Боги Олимпа

Глава 10 Вздрагивая от неожиданного холода, я просыпаюсь, и с ужасом обнаруживаю, что лежу не в кровати рядом с адонисом, а почти на самом краю высокой скалы, которую было видно с окна замка Лиэя. Тело, укрытое лишь ночным платьем, побелело, а зубы часто стучат друг о друга. Найдя в себе силы, я поднимаюсь и оглядываюсь. Видишь огромная высота и небольшая пещера, из которой появляются двое мужчин. Тот, что явно старше, лысый, бледный, одетый в тёмную мантию, и смотрящий на меня чёрными глазами, от которых страх становится ещё ощутимее. Второй молодой, чернокудрый, со смуглой кожей и изумрудными полуспящими глазами. -Здравствуй,Гера,-невероятно мягким и бархатным голосом говорит он. Я неосознанно отступаю, но заставляю себя остановиться, потому что с каждым шагом пропасть будет ко мне всё ближе. Всё тот же молодой снимает с себя тёмно-синее подобие плаща и кидает его мне под ноги; -Вам холодно, анасса. Оденьтесь. -Кто вы такие?-тихо спрашиваю я сухими губами. -Мы те, кто избавится от такой нежелательной фигуры на нашей доске, как вы,-вступает в разговор первый,-я-Эреб,а это Морфей. -Что я делаю здесь? -Морфей своей силой во сне перенёс вас сюда, а я пришёл исполнить указания своего господина,-спокойно отвечает Эреб,-убить вас. Здесь это будет сделать легче всего. Я обнимаю себя руками, смотря на них исподлобья: -Кто ваш господин? -Будущий истинный король-Каллистрат,-Эреб чуть склоняет голову. Я нервно и обессиленно усмехаюсь от всей ситуации, и от того, что спасти меня может лишь чудо. -Хозяин армии в триста тысяч человек видит во мне угрозу,-я широко улыбаюсь, теряя постепенно опору в ногах,-это приятно. -Вы желаете перед смертью обсудить с нами это?-Эреб хмурится. -К слову, о смерти,-теперь я делаю шаг вперёд, в упор смотря на Эреба,-ты ведь принадлежишь Периклису. Он обрадуется, когда узнает о твоей измене? -Если узнает,-он просто пожимает плечами. -О, он наверняка узнает, когда жена его сына умрёт,-в глазах медленно начинает темнеть. -Несчастный случай,-теперь Эреб идёт ко мне, губы растягивая в улыбке предвкушения,-а когда господин подчинит себе все дворы, он будет помнить обо мне. -Сомневаюсь, что он вспомнит о таком отродье... Он не даёт мне договорить, вдруг хватая за шею и легко поднимая над землёй, заставляя хрипеть. -Он не вспомнит о жалкой девчонке, что желала занять его место,-с каждым словом Эреб сильнее сжимает моё горло, заставляя в ужасе открыть рот, как рыба, выброшенная на берег. -Я уже замёрз,-устало протягивает Морфей, когда Эреб становится почти на самом краю пропасти. -Не переживай, мальчик,-он неожиданно ставит меня на землю, всё ещё удерживая за шею,-прощай, Гера. Что-то невероятно больное ударяет в затылок, и крик боли превращается в неизвестное мне слово: -Намарэ! Яркая вспышка ослепляет, а в следующий момент носом я ударяюсь о камень, не успев выставить руки. Прикладывая ладонь к лицу, я обнаруживаю обильное количество крови, а раздирающая боль заставляет зарыдать, закрывшись руками. Я чуть не умерла. То и дело вздрагивая теперь ещё и от всхлипов, я нахожу в себе силы открыть глаза и посмотреть вокруг. На тех местах, где до этого стояли Эреб и Морфей, лежат две кучки пепла, и больше ничего. -Надо уходить,-сама себе говорю я, не понимая, что только что произошло. Всё же я поднимаю плащ, брошенный мне, и укутываюсь в него, желая хоть немного согреться. В кармане я нащупываю что-то вроде платка и без раздумий прикладываю его к разбитому носу. Выход отсюда только один. Через пещеру. Замок недалеко, насколько идти до него-не ясно. Однако не идти нельзя, поэтому я делаю первый шаг в темноту. Удивительно, но на камне оказывается оставленный зажжённый факел, который я беру в правую руку, левой всё ещё придерживая платок. Тело продолжает трясти от холода и боли, мелкие камешки то и дело врезаются в голые ступни, заставляя поджимать губы и сдерживать слёзы. Постоянно проползающие мимо пауки и сороконожки заставляют шарахаться, а желание пить становится невыносимыми с каждой секундой. Пещера оказывается не такой уж длинной, как я думала, поэтому через короткий промежуток времени мои глаза снова видят солнце, а уши слышат звонкое журчание. Откуда-то со скалы бурно стекает ручей, чуть дальше превращаясь в мелкую речушку. Я подхожу к расщелине ближе и, набирая ледяную воду в руки, крупными глотками жадно пью её, несмотря на ломоту в зубах. Горло обжигается, но я продолжаю пить столько, сколько, наверное, не пила в жизни. Наконец оторвавшись от потока, я простирываю насквозь пропитанный кровью платок, затем полностью умывая лицо. -Так. Хорошо. Подогнув ноги так, чтобы можно было их взять, сидя, конечно, далеко неприлично, я по очереди осматриваю мелко изрезанные ступни, где полосами выступает кровь. Снова намочив ладони, я обмываю все царапинки, с каждым мгновением всё больше ощущая неимоверную усталость. -Несчастья уже настигают тебя, девочка. Я резко оборачиваюсь на знакомый голос и вижу три плаща, стоящих в нескольких шагах от меня. Находя в себе силы встать на неустойчивых ногах, хмурясь, я спрашиваю: -Что вам нужно? -Удостовериться, что ты жива. -Как будто, если я умру, вы не узнаете об этом первыми,-я усмехаюсь. -Нет, пока ты не умрёшь. Тебе отведена другая роль. -Так, может, вы поможете мне вернуться в замок? -Мы хоть и родственницы тебе в каком-то плане, в судьбу не имеем права вмешиваться. Зевс уже вмешался. -Вот как,-я продолжаю нервно усмехаться,-значит, вы не намерены меня поддержать, несмотря на то, что со мной только что произошло. -Это следствие из твоих поступков, дитя,-плащи одновременно делают короткий шаг вперёд,-чем выше летишь, тем больнее падать. -Вы пришли мне загадками говорить?-я недовольно хмурюсь. -Мы пришли напомнить, что любые действия имеют последствия, и пришли поздравить тебя. -С чем же? Вместо ответа они, как на свадьбе, собираются в один шар и лопаются, снова оставляя меня наедине с собой. От злости хочется кричать, но вместо этого, наблюдая за сгущающимися тучами, я принимаю решение немедленно отправляться замок. С первым шагом раздаётся первый гром и падает первая капля, поэтому я плотнее утопаю в плаще, понимаю, что вот-вот начнётся ливень. Дождь уже полностью промочил ткань, раскаты грома и вспышки молнии стали такими частыми, что я уже почти не обращаю на них внимания. Из-за намокшего песка идти тяжело, но в то же время легко, потому что уж лучше так, чем по раскалённым от солнца камням. С каплями смешиваются мои слёзы от усталости и жалости к самой себе. На боль я заставляю себя не фокусировать внимание, иначе стало бы ещё хуже. Ноги подкашиваются, я обессиленно падаю на колени, когда замок виднеется недалеко, но и не близко. Закрыв лицо руками, я бессвязно шепчу: -О, Зевс, мой великий покровитель и отец рода моего, помоги мне и пошли свою благодать,-начиная вздрагивать от рыданий и безысходности, я говорю одними губами,-пожалуйста. Новая вспышка молнии одновременно с громом становятся такой силы, что заставляют меня посмотреть удивленно сначала на небо, а затем вперёд, и увидеть три несущихся на меня коня и двух всадников на них. Только когда они оказываются ближе, я понимаю, что это не кони, а мы и щенки, а всадники на них-Адонис и Клеон. От облегчения я громко смеюсь, а по щекам бегут слёзы, когда я всё же снова поднимаюсь. Мужчины спрыгивают, быстрыми шагами направляясь ко мне, но Танат,Стикс и Эреб оказываются быстрее, по очереди смотря на меня грустными алыми глазами, и, прижимаясь, оставляют мокрый след от языка на щеке. Тело снова не слушается, но мне удаётся задержаться за мощную шею Эреба, пока меня не перехватывает явно взволнованный Адонис. -Гера,-он убирает прилипшие к лицу пряди волос, уверенно держа меня на руках,-у тебя кровь... Всё вокруг постепенно начинает размываться, но осознание, что я в безопасности, не сводит с губы вымученную улыбку. Перед тем как то ли заснуть, то ли потерять сознание, я чувствую на лбу тёплое прикосновение и слышу слова Клеона: -У неё жар,король... *** Когда я просыпаюсь, то от облегчения, что лежу на мягкой постели, снова прикрываю глаза. Тело и лицо тут же начинают болеть, но уже меньше. Желание пить всё же заставляет меня приподняться и увидеть уснувшего на моих коленях Адониса. Видимо, почувствовав движение, парень почти вскакивает, а его синяки под глазами стали ещё более чёткими, придавая уставший больной вид. -Всё хорошо?-на всякий случай спрашиваю я. -Хорошо,-он сгребает меня в крепкие, но осторожные объятия,-я не хотел спать, пока ты не придёшь в себя. -И сколько я не приходила в себя? -Три дня. Я не нахожу в себе сил особо удивиться, поэтому просто утыкаюсь носом в плечо Адониса, обнимая его в ответ. -Мы переживаем за твоё состояние, поэтому срочно воззвали к Асклепию. Он приплыл почти сразу. Благодаря его людям твои раны затянулись. Что произошло? -Наконец-то вы пришли в себя! Подняв взгляд, я вижу вошедшего в покои немолодого седого мужчину, с седой щетиной и такими же короткими волосами. На нём лёгкая зелёная мантия, под цвет его глаз, которые смотрят на меня с изрезанного морщинами лица. -Король, если вы не возражаете, я хотел бы поговорить с королевой наедине. Я не решаюсь спросить Адониса почему мужчина называет меня так, поэтому просто отпускаю его, получив короткий поцелуй в щёку. -Наверное, вы уже догадались,-улыбаясь мужчина делает несколько шагов вперёд,-я-Асклепий, представитель двора врачевания. -Вы, верно, уже знаете моё имя?-после вопроса я наконец утоляю свою жажду водой из кувшина, стоящего рядом с кроватью. -Разумеется. Я дал клятву вашему мужу, что мой двор, теперь ваш. Армия у меня небольшая, поэтому едва ли я смогу предложить вам её, но у меня есть ученики, способные творить то, что вы не в силах представить. Десяток их в бою будет полезнее сотен человек. -И что же они умеют?-я складываю руки на груди, не понимая, почему он дал клятву именно Адонису. -О, это вы увидите, посетив мой двор,-он довольно кивает,-но об этом позже. Сейчас мне бы хотелось поговорить с вами о том, что произошло, и о вашем положении. Я не отвечаю, лишь взглядом говоря, что готова слушать. -Мои мази заживили ваши многочисленные порезы на ступнях и разбитый нос. Отвар позволил смягчить болезнь, возникшую из-за переохлаждения и испуга. Сейчас вы, вероятно, чувствуете ломоту и усталость-это остаточные симптомы. Через несколько дней вы снова сможете встать на ноги устойчиво. Всё усугубилось, как я уже сказала, вашим неким состоянием... -Каким?-не понимаю я,-говорите прямо. -Реакция на одно из моих лекарств дало мне повод дать так называемый показатель, по которому я и выяснил, что вы носите ребёнка, поэтому тело отреагировало более остро, чем обычно. -Ребенка?-от удивления брови, кажется, уже где-то на лбу, а голос я понижаю,-это точно? -Абсолютно,-теперь он садится рядом, чуть наклоняясь ко мне,-опережу ваш вопрос: я не сказал никому. Учитывая вашу цель вернуть себе трон, я понимаю, что, возможно, вам необходимо принять решение. Ещё можно всё изменить, выпив чай, если вам так будет угодно. В любом случае, какое бы вы решение не приняли, я помогу. Его слова я слышу сквозь пелену, понимая, что ребёнок совсем не входил в мои планы, и стоило бы попросить чай прямо сейчас. Но, как говорил дядя, не стоит принимать решения на горячую голову, особенно когда есть хотя бы крупица сомнения. -Хорошо, я подумаю,-я поджимаю губы и смотрю на Асклепия просящим, но твёрдым взглядом,-но до тех пор, пока я не приму решение, всё это должно остаться между нами, а поведение быть таким же, будто этого разговора не было. -Клянусь вам,королева,-он чуть склоняет голову,-все желают услышать, что же с вами случилось, и как вы оказались вне замка. Ваш муж поможет вам дойти до зала совета. Мужчина уходит, оставляя меня просто смотреть в одну точку, на повторе прокручивая его слова, неосознанно складывая ладони на животе. -Готова? Голос Адониса заставляет меня отдёрнуть руки, а сердце пропустить удар. -Да,-едва слышно говорю я, но тут же возвращаю голос уверенность,-просто завернусь в плащ. -Кстати, о нём. Парень притягивает мне небесно-голубую сложенную ткань, с лежащей на ней брошью в виде молнии. Подарок приятно удивляет, поэтому я поднимаю на Адониса благодарный взгляд, говоря искренне: -Спасибо. Поднимаясь я надеваю полученный элемент одежды, закрепляя его на груди символом своего двора, и решаюсь посмотреть в зеркало. Сидит он действительно хорошо, красиво струится, контрастируя с едва золотистым цветом кожи и спутанными волосами, которые я поспешно поправляю, раскладывая по плечам, но всё ещё выгляжу болезненно, что не устраивает меня. -И как они пропали? -Эреб почти сбросил меня, но тут голову пронзило болью, я закричала,-спутанно отвечаю я,-потом были вспышки, а затем от них остались лишь кучки пепла. Я окидываю взглядом озадаченных Адониса и Андреса, останавливая его на Клеоне, который совсем не кажется удивлённым, хотя даже мне непонятно произошедшее. -Что?-не выдерживаю я. -Вам исполнилось восемнадцать,королева,-начинает советник, приковывая к себе внимание остальных,-с этого возраста все, в чьих венах течёт кровь Зевса, получают способность управлять громом и молнией, но зачастую не понимают, как это делать. Вы открыли это в опасной ситуации, сами этого не знаю. Вы помните, что крикнули? -Нет,-я нервно перебираю пальцами. -О чём я и говорю,-Клеон кивает,-это вложено на подсознательном уровне. Чтобы управлять молнией, когда пожелаете, нужны годы обучения с тем, кто знает об этом. Разве Ахиллес не говорил вам этого? Он должен был вас подготовить. -Не припоминаю,-хмуро отвечаю я. -Впрочем, в нём больше крови Артемиды, как и в вашей матери. Вероятно, он просто не знал. -Но ведь вы знаете,-я скептически вскидываю бровь. -Я-советник. Я обязан знать историю и особенности всех дворов. Это очень даже полезно. -Так, может, ты знаешь того, кто сможет научить управлять этим?-вмешивается Адонис. -Этим занимались специально обученные люди, которые сейчас, если и остались, то где-то далеко, в силу своей не надобности,-отвечает Клеон,-раньше они были обязаны жить во дворе Зевса, чтобы обучать его потомков, но последний был при вашем отце с мальчишкой. Позвольте мне отправиться на их поиски. -Они сбежали?-предполагаю я. -Да. После смерти вашего отца, как и многие. -Вы считаете, я буду рисковать своим советником ради тех, кого, возможно, уже нет?-я вскидываю бровь, поражаясь подобной глупости. -Из присутствующих и подчинённых я единственный, кто знает и общался с Геодором, и единственный, кто сможет убедить его. -Это рискованно, но это исключительный шанс, который в разы увеличит наши шансы,-тихо говорит Адонис,-другого выхода у нас нет. Я смотрю на него с немым вопросом, говоря остальным: -Оставьте нас с королём. Советник и командующий уходят, Адонис подходит ко мне сзади, ладони кладя на плечи: -Вы сошли с ума?-не выдерживаю я, предпринимая попытку подняться, но парень удерживает меня,-я не желаю обсуждать это. Тем более когда ты стоишь за моей спиной. Парень вдруг резко разворачивает стул к себе, руки упирая в подлокотники на разных сторонах и нависая надо мной, заставляя скинуть голову: -Ты думаешь, я хочу отослать его?-спокойно начинает Адонис,-я так же дорожу им, но тобой дорожу больше. Если ты как королева не прикажешь ему сделать то, что он желает ради тебя и нашей победы, то как король прикажу я. -Как король ты уже принял клятву верности у Асклепия,-холодно отвечаю я, прожигая его взглядом. -Потому что я стараюсь ради тебя!-Адонис раздражённо отходит к окну, становясь ко мне спиной. Едва шумно выдыхая, я поджимаю губы, закрывая лицо ладонями, не понимая что делать дальше. Со всем. -Гера. Убирая руки, параллельно растирая по щекам слёзы, я с удивлением обнаруживаю стоящего передо мной на коленях Адониса. -Прости,-лбом он утыкается в ткань моего платья,-ты и без того ещё слаба, и тут ещё мы. Я метаюсь между тем, чтобы сказать ему о ребёнке сейчас или не говорить, но решаю, что пока не время, поэтому говорю другое: -Ты тоже. Я прикажу Клеону, но с ним отправятся ещё люди с армии. Адонис приподнимается, сразу же сминая мои губы своими, пальцы запуская в волосы. И этот поцелуй позволяет мне откинуть все мысли, оставляя лишь ощущения. *** -Я приказываю вам, советник Клеон, отправиться на поиски Геодора и привести его ко мне, чтобы напомнить о его долге и необходимости его исполнять. Для безопасности я дарую вам десять воинов со своей армии, чтобы вы были под защитой, но не привлекали много внимания,-ветер развивает мои волосы и плащ, смахивая выступившие на глаза слёзы, когда я смотрю на стоящего передо мной на коленях Клеона, опустившего голову. Стоящий рядом Адонис поглаживает мой большой палец своим, как бы успокаивая. Удивительно, как сильно я привязалась к мужчине, пугавшего меня на первой встрече. Раздражает подобное излишнее эмоциональность. -Королева,-советник поднимается, смотря на меня до боли нежным и печальным взглядом,-я исполню ваш приказ во что бы ты ни стало. Обещаю вам. Резкое желание обнять его я подавляю, просто коротко кивая и говоря совсем не слышно: -Вернись живым. На Адониса он смотрит спокойно, говоря короткое: -Мой король. После этого Клеон жестом зовёт воинов, с которыми тут же размеренными шагами покидает территорию замка. Ворота за ними закрываются, а Адонис мягко обнимает меня, позволяя дать волю чувствам.