Ревнивец

Флинсу когда-то казалось, что между ним и Иллуги давно появилась особенно прочная связь. Поначалу испытующий и любопытный, взгляд юноши весь последний год все больше полнился тихой радостью при встрече, чем-то вроде нежности и очевидного довольства во время их бесед. Поэтому казалось совершенно закономерным и не сулящим никаких бед, что за время их знакомства ему, как альву, уже столько всего выдали, что де-факто уже практически подарили себя по неписанным древним законам. Впрочем, Флинс никогда не упоминал об этом. Зачем? Ведь если юноша в самом деле питает к нему особое расположение, то для чего отступать от человеческих традиций и привычек и пугать какими-то старыми сказками про обряды... Что ему точно НЕ казалось - так это то, что Иллуги начал проводить больше времени, общаясь в городе с другими людьми. Все же положение представителя обязывает. Кирилл поначалу даже был рад, что его юноша упрочает связи в Сперанце, во Флагмане, забегает в гильдию Войнича и чаще заглядывает к искателям приключений. Но тут... Весь последний месяц-полтора юноша вдруг начал подозрительно часто изменять привычке приходить к нему на маяк при каждой возможности. От нечего делать, Флинс все чаще выбирался в Нашгород и то тут, то там замечал своего соловья. То он с девушкой-цветочницей шушукается. То с торговкой из Ли Юэ заговорится до позднего вечера... "Это еще ладно", - с затаенным раздражением думал Кирилл. Может быть, извечная послевоенная холера: запоздалая романтическая пора проб и приключений. Какому юноше не хотелось похвастаться перед знакомыми и обзавестись подружкой, а лучше - несколькими, чтобы доказать неведомо что себе и остальным? (Пускай на Иллуги это не слишком походило, Флинс допускал, что иногда гормоны и молодость могут начать играть в людях совершенно непредсказуемо...) Но ведь на днях Иллуги вообще танцевал, причем с парнем! Извинялся и неловко отшучивался, старательно топча чужие ноги, крепко сжимая чужую ладонь, улыбаясь чужим подколкам. И это учитывая жутчайшее смущение и, по косвенным признакам, сбитое чувство музыкального ритма. Немудрено, что юноша никогда не любил танцы и всегда соскакивал с любых предложений и от соратников, и от Флинса. А тут... ЧЕМ ФЛИНС ХУЖЕ Теперь при виде Иллуги так и хотелось громко зашипеть:"ПОСМОТРИ НА МЕНЯ!", но альв умело держался в тени, не проявляя своего навязчивого, незаметно ставшего едва ли не маниакальным, внимания. Объективно Флинс понимал что для такого поведения у маленького соловья может быть миллион причин. Да и в конечном счёте, даже если подозрения в интересе к другим людям были не беспочвенны, Иллуги ему лично ничего не обещал. До сих пор они просто зачастую проводили время вместе, наслаждаясь компанией друг друга. НО ВЕДЬ ОН ПРАКТИЧЕСКИ ОТДАЛ СЕБЯ АЛЬВУ Что ж. Ладно. Пусть по молодости с такими же молодыми играется. Если Кирилл не оплошает - у его соловья вся жизнь впереди. Пока еще это выглядит терпимо, юношеские порывы узнать чуть больше с такими же едва оперившимися птенцами, чтобы не слишком ударить в грязь лицом в случае промашки... Но чаша терпения окончательно переполняется, когда Иллуги просит милого, высокого и статного продавца-консультанта из модного бутика, вообще-то (!) даже похожего на Флинса по телосложению, а на внешний вид - еще и постарше, раздеться до рубашки (слишком тонкой, такую по местной погоде только в помещении и носить) и научить снимать с людей мерки. Ещё в процессе так неловко, но охотно обнимает его вокруг крепкой груди и талии, для вида вооружившись мерной лентой. Он же его наверняка впервые видит! А уже подобрал отличный предлог, чтобы сблизиться в крайне тесной манере, стоит отдать должное изобретательности... Флинс не выдерживает. Он с приклеившейся улыбкой заходит в магазин, обдавая консультанта леденящей вежливостью, и пытается увести Иллуги. А тот вдруг весь вспыхивает и сбивчиво отказывается, оглядываясь на продавца. НА ПРОДАВЦА, ЗНАЧИТ, ОГЛЯДЫВАЕТСЯ. ДА ЧТО ФЛИНС ДЕЛАЕТ НЕ ТАК. После подобного отказа альв чувствует, словно он слегка посерел изнутри. Нет, пламя все еще яркое, и призвавший его долг исправно питает синие всполохи, уничтожая монстров. Но настроение у Флинса никакущее. Подумать только, как он заблуждался. Это впечатляло: люди редко могли обмануть его ожидания. Впрочем, видимо, он сам себя перехитрил. Увлекся. Замечтался. Увидел больше, чем кое-кто когда-либо рассчитывал ему дать. Стоило все же объясниться раньше насчет сложных альвийских правил, чтобы юноша был осторожнее... Впрочем, что уж теперь. В том нет вины Иллуги. Только излишне привязавшему себя к человеку альву теперь предстоит как-то существовать дальше. Он старательно избегает любых контактов с людьми. Намеренно уходит в дозоры тогда, когда Иллуги должен появиться с припасами на маяке. Пока однажды не возвращается и не застает на редкость раздраженного - судя по морщинке, залегшей между бровей, - прикорнувшего прямо у него на лавке юношу. Парень явно замерз, хотя и укрыт темным красивым плащом, элегантным и с чудесной вышивкой - даже Флинс бы от такого не отказался. Хотя плащ, кажется, великоват для Иллуги. Тот свернулся клубочком, поэтому так просто не сказать, но ткань уж больно длинная. Внутри неприятно колет и покрывается ядовитой, морозной корочкой. От звука опущенного на стол мешка с инструментами парень просыпается, смаргивает сон и недовольно уставляется на Кирилла. Губы поджимаются, складка на переносице врезается еще глубже. Ну, сейчас точно грянет буря... - Флинс! Ну и где ты пропадаешь целыми днями?! Тебя нынче невозможно застать, с каких это пор ты завел такую моду? Вот так, даже без вежливых расшаркиваний и прелюдий. Кажется, молодой соловей и в самом деле в ярости, раз проявляет столько нетерпения и осмеливается отчитывать. Что ж, стоит напомнить ему о приличиях, а также отвадить от такой панибратщины окончательно: сразу расставляя все точки над "и" касаемо их будущих отношений, чтобы не мучиться в дальнейшем с долгими разъяснениями. - Светоносцы всегда могут связаться со мной через письма, как и раньше. Лично регулярные оповещения мне стали доставлять только вы, лишь с недавних пор, так что они совершенно необязательны, господин Иллуги. Он произносит это твердо, без лишних эмоций. Слушай его незнакомец - наверняка бы воспринял это как мягкое и не слишком обидное напоминание. Но больно непохоже это было на их обычные с Иллуги разговоры. Только что юноша был готов взорваться; но три-два-один - и от позабытой уже, прохладной вежливости и обращения на "вы" что-то меняется во взгляде. Странно, уж слишком резко, как по щелчку... С чего бы настолько яркая реакция? "Словно хрустальный аквариум дал трещину", - меланхолично и от того как-то слишком лирично думается альву. Эта сцена неуловимо напоминает сюжет глупого инадзумского романа. Вот только насладиться им не получится, раз уж сам он слишком вовлечен в действие. К тому же, теперь через эту невидимую трещину в обороне юноши сквозит горькая... обида? Нет, опыт подсказывает: это больше походит на скупую, старательно сдерживаемую до того внутри боль. Неожиданно, он не думал так задеть своего соловья. Может, просто эмоцию неверно считал? Да нет, уж в подобном Флинс не смог бы ошибиться. Хотя ошибиться было бы не так плохо. Потому что когда Иллуги, остолбеневший от резкой куртуазной холодности, вновь говорит, в голосе слышен совершенно внезапный и, должно быть, едва заметный человеку надлом, немало выбивающий Кирилла из колеи. - Господин Флинс. Что плохого я тебе сделал? Отчего ты вдруг... - в очевиднейшем замешательстве, он несвойственно запинается, пытаясь подобрать слова, - так ожесточился на меня? Я тебя чем-то обидел? От такого Иллуги у Кирилла самого где-то внутри ноет, скрежещет. Все же древние правила были до противного обоюдны. И он вынужденно отвечает, чуть мягче, в более привычной манере, хотя хотел быть непреклонным и обрубить все раз и навсегда: - Вовсе нет, юный господин Иллуги. Просто мое общество не слишком подходит такому замечательному юноше как вы. И я заметил, что вам предпочтительнее компания других людей. - Что?.. - перебивает Иллуги озадаченно, но Кирилл непреклонно продолжает мысль: - Хотя меня это удручает, я отнюдь не в обиде и могу это принять. Но, чтобы не питать ложных надежд и ожиданий, я бы предпочел... воздержаться от дальнейших контактов вне делового общения. Иллуги смотрит с непониманием, затем встряхивает головой, в два шага оказывается ближе и почти дергает - тянет за плечо, заставляя наклониться к себе, лицом к лицу, и перестать скрываться за широким воротом. Кирилл удивленно готовится принять на себя следующую вспышку злости, но, кажется, юноша больше растерян. - Что за... глупости ты несешь? Флинс. С чего ты решил, что твоя компания меня не удовлетворяет или что-то еще... что ты там говорил про "подходит - не подходит"? Я всегда крайне рад был навещать тебя и проводить время вместе. И мне... казалось, ты тоже. Так что вдруг изменилось? Он трет лоб, соображая, пока Флинс не знает что сказать и как объяснить еще понятнее, не потеряв остатки гордости, весь напряженный из-за такой близости полюбившегося человека. - Почему ты сказал про других людей? - наконец собравшись с мыслями, спрашивает Иллуги и неуверенно кусает щеку изнутри. - Юный господин активно интересуется самыми разными людьми, в основном девушками и юношами его возраста. А также изучал вещи, в которых я мог бы помочь намного лучше, хоть я и не хочу хвастать. Вывод напрашивается сам собой. - Шпионил?.. - Иллуги искренне ошарашен и, кажется, не слишком приятно. Он мнется и поджимает губы. Флинс смиренно вздыхает: - Каюсь, повинен. Я лишь... - Он задумчиво переводит взгляд в сторону горизонта, разглядывая поблескивающее море, - Должен сказать, юный господин - действительно привлекательная личность. Если я оказывался неподалеку, мой взгляд сам собой находил тебя и не мог оставить, уж извини. - Знаешь, Флинс, звучит так, словно... ты ревнуешь? - неуверенно, с оттенком недоверия к самому себе тянет парень, шаря глазами по лицу Кирилла со странно-открытым выражением. Впрочем, почему странно? Иллуги часто смотрел на него так открыто и доверчиво, и альв в самом деле купился на это, решив что... - Флинс. - Альв решает проигнорировать вопрос, несмотря на зуд внутри при звуках его имени, но юноша сегодня на удивление бестактно настырен. - Кирилл? Да еще и играет нечестно. - Иллуги, - парирует Флинс, после чего выдыхает, - Да. Ты прав, я ревную. Это одна из многих причин, по которым тебе лучше оставить меня в покое и не пытаться быть дружелюбным только из-за своего благородного добродушия. Поверь, юный господин, со мной все будет в порядке без компании. Я не обычный... человек, поэтому прекрасно могу прожить и в одиночку. Кажется, юноша вновь начинает кипятиться: - Какого рожна ты так долго темнил и ничего не рассказывал?? - Если бы я признал, что неизменно томлюсь в ожидании наших встреч, ты бы почувствовал себя обязанным уделять мне больше внимания, особенно зная, что у меня не настолько много близких знакомых, разве нет? Или даже виноватым, что мои ожидания не взаимны. Помимо собственного огорчения, мне не хотелось бы тревожить юного господина и пользоваться его избыточной добротой. - А у меня ты не хочешь узнать, чего я хочу? Флинс словно спотыкается на мысли и неуверенно склоняет голову к плечу. - Прошу прощения?.. - Спросить, какого снежного я таскаюсь на маяк через пролив каждую неделю? Или для чего мне, как дураку последнему, мотаться в Нашгород и подбиваться к торговцам? Прости Куутар, учиться танцевать? Или, в конце концов, что я чувствую по отношению к тебе и ко всей этой ситуации?? Флинс еще раз моргает и, спустя секундную - а по ощущениям бесконечно долгую - заминку, перехватывает юношу за плечо. - После нашей последней встречи не хотел навязываться, думал, все и без того ясно. Но, кажется, стоит спросить? - ...Спроси. - Иллуги не выдерживает, отводит взгляд, челюсть напряженная, но стоит ровно, как оловянный солдатик. - Иллуги. - Да. - Ты меня тут всю ночь ждал. Иллуги кивает и смотрит. В его глазах затаилась вся решимость мира. Флинс мысленно иронически смеется и отвешивает себя подзатыльник за недоверие к собственным инстинктам. - Тогда... - Иллуги уже открывает рот, чтобы выдать то, что просится на язык обоим, но Кирилл успевает вставить вопрос: - Ты, должно быть замерз? Юноша ошарашенно хлопает глазами, потом несильно бьет его по груди кулаком. - Черт возьми, да. Я замерз. Но тебе не кажется, что этот вопрос мог бы подождать минутку?? На что Кирилл только посмеивается, обнимает юношу через плечо, отпирает дверь и заводит внутрь. - Позже, мой драгоценный Иллуги. Поговорим за чаем. Думаю, нам есть что обсудить в более теплой обстановке. Покрасневший от такого неслыханного раньше обращения, юноша послушно позволяет увести себя в уют, под кров маяка. ***