Травинка

-Паааапа... — ласково боднул он тятеньку в плечо -Ну...Ну.... — улыбнувшись, ответил он тем же -Отец...Почему ты... Никогда ничего не рассказываешь про мою маму... Я ничего не знаю о ней... — отвел взгляд Астарион, ожидая услышать и увидеть привычный уход от темы. Однако, он все чаще пытался узнать о маме больше -...Астарион...Сын мой... — тяжело вздохнул Афзал -Я понял... Чем старше становятся дети, тем сложнее от них вопро- -Твоя мама...Была самой прекрасной женщиной... Астарион не поднимая взгляда, чтобы не спугнуть речь отца, развернул лишь только уши. Внутри него случилась маленькая победа. -Она была красивая...Ты похож как на меня...Так и на неё...Если бы ты увидел её глаза и волосы...Рыжие...Рыжие волосы...Ты бы не поверил, что такая женщина могла быть твоей мамой...У неё всегда было такое...Умиротвоённое лицо и лёгкая полуулыбка... Афзал немного помолчал, после чего, продолжил скребсти сына каменной мочалкой -...Ты любил маму?... А она тебя?... -Наверное...Наверное любил...А она меня...Это сложно, Астарион...Я боюсь ранить твое молодое сердце... -Пап...Я приму правду, какой бы она не была...И я понимаю...Уже с давних пор...Что наверное...н-наверное у меня нет...Мамы... -Астарион...Сынок... — каждый вздох Афзала был тяжелее и тяжелее, уши его опустились -Твоя мама...Умерла когда ты только-только встал на ножки...Ещё неуверенно и шатко, но ты ходил... Астарион слушал, не перебивая. Он смотрел в пол. Он понимал, о таком исходе, однако понимать, и услышать подтверждение — это разные вещи. Ему стало грустно и...Немного страшно -Её звали Фелиция...Она была самая высокая самка за долгое время в аду...Примерно 170, представляешь...?Грациозная...Красивая...Но, почему то, только для меня...Она...Наверное...никогда меня не любила, однако встречала меня она всегда так, будто даже ждала...Она...Выбрала меня...Потому что я выбрал её...Единственный, кто выбрал её...Из-за...Надобности... Я всегда игнорировал этот момент, однако, каждый раз,когда я вспоминаю о ней, я это понимаю... — от этих слов Афзал поджал губы -Надобности?... -...Самка, не рожавшая детей...Очень несчастная самка в плане общественности...Но знай, и никогда не сомневайся в том, что она безумно ждала и любила тебя...Любила тебя даже до встречи со мной, в своих мечтах...В своём желании быть твоей мамой...Это было такое счастливое время: когда я приходил к ней, и мы оба ждали тебя...Она дала тебе жизнь...Она дала тебе имя...Она дала мне счастье...Она подарила мне сына...Родила она тебя на ложе...И...К твоему вопросу, почему я не забрал маму...Я скажу, что забрал...Я забрал её оттуда, и мы жили там, где видно Его Величество очень близко... -?... Это где?... -Вооон там... — Афзал показал взглядом. И действительно, это было очень далеко от их настоящего жилья. -А Ханем?... -А Ханем...Что там был нашим соседом...Что здесь... -Он знал маму?!...Знал, и не рассказывал?... -Знал...И я благодарен ему, что не рассказывал...Я с этим сильно затянул, однако...Я твой отец...И он дал мне возможность самому тебе рассказать обо всём Немного помолчав, и, снова тяжело вздохнув, Афзал продолжил: -Я много пропадал...Нужно было вас кормить...Маленького тебя, ты уже тогда начал кушать сам, нужно было тебя приучать к нашей еде, а мясо тебе нужно было нежное...Фелиции нужно было восстанавливаться после...Признаться, тяжёлых родов...И ...Просто...Я хотел приносить самое лучшее вам...И я приносил... ...Но...Однажды...Наверху пробилась брешь...И в наш ад спустились Ангелы..... -?... -Астарион...Я... Я бежал со всех ног... Быстрее, чем бегаешь ты... Но когда я добежал до вас, — Афзал прижмурился, от того, что веки его сомкнулись, на ресницы отделились слезы, которые тут же стали испаряться паром, оставляя едва заметный, белый из-за соли, след на них -В неё попало копьё, Астарион...Она оттолкнула тебя...Ведь как только я начал приближаться к нашему дому, ты... Маленький потеряшка, выбежал ко мне в слезах...Она всегда...ВСЕГДА держала тебя на руках, даже когда я общался и гладил тебя, это было с её рук...Не оторви она тебя от себя в тот момент...Ты, мой драгоценный ребёнок... Погиб бы вместе с ней...И я не знаю...Что было ей больнее: раскалённое копьё или то, что тебя пришлось откинуть от себя с мыслью, что ты можешь потерятся...Что тебя затопчат в панике... Я пришёл к ней...Подложил к ней тебя...Целовал и гладил её...Но она быстро...И молча умерла...Если бы я оставил её на ложе, Астарион!... -Пап!... — обнял и уткнул его в себя Тар,силясь не терять слёзы -Я достал это проклятое копьё, обхватив его своей повязкой, вытащил его...Погоревал...Взял её на руки... И отнёс к Его Величеству...Он посмотрел на меня...Поднял руку...И стёр мою Фелицию о пол... Словно чиркнул спичкой по коробку...Но, поверь мне, сынок...Это было лучше, чем бы её съели...После этого, Астарион...Я взял тебя и ушёл туда, где мы живём с тобою сейчас...Я не забыл твою маму...Я никогда не забуду её, и отдал бы все, чтобы она была рядом...Всё, если только это не будешь ты... Мне нельзя было впадать в убивающее уныние...У меня был малыш — ты... Я всюду ходил с тобой : носил тебя на шее или подвязывал к своей груди повязкой... Но ты... Дал мне справиться со всем...Ханем пришел спустя несколько дней, дав мне побыть со своими мыслями и тобой наедине...И с тех пор, как бы я не ругал его, не злился, не возмущался, не понимал его...Он мой друг, которому я благодарен...Он всегда помогал нам с Фелицией...А потом мне...А потом тебе...И по сей день он продолжает делать это....Я, конечно, ревную тебя к нему...Но он сделал слишком много для нас с тобой, чтобы я как то оправдывал эту ревность...Он по праву, твой второй отец...Люби его...Цени и уважай его...Береги...И бесконечно благодари, как это делаю я.... -Я всегда знал, что он тоже наша семья, пап.... -Астарион...Ты понимаешь, почему я рассказал тебе об этом?...Не только потому, что ты в любом случае должен знать правду... -?... -Сын мой...Ты не можешь обниматься с Ханемом, перенимая его запах, и кататься в грязи вечно...Я знаю, что ты ходил на ложе, я твой отец. А ещё я знаю это, потому что делал то же самое...Сын мой... Я хочу тебя уберечь...Этот мир не создан для любви между родителями...И не создан даже для любви между родителем и ребёнком...Ты очень молод, Астарион...Не нужно забивать свою голову теми мыслями, о которых можно думать лишь только после того, как ты получишь свое имя в аду...Ты должен работать, работать и ещё раз работать...Для того чтобы быть живым, сытым...И если уж на то пойдет...Чтобы была жива и сыта твоя будущая самка и твой ребёнок...Я хочу, чтобы ты был рационален...Чтобы ты был умён, способный отличить желание и необходимость...И чтобы ты ставил необходимость на ПЕРВОЕ место. Такой наш мир. Ты можешь быть другим внутри, сын мой...Но следуй законам этого места, и жизни в нём...И тогда я буду спокоен...И ТЫ тоже, Астарион.... -Я постараюсь,отец...Я... -Астарион...Я ОЧЕНЬ надеюсь, что ты перешагнёшь через свои порывы и дашь себе паузу для того, чтобы встать на ноги...Потом это будет поздно... На это Астарион промолчал. Афзал не стал нарушать эту тишину, давая ему всё осмыслить. Афзал,в принципе, больше любил молча думать, чем разговаривать и уж тем более, чем думать вслух. Астариону, признаться, порой не хватало того, чтобы разговор с отцом не заканчивался тем, что ему следует быть осторожным и работать, что ему нужно делать, для того чтобы элементарно жить. Тар не знал другого мира, однако от этих жутких правил, жить в этом мире ему переодически становилось противно. От того, что Афзал во время разговора погружался в воспоминания, не переставая шоркать сына камнем, на спине Астариона остались вполне ощутимые надавы, которые ломили ему лопатки и позвонки. Это было неприятно, однако, не сравнимо с тем, что было у Тара на душе и в мыслях Они молча отмылись, молча пришли домой, и так же молча легли спать. Ханем ушёл надолго, смысла ждать его не было. И вообще, ждать кого-то в аду, чтобы поспать — глупейшая затея. Сон — великое наслаждение и драгоценность, и это вам скажет любой житель жестокого ада.