Волшебная лавка «Дорэтт»

Солнце только-только начинает выглядывать между домами, подсвечивая красные черепицы и низ башен, улицы ещё наполнены прохладной тенью от навесов и деревьев, когда Ким Тэхён спешит к своей магической лавке, попутно поправляя очки и заправляя вытянутый из брюк край рубахи, которым протирал стёкла. Потертая тканевая сумка через плечо легко шлепает по бедру. Нужно успеть. Каждое утро Тэхён так рано спешит по почти безлюдным уличкам ещё спящего городка, чтобы открыть свою магическую лавку, убрать в ней и даже выпить чашечку ароматного кофе для дополнительного поднятия бодрости. Лёгкую вывеску с красивым «Дорэтт» раскачивает ветерок. Тэхён отыскивает в кармане коричневых брюк ключ и вставляет в замочную скважину, поворачивает медленно два раза, наслаждаясь звуком и тянет дверь на себя. В этот момент раздаётся тихий хлопок, словно что-то лопнуло и всё вокруг, включая самого Кима, оказалось усыпанным какой-то позолоченной пылью с едва уловимым сладковатым ароматом. Замерший на несколько секунд, Тэ наконец-то открывает крепко зажмуренные глаза и понимает, что эта пыльца липкая. Она везде: на коже и одежде, на очках и обуви, она в волосах, на двери и немного на витрине, и даже на полу, который Ким идеально отмывал вчера перед закрытием. Пострадал немного и товар, который расставлен ближе ко входу. Опять. Очередная пакость. Тэхён поджимает губы и выдыхает. Пыльца забилась даже в ноздри. Ким снимает очки, оглядывается по сторонам, близоруко щурясь, и заходит в помещение. Тихо прикрыв за собой дверь, он достаёт из сумки записник, открывает его, долистывает до заклинания для уборки, настраивается и начинает сосредоточенно, чётко и достаточно громко читать, подняв руку вверх и вертя указательным пальцем. На пятой строчке золотая пыльца начинает тускнеть и исчезать с поверхностей, волос, одежды и кожи. Сладковатый запах тоже исчезает, из жирного амбре превращаясь в лёгкий и даже приятный шлейф. Тэхён опускает руку, когда от чужой, неудачной, но, кстати, весьма эффектной шалости, не осталось ни следа. Благослови Саури магию! Без неё этот позолоченный тихий ужас пришлось бы оттирать добрых полдня. Но теперь можно быстро продолжить приготовления. Тэхён проходит к столику, оставляя на деревянном, довольно высоком стуле сумку, кидает на поверхность столешницы записник и оглядывается. Магическая лавка, на деле магазинчик со всяким волшебным хламом, начиная от заколдованного антиквариата, продолжая разными травами, зернами, редкими образцами материалов, растения, косметика, средства для дома, даже некоторые продукты, книги, припавшие слоем пыли, и многое-многое другое, среди обывателей носит название «хламовник». Но каждый день кто-то открывает дверь, над которой тихо звякает колокольчик, и Ким Тэхён с улыбкой на лице сопровождает потенциального покупателя, рассказывая досконально о каждом интересующем визитёра товаре. Магическая лавка не была семейным делом. Отец Тэхёна занимался изобретениями, мать держала таверну «Сереные ветра». Долго не понимавший, чем же он хочет заниматься, Ким присматривался, изучал, пока однажды к нему в руки не попали заколдованные часы, старинные, красивые, с цепочкой, легко помещавшиеся в карман. Переняв от отца некоторые умения чинить и создавать, и сочетая это с магией, передавшейся в дар от матери, Тэхён смог вернуть предмет к жизни, и оказалось, что эти часы могут останавливать время и даже переносить на несколько минут назад, стирая полностью то, что было до. С того момента разные предметы начали появляться в большом сундуке, который так же стал находкой. Тэхёном это воспринималось сначала как хобби, потому что его познания в области ботаники и зелий толкнули к открытию небольшой лавки флористики. Но потом всё изменилось. Таскать на работу старые находки и чинить их там становилось чем-то из разряда привычки. Забиться к стеллажами с растениями, подставиться под мощный луч солнца, взять даже кофе и копаться в очередном найдёныше, пока кто-нибудь не заглянет оказалось самым настоящим наслаждением. Иногда Тэхён засиживался до ночи, иногда ночевал просто на работе. А однажды заглянувший сосед Чимин, торгующий вкусными булочками, изменил всё окончательно. В тот весенний вечер, когда Тэхён постепенно думал заканчивать смену, полуэльф заглянул растерянным и даже огорчённым, а всё дело было в принесённом им предмете — красивом ожерелье из нежно-розовых жемчужин. Его оставили на одном из столиков булочной. Чимин безрезультатно искал владельца несколько дней, а потом пришел к Тэхёну, зная что тот собирает потерянную или выброшенную всячину. Ким радостно взял осмотреть вещицу и понял, что её можно продать. Жизнь непредсказуема. Всего лишь пара вещей, казалось бы, совсем незначительных, мелких, старых, поломавшихся, выброшенных могут начать целую историю. То, что кажется просто вещью, может изменить судьбу и жизнь даже за одну ночь. Тэхён обходит свои владения. Проводит указательным пальцем по поверхностям, проверяя на наличие пыли, прикасается к растениям, корешкам книг, выставленным по цветам и оттенкам. Наслаждается моментом. Он заключается в тепле и запахе помещения. В том, чтобы дойти до рабочего стола, с которого и начался обход, достать чашку и заварить себе кофе. В том, чтобы медленно, одним движением повернуть табличку с «закрыто» на «открыто», которое вообще написано задом наперёд, и, нет, это не ошибка. Солнце поднимается всё выше, тени на улице становится меньше. У двери уже сидит трехцветный кот, с довольным выражением откормленной морды заняв солнечный пятачок. Тэхён давно заприметил пушистого постояльца и сразу обзавёлся красивой мисочкой, которую сразу выносил, стоило коту появиться. Взгляд золотистых глаз благодарный. Животное тычется лбом в ладонь и мурчит каждый раз, совсем не боится своего большого друга. Некоторые посетители ориентируются открыта ли лавка именно по наличию кота у двери. А однажды пожилая дама, решив, что это товар, долго упрашивала Тэхёна продать животное. Постояльцев Ким знает в лицо, по именам и даже время и дни, когда они заглядывают. И первый, конечно же, Чимин. Он всегда пахнет выпечкой, дарит нежнейшую улыбку и за несколько серебряников просит приготовить кофе. Сначала это было просто по-соседски, за плату или бартер, а потом за утренним волшебным кофе начали тянуться другие посетители. Тэхён никогда не планировал ещё и готовить кофе, но он не дурак и лишними несколько серебряников не считает никогда. Второй постоялец продавец книжной лавки Намджун высокий, мощный парень с очень запоминающимся лицом. От него пахнет книжной пылью и табаком, за которым он и приходит к Тэхёну по вторникам и четвергам. Ещё одна постоянная посетительница Ынджа, та самая, просившая продать котика. Она обычно присматривает горшки для своих растений и старые украшения, но иногда может и принести что-то весьма необычное. С её подачи у Тэхёна в коллекции, которая не продаётся, появились настенные часы, самые обычные, но с красивыми медными шестеренками, и маленькая картина, которую Ким заколдовал, и теперь она отображает погоду, время суток и сезон. Ещё один посетитель редко попадается на глаза, но Тэхён знает о нём, и это его головная боль. Это источник его проблем и частых «сюрпризов», без которых уже давно хотелось бы обходиться. Это неуловимое горе зовут Чон Чонгук, и он знает Тэ ещё со школьных времён. С годами ничего не изменилось. Чон всегда приносил парню неприятности, стараясь вычислить пик терпения. Но Тэхён запрещал давать себе слабину, иначе это бы означало его поражение. В луче утреннего солнца розововолосая голова кажется почти белой. Звякнувший колокольчик привлекает внимание, и в лавку заходит Пак Чимин. Серые глаза довольно сощуриваются, пухлые губы растягиваются в улыбке. Сегодня на Паке расписная рубашка и широкие брюки, на правом ухе поблескивает эльфийская кафа, приобретенная у Тэхёна несколько месяцев назад. Посетитель ступает почти беззвучно, ставит на стол свою аккуратную кружечку, слегка испачканную мукой. — Привет. — Лёгкий акцент всегда выдаёт в милом пекаре нездешнего. — Видел, ты сегодня снова в ловушку попался. Тэхён закатывает глаза и его рыжие волосы моментально становятся ярче, приобретая оттенки костра. — Не напоминай, — цедит Ким. — Я едва отчистил это пыль. Клянусь, когда-то я его поймаю и превращу в жабу. Чимин хихикает тихо, наблюдая за тем, как ему готовят напиток. — Радикально. И очень по-ведьмински. — Это я ещё мягко. Вообще превратил бы в осла. Он же такой и есть, — продолжает возбухать Тэ. Ведь его терпению можно только позавидовать. Чонгук всегда напоминал Киму тех самых беспризорников, которым нечем заняться, и они с утра до ночи шастают по городу. Обычно выбирают одну жертву и издеваются над ней. Так и с ними. Чонгук сразу заприметил рыжеволосого Тэхёна, и это внимание приятным не было с того самого момента. То хлопушку самодельную возле уха взорвёт, то леденец облизанный в сумку бросит, то в чернильницу вонючую жидкость подольёт. Казалось, что с возрастом это исчезнет, но практика показывала, что нет. Кофе готов. Тэхён ставит чашку перед Чимином. Тот оглядывается и достаёт из кармана брюк браслет. С виду самый обычный, антикварный, с листочками и какими-то надписями. — Торговец сказал, что он заколдованный. Если кто-то неприятный его владельцу наденет это украшение, а сам владелец ещё и проклянёт, то этот браслет перенесёт проклятие на надевшего его. И снять его вместе с проклятием может только владелец. Тэхён аж бодреет. Давно принесённые вещицы не были столь своевременным, как этот невзрачный на первый взгляд браслет. В голове уже разворачивается картина, как Ким надевает Чонгуку этот браслет, называя козлиной. Товар быстро находит своё место в шкатулке, находящейся на столе среди многого другого. — Я тебе по гроб жизни должен, — говорит Тэ. — Теперь-то он у меня попляшет. Чимин улыбается, отпивая из кружечки кофе. — Жду подробности.

•1.1•

— И всё-таки я считаю, что ты перегнул. Минги сидит на толстой ветке яблони, свесив одну ногу и размахивая ею в воздухе, словно слушает музыку. Внизу копошится в своей «почтальонке» Чонгук, до невозможного довольный утренней проделкой. Эту пыльцу ему было не просто достать. Старания точно будут оценены. Лично наблюдать за реакцией Тэхёна Чонгуку, увы, было опасно, потому что вычисли его Ким, пришлось бы туго. Тэ всё-таки владеет магией и кто знает как бы отыгрался в этот раз. В школьные годы этот смешной, немного лопоухий паренёк только дулся и шипел, использовав свой талант лишь однажды, но на этом всё и закончилось. — Перегнул? — Чон улыбается. — Это я ещё легко, поверь. Я бы и получше что-то придумал, но времени было мало. Так что в следующий раз я ему устрою перфоманс. Яркое солнце светит в бок, нагревая уже до неприятного. Возвращаться на торговую улицу нельзя, а в заброшенном саду деда Сонгуна хорошо и уютно. Гудят пчёлы, прыгают кузнечики, у озера, в камышах, расположенного дальше, за ограждением, квакают жабы. Высокая трава не режет, она мягкая какая-то, как волосы. Возможно ан ней даже какое-то заклинание. Очень многие жители городка в садовых делах предпочитают магическое вмешательство. Особая земля, растения, уход за ними. Это сильно облегчает занятие. Чонгук ненавидит магию. Он не обладает никакими способностями, ему чужды все эти умения, не важно — от природы или выучены в заведениях. Чон Чонгук — самый обычный человек, его родители фермеры, а ещё торгуют фермерскими продуктами. Они никогда не прибегали к магии. Отец всегда говорит, что магические способности даются только тупым, ленивым и больше ни на что не годным. Магическая медицина воспринимается как нетрадиционная, но на ней держатся многие жители. И это Чонгука тоже раздражает. Всегда он добивался всего сам. Его пристрастием стали изобретения, которые он считает великими, а на деле же это просто мелкие поделки, которыми он может пакостить. — И что же ты задумал? — Минги обгрызает яблоко, пока между зубами не застревает косточка. — Он же у нас выскочка. Раз так хорошо ориентируется в своих этих товарах, то пусть покажет мне это, и может тогда я буду воспринимать его серьёзно. — Может? — уточняет товарищ. — Может, — повторяет Чонгук. — Зависит от того, как он будет мне рассказывать… Сорви и мне яблоко. Минги тянет руку куда-то в зелень и в следующую секунду Чону в ладони плюхается огромное, наливное яблоко, красное, как на картинках. Он принюхивается и сразу откусывает, жадно, много. По подбородку на штанину стекает сладкий, немного липкий сок. Чонгук прижимается спиной к столбу дерева и выдыхает, оставив свою сумку в покое, как и её содержимое. Умиротворённо закрывает глаза и выдыхает, представляя как Тэхён сейчас, возможно, в бешенстве мечется по магазину, оттирает пыльцу. Ведь не бывает же такого заклинания, чтобы убрать такие масштабные последствия золотой хлопушки, над которой парень просидел две ночи. Иначе его труди просто ничто рядом с возможностями рыжеволосого. За свою жизнь Чонгук наблюдал магию в разных сферах. Но из-за принципа он никогда не говорил, что это хоть немного помогает. Люди, которые не пользуются собственными силами, руками, помимо того чтобы вымахивать заклинания, не знают цену труда, настоящего, потного, утомительного. За них всё делает их дар. — Ты жесток к нему. Он тебе что-то сделал? Вообще ничего. Когда Чонгук увидел Тэхёна впервые, тот был странно одет, его громоздкие очки постоянно съезжали к переносице, а огромные глаза казались глупыми. Ким всегда носил яркие вещи с аляповатыми узорами или старые, совсем не модные, от него пахло травами и котами. Он разговаривал с растениями и его глубокий бархатный бас странно влиял на окружающих. Чонгуку всегда казалось, что к этому странному рыжему парню тянется всё живое, а что не было живым, он оживлял и оно тянулось. Он тихо практиковал магию в саду старика Сонгуна, даже когда тот был ещё жив. А теперь у него своя лавочка со всяким волшебным мусором. Чона тянуло к Тэхёну только ради того, чтобы увидеть эти огромные и обиженные глаза, искривлённый в недовольстве рот и дрожащую нижнюю губу. Говорят вот часто, что не стоит обижать ведьм, но Чонгук пропускает это мимо ушей. Он никогда не верил в эти истории про ведьмину месть, и из всех ведьм городка знал только Ким Тэхёна, потому очень долго не признавал его таким. — Он просто бесит. — Просто никогда ничего не бывает. Или он тебе очень насолил, или он тебе просто нравится. Иного объяснения я не могу найти. Чонгук дуется и хмурится: — Не неси ерунду. Как он вообще может кому-то нравится? Минги пожимает плечами и размашисто кидает огрызок куда-то в глудь сада, пугая слетевшихся в поиске поживы мелких птиц, громко щебечущих о своих делах и бедах. — Ну, на каждый товар, как говорится. Я бы с ним вот на парочку свиданий сходил. — С ведьмой? — Ну он же не мутант, — улыбается Минги. — У него просто дар. Я лично ничего не имею против ведьм. Мне они ничего плохого не сделали. Чонгук фыркает с отвращением. Представить хотя бы одно свидание с Ким Тэхёном не то, что тяжело, а просто невозможно, чёрт возьми. По мнению Чона, с этим человеком не о чем говорить, кроме волшебства и каких-то приземлённых тем. - Это пока что. Пока ты его не подведёшь или он себе надумает это. Минги пожимает плечами.