал он, знакомое чувство нетерпения и тревоги подступали к нему, из-за чего фаланги пальцев неконтролируемо дрожали. За время празднования он пробовал поговорить со своей родственной душой, но каждый раз не было никаких изменений. По совету папы он не расстраивался, проговаривая про себя, что день ещё не закончился. Теперь в скором времени день закончится. Если у него снова не получится? Сокка раздражённо потряс головой. Все глупости! Мама всегда говорила, что нет смысла грустить из-за ещё не произошедшего. Решительно вскинув руку, он прижал пальцы к коже. Уверенное прикосновение, вызвало нечто невообразимое. Он поражённо вскрикнул, когда яркое голубое свечение проступило на мести касания, внутри разлилось тепло, окутавшее его тело полностью. Возникало ощущение, что по его венам пустили сладкий мед, который медленно пробирался в самое сердце. Сокка не испугался, теперь его трясло от любопытства и взволнованности. Мысли лихорадочно метались, пытаясь придумать, что же стоит написать. Что-то уважительное? Что-то формальное? Смешное? Может, стоит начать с анекдота? Батто так знакомился с девушками, он видел. Сделав глубокий вздох, он вывел лишь одно слово: «Привет» Сокка не видел ничего красивее - прекрасные синие линии на смуглой коже, освещённые лунным светом чудились ему не просто волшебством, а чем-то большим, необъятным и неизведанным. Вся тревога испарилась за долю секунды, оставив лишь небывалую лёгкость. Писать было просто, буквы на собственном теле не вызвали страха или неприязни, они были правильными. Нужными и неотъемлемыми. Сокка не помнил, когда губы растянулись в широкую улыбку, возможно, с первой выведенной буквой или первым прикосновением? Внезапно его надпись стала выцветать, словно лед под палящим солнцем, тая на коже. Сокка испугано посмотрел на руку. Сердце бешено забилось, в голове загудело, мир будто остановился, перестав существовать. Неужели, он действительно делает что-то не так? Паника почти подступила, но тут, золотое свячение окутало его ладонь, любая мысль потерялась, оставив только лишь одно чувство - восторг. Через секунду начали проступать новое слово, его появление вызвало приятные мурашки, почти незаметное покалывание на предплечье. Сокка никогда не думал, что может издавать такие же пораженные охи и ахи, как Катара, когда мама читала ей легенды о любви. «Привет?» Он рассмеялся, резво скочив и запрыгав на месте. Радостно посмотрев на звезды, он произнёс громкое: «Спасибо!», тут же снова присаживаясь на снег. Сердце билось, как сумасшедшие. Возможно, еще секунда и оно бы не выдержало такого всепоглощающего счастья. Ничего не стояло рядом с этим волшебством, с этим ощущением целостности от золотистой надписи. Ей хотелось любоваться часами, изучать свечение, блики и тепло, исходящее от нее. Родителям он расскажет обо всем позже - пока ему самому нужно поговорить со своей половинкой. Сокка фыркнул от таких мыслей, вспомнив, что папа иногда говорил ему с сестрой перестать подслушивать их с мамой разговоры именно по такой причине. Теперь он тоже может вести важные и тайные разговоры со своей парой! «Привет, привет, привет! — задумавшись, он пририсовал маленькую улыбку. — Я Сокка :)» Стоило ли ему нарисовать и сердечко? Или нужно было представиться полным именем? Подумать не дал новый ответ. «У тебя странное имя.» Возмущенно фыркнув, Сокка недовольно глянул на золотые линии. Он думал, что его суженая должна быть милашкой! «Оно не странное! У меня хорошее имя, а какое тогда твоё, а?» Хотя, наверное, с застенчивыми ему было бы скучно. Он вспомнил, как играл с рядом живущей девочкой Илне, которая постоянно краснела и роняла его заготовленные боевые припасы. Она была хорошей, но с ней все разговоры шли с трудом. «Прости, просто оно не встречается в месте, где я живу. Меня зовут Зуко.» Зуко. Сокка вслух произнёс имя, оно так легко срывалось с губ, так приятно звучало. Он решил, что ему нравится. Наверное, таким именем можно и похвастаться. «Я тоже ни разу не слышал имени Зуко. Оно классное!» Тепло на коже разрослось с новой силой. Сокка хихикнул, все вокруг было таким светлым и пушистым. Он поймал снежинку, размышляя понравиться ли Зуко играть в снежки. «Твое, наверное, тоже.» Сокка рассмеялся. Зуко была забавной. «Что значит "наверное"? Конечно, мое имя крутое» Похолодело. Сокка поежился, впервые за этот вечер, осознавая насколько холодно стало на улице. Написанные слова начали неприятно жечь, грудь вновь сжало от тревоги. На ладони проступило неровное: «Прости.» Стало совсем неуютно, он стушевался, не понимая Зуко. У этой девочки было странное желание постоянно извиняться, Сокка ведь не злился на нее всерьёз, однако, где-то на подкорках подсознания он чувствовал, что она очень встревожена и напряжена. Хотелось, как можно скорее разрушить эти эмоции. «Все хорошо!!! Не извиняйся. А ты знаешь, что ты моя суженая, да?» Это тоже была стратегия Сокки - отвлечение от неприятной темы любым неожиданным вопросом. Всегда работало. «Я не могу быть суженой. Суженные только девчонки.» Сокка моргнул, затем моргнул в три раза быстрее, пытаясь осмыслить написанный текст. «А ты не девчонка?» «Конечно нет!» Сокка недоуменно уставился на надпись. Он никогда не слышал о таком, разве бабушка не говорила, что его второй половинкой должна быть девушка? Может, они ошиблись и духовная связь случайно подключилась к ним? Сокка не был уверен, как это работало. Пришлось запустить одну руку в снег, чтобы немного прийти в себя. Ему нравились эти золотые линии, Зуко тоже ему нравилась(нравился?), разве это не было той самой настоящей духовной связью? «Но такого не бывает, может, ты ошибаешься? Приглядись к себе посильнее» «Ты что, дурак?» Сокка рефлекторно показал своей руке язык. Он хотя бы предполагает! Окончательно запутавшись, он поднялся, расхаживая туда сюда в попытке успокоиться. Нужно было разобраться, думая над каждым словом, Сокка дрожащими руками написал: «Моя бабушка не говорила, что мальчик может стать второй половинкой. Как мы поженимся?» «Я не хочу на тебе жениться!» Сокка, закатил глаза. Будто ему было интересно жениться на этом недовольном мальчишке. «Я тоже не горю желанием! Но пра-пра говорила, что это нужно сделать обязательно» Сокка поёжился, становилось все холоднее и холоднее. Он не очень понимал этих перемен в температуре, на улице не должно было быть настолько пробирающе морозно. Новые слова все еще неприятно покалывали, пришлось потереть кожу, чтобы избавиться от этого зуда. «Моя мама тоже говорила, что когда-нибудь я женюсь и стану королем. Но я не буду этого делать.» «И я не буду!» Сокка внезапно переключил внимания на первые слова, написанные Зуко. «Подожди, королём?» «Да. Я принц.» Глаза Сокки округлились, он удивленно смотрел на эти три слова. Какая вообще разница, что Зуко был мальчиком? Его родственная душа была настоящим принцем! Это же даже круче, чем жена красавица! «Вау, а ты живёшь в замке?? Он большой? Очень-очень большой?» Интересно, он тоже как и его дом сделан из снега? Это огромный снежный дворец? Папа рассказывал, что в дальних районах юга дома строили из других материалов, но Сокка очень мало знал об этом. «Да. Но я никогда не видел его полностью.» Сердце неприятно кольнуло. Сокка машинально потер пальцами место написанной фразы. «Почему? Там же так здорово играть в прятки.» «Мне нельзя играть. Мне нужно много учиться.» Внутри поселилась грусть - отдалённая и совсем не похожая на его собственную. Стало тоскливо и одиноко, Сокка пораженно выдохнул - теперь он был уверен, что это были не его чувства. Эмоции Зуко, как лавина накладывались на его собственные. Сокка смотрел на слова, все больше и больше ощущая насколько они ему не нравятся. Разве можно все время учиться? Он уверенно приложил палец к коже: «Но и отдыхать нужно. Уверен, ты много чего умеешь!» Стало еще хуже, вместе с печалью смешалось неприятное, клокочущие ощущения, которое Сокка не мог никак описать. Оно было таким болезненным - одновременно злым и смиренным. Сам он ощутил, как его грудь сдавило от уже знакомого чувства. Сокка испытывал его, когда плакала Катара или расстраивалась мама: хотелось крепко обнять и заверить, что все будет хорошо. «Это не так. Я мало, что умею. Азула делает все намного лучше меня, хотя она младше.» Сокка раздражённо заходил по снегу. «Какая разница, что умеет эта Азула! Даже если у тебя не получится сейчас, то получится позже. Мама говорит, что нельзя получить результаты, не позволяя себе отдохнуть» Сокка кивнул в пустоту, надеясь, что Зуко перестанет говорить о себе такие неприятные вещи. «Ты просто не понимаешь. Я не могу получить позже, мне нужно сейчас. В нашей семье это важно, иначе я буду совсем никудышным.» Он сжал зубы, пальцы прижались к груди. Он чувствовал собственное раздражение, которое смешивалось с полнейшим не пониманием написанных слов. Сокки казалось это глупым. Родные не должны считать своего близкого никудышным - он даже не мог представить, чтобы мама или папа так смогли его назвать даже в шутку. Родители Зуко были неправильными, но он совсем не знал, как об этом сказать ему, не обидев и не сделав хуже. Его пальцы надавили на кожу, желая написать что-нибудь забавное. Все вокруг часто говорили, что он веселый, оставалось понадеяться, что ему удастся рассмешить Зуко. Но на предплечье уже проступили золотые линии: «Мне пора. Пока, Сокка» Слишком мало! Он раздосадованно сжал губы, не понимая почему мальчику нужно уйти именно сейчас. Несмотря на несостоявшийся ожидания, хотелось говорить с Зуко еще очень долго. Наверное, даже лучше, что он не девочка: теперь он сможет похвастаться своим новым оружием и обсудить охоту! Сокка улыбнулся. Ничего, у них еще обязательно будет время. Целая жизнь. А это точно было несоизмеримо много. Он вздрогнул от неожиданной мысли - ему нужно узнать кое-что важное. «Подожди! А если ты не сможешь со мной пожениться, то кем ты мне будешь?» «Я не знаю.» Сокка на минуту замер, начиная расхаживать по берегу. Дело было сложное, но не зря же его называли умным ребёнком. Улыбнувшись, он снова написал, надеясь, что Зуко сразу прочтёт его послание. «А я придумал. Бабушка говорила, что ты можешь быть моим другом.» Сокка тут же добавил: «Самым-самым лучшим другом» Глаза от чего-то защипало, Сокка прикоснулся к краю век, но не ощутил никакой влажности. Расстроился ли Зуко от этого? Может, у него уже был лучший друг? «А ты точно хочешь быть моим другом? Азула говорила, что я скучный.» Сокка не думал, что так часто будет испытывать злость и сочувствие одновременно. Ему не нравились вещи, которые Зуко говорил о себе. Родители всегда учили его гордиться своими достижениями, не принижать ни за что. Сокка знал, что иногда испытывать негативные чувства нормально, но казалось его новый друг совсем не умеет себя хвалить. «Ты не скучный! Ты интересный! И я очень хочу быть твоим другом!!! Мы будем настоящими духовными приятелями!» Подул сильный ветер, поднявший хлопья снега вверх, но Сокка едва ли почувствовал его. Было вновь тепло и уютно. «Хорошо, пока.» «Пока, ДП◠‿◠!!!» «Что значит ДП?» Сокка улыбнулся, он любил объяснять свои идеи. Особенно, если они кому-то нравились. «Батто рассказывал, что войны используют сокращения, поэтому вместо духовных приятелей, мы будем звать друг друга ДП. Если хочешь ◕‿↼)» Ответ не проявлялся несколько минут, Сокка встревожился, может, духовные приятели - не лучшая его идея? Он мог придумать и другое название, которое бы понравилось Зуко. Но к его облегчению кожа засияла: «Ладно, пока ДП.» Сокка раскинул руки, с широкой улыбкой падая в снег. Теперь у него есть друг, точнее, не просто друг, а, как и говорила бабушка "человек способный сделать его самым счастливым" «Пока, пока, пока!!! Напиши мне! Или я напишу тебе, как хочешь» Он подождал еще немного, но Зуко больше ничего не ответил. Что ж, а сейчас ему нужно о многом спросить родителей.