Смерти Нет

30 IV. 1461 год Новой Эпохи. Спустя 1 год после Великих Событий. Не плачьте вы о них В томительном бессилье, Желая удержать, Когда их час придёт. Поймите, смерти нет: Они, расправив крылья Уходят ввысь В стремительный полёт...       Вечер. Дезмонд вышел из комнаты, держа в руках небольшой букет ромашек — почти такой же всё ещё стоит на подоконнике в вазе. Только, если прошлый давно засох, то этот был свеж. Полуэльф бросил взгляд вниз: гостиная была такой же, как и вчера, будто никто сюда и не входил. Ирдиса не было в помещении — видно опять сидит в своём кабинете за листами пергамента... Он обречённо вздохнул и направился туда.       Раздался стук в дверь.       — Заходи, Дезмонд, — не отрываясь от работы, сказал Ирдис.       Большая дверь отварилась и в комнату вошёл полуэльф. Маг слегка обеспокоенно посмотрел на «сына»: тот был одет в свою тёмную походную одежду, а поверх накинут... дорожный плащ.       — Ты как? — спросил эльф.       Дезмонд пожал плечами. А что он может сказать? «Нормально» — наглая ложь; «плохо» — тоже не правда. С момента смерти Торвальда прошёл уже год, а чувство странной пустоты всё ещё не покидало его, подтверждая все самые страшные опасения...       — Отец, у меня есть просьба.       — Что случилось?       — Мне... — начал Дезмонд, — нужно, чтобы ты перенёс меня на Ксентарон. — в ответ удивлённый взгляд Ирдиса, он добавил, — ...ты ведь помнишь какой завтра день?       Маг задумался.       — А-а, первое мая...       Полуэльф кивнул, уже заранее зная, что отец понял про что он говорит. И что хочет сделать. Ведь ровно год прошёл с тех пор, когда в Энии случился первый пир в честь погибших — больше года со дня, когда он вернулся, оставив часть себя в холодной земле чужого дома.       — Хорошо, — Ирдис медленно поднялся изо стола, — но, пожалуйста, будь осторожен. Как я выяснил, мои магические кристаллы не работают на столь большом расстоянии. И возвращайся поскорее...       — Только давай теперь поаккуратнее... В прошлый раз вместо меня к башне Деймоса ты доставил Торвальда.       — Кхм! — Ирдис смутился. — Боюсь спросить где была Алатиэль...       — На Острове Драконов.       — О, Нариэль...!       Дезмонд слабо улыбнулся — кажется, впервые за долгое время.       В этот раз всё прошло хорошо. Дезмонд оказался прямо перед дверьми Тёмной Башни, чем немало испугал сторожей. Те, от резкой материализации незнакомца, чуть было не остались в беспамятстве.       — Мне нужно к Деймосу, — попросил полуэльф и один из стражников вызвался провести его.       До комнаты Повелителя они дошли молча: пока блуждали по коридорам, никто не проронил ни слова. Стражник подошёл к свери, постучал, а затем раскрыл её перед гостем. Дезмонд вошёл, хотел уже что-то сказать, как вдруг в удивлении замер.       Помимо Деймоса в помещении был не кто иной, как...       — Безымянный Бог? — удивился полуэльф, не скрывая своего шока. — А вы-то тут какими судьбами...?       — Ничего-ничего, я уже ухожу! — с лукавой улыбкой говорил он, а затем мигом исчез, оставляя удивлённого Дезмонда и, как всегда, мрачного духом Деймоса наедине.       — Не спрашивай, — бросил Тёмный Повелитель, заранее отметая любопытство гостя. — Я так понимаю, ты здесь за другим.       — За другим... — тихо повторил полуэльф, завязывая светло-русые волосы в небрежный хвост. — Но, думается мне, лучше завтра. Поспать бы сейчас...                               ***       — Странно... — говорил Дезмонд. Голос его дрожал. — Уже год прошёл, а я всё ещё не смирился с потерей. Что тебя больше нет.       Он замолк. Замолк, будто ждал, что кто-то ему ответит. Взгляд карих глаз в бесцельном ожидании припал к могильному камню.       Солнце в этот день, будто насмехаясь над всем его существованием, не закрывало ни одно облачко, ветер полностью стих, не давая хоть на секунду вновь почувствовать себя живым... Мир вокруг так ярок и чист, но для Дезмонда теперь существует лишь неясная серая глубь собственных раздумий, собственных страхов. Почему? Почему так тяжело смириться со смертью? Уже год прошёл... Не день, не неделя, не месяц... Год! А всё ещё главным страхом остается просыпаться посреди ночи и осознавать, что в постели ты один. Что нет больше того, кто коротал с тобой бессонные кошмарные вечера. Что ты теперь один.       — Я так хочу тебя забыть, — вдруг громко бросил Дезмонд, не отрывая взгляда от холодного могильного камня. — Забыть, не помнить о тебе! Да лучше бы мы вообще не встречались!       После этих слов в груди разлился холод, а по щеке предательски скатилась слеза. Дезмонд утёр её рукавом.       — Прости... Наверное, я уже просто схожу с ума, — он усмехнулся и, сделав шаг к могиле, медленно положил на неё скромный букет. — Ромашки. Мои любимые... Помнишь, как ты принёс их мне однажды? Ну, для зелий разных... Этот букет до сих пор стоит у нас на подоконнике. Высох уже давно, правда, ну ничего страшного...       Дезмонд присел в траву и вновь с горечью взглянул на надпись. «Торвальд».       — Знаешь, я скучаю... Вот почему ты сейчас не со мной? Почему я не молвлю в блаженном забытие твоё имя, а вижу его на... твёрдом, веющим только холодом и смертью, могильном камне!? — Дезмонд сделал паузу, дабы унять проснувшиеся эмоции. — Спросишь, как жизнь? Да никак... У Алатиэль сын недавно родился, Ирдис утоп в делах, им не до меня... Спросишь, что делаю? Лежу себе целыми днями в постели, в дурных размышлениях путаюсь. В мечтах о том, что всё могло быть иначе... — голос вдруг совсем ослаб и полуэльф, на удивление, немного улыбнулся. — Вот почему ты не послушал меня тогда...? Я же говорил, возвращайся в башню... Кричал тебе... Ты не слышал. Или не хотел слышать. Я ведь видел, Торвальд, как твоё тело, израненное, упало в окровавленный снег... Тебе-то ничего, ты мёртв, тебе не больно. А мне до сих пор это в кошмарах снится, — вдруг дыхание перехватило... По щекам покатились горькие слёзы. Дрожащим голосом Дезмонд с трудом вымолвил последнюю фразу. — А ведь... если бы ты послушал... ты был бы жив!...       И, не сумев больше держаться, он отдался собственному горю. Сколько часов он ещё провёл на могиле? Не знамо. Но день медленно догорал.