Свет между строк

Рука бледной девушки остановилась на секунду, перед тем как перелистнуть страницу книги. Ее обложка все еще была пыльная, несмотря на продолжительное чтение. Текст был мелкий, и слова начали двоиться. Уэнсдей прикрыла глазала и медленно покачала головой. Буквы перестали множиться только через пару морганий. До конца прийдя в себя, провидеца отвела глаза от книги немного в сторону. Библиотека никому не известной деревеньки оказалась той же, полки не плыли. Уэнсдей думала о Офелии. Разговоры с ней изматывали, давали недолгосрочное. Брюнетка давно не могла вновь увидеть ее. Несмотря на то, что со временем видения участились, и дар окреп, после коротких разговоров Уэнсдей чувствовала себя хуже, чем обычно. Голова кружилась все больше, голос родственницы утыкался в виски и не уходил из головы. И с каждым разом становилось хуже. Провидеца не знала, что ей нужно от Офелии. Ее просто интриговало неизведанное, а беседы с Офелией всегла были необычны. Задумавшись, Уэнсдей покрутила двумя пальцами подвеску Аддамсов. Книга, давно запылившаяся, лежавшая в дальнем углу библиотеки, снова не принесла плодов. Чтение было затруднительно. Уэнсдей начала задумываться о том, что когда нибудь сойдёт с ума, в одиночестве за книгой. В этот раз Аддамс совсем не хотелось возвращаться в обветшалый дом на самом краю деревни. Она давно жила абсолютно одна, Вещь оставался с ее семьёй, а брат занимался карьерой. Больше, впрочем, она не интересовалась жизнью семьи. Удивительно, но провидеца не хотела покидать библиотеку не из-за возможности прочитать больше книг для связи с Офелией, и не из-за долгого пути. Уэнсдей не могла снова оставаться абсолютно одна. Прежняя Уэнсдей не поверила бы в это, но сейчас девушка выбрала бы короткий взгляд на библиотекаршу, чем полное уединение. Как бы брюнетка не пыталась убедить себя в том, что продолжение всего этого сильно вредит ее здоровью, она все же лезла, не обращая внимания на ухудшение происходящего. Казалось, ее действия и приведут Уэнсдей к необратимому. Бросив подвеску, Уэнсдей встала, проверяя равновесие. Вернув книгу на нужную полку, ее взгляд поднялся до часов. Время близилось к вечеру. Аддамс вздрогнула, услышав голос, и медленно выдохнула, поняв, что не узнает в нем Офелию. Она впервые слышала его. Похоже, этот кто-то разговаривал сам с собой, и не только потому что брюнетка не могла себе представить это место в присутствии большего количества людей, чем она и библиотекарь. Голос показался далёким, холодным, но чем ближе Уэнсдей подходила, тем роднее он казался. Стук ее обуви смешивался с милым голосом незнакомки. Перешагнув через небольшой порог между залами библиотеки, она увидела светловолосую девушку. Блондинка негромко читала вслух, ходя кругами. Похоже, ее очень впечатлила книга, и сама голубоглазка была очень эмоциональна. Ее одежда ослепительно выделялась на фоне тёмной библиотеки, и Уэнсдей удивилась тому, как эта яркая особа оказалась в таком месте. Деревня была глухой и давно вымершей. Уэнсдей никогда не видела здесь никого кроме стариков, сводящих концы с концами в бедности. Светлый вид встречной удивил ее. Но, похоже, девушку в ярком ничего не смутило, и она продолжала читать какой-то роман вслух.