Glitch Hearts

      Под куполом цифрового цирка стоял почти неестественно яркий день. Непонятно откуда взявшиеся освещение было так убедительно схоже с солнцем, золотистый свет растекался по площади мягкими тёплыми пятнами, отражаясь в глянцевом полу и цветных декорациях. Казалось, само пространство здесь не знало усталости - оно всегда было чуть слишком ярким, чуть слишком идеальным.       И это утро после вчерашнего приключения в баре... Воспоминания о гуле музыки, смехе и липком ощущении настоящего алкоголя всё ещё цеплялись за сознание, как остаточное эхо, которое не до конца растворилось. Это было похоже на сон, который не отпускает до конца, даже когда глаза уже открыты.       У некоторых персонажей это проявлялось особенно заметно: Рагата выглядела чуть более уставшей, чем обычно, хотя всё равно пыталась сохранять привычную мягкую улыбку, будто это было её личной обязанностью - удерживать спокойствие в любом хаосе. Гэнгл периодически будто выпадала из реальности, задерживаясь взглядом на пустом месте, словно пыталась собрать собственные мысли по кусочкам и не совсем справлялась. И всё это на секунду замерло, когда воздух дрогнул.       Кейн появился внезапно, с хлопком конфетти и вспышками фейерверков, будто само пространство решило, что тишина - это ошибка, которую нужно срочно исправить.       - МОИ ЛЮБИМЫЕ, НЕСЧАСТНЫЕ, НИКОГДА НЕ ОТДЫХАЮЩИЕ УЧАСТНИКИ ВЕЛИКОГО ЦИФРОВОГО ШОУ! - радостно загремел он, раскинув руки так широко, будто собирался обнять весь цирк сразу, и в этом жесте было что-то одновременно театральное и абсолютно искренне безразличное к чужому состоянию. - Сегодня вас ждёт нечто ОСОБЕННОЕ!       Он сделал эффектную паузу, словно смаковал собственную интригу, и рядом с ним тут же вспыхнула голограмма: бесконечная трасса, уходящая через неоновые мегаполисы, летающие тоннели и светящиеся кольца.       - ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В «НЕОНОВЫЙ ГРАН-ПРИ КЕЙНА»! Голос прозвучал так, будто это было величайшее событие во вселенной, не требующее ни объяснений, ни согласия.       Пузырёк радостно завертелся вокруг него, подпрыгивая в воздухе.       - Там будут взрывы?! Скажи, что будут взрывы! Кейн даже не задумался.       - Разумеется будут! - гордо ответил он, будто это была самая очевидная и необходимая часть любого развлечения. Щелчок пальцев.       Никто даже возразить не успел, а даже если и хотел Кейн вряд ли бы послушал. Реальность сменилась мгновенно - без перехода и без ощущения движения, будто мир просто выдернули из одной сцены и вставили в другую.       Теперь они стояли на огромной футуристической трассе, уходящей в небо и петляющей между стеклянными конструкциями, неоновыми дугами и платформами, зависшими в пустоте. Вдалеке сияли металлические арки, переливаясь холодным светом, а сама дорога выглядела так, будто её не построили, а собрали из самой идеи скорости и света, металла и риска. Воздух был сухим, резким и кристально ясным. Погода - идеально спокойная, почти издевательски ровная для места, где всё уже заранее намекало на хаос. Ни ветра, ни шума города, только ощущение высоты и натянутой тишины, которая будто ждала первого рывка, чтобы рассыпаться.Под ногами трасса слегка вибрировала, как живой механизм, уже запущенный, но ещё не сорвавшийся в движение.       Помни стояла у своей машины и на секунду просто смотрела на неё. Болид Формулы-1 перед ней был алым, почти агрессивно красного цвета - гладкий, вытянутый, будто вырезанный из одного цельного куска скорости. Его корпус блестел под неоновым светом трассы, отражая окружающие конструкции как рваные полосы света. И именно тогда она впервые по-настоящему обратила внимание на себя. Форма гонщика сидела плотно, подчёркивая движения, но ощущалась непривычно: белая основа с тонкими контрастными синими вставками, проходящими вдоль боков и плеч, будто линии трассы, вплетённые прямо в ткань. Материал был гладким и слегка холодным на ощупь, плотно облегал тело, не оставляя ощущения защиты - скорее создавал чувство, что она уже часть этой системы скорости.       В руках был шлем гладкий, округлый, с лёгким зеркальным блеском. Он казался тяжелее, чем должен был быть, просто из-за того, сколько в нём было ожидания. И только когда она подняла взгляд на отражение в полированной поверхности корпуса болида, она впервые ясно увидела себя без привычного образа - аккуратное каре, открытое лицо, более «реальная» версия себя, чем раньше с этим колпаком. Без привычной тревожной замкнутости, но и без защиты, к которой она уже успела привыкнуть.       Сзади послышался ленивый голос, растянутый так, будто даже старт гонки не заслуживал в нём спешки.       - Ого. А ты так даже почти выглядишь как кто-то, кто может выжить больше пяти секунд, - протянул Джекс. Он стоял рядом уже в другой роли - не гонщик, не участник заезда, а наводчик. На нём была простая рубашка-поло и брюки, слишком «обычные» на фоне футуристического безумия трассы, будто он случайно оказался не в той реальности и не стал утруждать себя переодеванием. Возле рта крепился микрофон - тонкие крепления обхватывали лицо, фиксируя связь с Помни в шлеме. Теперь его голос должен был звучать прямо у неё в голове, как постоянное сопровождение. Помни повернулась к нему, чуть прищурившись, всё ещё держа шлем в руках.       - Это должен был быть комплимент?       - Я не делаю комплиментов. - лениво ответил он и наклонился ближе к её болиду, будто проверял что-то важное, хотя взгляд у него был абсолютно равнодушный. - Просто наблюдение. Констатация факта. На трибунах тем временем всё было уже разделено на команды, и теперь картина становилась куда яснее.       Рагата тоже была в гонке - в своём болиде, мягко оформленном, но всё равно быстрым и аккуратным на вид, как будто сама её манера держаться перешла в управление машиной. Рядом с ней стояла Гэнгл в роли навигатора, заметно напряжённая, но старающаяся сосредоточиться, держась за панели управления так, будто это помогало ей не развалиться от волнения.       С другой стороны стартовой линии выстроился Королёр. Его болид выглядел чуть более громоздким и неуверенным, чем остальные, как отражение его собственной осторожной натуры. Рядом с ним - Зубл, его навигатор, с привычно раздражённым выражением лица, уже заранее недовольная всем происходящим и явно не скрывающая этого. Таким образом гонка делилась сразу на несколько связок: Помни с Джексом в одной, Рагата с Гэнгл - в другой, Королёр с Зубл - в третьей. И это уже не выглядело как случайное развлечение - скорее как организованное соревнование, где у каждого был свой стиль. Джекс выпрямился, поправляя микрофон у щеки, и добавил чуть тише, уже в канал Помни:       - Ладно, гонщица. Давай посмотрим, сколько секунд ты продержишься теперь. Кейн парил над трассой в роли комментатора, его голос звучал отовсюду сразу, заполняя пространство так, будто сама реальность транслировала его напрямую в сознание каждого участника.       - И ТЕПЕРЬ СТАРТ! ПУСТЬ СКОРОСТЬ ПОГЛОТИТ ВАС! Свет вспыхнул. И гонка началась.       Машины сорвались с места почти одновременно, оставляя за собой резкие световые шлейфы, будто трасса сама начала рваться на полосы от напряжения. Воздух мгновенно наполнился вибрацией скорости, а пространство вокруг будто сжалось, сузившись до узкого коридора из света и движения. Помни резко вжало в кресло. Мир вокруг превратился в размытые линии, неоновые полосы и непрерывную дрожь трассы, которая уходила то вверх. Каждая секция дороги ощущалась живой.       - Держись ближе к центру, - раздался голос Джекса в гарнитуре. Он звучал почти спокойно. Слишком спокойно для того, кто обычно превращал всё в шутку или язвительный комментарий. Сейчас в его голосе не было привычной лёгкости - только точность, как будто он внезапно переключился в другой режим восприятия.       - Слева поворот через три секунды. И да, не врежься, это будет… неловко.       - Ты мне «не врежься» как будто это полезный совет, - резко ответила Помни, сжимая руль сильнее, чувствуя, как машина реагирует на каждое её движение с почти живой чувствительностью.       - Ну, обычно помогает.       На фоне этого спокойного обмена трасса резко изменилась впереди начался длинный изгиб с резким перепадом высоты, где дорога буквально «переламывалась» вниз, превращаясь в почти вертикальный спуск.       Помни вошла в поворот резко, шины взвизгнули по светящейся поверхности трассы, оставляя короткий след вибрации. В этот момент мир сузился до управления, до дыхания, до ощущения сцепления с дорогой, которая больше не казалась стабильной. Сердце било быстрее, но не от паники - от концентрации. На фоне этого хаоса уже разворачивались другие участники. Рагата двигалась аккуратно, почти осторожно, как будто сама её мягкость и доброжелательность конфликтовали с жестокой логикой гонки. Её болид слушался, но каждый резкий манёвр давался ей заметно тяжелее ведь трасса требовала агрессии, а она будто пыталась ехать «бережно», сглаживая повороты там, где нужно было резать их без колебаний. Гэнгл в наушниках нервно подавала подсказки, стараясь держать темп, но её голос тоже звучал напряжённо, словно она боялась сделать хуже. И совсем иначе выглядел Королёр. Его машина неслась вперёд почти без пауз, будто навигатор ему был не нужен вовсе. Он не пытался «читать» трассу он просто следовал ей, как будто доверял хаосу больше, чем любой инструкции. Зубл в роли навигатора с ним выглядела скорее как "человек", который уже устал спорить с неизбежным, периодически бросая резкие, короткие команды, которые Королёр либо игнорировал, либо реагировал на них с секундным опозданием.       Вновь раздался голос Джекса - чуть ленивее, почти насмешливо, будто он стоял где-то в стороне от всего этого безумия и просто наблюдал за гонкой, как за развлечением.       - Кстати… ты вчера с тем, с крокодилом, танцевала, да? Помни на секунду сбилась, буквально на долю движения руля, и этого хватило, чтобы трасса резко «приблизилась» слишком близко.       - Что? - вырвалось у неё быстрее, чем она успела подумать.       - Танцы. Бар. Не делай вид, что не помнишь. Ты выглядела… забавно.       - Ты сейчас серьёзно это обсуждаешь? - резко бросила Помни, выравнивая машину, чувствуя, как концентрация начинает рассыпаться на куски.       - А что? - отозвался он почти сразу. - Я же должен тебя «направлять». Морально тоже. В его голосе явно читалась ухмылка, даже без прямого контакта. Он был расслаблен - слишком расслаблен для того, кто формально должен был помогать ей проходить трассу. Помни попыталась вернуть внимание к дороге, но это уже не работало так легко. Скорость требовала полного контроля, а его голос продолжал пробиваться сквозь концентрацию, как назойливый фон.       - Ты отвлекаешь меня, - сказала она жёстче, чуть сильнее сжимая руль.       - Нет, - спокойно ответил Джекс. - Ты просто слишком легко отвлекаешься. И в этой фразе не было явного давления или злости только спокойная, почти лениво-безжалостная констатация, от которой становилось только сложнее сосредоточиться, потому что спорить с ней было трудно именно из-за её простоты. На следующем участке началась хаотичная зона ускорители, вращающиеся платформы, пересекающиеся траектории, будто сама дорога перестала подчиняться логике и превратилась в набор случайных решений. Потоки света пересекались прямо перед машинами, создавая иллюзию множества возможных путей, но каждый из них требовал мгновенного выбора.       Рагата и Королёр шли почти рядом с Помни, временами оказываясь слишком близко - так, что казалось, ещё немного, и они заденут друг друга в узких коридорах трассы. Их траектории пересекались, расходились и снова почти сходились, создавая напряжённую иллюзию столкновения, но в последний момент каждый раз уходили в свою линию, словно сама система не позволяла им выйти за пределы назначенного пути. И в этом плотном хаосе гонки всё вдруг на долю секунды стало чётче.       - Сосредоточься, - внезапно сказал Джекс тише. И на этот раз в его голосе исчезла привычная ленивость. Это прозвучало иначе. Помни сжала руль сильнее, чувствуя, как трасса снова начинает «давить» на неё скоростью.       - Я сосредоточена, - ответила она резко.       - Нет, - спокойно, но уверенно отозвался он. - Ты думаешь о тех тупых танцах. На секунду в её движении снова появилась малейшая ошибка, но она тут же выровнялась, почти зло удерживая машину в траектории.       - Я сейчас выкину гарнитуру, - бросила она, уже не отвлекаясь от трассы, но явно чувствуя, как его голос всё равно пробивается сквозь концентрацию. Без предупреждения системы, трасса изменилась. Платформы сдвигались в разные стороны, секции трассы поднимались и опускались, создавая иллюзию нескольких уровней движения сразу, и всё это происходило слишком быстро, слишком плотно, без единого окна для нормальной реакции.       Скорость перестала быть преимуществом и стала давлением.       - Помни, вправо! - голос Джекса впервые стал резче, в нём исчезла привычная расслабленность и появилась чёткая, почти командная интонация. Помни мгновенно среагировала, пытаясь вывести машину в указанную траекторию, но пространство перед ней уже менялось быстрее, чем она успевала адаптироваться. Она вошла в манёвр, чувствуя, как болид откликается на движение, и на долю секунды казалось, что всё ещё можно исправить. Но следующая секунда всё сломала.       Одна из движущихся конструкций сместилась не по схеме, непредсказуемо, будто система дала сбой или намеренно изменила правила прямо в процессе. Удар.       Он пришёлся внезапно и с такой силой, что машину буквально подбросило вверх и в сторону. Помни резко вжало в кресло, ремни безопасности натянулись до предела, а весь болид потерял стабильную траекторию.       Скрежет металла разрезал пространство, вспышка света ударила по глазам, и на секунду всё ощущение контроля просто исчезло. Помни почувствовала резкий удар по всему телу, когда болид развернуло в воздухе и бросило в сторону. Машина сорвалась с основной трассы, пересекла границу безопасной зоны и вылетела на техническое ограждение. Гул трассы ещё не успел стихнуть полностью, когда Джекс по привычке выдохнул в гарнитуру что-то ленивое, почти насмешливое, будто всё это было просто неудачной попыткой Помни справиться с поворотом. С трибун всё это выглядело как вспышка и резкий сбой гонки, короткий визуальный разрыв.       - О-О-О, КАКОЙ ПОВОРОТ СОБЫТИЙ! - Кейн в этот момент всё ещё говорил, голосом комментатора, который не знает пауз и не признаёт их существования как концепции. И только потом, спустя секунду тишины, гонка остановилась окончательно Рагата и Королёр в этот момент пересекли финишную линию, их машины замедлились, и система зафиксировала завершение заезда, будто всё остальное стало второстепенным фоном.       - Ну да, конечно, ты решила выбрать самый драматичный способ сойти с трассы… - начал Джекс, и голос звучал так же привычно легко, как всегда, с той самой раздражающей полуулыбкой, которую он даже не пытался скрыть. - Эй, Помни? - произнёс он уже чуть медленнее, наклоняясь вперёд, как будто расстояние между ними могло что-то исправить или усилить сигнал. - Ты там что, решила проигнорировать мой блестящий инструктаж?       Но фраза не успела дойти до конца привычного ритма. В гарнитуре раздалось нечто, от чего у Джекса на секунду сбился. Он услышал, как Помни пытается что-то сказать, но вместо слов в канал прошёл рваный, захлёбывающийся звук будто она одновременно пыталась вдохнуть и выдохнуть, кашляя и срываясь на каждом движении дыхания. Это не было речью. Скорее, это звучало как тело.       Он сорвался с места мгновенно, резко вскочив и сдёрнув гарнитуру с головы. Не глядя, бросил её в сторону и уже в следующий миг побежал к трассе, туда, где произошла авария. Джекс не сразу осознал, что делает - движения шли впереди мыслей, Он уже тянулся к искорёженной двери, цепляясь за вмятый металл, чувствуя под пальцами горячую, дрожащую от перегрузки конструкцию. Он дернул панель раз, потом ещё, сильнее, до тех пор, пока металл не поддался с резким, режущим слух скрежетом, будто сама машина сопротивлялась тому, чтобы её открывали.       Она была всё ещё пристёгнута ремнями. Белоснежный гоночный костюм, который ещё час назад казался почти нелепо чистым, теперь был залит густыми тёмно-красными пятнами. Кровь пропитала ткань на груди настолько сильно, что та прилипла к телу, а ниже по животу стекала прямо на сиденье. Сквозь развороченный металл кабины торчала арматура. Она вошла чуть ниже ключицы и прошла насквозь через грудь, исчезая где-то за сиденьем. При каждом её слабом вдохе металл едва заметно дрожал вместе с телом, и от этого зрелище становилось ещё хуже.       Джекс снял с неё шлем резко, почти дёрнув его с головы, будто промедление могло окончательно что-то сломать. Пальцы соскользнули по гладкой поверхности, металл с глухим звоном ударился о корпус машины. Всё его внимание было приковано только к ней. Помни была в сознании и это стало ясно сразу по тому, как её взгляд медленно, с заметным усилием сфокусировался на нём. Её дыхание звучало страшно рвано, влажно, будто лёгкие медленно заполнялись жидкостью. Каждый вдох давался с тихим хрипом, а выдох сопровождался булькающим звуком крови где-то глубоко в горле.       Она медленно повернула голову в его сторону, и даже это движение далось ей с трудом. На её лице на мгновение появилось что-то почти невозможное для этой ситуации - крошечная, вымученная улыбка. В ней не было спокойствия или попытки сделать вид, что всё нормально. Скорее наоборот - Помни будто инстинктивно пыталась сгладить происходящее именно для него, не дать ему окончательно сорваться от того, что он видел перед собой. И от этого становилось только хуже Медленно и неуверенно, Помни подняла руку. Пальцы дрогнули в воздухе и слабо вцепились в искорёженный металл, словно она пыталась понять, что именно удерживает её на месте, или инстинктивно хотела освободиться. Это движение было почти бессознательным. Джекс резко перехватил её запястье раньше, чем она успела коснуться арматуры.       - Даже не пытайся, - выдохнул он быстро, и голос прозвучал непривычно жёстко. - Просто… не трогай... Помни снова посмотрела на него. Взгляд всё ещё был мутным, расфокусированным от боли, но в нём неожиданно оставалось слишком много осознанности. И эта слабая улыбка всё ещё не исчезала полностью, только дрогнула едва заметно, будто держалась вместе с ней из последних сил.       - Ты… кричишь, - тихо выдохнула она между тяжёлыми вдохами. Джекс застыл на секунду, будто сама фраза ударила его сильнее, чем всё происходящее вокруг.       - Нет, - ответил он слишком быстро. - Я просто пытаюсь не дать тебе сделать ещё большую хрень. Она слабо качнула головой, почти незаметно.       - Плохо врешь…       - Ты сейчас вообще не в том положении, чтобы анализировать мой тон, - бросил Джекс резко, почти автоматически пытаясь вернуть привычную колкость, но уверенности в голосе уже не было. Между ними повисла тяжёлая пауза, заполненная только аварийным треском системы и её дыханием , рваным, влажным, болезненным настолько, что каждый вдох звучал как усилие, которое тело больше не должно было выдерживать. Помни на мгновение прикрыла глаза, будто даже держать их открытыми становилось слишком трудно, а потом снова посмотрела на него через усталую расфокусированность боли.       - Ты… волнуешься? - спросила она почти шёпотом.       - Нет, - ответил он сразу, слишком быстро для человека, который действительно был спокоен. - Просто ситуация дерьмовая. Вот и всё. И на секунду он замолчал, сам не замечая, как сжал её руку чуть крепче, чем собирался, будто это могло удержать её здесь. Помни снова слабо улыбнулась, и в этот момент Джекс впервые за всё время не нашёл ни одной шутки, ни одной привычной колкости, за которой можно было бы спрятаться от происходящего. Всё, что обычно работало как защита, вдруг оказалось пустым и бесполезным на фоне её рваного дыхания, дрожащего взгляда и того, как она всё ещё пыталась выглядеть спокойной.       А потом её тело просто исчезло. Так резко, будто её никогда и не было в его руках секунду назад. Его пальцы остались в воздухе на том же уровне, где он держал её запястье, и на мгновение он даже не понял, что именно произошло, просто стоял, глядя на пустое пространство перед собой, где только что была она.       - …Что? - выдохнул он почти без звука. Он медленно посмотрел на собственные руки, будто они больше ему не принадлежали, и впервые за всё время в этом месте, где любое безумие обычно превращалось в игру или шутку, он совершенно не понимал, что должно произойти дальше.       Его ладони были испачканы кровью, и он смотрел на них так, будто это уже не руки, а единственное доказательство того, что всё происходящее не сбой и не шутка системы. Пальцы едва заметно дрожали, но он упрямо держал их сжатыми, будто напряжение могло удержать реальность от окончательного распада. Шаги за спиной были быстрыми и неровными.       - Джекс!       Рагата подбежала первой, почти сразу за ней появились остальные. Она резко остановилась, переводя взгляд с искорёженной машины на него и обратно, и её привычная мягкость на секунду исчезла, уступив место тревоге, которую она не до конца умела скрывать.       - Ой-ой, беда… - тихо произнесла она, стараясь не усиливать напряжение. - Это ведь её первая смерть… В его взгляде не было привычной насмешки. Только резкая, холодная злость, направленная прямо на неё, как будто сам факт сказанного был чем-то неправильным. Он смотрел на             Рагату так, словно она только что произнесла что-то недопустимо лёгкое о том, что для него сейчас было слишком реальным.       - Что ты сказала? - голос был ровный, но в нём впервые появилась опасная острота. Рагата на секунду сбилась, но всё же тихо, осторожно добавила       - Комната проигравших… После «смерти» в приключении туда ведь отправляют всех. Она на секунду замолчала, чувствуя на себе тяжёлый взгляд Джекса, но всё же медленно выдохнула и чуть повернулась назад, к остальным. Гэнгл первой тихо кивнула, словно подтверждая слова Рагаты, и неуверенно добавила       - Так… так всегда было устроено… даже если это неприятно. Зубл фыркнула, но без привычной агрессии, скорее раздражённо от самой ситуации, чем от кого-то конкретного       - Тут вообще ничего нового нет. Королёр задержался взглядом на искорёженной машине, потом медленно моргнул и тихо, почти себе под нос, согласился       Рагата ещё раз посмотрела в сторону Джекса, но уже не задерживаясь, как будто решение было принято не ими. Она мягко собрала остальных взглядом, и группа медленно начала отходить обратно в сторону трибун. И уже почти на ходу, не оборачиваясь полностью, она всё же остановилась на секунду и тихо добавила, словно аккуратно ставя точку в том, что Джекс не хотел слышать       - Она не «рассеялась».

***

      Помни оказалась в своей комнате резко, сразу на кровати, будто её просто выдернули из аварии и бросили обратно в привычное пространство. Но ничего привычного в этом не осталось , мягкий свет, простая обстановка, ровные линии мебели вдруг ощущались чужими, как декорация, которая не имеет права существовать после того, что с ней произошло.       Паника накрыла сразу, без нарастания. Она резко вдохнула, и воздух будто застрял, не доходя до лёгких. Сердце ударило слишком быстро, тело дёрнулось, пальцы вцепились в ткань одежды, как в единственную точку опоры. Попытка сесть только усилила ощущение потери контроля. Фантомная боль не исчезла. В груди и животе оставалось чёткое, навязчивое чувство металла внутри, и вместе с ним и горячее, липкое ощущение крови, которого не должно было быть, но оно возвращалось с каждым вдохом. Тело не верило, что всё закончилось, и продолжало реагировать так, будто удар всё ещё внутри неё. Дыхание сорвалось окончательно, частое, рваное... Помни сжала футболку на груди, пытаясь хоть как-то притупить это чувство, но паника только усиливалась, закручиваясь внутри плотным, давящим комком. И чем сильнее она пыталась убедить себя, что она уже здесь, тем сильнее тело продолжало помнить, что секунду назад её вообще могло не быть. Резкий стук в дверь разорвал тишину так неожиданно, что Помни вздрогнула всем телом.             Звук будто пробился сквозь остатки паники и на секунду вернул реальность в чёткие границы комнаты. Сердце всё ещё билось слишком быстро, дыхание оставалось рваным, но внешний мир вдруг потребовал от неё реакции, и это оказалось сильнее.       - Помни? - голос Рагаты прозвучал за дверью мягко, но с явной осторожностью, будто она боялась спугнуть то, что происходит внутри. - Это я. Мы вернулись из приключения… и, если честно, мы просто хотели тебя увидеть. Проверить, как ты. Ты не обязана сейчас ничего объяснять, мы просто рядом... - Она немного помолчала, словно подбирая слова аккуратнее.       - Я знаю, что это было… очень тяжело. Первая смерть всегда такая. Ужасная, непривычная, и кажется, что мир просто ломается в этот момент. Но здесь это… не конец. Как бы странно это ни звучало, мы все через это проходим. Иногда больно, иногда страшно, но ты не остаёшься ...       Голос Рагаты стал чуть тише, теплее, без привычной суетливости.       - Мы умираем в этих приключениях снова и снова, и каждый раз это по-разному, но потом мы возвращаемся. И ты тоже вернулась. Это уже произошло. И это самое главное. Она снова ненадолго замолчала, потом мягко добавила:       - Если тебе плохо - это нормально. Правда. Тебе не нужно делать вид, что всё в порядке сразу. Мы рядом, Помни. Если захочешь поговорить или просто… посидеть с кем-то - мы всегда здесь.       За дверью послышался лёгкий шаг, будто Рагата уже собиралась уходить, но всё же оставила последнее, тихое:       - И то, что с тобой случилось… да, это было ужасно. Но ты не одна в этом.       Помни несколько секунд сидела неподвижно, прислушиваясь к тишине за дверью. Паника всё ещё была внутри, но теперь она будто осела глубже, перестав захлёстывать сознание. Она медленно выдохнула и, с трудом собравшись, поднялась с кровати и подошла к двери. Пальцы на ручке задержались на мгновение, прежде чем она осторожно приоткрыла её. В коридоре стояли Рагата, Гэнгл, Зубл и Королёр они не заходили внутрь, просто были рядом. Помни посмотрела на них и тихо выдохнула.       - Спасибо… ребята. Что пришли. И что вы со мной.       Рагата мягко улыбнулась, Гэнгл неловко кивнула, а Зубл отвела взгляд. Джекса не было среди остальный, и это почему-то задело сильнее, чем Помни ожидала. В памяти слишком отчётливо всплыл момент в искорёженной машине и его рука, сжавшая её запястье, неожиданно аккуратно для него самого, будто он пытался удержать не просто её движение, а сам факт того, что она ещё здесь. Она не сразу поняла, почему это так важно, и просто ещё раз посмотрела в пустое место коридора, будто проверяя, не ошиблась ли. Но ощущение не исчезало, и внутри оставалась странная, неприятная пустота, не совпадающая с тем, как она пыталась «собраться» после произошедшего.       Оставшийся день прошёл как в тумане, время просто проходило мимо, не фиксируясь нормально в памяти. Помни не выходила из своей комнаты, пытаясь отвлечься чем угодно, но всё, что она делала, быстро теряло смысл а мысли всё равно возвращались к одному и тому же моменту, к телу, к удару, к ощущению, что её могло не быть. Пространство цирка за дверью оставалось живым, но она как будто не могла к нему подключиться обратно. И только глубокой ночью, когда цирк окончательно стих и даже привычные звуки стали редкими и глухими, в дверь её комнаты тихо постучали. Почти сразу после этого послышался мягкий щелчок в замочной скважине и Помни сразу поняла, что это Джекс, потому что ключи от комнат были только у него       Дверь распахнулась, и на пороге стоял Джекс. Без привычной насмешки в лице, без ленивой уверенности... он выглядел так, будто пришёл не потому, что знает, что сказать, а потому что уже не мог не прийти.       Он на секунду задержался в проходе, взгляд скользнул по ней быстро. В этой короткой паузе была не шутка, не игра, а почти незаметная проверка, будто он хотел убедиться в одном простом факте что она всё ещё здесь.       - Я просто… зашёл, - бросил он первым, как обычно пытаясь спрятаться за привычной манерой. - Проверить, не устроила ли ты тут драму уровня «конец света».       Но фраза не сработала так, как обычно. Он сам это понял почти сразу, когда снова посмотрел на неё внимательнее, и привычная лёгкость в голосе на секунду дала сбой.       Он вошёл внутрь и, не делая лишних движений, сел рядом с ней на кровать - слишком просто для него, почти непривычно тихо, без привычного дистанцирования, которое он обычно держал между собой и остальными.       Помни сидела на кровати, сжатая и напряжённая, и стоило ему сесть, как что-то в ней резко дало трещину. Сначала она просто смотрела на него, будто не до конца веря, что он действительно здесь, а потом дыхание сбилось, и вся удерживаемая до этого стабильность рухнула разом.       Она закрыла лицо руками и сорвалась в плач - резко,как будто всё, что она держала внутри с момента аварии, наконец перестало помещаться в теле и вырвалось наружу. Это была не тихая реакция, а настоящая, разрывающая истерика, в которой страх, шок и запоздалое осознание смерти смешались в одно, лишая возможности дышать ровно и думать связно.       Джекс на секунду просто застыл. Его взгляд дёрнулся, плечи напряглись, и он неловко отвёл глаза, как будто не знал, куда себя деть в этой ситуации.       Потом он выдохнул и придвинулся ближе, почти неуверенно. Обнял её так, как будто это было неосознанным решением: одной рукой мягко, но настойчиво прижал её голову к своему плечу, не давая ей отстраниться, а второй опёрся о собственную голову, принимая почти ленивую позу, будто ему «всё равно». Он выглядел так, словно ему скучно и неинтересно, как обычно, но его действия полностью этому противоречили.       Он не говорил лишнего и не шутил. Просто удерживал её рядом, слегка наклонившись, и время от времени едва заметно проводил рукой по её волосам, почти машинально, но достаточно мягко, чтобы это не ощущалось пустым жестом. Помни на секунду даже не сразу поняла, что происходит - его руки такими теплыми и... родными?. Она будто зависла в этом моменте, всё ещё всхлипывая, но уже тише, и это неожиданное тепло и опора выбили её из пика истерики.       Постепенно она убрала руки от лица, медленно опуская их на колени. Она уткнулась лбом ему в плечо, словно сама не до конца веря, что может позволить себе просто остановиться хотя бы на секунду.       - Я… - голос сорвался, и она сглотнула, пытаясь продолжить. - Я правда думала, что в тот момент всё. Что это... конец. Джекс на секунду молча сжал пальцы на её голове чуть сильнее, чем раньше, потом выдохнул, будто подбирал слова с непривычной осторожностью.       - Это и было «конец», - тихо сказал он. - Просто не тот, о котором ты подумала. Она слабо покачала головой, всё ещё прижимаясь к нему.       - Это не должно так ощущаться… - прошептала Помни. - Я помню это. Слишком хорошо. Как будто оно всё ещё внутри.       Джекс на секунду отвёл взгляд в сторону, будто не хотел признавать, насколько точно она это описала, но потом снова тихо заговорил, уже без привычной резкости.       - Здесь всё так работает. Тебя ломает - и собирает обратно. И каждый раз мозг ведёт себя так, будто это было по-настоящему окончательно. Помни тихо вдохнула, уже не так рвано.       - И ты… тоже это чувствуешь?       - Да, - ответил он просто. Потом добавил тише, почти без привычной защиты - Просто я могу делаю вид, что нет, в отличнии от вас...       - Мне страшно… - призналась она почти шёпотом.       - Я знаю.       Помни не сразу ответила. Она всё ещё сидела, уткнувшись ему в плечо, и дыхание постепенно выравнивалось, но внутри оставалось ощущение пустого удара, как эхо. Пальцы слабо сжались на ткани его комбинезона, инстинктивно, как будто ей нужно было за что-то держаться, чтобы не провалиться обратно в то состояние.       - Я не хочу снова это чувствовать. Джекс молчал пару секунд, не убирая руки. Его привычная поза всё ещё пыталась держать видимость равнодушия, плечи расслаблены, корпус чуть откинут, но рука медленно скользнула по её голове и остановилась на спине, между лопатками, чуть притягивая девушку к себе.       - Будешь, - ответил он честно, без смягчений. И сразу, чуть тише добавил - Но не так… болезненно.       - Это должно было успокаивать? - спросила она слабым голосом.       - Нет, - коротко усмехнулся он. Она на секунду замолчала, потом чуть отстранилась настолько, чтобы видеть его лицо. Глаза всё ещё были влажными, но паника уже не захлёстывала так сильно.       - Ты… правда был там, - сказала она тихо, будто только сейчас это окончательно дошло. - Когда я… Он перевёл взгляд на неё и чуть сжал руку на её спине, смяв ткань её пижамы, будто удерживая её.       - Да, - ответил он после паузы.       Она снова опустила голову ему в плечо, но уже спокойнее, почти осторожно, словно спрашивая разрешения просто остаться так ещё немного, не возвращаясь сразу в одиночество.       - Тогда почему ты выглядел так, будто тебе всё равно? - вырвалось у неё почти шёпотом. Джекс на секунду замолчал. Его пальцы чуть дрогнули на её спине, и он медленно выдохнул, прежде чем ответить.       - Потому что если бы я начал паниковать вместе с тобой, ты бы точно не оценила мой «поддерживающий режим», - бросил он тихо, с короткой, почти вымученной насмешкой.       Помни на секунду замерла, а потом вдруг тихо выдохнула - и это неожиданно переросло в короткий, почти неверящий смешок. Она прикрыла рот рукой, будто сама не ожидала от себя такой реакции, и плечи слегка дрогнули, снимая остатки напряжения. Смех был слабым, но живым, как первый вдох после долгого давления внутри.       Джекс на это ничего не сказал сразу. Он просто откинулся назад на кровать, заложив руки за голову, и на секунду закрыл глаза, будто позволил себе наконец перестать держать всё под контролем хотя бы внешне.       - Первый раз такое, - произнёс он лениво. Помни повернула к нему голову, всё ещё с лёгкой улыбкой, не до конца понимая.       - Что «такое»? Он чуть приоткрыл один глаз, посмотрел на неё боком и, как будто специально возвращая всё в привычную ему плоскость, добавил:       - Так что там на счёт танцев с крокодилом? Помни на секунду зависла, не сразу понимая, о чём он вообще говорит, а потом до неё медленно дошло - и она чуть покачала головой, всё ещё с остаточной улыбкой.       - Ты сейчас серьёзно? - тихо спросила она. Джекс лениво пожал плечом, всё ещё лежа на спине с закрытыми глазами.       - Абсолютно. Я же должен как-то фиксировать важные жизненные события. Танцы в баре - это, знаешь ли, уровень хроники. Она тихо фыркнула, уже спокойнее, без той дрожи, что была раньше, и чуть подтянула колени к себе, устроившись на кровати рядом с ним.       - Это было просто… танцы, - пробормотала она. - И я вообще не уверена, что это можно считать чем-то «важным».       - Конечно можно, - лениво отозвался он. - Ты выглядела так, будто это был пик твоей карьеры. Помни закатила глаза, но улыбка стала заметнее.       - Ты невозможен.       - Я в курсе, - спокойно ответил он и наконец открыл глаза, повернув голову в её сторону. - Но ты не ответила. Она чуть нахмурилась.       - На что?       - На то, что ты, оказывается, умеешь танцевать, - сказал он с лёгкой насмешкой. - Я начинаю подозревать, что ты скрываешь больше, чем просто плохую координацию в гонках. Помни тихо выдохнула, уже почти смеясь снова.       - Это был один раз.       - Записал, - кивнул он с серьёзным видом, который ему совершенно не шёл. - «Опасный фактор: умеет танцевать при свидетелях».       Она тихо рассмеялась, закрыв лицо рукой...живой смех, который постепенно возвращал её обратно в реальность. И в этой тишине между шутками напряжение наконец начало отпускать окончательно, оставляя после себя не пустоту, а странное, тихое чувство, что рядом с ним это всё почему-то становится чуть проще.