Часть 1
Кофейня «У Пальметто» пахла жжеными зернами и мизантропией. Кевин Дэй стоял за стойкой с таким видом, будто каждый вошедший клиент лично нанес ему оскорбление. Его специализацией был черный кофе — такой крепкий и горький, что у неподготовленных людей сводило челюсти.
Кевин считал, что кофе должен страдать так же, как и он сам.
Колокольчик над дверью звякнул, возвещая о приходе единственного человека, способного испортить Кевину даже самое плохое настроение. Аарон Миньярд подошел к кассе, не глядя в меню.
— Самый большой карамельный макиато, — произнес Аарон, залипая в телефон. — И добавь туда побольше ванильного сиропа. Нет, еще больше. Чтобы ложка стояла.
Кевин поморщился, словно от зубной боли.
— Ты же знаешь, что это не кофе? Это диабет в пластиковом стакане.
— Меньше лекций, больше сиропа, Дэй, — парировал Аарон, наконец подняв взгляд.
Кевин готовил заказ с демонстративным презрением. Он вспенивал молоко так, будто пытал его, и вливал карамель с грацией палача. Когда стакан, больше похожий на жидкий торт, был готов, он с глухим стуком поставил его на стойку.
— Пять долларов. И забирай свой яд.
Аарон молча придвинул купюру. Он никогда не оставлял мелочь в банке для чаевых. Вместо этого он вытянул из держателя бумажную салфетку, быстро что-то черкнул на ней и, подхватив свой приторный напиток, вышел на улицу, даже не обернувшись.
Кевин подождал, пока дверь закроется, и сгреб салфетку.
«Твое лицо сегодня кислее, чем просроченное молоко. Попробуй улыбнуться, вдруг не рассыплешься? P.S. Кофе все еще дрянь, но ты старался».
Кевин фыркнул, чувствуя, как к горлу подступает раздражение, пополам с чем-то странным. Он аккуратно расправил салфетку и спрятал её в карман фартука — туда, где уже лежала целая стопка таких же «чаевых».
Завтра он сделает этот макиато еще слаще. Просто чтобы посмотреть, что Аарон напишет на этот раз.
