Что/то

О, какой же исключительно духовный путь избрала Лидия для примирения со своим дорогим супругом после ссоры из-за несвоевременно вынесенного мусора. Вместо банальных «прости» или цветов, её гениальный ум родил идею высокой кухни, которую она, само собой, собиралась подать в постели. Воистину, шедевр дипломатии. На кухне царил хаос, достойный фрески Микеланджело «Страшный суд». Сметана, гордо именуемая «воздушным крем-суфле», украшала не только миску, но и фартук, и, что особенно пикантно, прядь её волос. Клубника, предназначенная для элегантного гарнира, была порезана с таким надрывом, будто пережила личную драму. А главный «шедевр» — желе из шампанского — упорно отказывался держать форму, напоминая скорее нечто стыдливо лужицей. «Ну просто кулинарный Пикассо, а не жена», — должно быть, подумала бы любая трезвомыслящая женщина, наблюдая этот перформанс. Но Лидия, с лицом, озаренным вдохновением истинного художника, сосредоточенно выкладывала эту сладкую абстракцию на поднос. Её движения были полны грации — если, конечно, грацией считать попытку поймать падающую малину ртом с расстояния в полметра. Вечер должен был стать незабываемым. Им он точно станет, особенно когда Артём, её благоверный, обнаружит, что клубничный сироп — это, оказывается, отличная несмываемая краска для дорогого хлопкового постельного белья. А сам процесс дегустации… Он обещал быть технически сложным и чреватым неожиданными текстурами. Лидия лишь томно вздохнула, представляя, как будет с достоинством презентовать этот гастрономический беспредел. Она уже почти слышала его восхищённый возглас: «Дорогая, это… что-то!» Оставалось лишь дождаться, когда ключ щёлкнет в замке, и начать этот великолепный фарс, в котором ложка окажется далеко не главным инструментом.