падали звёзды в июле

      Деревня. Там дышать легко, там жить спокойно.       Столько воспоминаний хранят эти незамысловатые и простенькие улочки, где большая часть это не дороги, а тропинки.       Все друг друга знают, от этого приезжие внуки какой-нибудь бабульки вызывают дичайший интерес и желание познакомиться у местных смельчаков.       Простенькая школа, из работы только пара мест, на вроде маленького ларёчка у "канторы", в котором всё время не хватает рабочих рук. И насколько же это всё для Минхо и Фелика родное...       Двое мальчишек здесь живут, считай, с самого рождения. Семьи дружили так, что как-будто приходились друг другу близкими родственниками, даже фамилия одинаковая была!       Минхо на два года старше. В этом году закончил одиннадцатый класс и уже выбрал куда будет поступать. Мечта стать хореографом теплилась в нём всю старшую школу, и теперь он готов её исполнить. Феликсу же предстояло ещё два года провести тут, но он и не жалуется. С будущей профессией определился еще классе в шестом, гордо заявив, что он будет кондитером. Как раз в городе было училище, куда он мог поступить.       Но... отложив все заботы по поводу поступлений, учёбы, вступительных экзаменов, ОГЭ, ЕГЭ, и тому подобного, они переключились на лето.       Жаркое солнце палило ещё с мая, отбивая всё желание учится. Мозги плавились, думать о чём-то кроме отдыха не было сил. Да и желания особого тоже. Те 39 учеников, что стены школы кое-как наскребли под своим началом были похожи на разморённых "пельмешек". Но это только в стенах самой школы, ведь хорошая погода так и манила взять и отказаться от учебника. Так юные восмиклассники прогуливали уроки на речке, а так как их было всего шесть, учителя и родители не запутываясь поняли кто отсутствует и надавали по шее что в школе, что дома.       Ликс всю жизнь был прилежным учеником. Не занудой или ботаном, а просто исправно выполняющий домашнее задание парнем, не срывающим уроков и не творившим всякую дичь. Полная противоположность Минхо.       Тот как с шилом в жопе не мог усидеть за партой не выдав какую-нибудь хрень, за которую ему, разумеется, знатно прилетало. Знаете что этот гений сделал на последнем классном часу? Разбил окно и в него же выпрыгнул, с победоносным возгласом "Юху-у-у-у!". Благо аттестат ему уже отдали, но все равно прилетело за такую выходку "по самые яйца", как он говорил. Так сказать, за то что не дал себя забыть. А как ему шею намылили дома... В общем, до сих пор чуть подхрамывает.       Кхм!.. И вот, свободно выдохнув с последнего звонка, дети из парадной формы выпрыгнули в шорты и футболки и побежали на стадион. И откуда у них силы ещё? Ну и конечно, как вы могли догадаться, Минхо там тоже был. Самый первый пришел, ведь только у него в компании мяч футбольный был. Тётка из Столицы привезла.       Феликса он тоже туда потащил. Под предлогом того, что им нужен судья.       — Да ну не пойду я... я устал! – хнычил Феликс, смотря на друга. Тот в своём футбольном обмундировании стоял у него в комнате и довольно давил лыбу.       — Госпаде-е, что ты из обычной игры в футбол делаешь трагедию? Я же не заставляю тебя на ровне со мной по стадику носиться. Нам нужен судья в игру. А ты, зануда моя любимая, как-раз на эту роль подходишь.       — Теперь точно не пойду. ...       — Ну Ликсичек! Прости!       В общем, пошел наш Ликсичек. Его буквально выволокли под возгласы "Не хочу-у-у-у!!" из его комнаты, чему напугалась младшая сестрёнка Оливия, но Минхо поспешил её успокоить, сказав что её брат просто лентяй. Девчуля скептически посмотрела на эту парочку и пошла дальше играть в гостиной.       До поля и маленького "лабиринта" из труб для детей Минхо буквально на себе(на спине если быть точнее)донёс Феликса. Потом усадил на железную балку и стал разминать конечности. Блондин всю дорогу бурчал под нос проклятья на старшего, ведь тот, видете ли, неаккуратно его стащил и у него на локте теперь ссадина. По дороге до стадиона он его ещё колотил по чём зря, так что потирая гудящую голову, Минхо цикает.       — Ты когда такой нежной принцессой стал? В 13 лет ты себе одновременно руку, два пальца и ногу сломал, помимо того что губу разбил и тогда ты только "хы-хы" на это выдал. А щас будто тебе этот локоть по самую шею отровали, ей Богу. – отчитывал он младшего, став лицом к лицу. Запрокинул голову наверх, чтобы лучше видеть эти глазки и особенность Феликса – его россыпь веснушек. Минхо никогда не понимал что в них такого чарующего, такого притягивающего, но они всегда манили, а потому даже возмущаться всерьёз не получалось. Говорят, веснушки признак того, что человек поцелован солнцем. Феликс зацелован солнцем весь. Он сам как маленькое солнышко, смотришь и глаза отводить не хочется, пускай и слепит.       — А ты когда такой внимательный стал, что все мои травмы запоминаешь? Так ещё и пялишь так, будто я зеркало. – в ответ спросил Ликс, так же смотря Минхо в глаза. Дружбой их общение назвать не могли уже даже учителя, что уж говорить о друзьях и подругах, которые уже провозгласили их "супружеской парой". Правда, потом эта "супружеская пара" каждому из них персональных пиздюлей подвалила, но это лишь маленькие события нашей такой сложно штуки, как жЫзня.       — Да как такое забыть! Вся деревня на ушах стояла. Ты больше трёх месяцев из дому не выходил, причём это ты всю весну проспал, а летом как свежий огурчик выбежал и сразу на реку! – эта привычка Минхо ставить нравоучения всегда бесила. Тем более если он отчитывает только Феликса, хотя сам тоже там был.       — Чья-б корова мычала. Ты меня тогда с мостков столкнул, я там чуть не захлебнулся!       — Ага, на глубине двадцать сантиметров. Ещё орал как резаный "ТОНУ! ТОНУ-У-У-У!" – и Ли-старший залился звонким смехом. Фел же покраснел, как варёный рак, отпихнул его от себя, и повернул голову в сторону от Минхо. К полю.       Они пришли первые, еще за час до игры, но уже успели поссоритья. Так во всяком случае считал Феликс. Минхо привык уже и просто продолжал подкалывать – знал, что быстро его блондиночка "разбидится".       — Ну всё, принцесса обиделась и лапки свесила.       — Ещё раз назовёшь меня принцессой и я...       —...И ты поцелуешь его!       —...       —...       Две удивленные пары карих глаз уставились на Хёнджина, который стоял немного поодаль от них; так, на всякий случай. Под рукой висела сумка через плечо, которую он таскал везде где только можно, хоть ей лет-лет, больше чем ему самому, потёртые джинсы, футболка в полоску и завязанный хвостик-мальвинка на выжженных осветлителем волосах. Выражение моськи затворщеские-хитренькое.       — Хёндж, ты чо даун? – в голос спросили "голубочки" всё ещё в непонятках смотря на Хвана, как на ненормального.       — Да ладно вам, вся деревня знает что вы голубые. И родители ваши в курсе кстати! Пару лет точно.       Вскоре Джин "пожалел" о своих словах. Ровно в тот момент когда "принцесса" спрыгнула с трубы на которой сидела и направилась в его сторону. Тот шпала под метр восемьдесят пустился убегать, а Ликс со своими мятыми метр семдесят быстро упыхался и вернулся к Минхо, на последок показав фак хохочащему Хёнджину. Обиженный цыпа притопал к Минхо и жестом затребовал обнимашек, помахав руками перед ним. Такой забавный, а ведь буквально минуту назад дулся. Хо придвинул младшего к себе, кладя голову тому на макушку. Погладил по спине и ласково так спросил:       — Хочешь я его уебу?       — Да, уеби и вставь палку в жопу...       И тут слышно от обиженного Хенджина:       — Э-э, я вообще-то всё слышу!       — Не глухой значит, молодец. – фыркнул Феликс, снова прижимаясь к груди Минхо. Тот же тихо усмехнулся, почти невесомо чмокая блондина в макушку. Обычный жест, которым они выражали своё тёплое отношение друг к другу, не задумываясь о статусе "отношения" или еще какая-то лабуда ненужная.       — Ва-а-ай, – со спины Феликса послышался девичий возглас. Главная оторва в женском обличии пришла задавать жару. Та, кто по выходкам могла сравниться Минхо, гроза заброшек и всех кустов в районе, Йеджи стояла сейчас, держась за щеки от умиления. — когда свадьба-то уже?       — Никогда, – пробурчал Феликс даже не поврачиваясь на источник звука. Он размякшей тряпочкой буквально висел на Минхо, пыхтя ему куда-то за спину. При этом ещё смешно шмыгая носиком.       — Ладно, у нас сегодня игра в честь окончания учебного года, если вы не забыли. – вот и Хан подоспел. Белка несносная, прямо как Минхо. Наверное, по этому они постоянно и соревнуются во всякой дичи. Кста! Закину фан-факт, в архивнике их видюшек есть запись, где трое самых отбитых и законченных идиота – Хван, Хан и Ли – наперегонки устраивают паркур по крышам домов и заборам. И как бы Минхо с Джи не старались выиграть, Йе приходила на финиш первой. Парни списывали это на то, что "поддались" даме, но потом сами смеялись с таких слов. Йеджи и назвать "Дамой"... Оскорбительно для самой девушки, что с такой рьяной целью лепила свой образ всё это время.       — А где здасте? – фыркнул Хёнджин подходя к стоящим у труб. Их команда ещё не прибыла, только главная компашка друзей. Н-да-а, все парни и одна девчёнка. Или..       — Здрасте. – этот раздражённый тон они узнают из тысячи. Нова, злая, как черт, прошагала мимо Хёнджина и отвесила тому смачного леща. Под болезненные стенания своего парня обняла Йеджи, бурча что-то подруге на ухо. Чем Хван успел ей насолить только хрен на огороде знает.       Постепенно к стадиону стали сползаться люди, кроме тех кто будет играть, ещё зрители. Других развлекушек не было, а тут вон тебе, ПФМ(Персональный Футбольный Матч)!       — Будь аккуратнее, ладно? – сипло ворчит Феликс, отводя смущенно глаза. В последнее время... Очень хочется быть ближе, а такие простые слова смущают до красных кончиков ушей. Из груди Минхо вырвался короткий хмык.       — Хорошо, лучик. – ответил он полушёпотом, потрепав светлые волосы-вихры. Подхватил мячик и важным-хуём-бумажным пошёл к полю. Ли-младший скучающе смотрел тому в спину, а после занял место на трубе, приготовясь считать голы.

***

      — Ну я же просил быть аккуратнее! – как ошпаренный, Ликс подлетает к Минхо, обеспокоенно тараторя. — Быстрее пошли к колонке! Промывать это всё!       — Да нормально всё со мной, подумаешь, пару раз упал и мячём по лицу получил. Этим не жалко, – посмеивался в ответ Хо, в противовес своим словам следуя за Ликсом. Их клманда выиграла, но Минхо вернулся слишком подбитым. Из соседней деревни приезжали какие-то широкие лбы, с ними тоже сыграли. Только когда придурки стали лезть к девчёнкам, в частности к Нове с Йеджи, их поколотили и сказали проваливать в свою нору. Нехер главных красопулечек тут вот это вот, да.       — Наклоняй голову, щас промоем. – насколько бы не был груб голос паренька, его испуганные глаза бегали по лицу и ссадинам старшего. В драке Ли заехали по будке, растесав щёку ещё сильнее мяча. Такая... странная, ругающая забота Минхо это всегда умиляла.       Старший послушно опустил голову, обмыв сначала руки от пыли, а потом и обтёсанную щёку с содранным коленом. Жив, практически здоров, подорожник прилепить для идеала осталось и будет как огурчик.       — Всё? – спросил блондин. Он с явным трудом удерживал рычаг. Это выдавали его подрагивающие руки. Прикусив губу, младший перехватился за него покрепче.       Минхо как-раз выпрямился, постукал мокрыми от воды пальцами по спине усердно удерживающего рычаг парня, оставляя маленькие мокрые пятна на его футболке.       — Принцесса, можешь отпускать, а то сейчас лопнешь от перегрузки, – прыснул от смеха он, отряхнув другую руку от воды и зарываясь этой пятёрней в свою шевулюру, расчёсывая её.       Феликс же обиженно фыркнул, отпустил рычаг, который изад жалобный "Цзвяк!" и стал отряхивать руки.       — Я тут ему понимаете, кран этот ебаный держал, беспокоился, а он.... Ну всё! Расскажу тётушке Ли о том, как её сын неблагодарно себя ведёт! – сколько бы не было в тоне обиды, это было в шутку. Конечно, тётушке он расскажет, но без упоминания всех подробностей. А именно звонкого шлепка по заднице.       — Ты ахренел?! – подскочив пискнул Ликс, хватаясь за ударенное место. — Совсем уже??       — Это чтобы меньше языком не по делу чесал, – со своей привычной кошачьей ухмылкой проговорил Ли-старший, притягивая Феликса к себе и чмокая в висок. Мимо проходящая девушка(явно приезжая) фыркнула, смотря на них.       — Чего фырчишь, как кошка драная? – вдруг спросил низким голосом Феликс, да так, что у Хо аж мурашки по спине побежали. Эта девушка заметно поёжилась, но удосужить двух парней своим взглядом так и не соизволила. Лишь поджав хвост побежала дальше, тряся булками.       — И зачем такие вообще приезжают? – пробубнил Ликс выходя из-за кустов где была колонка. Солнце уже медленно, но уверенно катилось к западу, окрашивая небо за собой в бледно розовый. Красиво...

***

      — Ликс! Я сегодня от деда слышал что в этом году звездопады немного смещаются, и вместо августа выпадают на июль! – вместо приветствия протараторил Минхо, врываясь в комнату друга. Прибежал в такую рань, и только для того чтобы сказать о звёздах? Серьёзно?       — Хо.. ты время видел?.. – потирая глаза спросил парень, попутно принимая сидячее положение. Суставы хрустели, в горле пересохло, а голос спросонья был похож на "звуки из ада". Сейчас слушать про какое-то смещение звёд, так ещё и на июль... Блять, а какой щас месяц ваще?.. Ай пох, поспать дайте только...       Поток мыслей уже потихоньку заполнял головушку, делая её тяжелой. Тело коренилось вбок, сбрасывая с плеча футболку. Растянутая до Египта, она сейчас оголяла добрую часть худощавой груди, но что Минхо было по боку, ведь тот рассказывал о звёздах, что Феликсу морочиться об этом было некогда.       — Если бы я сказал позже, ты бы от меня отвертелся, потому что ты – главный домосед! А я хочу на звёзды посмотреть! – не унимался старший, что вёл себя черезчур возбуждённо даже для себя. Он от нетерпения чуть-ли не подпрыгивал; нахаживал круги вокруг да около кровати Феликса, что-то воодушевлённо рассказывая о звездопадах и байках, которые, скорее всего, услышал тоже от деда.       — Человек, дай другому человеку поспать... Ей Богу, я весь учебный год вместе с каникулами выспаться не мог, а тут ты припёрся. Дай до вечера харю поплющить, а потом так уж и быть пойду с тоб.. – будем откровенны, Минхо в прямом смысле подлетел от счастья, а после накинулся на блондина с распростёртыми объятьями. Сжал так крепко, что тот немного постукал радостного парня по плечу и прохрипел еле-еле понятное "задушишь же!..".       — Ликс ты лучший! Значит, решено! Сегодня в лес на пригорок пойдём! И ещё, захвати с собой сменную одежду. – ничего больше не сказав, Хо как ветром сдуло. Феликс пожал плечами, потёр сдавленные рёбра и снова завалился спать.

***

      Время близилось к вечеру. На настенных часах маленькая стрелка показывала пять часов. И что вы думаете? Феликс всё это время спал. А кто ему запретит? Родители на неделю свалили в какой-то город к родственникам, так сказать, "отдохнуть и шикануть". Ликса оставили дома, под предлогом того что "Минхо будет скучно без тебя". Возможно, тогда Хёнджин был прав... Но с этим разберёмся потом.       Тело одеревенело, ведь паренёк не вставал с кровати больше 12-ти часов. Обычно ему на сон хватало семь с половиной.       Зевая, он направился вниз. Умылся(послесонные процедуры никто не отменял), причесался, наскоро сделал себе бутербродик и жуя кусок от него, зашёл в телефон. Интернета, как обычно, не было, но это даже как-то и не сильно нужно. Только в сообщениях пару СМСок от Минхо. Что-то по типу "в восемь выдвигаемся" и "не забудь взять с собой сменную одежду". Для чего она, Ли вообще не представлял, но раз нужно, значит возмёт.       По этому помыв кружку из под кофе, он пошёл собираться. В рюкзак, который он трепал класса с седьмого, уложил полный комплект сменной одежды, ещё бутылку воды и контейнер с любимой клубникой. Так, на всякий случай.       Мало по малу, стрелка двигалась к заветной восьмёрке, а Феликс на это даже не обращал внимания, найдя на полке для книг какой-то детектив Агаты Кристи и с увлечением его читал. Строка за строкой, страница за страницей, так он коротал остаток дня. А как закрыл книжку, мысленно пометив её "прочитано", спохватился. Время было без пяти восемь.       Парень заметался как в одно место ужаленый. Сначала не мог найти джинсики, потом где-то пропали последние чистые носки, потом и вовсе куда-то делась собранная сумка! Время поджимало.        На заплетающихся ногах парень носится по всему дому, шипя и матерясь. В коридоре нет, в спальне нет, в кухне тоже, сука, нет! Уже начиная отчаиваться и молить о пощаде с какого-то хера разгневавшегося домового, он, спотыкаясь летит в гостиную. Стоило его носу там показаться, он "красиво" врезается в широкую грудь Минхо.       — Опаздываешь на семь минут, – с привычным слегка издёвочным тоном шепчет старший на самое ухо. Ли вздрогнул, отшатнулся от него, заметив рюкзак в его руках. Тот, что он искал сейчас.       — Потому что не мог найти сумку. – пробубнил он в ответ, забирая ношу, висящую на руке Минхо и хмуро идя к прихожей, обувая "Господь Бог, да когда ты их уже выкинешь?!" конверсы.       — Ладно тебе, не дуйся, – только вышли они из дома и щёлкнул последний замок на воротах, Ли-старший хозяйски заграбастал в охапку Феликса, ведя его по уже давно известным дебрям. В этом была своя эстетика...       На место они пришли ровно к тому моменту, когда небо стало ярко-оранжевым, а солнце уходило вдаль, светить другим землям. На холме, что возвышался выше всех деревьев были видны кучи облаков, плывущих по небу вольными кораблями; под ними кристально чистое озеро, без названия и известной истории. Оно словно зеркало отражало и яркое небо, и большие облака.       — Красиво тут... – заворожённо проговорил Феликс, смотря на эту картину. Пухлые губы слегка приоткрыты, а руки за спиной теребят пальцы друг друга. Блондин пытался запечатлить всё что видел сегодня в памяти, сам не зная почему. Чувствовал, что эта ночь будет особенной.       — Согласен. – в ответ сказал Минхо, улыбнувшись. Сам уже расстелил покрывало на зелёной траве и уселся на него, пока младший восхищался пейзажем. Залез в контейнер с клубникой, и взял пару штук в ладонь, а после из кармана выудил пачку сигарет. Красный Мальборо они всегда делили на двоих, а когда Минхо исполнилось восемнадцать, так вообще, он стал покупать по две пачки. Себе и "другу".       — Будешь? – протянув пачку Ликсу, Хо поджёг свою сигарету. Он, как крутой выцыганил у отца зажигалку и теперь таскался только с ней.       — Буду.       Так и сидели, ждя пока небо окрасит ночь, принеся с собой россыпь звёзд. Сидели, курили и заедали это клубникой.       — Знаешь, я всегда думал, что твои веснушки чем-то похожи на звёзды – тихо, словно невзначай произнёс Минхо, поворачивая голову чуть влево. В шоколаде глаз отражался последний угалёк потухающего заката, а за их спинами, над деревьями тянулась вуаль ночи. Повеяло прохладой, что Ликс слегка поёжился, кутаясь в свою ветровку.       — Правда? Довольно мило. – усмехнулся он, подхватывая из контейнера спелую ягоду, закидывая её в рот.       — Я серьёзно, они правда похожи на звёзды, такие же прекрасные.       —...С какого перепугу в тебе романтик проснулся?       — Наверное, с того момента, когда влюбился в тебя.       В этот момент Ликс поперхнулся клубникой. На мгновение его что-то оглушило, перед глазами заискрило. Минхо так шутит? Прознал о его чувствах к нему и решил стебнуться?       — Что?... – верилось с трудом. в грули что-то затрепыхало, затрещало и заисерило одновременно. Сил чтобы поднять взгляд не было как физических, так и моральных.       Глаза заслезились. непонятно правда, от страха, счастья или ещё-чего-то третьего.       — Ликс-и, посмотри на меня. – а голос всё ещё ласковый. Всё ещё родной, ждущий какой-то реакции. Тёплые руки легли на щёчки младшего, сначала просто гладив большими пальцами, а после не смело подняв. — Почему ты плачешь?.. мне не нужно было этого говорить?       А Феликс лишь ртом хватал воздух, пытаясь что-то сказать. Слова взаимности застряли в горле неуверенностью юной души. Сказать и правда не получалось, иначе бы он умер от смущения. Выражение таких возвышенных эмоций всегда давались ему с трудом. Зато... есть довольно хорошая альтернатива, без слов и всё станет ясно.       Миниатюрные ладони легли на шею Минхо, притягивая его ближе к себе. Феликс, не давая старшему опомниться целует его. Смазанно, неумело, но искренне. Бархатные губы лишь на пару секунд коснулись чужих, скользнули чуть к уголку, а после отстранились. Те карие глаза, в которые Минхо всегда смотрел с восхищением блестели.       — Люблю тебя. – одними губами прошептал Ликс, обнимая того, кого любил лет пять точно. Сначала думал, что это глупости, это пройдёт, это выдумка, но нет. Он любил Минхо всем сердцем, и оказывается его чувства взаимны.       Он как котёнок прижался к его торсу, уткнулся хододным носом ему в голую ключицу. Вдохнул излюбленный запах корицы, и на душе стало спокойней.       — Ты.. станешь моим?       — Я твой уже не знаю сколько времени, придурок.

***

      Совсем скоро небо озарило долгожданная ночь, раскидала по небосклону свои звёзды, сменяя полк дня. Воцарилась тишина, все звери уснули. Птицы ещё долго перещебечивались, но потом всё-таки смолкли, дожидаясь утра. Зато лягушки и сверчки решили устраивать серенады и концерты, воспевая в них или небо, или чьё-то счастье.       Влюблённая пара спустилась к подножию холма, к тому самому безымянному озеру. Прямо в одежде зашли в воду.       Вода тёплая, ведь весь день палило солнце(которое Ликс благополучно проспал), и сейчас было очень хорошо, купаться в этой воде, целоваться под ещё не начавшими падать звёздами, и наслаждаться этим моментом, который со временем тянулся сквозь пальцы как песок.       — Ладно, Ликс, давай вылазь! Звездопад проплаваешь! – звал на сушу уже переодетый Минхо, держа в руках пакет с мокрой одеждой.       — Ну Минхоша! Ну пожалуйста, дай ещё поплавать! Водичка такая приятная..       — Вылезай давай, если сейчас вылезешь – поцелую.       Собственно, Ликс буквально выпрыгнул из воды, стоя перед парнем с довольной лыбой. Ли-старший на это лишь усмехнулся, протягивая ему полотенце и доставая из ликсового рюкзака сменную одежду.       — Я отвернусь, чтобы ты не стеснялся.

***

      Скоро будет полночь. Шелест листьев от маленького дуновения ветра завораживает, особенно когда сидишь в месте, наполненном воспоминаниями. На окраине леса, чуть-ли не с другой его стороны на высоком дубе возвышался выше кроны деревьев домик. Тот стоял там лет пять, наблюдавший за всей пушистой гладью этой маленькой частички вселенной.       Внутри уют обустраивался строго под руководством Феликса. Стены оставлены не тронутыми обоями или краской, зато их украшает целая россыпь маленьких фотографий и картинок, а под крышей тянулась гирлянда, которая зажигалась обычно от павербанка. По углам подушки, мягкие игрушки, на полу плед, а рядышком самодельная тумба, в которой хранилась общая мелочовка.       — Давно я тут не был... – в задумчевом виде прошептал Ликс, проходясь по всему их "дворцу".       — Ну да, с прошлого лета уже год прошёл, потом просто холодно было, а весной ты с аллергией слёг. – ответил ему Минхо, обнимая со спины. Младший от этого вздрогнул. Вся эта картинка вырисовывалась как давно забытый сон. Как будто такое уже было, и это до чёртиков было правильно. Они должны быть вместе.       С домика было хорошо видно открытое небо, которое даже сейчас ещё догорало последними на сегодня рыжими полотнами, которые развивались где-то на горизонте.       Усевшись на плед, который был выстелен у стены, Минхо протянул руки к Феликсу. Тот аккуратно, словно боялся спугнуть, подошёл. Взялся за руки, а он потянул его к себе. Усадил на колени, ладони упокоил на талии, нежно водя по оголившейся коже большими пальцами, вызывая табуны мурашек.       — Люблю тебя, цыпа. – вдруг прошептал старший, утыкаясь ему в шею. — Долго люблю. Ещё наверное лет с тринадцати. Когда мы построили этот домик. Помнишь? — Помню.. – сиплый голос тоже шептал. Пальцы зарылись в чёрные, слегка вьющиеся локоны, погладивая кожу головы. Казалось, ещё чуть-чуть и Минхо замурлычет подобно коту. От осознания того, как долго они молчали о своей симпатии, боясь или пытаясь уберечь немного даже пугала – и дарила невероятные ощущения близких отношений. За всё время проведённое вмечте они буквально успели сростись намертво, залезая друг другу под кожу и в душу.       — А помнишь, как мы бежали по саду с деревяными мечами и чуть ли не на всё село кричали "гойда!" Когда гоняли соседских кур? – тихо продолжал он, перестав водить пальцами по этой белоснежной коже. Лишь сжал по-сильнее. Губы совсем чуть-чуть, чтобы не спугнуть, коснулись шеи, заставляя вздрогнуть. Чуть-чуть, ведь ласкающие поцелуи были до чёртиков приятны. — мы тогда ещё оба коленки разбили. Ты левую, а я правую.       — Да как такое забыть.. прекрасное детство. Вернуться бы туда.. а то ты то уже выпустился из школы, а мне ещё ЕГЭ сдавать. Надеюсь, его отменят.       — И не надейся! Я мучался и ты мучатся будешь. – фыркнул Хо отрываясь от шеи Ликса. — Тем более, ты спокойно напишешь. Не то что я, с горем пополам и телефоном под жопой.       — Ну, знаешь, всё равно как-то страшно. Вдруг переволнуюсь, или ещё чего хуже..       Спокойный и тихий голос сменил чуть взвинченый и тревожный. ОГЭ Феликс сдал на ура, а вот ЕГЭ боялся как огня. И чхать ему хотелось что до него два года точно, он волновался как не в себя. К слову, в себя он не верил совсем.       — Эй, тише ты, – Минхо на это лишь вздохнул. Обнял, прижимая его к себе поближе и с нежностью провёл по веснусчатой щеке ладонью. Коротко чмокнул в губы, пока второй ладонью взъерошил волосы на чудом затылке. Хотел успокоить. – Всё хорошо. До ЕГЭ ещё два года, и повторюсь, если я написал, то ты и подавно напишешь. Ликсик мой, ну не надо проблему из воздуха делать.       — Ладно...       Ладонь, что была на щеке снова переместилась на талию, а после на бедро, несильно сжимая и как-бы держа. Минхо старался удержать его. Он смотрел в эти тёмные от недостатка света глаза, он думал насколько Феликс заоблачен, насколько похож на ангела или что-то неземное... Его тянуло к нему по страшному. Жесты, мимика, привычки, голос, даже банальная внешность, все притягивало к себе.       Вдруг тихий шёпот, а после, руки которые не переставаючи продолжали гладить его по голове застыли.       — Поцелуй меня, – вышло скомкано, хрипло, а после него вдагонку ещё Ли-страший услышал тихое, почти неслышное — пожалуйста.       И Минхо поцеловал. Поцеловал со всей своей страстью и любовью, одними губами выдал всё что только не мог передать словами. Свою искреннюю преданность к этому белокурому чуду, свои переживания, свою радость, свою веру в него. Всё-всё что только чувствовал. Только искренность, никакой наигранной сцены.       От сладких губ его оторвала нехватка воздуха, которая осела в грудной клетке неприятным жжением. Зато губы приятно пульсировали, напоминая о том что он сделал. Довольная ухмылка сама собой нашла место на его лице, уютно устроившись, словно она пришла домой.       — Ещё.. прошу.. – эти мольбы граничили со скулежём. Он заёрзал на его бёдрах, прося внимания словно капризный ребёнок. А кто такой Минхо, чтобы не исполнить его прихоть? Вот и целовал. Пока губы не стали болеть, он его целовал. Трепет в груди не прекращался, а только увеличивался, ударяясь о грудь невольной птицей.       — Я так давно мечтал это сделать... – прошептал Минхо нехотя разрывая поцелуй. — я был уверен, что целовать тебя это очень приятно и правильно.       — Ну не смущай.. – шептал в ответ Феликс, затаив дыхание. Лбом упёрся в лоб Хо, тяжело дыша. Заоблачная эйфория, которая накрывала обоих с головой ощущалась донельзя приятно, от того и правильно.       — Мы звёзды не пропустим? Иначе для чего мы сюда пришли? – спросил Фел, поворачиваясь к оконцу. Милая бирюзовая зановесочка прикрывала верхние углы, но открывала хороший обзор на небо, усыпанное звёздами, словно те маленькие луговые цветы. Навроде лютиков. Красивы и невинны на вид, но ядовиты.       — По времени.. нет. Пропустить не должны. Они ближе к ночи начинают падать, так что, в полночь загадаем по желанию и полюбуемся. – спокойство витало в воздухе как что-то родное. Оно забилось в углы, оно проникло в лёгкие, а из них с воздухом в кровь, заставляя сидеть в позе которой они были и наслаждаться компанией друг друга. Ведь по сути.. они знакомы всю жизнь. Всю свою осознанную – и не осознанную тоже – жизнь они были вместе. Дома, на улице, в школе, они везде и всегда рядом. Они дополняли друг друга, делая их дуэт совершенным во всем. Они были предназначены друг другу.       Время стеклянным шариком, что выпал из кармана джинс катилось к заветной полуночи. Оба парня, поглощённые вниманием друг друга просто не смогли оторвать свои тела друг от друга, лишь придвинулись к окну, небрежно смяв пушистый плед.       За окном мерцали звёзды, как говорила мама Минхо "небесные веснушки". Никто кроме неё не знал истиной причины, почему она так называла бесконечный свет звёзд именно так. Никто в общем и не спрашивал, посчитав это не нужным. Называет так и чёрт с ним.       — Смотри! Звезда летит! – словно маленький ребёнок, Ликс затаив дыхание смотрел на то как к горизонту стремительно летит белёхонькая точка, с огромным хвостом, рассекающим небо. Хвост этот был похож на шрам. Тоже тонкий, белый, отмеченный как "ошибка молодости".       — Загадывай желание, но не в слух. – мягко произнёс старший, уткнувшись тому в шею. Нос вдохнул приятный запах кожи, к которому будто впился запах геля для душа, который, наверное, Ликс использовал всю жизнь. Поэтому всегда и при любой жизненной ситуации он пах именно кофе. Он пил кофе по несколько чашек в день, он любил запах кофе, он сам пах кофе, что все его узнавали лишь по этому струившемуся запаху.       Феликс же заерыл глаза и прикрыв рот ладонями проговаривал желание у себя в голове. Что-то было в этом слишком заоблачное, невесомое, поглрщающее с головой и не отпускающее. Такое вот странное "таинство". Хочу, чтобы мы с Минхо были всегда вместе.       И вот, звезда закатилась за куда-то за лесные кроны, больше не украшая небосвод своим хвостом. Ли-младший открыл глаза. Посмотрел на Хо, который в полумраке был будто ангел. Чёрные волосы слегка растрёпаны, глаза блестят, а на губах играет лёгкая и добрая ухмылка.       — Следующая звезда твоя. – медленно прошептал блондин, сам не понимая почему нормально не сказал. Голос совсем стих.       — Хорошо. – также ответил Минхо, боясь нарушить эту атмосферу.       Зажжённые огоньки гирлянды медленно загорались, на пару секунд освечивали весь домик и угасали. Так же медленно. А потом снова и снова загорались, словно фениксы возрождаются из пепла. В домике пахло древесиной, листвой и излюбленным кофе с корицей. Эти запахи успокаивали и слегка кружили голову.       Вскоре на небе блестнула ещё одна звезда, и Минхо улыбнувшись, прикрыл глаза. Желание само пришло. Произнеслось в голове, словно молитва, выученная ещё года в три и повторяемая перед сном каждый день. Хочу, чтобы Ликс целовал меня вечно.       В тот же миг, Феликс накрыл его губы своими, нежно сминая, ибо больно маняще они были приоткрыты.       Нежные поцелуи лились рекой. Сначала младший вёл, потом старший, будто они танцевали. Без похабщины, без пошлости, только искренняя любовь и нежность. Руки Феликса снова зарылись в чёрную копну волос его возлюбленного, которые всегда напоминали ему крыло ворона. Особенно когда они были взъерошены.       Они любили. Любили чисто и невинно, так чувственно, что это всё казалось сном.

***

      И хотелось бы, чтобы это всё было сном.       Они даже не услышали выстрел, не успели. Пуля в мгновение ока пронзила сразу два тела, заставляя глаза широко раскрыться, а самих парней замереть. Феликс заплакал. Пуля пришла прямо в сердце ему и в грудь Минхо, побив её насквозь. Так мило.       Они упали замертво. Минхо на стену, а Феликс на Минхо. Младший уже не дышит. А Хо, понимая что это последние секунды его жизни просто улыбнулся, тихо прошептав:       — Люблю тебя, Ликси. Посмертно... люблю.       Так и замерло два их сердца, разгоревшихся неистовым пламенем совсем недавно. А ведь.. они и не знали что их жизнь закончится так быстро. Она ведь даже не успела начаться. Все мечты оборвались как две нити их жизни, а на небе потухло две звезды, так схожих друг сдругом. Их. Больше. Нет.

***

      Их тела нашли Хенджин и Джисон, которые после пропажи двух главных состовляющих их компании стали углублённо искать их. Родители Феликса вернулись из города немедленно, как только узнали что их сын был убит.       Похороны. Два гроба закопали в один день, поставив рядом, а над могильными плитами теперь навечно прикованы их души, как надпись "вечная память". Их и впрямь будут помнить. Ведь... Их. Больше. Нет.       Началось расследование. От полиции проку особого не было, ибо кто будет расследовать убийство на откосе мира? Поэтому компания подростков, лишившихся дорогих друзей всё взяла в свои руки. Хотя признаться, никто не остался равнодушно стоять. Жители деревни то и дело шептались об этом, шептались когда видели друзей умерших и их внешний вид сейчас. На душе становилось ещё тошнее.       Хван, ещё Хван и Хан облазили все места, где могли бы быть Феликс с Минхо перед смертью. У озера они нашли тот забытый пакет с мокрой одеждой, а в телефоне Феликса – с божьей помощью восстановленном Чанбином – несколько фото и видео в последние часы жизни.       Грустно было всем. Даже Йеджи, которая привыкла не отчаиваться даже в самые худшие времена плакала навзрыд. Что уж говорить об остальной части компании.       Но нужно было искать подонка, что так нагло забрал две чужие жизни. Нужно было думать, находить. А потом... Дошло.       Ян Чонин. Жил в городе, как узналось, приехал на каникулы к бабушке и как только увидел – сразу влюбился в Минхо. Тот крутой, красивый, сильный, да вот только...       Феликс постоянно был рядом. Он постоянно был рядом с ним. С объектом его обожания. И наверное, он решил от него избавиться. Только просчитался, и убил сразу двоих. От этой мысли становилось жутко.       —...Нет, всё-таки не думаю что это так. – говорит Хан, закуривая. Место сбора, которое они называли "шарашкина кантора" прованялась сигаретным дымом и скисшим в углу остатком арбуза. У стены стоял застеленый каким-то колючим ковром пыльный диван, перед ним стоял столик из какой-то большой кастрюли с дыркой на дне и квадратной доски. По бокам две шины, изображающие кресла с подушками набитыми сеном внутри. Хёнджин потёр переносицу, тоже не веря в высказывание Чанбина.       — Сами посудите, кто ещё может, если не он?       — У нас что, мало людей приезжих? Да и вообще, может это тот сумасшедший?       — Он? Йе, я всё понимаю конечно, но он же скорее себя пристрелил, чем убил кого-то с такого расстояния. Так ещё забраться на верх, взять телефоны, утопить их в озере... – Рассуждал Чанбин, качая головой из стороны в сторону. — Просто подумайте, зачем кому-то из местных или приезших и неведаюших идти в лесную глушь, целенаправленно к скрытному домикуна дереве, стрелять и заметать следы? Так Чонин ещё и из богатенькой семьи, помните как в прошлом месяце хвастался револьвером?       Друзья молчали. Нова постучала наманикюренными ноготочками по подлокотнику дивана и резко встала.       — Я за версию Чанбина. Всё равно попытка не пытка, а так хоть благое дело сделаем. Пошлите уже, сил нет осознавать что убийца остался безнаказанным.       Хван поднял голову, помотал ей а потом приобнял девушку. У той на светлом лице пролегли мешки под глазами, щёки осунулись, да и сама она стала потихоньку увядать. Смотреть было больно, как любимый человек страдает.       — Пойдёмте.       Пятеро пошли к покосившемуся синему домику на конце улицы, на которой стояли дома семей Ли, и стали как только можно трезвонить и колотить в ветхие двери. В венах вместе с кровью начинала закипать ненависть, приправленная желанием мести. Наконец колитка скрипнула и отворилась, брюнет в джинсовых шортах и майке безрукавке вышел, скептически взглянул на пришедших. Постояли так, минутку наверное, а потом Ян заговорил.       — Ну что? – безразлично кинул парень что-то тыкая в телефоне. Он опёрся на столб, который уже наполовину сгнил и просто смотрел на компашку как на умалишённых. Аж бесило.       Не выдержав, Нова всхлипнула.       — Ты! Из-за тебя.. из-за тебя... – фразу она закончить так и не смогла, лишь прижалась к Джину и откровенно зарыдала. — Что "ты"? Будет разъяснение? Или вы мне тут пришли показать ревущую тёлку? — Да как ты сме... – У Джисона вздулись вены на шее, он уже занёс руку для удара, как со спины услышал чей-то крик. — Что тут происходит?!       К их "разборкам" стали сползаться люди с улицы. Бабульки успокаивали Нову, тихо спрашивая что случилось, а она лишь заикаясь повторяла "убил". Хёнджин, хотевший набросится на Чонина, который всем своим видом показывал эту напыщенность был остановлен своим же отцом.       — Да как вы не понимаете! Он убил их! Он лишил нас друзей из-за чёртовой ревности!       — Что?       — Как так..       — Ты в своём уме, Хёнджин?!       Галдёшь заполонил всё скопление людей, а безразличный Нин заметно напрягся. Убрал телефон в корман импортных джинс, и хотел уже юркнуть обратно в двор, да только Джисон его за шкирку поймал и остоновил.       — У вас есть доказательства?       А доказательств не было. Никто не видел что это именно он выстрелил. Никто, кроме одного человека.       — Есть. Я видел. – пробасил только что прибывший к этому сборищу лесничий. – Наряд полиции уже в пути.

***

      С того момента прошло уже 13 лет. Деревня опустела, дома стали никому не нужными, гниющими кучами досок и балок, всё стало зарастать бурьяном.       И только кладбище оставалось тем, какое было. За ним регулярно ухаживали молодые, чьи родители и родственники были навсегда захоронены.       Средь лабиринтов ограждений и могильных плит можно бвло потеряться, но несколько человек знало точно где находятся две могилки, ограждённые фигурным чёрным забором, по ощущениям могли ходить к ним с завазянными глазами и руками. В глубине кладбища, прямо под ивой: совсем рядом, прямо как их и нашли – вместе. Ли Феликс. 2000г. – 2016г. Ли Минхо. 1998г. – 2016г. Вечная память.