стирая твоё одиночество

утреннее солнце подглядывало в окна, казалось, пустой прачечной в конце улицы. машинки и сушилки, стоящие в два ряда, грустили, приветствуя своими открытыми дверями нарушителя их покоя. кроме одной. он не сразу заметил человека, сидящего в углу. незнакомец был погружен в книгу, пряча своё лицо. на его коленях мирно спал черный кот, шерстку которого тот перебирал пальцами. пушистый тихо мурчал, изредка подергивая усами. парень прошёл вглубь помещения и обнаружил на стене правила пользования прачечной самообслуживания. прочитав их, он начал выбирать машинку, рассматривая все по очереди, будто между ними есть принципиальная разница, хотя на вид они все одинаковые. - вторая справа от тебя, - послышался мужской голос из угла комнаты, не бас, а мелодичный и звонкий сравнительно установившейся до этого тишины. - она явно постирает лучше. послушавшись, парень достал из пакета одежду, сложил её в барабан машины, закрыл дверцу и стал рассматривать рабочую панель. второй подавил смешок, отодвигая книжку - явно намечалось что-то поинтереснее. монетки вставлены, режим выставлен, “старт”. машинка отозвалась характерным звуком, настраиваясь и набирая воду. парень отошёл, не отрывая взгляд от барабана, пока тот не закрутил белье в своём водовороте. - ты же понимаешь, что они все одинаковые? - что? - он наконец-то перевёл взгляд с барабана на парня, сидящего в углу. у того были чёрные волосы, отросшие почти до плеч, со спадающей по обе стороны лица чёлкой, и бездонные яркие глаза, которые притягивали к себе издалека. на нем были, очевидно, домашние спортивные штаны и такая же кофта - расстегнутая и оголявшая плечо, под которой не было майки. губы парня растянулись в усмешке от того, с каким интересом его разглядывал незнакомец. - стиралки. они все одинаковые, - он смотрел, слегка запрокинув голову назад, ещё больше оголяя шею. в глазах таился огонёк - странный, пугающий, доселе неизведанный. - тогда почему… - шутка. я пошутил над тобой. парень нахмурился, задумавшись, видимо, складывая в голове пазл. кот, лежащий на коленях, повёл ухом, подслушивая этих двоих, но это осталось незамеченным за сплетением взглядов в безмолвной игре. длинноволосый похлопал по сиденью стула рядом с собой. окончательно закрыл и убрал книжку на полку неподалеку, не вставая. парень замялся, но всё же присел на стул - аккуратно, почти на самый край, но все равно оказался в непозволительной близости, что отозвалось на щеках розоватой неловкостью. второго это позабавило. - ты явно не здешний. откуда такой интересный экземпляр в наших краях? - он вопросительно выгнул бровь, поворачиваясь к парню корпусом, всё еще поглаживая пальцами мягкую черную шерсть. кот довольно отзывался на ласки, шевеля ушами, прислушиваясь. - ты прав. я здесь в командировке по работе, на пару недель, - он старался не смотреть в глаза, внимательно его изучающие. правильно, они - его ловушка. между тем длинноволосый рассматривал парня, залезая без спроса в его биополе. темные волосы с отросшей челкой, красивые губы, слишком миловидные и правильные черты лица. на нем были классические джинсы, белая майка и рубашка такого же цвета, небрежно накинутая сверху. цепочка с жемчугом спускалась с шеи, задерживая на себе изучающий взгляд. шея и открытый участок груди были покрыты испариной. в прачечной душно: несмотря на начало лета, дни были жаркими, лишь с утра ветерок напоминал о себе легкой свежестью. солнце без стыда запускало свои лучи через оконные стекла, лаская, испытывая. парень разглядел все проступившие на коже капельки. когда одна из них скатилась, прячась в вороте рубашки, длинноволосый шумно выдохнул и медленно провел языком по своим потрескавшимся от сухости губам. - горячо. - что? - душно тут, говорю, что аж влажно… - а, немного, - кажется, конец фразы он пропустил мимо ушей. что ж, его счастье. парень встал, чтобы открыть окно. коту, вмиг спрыгнувшему с его колен, явно не понравился такой расклад. он обиженно, но не без грациозности, ушел к незнакомцу, подставляясь под ласки, которыми сразу был одарен. длинноволосый вернулся на место, задрав одну ногу, глядя на пушистого предателя. - это сан-и. обычно он не идет к чужим, но, кажется, ты в его вкусе,... - юнхо, - не задумываясь ответил парень. - вот как. сказочно красиво. невероятно приятно, - под удивлённый взгляд он аккуратно взял ладонь парня и оставил на внешней стороне лёгкий поцелуй. - уён, к твоим услугам. юнхо шумно сглотнул, не отрывая взгляда от уёна. его щеки покрыл едва заметный румянец. не то чтобы он был скромником - наоборот. но этот парень что-то сделал с ним: одним взглядом, один жестом. а что дальше? - и мне…приятно. - безусловно. что-то опасное было в блеске его ярких карих глаз, нечитаемое. юнхо любил загадки; уён определенно ею являлся. достаточно пары минут, чтобы это понять. сколько же понадобится, чтобы разгадать? удастся ли?... - а ты здесь?...ждёшь? - юнхо отвёл взгляд, освобождаясь из плена чужих глаз. Он поглаживал черную шёрстку, с облегчением выдыхая, когда лёгкий ветерок проник сквозь распахнутое окно. - жду. свой бесконечный цикл. - мы же сейчас про…стирку? - юнхо махнул рукой на стиральную машину, что уже работала, когда он пришел. - угум. про нее. уён задумчиво рассматривал парня - но смотрел будто сквозь него, витая где-то в своих мыслях. ему вспомнился шум волн, такой страстный, бьющийся о пустой берег в рассветный час, когда одному ему не спалось. он сбегал туда, когда становилось невыносимо дышать, когда стены давили своей тяжестью. там он чувствовал себя по-настоящему свободным - пусть только до первого появившегося (кроме него самого) человека на прохладных камнях, бредущего куда-то, казалось, бесцельно; так же, как и он сам. от юнхо пахло морем. тем самым его морем. воспоминаниями, в которые хотелось вернуться, нырнуть с головой, как в те волны, которые он так и не почувствовал кожей. не успел. было что-то притягательное, почти осязаемое, в устоявшейся тишине, которую разбавляло потряхивание работающих машинок. ни грамма неловкости - скорее безмятежность под солнечным дурманом. она уносила мысли прочь, стоило им только посетить голову. солнце уже раскаляло асфальт и, казалось, сам воздух, в котором пахло чистотой и чем-то мыльным. будто кто-то пускал мыльные пузыри, что невесомо кружили по прачечной, переливаясь радугой. юнхо даже на секунду показалось, как уён тянется к одному из них и лопает, счастливо заливаясь хохотом - таким звонким, что его привкус ложится на губы ностальгией. взгляд невольно задержался на чужих пухлых губах, на родинке на нижней. юнхо почему-то подумал, что знал, какие они на вкус. сладкие, как вата летом в парке. как чупа-чупс с клубничным вкусом - розовый и прозрачный: он смотрел на солнце сквозь него, и это было очаровательно. как фруктовый лед ядовитого цвета, окрашивающий язык. как самое счастливое детство. таким он видел уёна. кот, который уже некоторое время не получал внимания от нового знакомого, запрыгнул на подоконник - принять солнечные ванны. он вместе с ними погрузился в воспоминания, что уносили кошачьи мысли далеко от прачечной. там была мамина ласка: её родной, шершавый язык вылизывал непослушную черную шерстку. мама была такой теплой, почти горячей - как это солнце. ветерок время от времени заносил запах подогретых полевых трав, заставляя сильнее тянуть воздух ноздрями. цикл стирки завершился, о чем напомнила одна из машинок мелодией, но ей не удалось переключить внимание на себя. чистое белье осталось лежать забытым и ненужным. юнхо следил за тем, как кофта уёна сильнее сползала с плеча, останавливаясь в изгибе локтя и оголяя грудь. но тот не спешил вернуть её на место. он увлеченно рисовал пальцем завитки на ладони юнхо - невесомо и щекотно, заставляя парня покрываться мурашками, которые шли от солнечного сплетения, из глубины. в какой-то момент их пальцы соединились в медленном и чувственном танце, затем разъединились, поглаживая друг друга, и снова переплелись. всё было так, как и должно быть. юнхо придвинулся ближе, потянулся и оставил поцелуй на плече уёна. он так чувствовал: будто если бы не сделал этого, их крохотный мир развалился бы в ту же секунду. и ещё один - чуть повыше. и ещё, только теперь на шее. поцелуи становились влажнее, пульс - учащеннее, дыхание - сбивчивее. не выпуская руку парня из плена своей, уён прикрыл глаза, слегка наклоняя голову назад и давая больше доступа. юнхо целовал его от шеи к плечу, остановился на ключице и провел по ней языком, заставляя парня дрожать сильнее - вместе со второй машинкой, которую трясло на последних перед отжимом оборотах. только им двоим известно, чем закончилось бы это странное знакомство, если бы не открывшиеся входная дверь. ещё один посетитель. уён испуганно отпрянул, натягивая кофту обратно на плечо и усаживаясь прямее. юнхо, словно в трансе, не спешил отстраняться, лишь оглядел вошедшую пожилую женщину, которой уён тут же бросился помогать со стиркой. юнхо поднялся, чтобы забрать из барабана свою одежду и переместить в сушилку. неловкость, которой не было минутами ранее, появилась, вторгаясь в их только появившийся мир. женщина заняла стул, на котором ранее сидел юнхо. уён, стараясь не смотреть на него (куда же делась твоя смелость, сладкий?), переместил свои вещи в сушилку и сел на свое место, нехотя отвечая на вопросы пожилой дамы. юнхо рассматривал стену со стикерами, где каждый мог оставить приятное пожелание, рисунок или что-то ещё. уён видел, как тот сосредоточенно что-то писал, улыбаясь уголками губ. забрав и сложив сухие вещи в пакет, юнхо подошел к уёну под его удивленный взгляд. тот выглядел, как нашкодивший кот. как забавно. парень наклонился к его лицу и невозмутимо произнес: - если я вернусь завтра, ты будешь здесь? уён слышал, как его сердце снова набрало разбег. поцелуи, полученные ранее, вспыхнули на коже летним зноем. - у тебя так много грязного белья? - сдавленно, но не без издевки, прошептал он. - нет, но я найду, чем испачкать. как и нашелся тот, кто обыгрывал уёна в его же игре. то, что до этого казалось без вопросов правильным, теперь стало ощутимо волнующим. - я буду ждать. за юнхо закрылась дверь, уён привстал, чтобы проводить его взглядом. цикл сушки его одежды завершился. как и его одиночество. правда?

***

уён с раннего утра не находил себе места. он бродил туда-сюда по прачечной - сначала просто так, потом стал считать плитку на полу. а после пересчитывал, сколько именно квадратиков серого, а не белого цвета, перескакивая с одной на другую. кот следил за его движениями настолько осуждающе, что разве только не закатил глаза. - ой, а сам-то…я видел, как дергался твой хвост рядом с соседской кошкой, - уён показал пушистому другу язык. - как думаешь, он придет? кот действительно мяукнул что-то по кошачьи в ответ. - но он обещал… - уён со вздохом забрался коленями на стул, облокотился на подоконник и печально посмотрел в окно, провожая взглядом проходящего мимо человека. он опустил голову на руки, не сводя глаз с окна, в которое уже заглядывало солнце, здороваясь. он так и уснул, досматривая ночной сон, который так нагло прервал будильник. через время свежий утренний воздух ворвался вихрем, когда дверь в прачечную отворилась. кот спрыгнул с подоконника, приветствуя вошедшего парня. тот сразу запустил руку в черную шерстку. - привет, сан-и, - прошептал юнхо, прикладывая палец к своим губам. - тшш. дадим ему еще немного времени? он поставил пакеты на небольшой столик у противоположной стены, затем аккуратно опустился на стул рядом. уён выглядел умиротворенно, из уголка его губ стекала слюнка на руки, заставляя юнхо улыбнуться. парень был в том же костюме, что и вчера. сложно было удержаться и не коснуться его длинных прядей, легонько поглаживая. и невозможно - не оставить невесомый поцелуй в висок. уён поморщился, просыпаясь, потянулся и открыл глаза, дернувшись от неожиданности. - ты…пришел, - он произнес это шепотом, не веря в свои слова, будто всё ещё находился в царстве морфея. - а ты снова здесь, на своём месте. - именно, - уён старался не выдать дрожь в голосе. они виделись только вчера, но он ждал парня, считая минуты. - почему ты здесь? - неожиданно спросил юнхо, пока уён поудобнее устраивался на стуле, разворачиваясь к нему корпусом. - интересно послушать твои догадки. юнхо задумчиво посмотрел на кота, который лежал на подоконнике, спрашивая подсказку у усатой мордочки, но тот даже ухом не повел. извини, дорогой, свои мысли нужно озвучивать - я не телепат. - тебе негде жить, и ты поселился в прачечной? прячешься здесь? - уён отрицательно покачал головой. - хм… ты призрак? точно! когда-то здесь было совершено зверское убийство молодого парня, чья душа навеки покоится среди стиральных машин и чужого грязного белья, - парень был очень доволен собой, будто раскрыл тайну мироздания. - вообще-то чистого! так-то оно постиранное. вот значит, что в твоей голове? - усмехнулся в ответ уён. - в ней не только такое. - расскажешь? - если хочешь. - я и не скрывал, что хочу…узнать, что в твоей голове. они замерли, глядя друг на друга. уён неспешно облизал губы. юнхо наблюдал, как его язык скользнул по губам, оставляя на них влагу, и исчез во рту. температура в прачечной повысилась. виной тому летнее солнце или…? - я кое-что принес, - парень поднялся и подошел к столику с пакетами. - помимо грязного белья? - помимо него. но и его тоже. запустим стирку? - юнхо подошел к своей машинке, достал из пакета белье и уложил его в барабан. - запустим, - одежда уёна уже была внутри, оставалось только включить. они одновременно выбрали режим и нажали “старт”. юнхо подошел ко второму пакету, достал из него мороженое и протянул уёну. - фруктовый лед, - довольно сказал тот, усаживаясь и тут же вскрывая упаковку. второй последовал его примеру. стоило уёну провести языком по розовому вытянутому мороженому, как юнхо забыл, как дышать. - вкусно-о-о, - протянул длинноволосый, затем обхватил холодный десерт губами и спрятал во рту. - а ты почему не ешь? оно и так подтаяло. - а ты на себя со стороны посмотри - поймешь. уён взглянул на юнхо, на мороженное, видимо, проводя ассоциацию в голове, и рассмеялся. - дурак озабоченный. - м, вот как. ну ладно, - юнхо, глядя в глаза парню, медленно лизнул кончик мороженого и обвел языком по окружности. уён напрягся, забыв про свое лакомство, но тот не останавливался: провел языком от края до деревянной палочки и вернулся обратно, полностью взяв мороженое в рот, посасывая. - к черту, - уен уронил свое мороженое на пол, притянул юнхо к себе, заставляя встать напротив, и принялся поспешно расстегивать его джинсы. - а если кто-то… - не то чтобы юнхо был сильно удивлен, но для приличия решил спросить. - мы закрыты. - но… - замолчи. если бы уён поднял голову, то встретился бы с самым хитрым взглядом. юнхо определенно знал, что делал. но уён был весьма занят: обхватив член рукой, он провел по головке языком, слизывая солоноватую жидкость, которая контрастом ощущалась после сладкого. теперь уже юнхо уронил свое мороженое на пол. его рука тут же нашла место в длинных волосах, сжимая пряди, настаивая. уёна не нужно просить дважды - он мальчик послушный. он сосал так старательно, периодически сжимая головку губами, что сам постанывал, посылая вибрации по члену, заставляя юнхо, не сдерживаясь, двигать бедрами, сжимать волосы и направлять. уён расслабил горло, позволил вести - трахать себя в рот, как тому нравилось. слезы собрались в уголках глаз, но он давно не чувствовал себя настолько нужным. его предательская кофта снова сползла с плеча, обнажая кожу. для юнхо это оказалось разрушительным. его стон лишь слегка заглушили машинки, что одновременно набирали обороты, потряхивая. проглотив сперму, уён облизался, наконец подняв взгляд на парня. глаза юнхо были такими черными, будто остался один огромный зрачок. он натянул назад джинсы, застегнулся и рухнул на свой стул. - вкусное мороженое, кстати. я бы сказал даже: лучшее из всех, что пробовал, - юнхо потерялся в довольном прищуре глаз. мороженое с пола убрали вместе. а после кормили кота вкусняшками, которые принес юнхо.

***

они нарочно сводили друг друга с ума, встречаясь каждый день в прачечной - их личном мире. узнавая друг друга постепенно, издалека, не спеша для тех, кто начал свое знакомство странным образом. вернее, это уён узнавал юнхо, а сам не особо рассказывал о своей жизни. юнхо до сих пор не знал, почему парень каждый день ошивался в прачечной, но выяснил, что та принадлежала его тетке, а сам он сирота. юнхо тоже отомстил уёну самым сладким (по мнению длинноволосого) минетом. возможно, потому что это был первый минет в его жизни. а может, потому что его делал именно юнхо, кто пророс в его сердце корнями с того момента, как зашел в постирочную комнату. или потому, что адреналин в его крови превышал допустимую норму, как и столбик термометра. это был самый жаркий день - во всех смыслах. они проводили вместе каждый день, когда юнхо был не на работе. один раз парень приносил ноутбук и пытался работать, сидя на стуле в прачечной, но уён не дал ему сосредоточится. им нравилось это ощущение тайны между ними. ощущение ускользающих дней, которое заставляло чувствовать сильнее. дрожать от каждого прикосновения, от каждого поцелуя - куда угодно, только не в губы. будто после этого пути назад не будет. уёну хотелось, чтобы его не было. ему хотелось на всех порах только вперед - вместе, отдаваясь летнему дурману, чувствам, которые пробудил в нем юнхо, стирая его одиночество. уёну хотелось, чтобы юнхо остановил его бесконечный цикл стирки, в котором он утопал, словно белье в пенной воде. он не знал, хотел ли того же сам юнхо. они не обсуждали то, что происходило между ними. но уёну было известно, какое число стояло в календаре. он боялся его наступления так сильно, что не хотел просыпаться утром. но он хотел увидеть его. даже если в последний раз. юнхо был задумчивым, постоянно прислонял к своим губам ладонь уёна, заставляя сердце трепетать. но этот трепет ощущался уже болезненно. никто не спешил говорить. между тем, минуты стремительно утекали. безвозвратно. это был единственный пасмурный день за две недели. две недели их лета. когда юнхо поднялся, чтобы попрощаться, глаза уёна заполонили слезы. встав на носки, он отчаянно прикоснулся к чужим губам своими, сминая их, забывая дышать. губы на губах ощущались крышесноснее, чем до этого - на члене. юнхо целовал в ответ так же жадно, исследуя рот языком, кусая губы до крови. это была точка невозврата. уён отстранился первым, не потому что хотел, а потому что знал, что парню пора было уходить. - ты забираешь с собой моё сердце, - прошептал он, стараясь не разреветься, отпуская руку юнхо из своей. - я оставляю его здесь. это было последнее, что услышал уён, прежде чем остаться одному в прачечной, которую покинуло даже солнце. слезы непрерывным потоком текли по щекам до подбородка и дальше. он встал коленями на стул, чтобы выглянуть в окно. спортивные брюки натянулись, оголяя его лодыжку - лодыжку, на которой крепко, впившись в кожу, висел электронный браслет.