Я смог тебя найти, но могу ли я отпустить тебя?

Эйвери всё ещё не мог отойти от тех слов, которые произнёс Дерек, они по-прежнему звенели в его голове. Эйвери даже никуда не смотрел, он знал дорогу почти идеально, из-за того что место, где жил Дерек, было рядом с его съёмной квартирой. По пути Эйвери не забыл позвонить своим родителям и объясниться за свою пропажу и почему он всю новогоднюю ночь не отвечал им. Прошел час, и вот Эйвери стоит около двери комнаты Дерека. Вахтёрша не стала как-либо останавливать Эйвери, она просто читала книгу и даже не смотрела, кто зашёл, а кто пришёл. Эйвери вставил ключи и с лёгкостью открыл дверь. Комната была небольшой: две двуэтажные кровати, 3 тумбочки, шкаф, 2 стола и стулья. Комната хоть и не была какой-то большой или маленькой, но она была гораздо меньше квартиры Эйвери. По всей видимости, к Дереку никого еще не заселили. Эйвери это понял из-за того что только на одном столе, кровати и тумбочке были расположены вещи, всё остальное пустовало. — Эйй?? Кошечка? Ты где? Меня просили тебя покормить! — Эйвери не мог дождаться увидеть миленькую кошечку, потому что он просто обожал всяких животных. Из-под кровати вышла кошка... Она держала в зубах листок, и она положила его пред Эйвери, а сразу через минуту она выкатила из-под двухъярусной кровати желтый маркер. Эйвери поднял листок, и там был нарисован тот самый символ... Символ короля... — НЕТ... Блять, НЕТ! Я УТОПЛЮ ТЕБЯ. Эйвери быстро взял все нужное: телефон, зарядку, ноутбук и жёлтый фломастер с рисунком, а кошку он спрятал в другую сумку, которую он взял из шкафчика Дерека. — ГНИДА, КАКОГО ХУЯ ТЫ ЕЩЕ ЖИВОЙ, БЛЯТЬ! — Эйвери материл короля в теле кошки. Эйвери закрыл комнату и быстрым шагом вышел из общежития, направляясь в больницу. На удивление, кошка не мяукала и не пыталась вырваться из большой сумки. — Блять, БЛЯТЬ, БЛЯТЬ... — Эйвери не мог остановиться. Ругательства сами начали выходить из его уст. — Блять, как же ты меня бесишь, ебаный король, ПОЧЕМУ ТЫ НЕ ЗДОХ... КЛЯНУСЬ, КОГДА Я РАССКАЖУ ДЕРЕКУ, ТО УЖЕ ЗАВТРА ТЫ УЖЕ НЕ БУДЕШЬ В ЭТОМ ТЕЛЕ. Кошка все еще была совершенно спокойна, как будто король и сам был бы не против умереть, но лишь бы не жить в этом позорном теле блохастой кошки. Эйвери стремительно добрался до больницы, поднялся на нужный этаж и остановился перед дверью палаты лорда, слегка приоткрытой. Внутри он увидел доктора и медсестру, которые о чём-то разговаривали с Дереком. Эйвери решил подождать, пока они уйдут. Прошёл час, и наконец-то медсестра с доктором покинули палату. За это время Эйвери смог рассмотреть кошку. Она была чёрного окраса, с небольшими белыми пятнами на лапках, мордочке и животе, а её глаза, как и ожидалось, были зелёными. Король не причинял Эйвери физического или психологического вреда, возможно, потому что именно Эйвери должен был стать его сосудом, а не кошка, оказавшаяся не в то время и не в том месте. Эйвери даже стало жаль эту кошечку, которая, вероятно, была ласковой... Или нет? Как только королю не стыдно за такое... Интересно, знает ли он, что такое совесть? Эйвери не понимал, как можно быть настолько бессердечным, даже если ты нечто мистическое и не подвластное уму простого человека. Эйвери погрузился в свои мысли, но голос Дерека вывел его из задумчивости. — Эйвери, что-то случилось? И зачем тебе моя большая сумка? Ты решил взять мне и одежду? — голос звучал ласково и с лёгкой усмешкой. — А... У нас есть небольшая проблема... Даже не небольшая, а огромная. — Эйвери произнёс это, уже закрывая дверь в палату. — И какая же? Что-то, связанное с королём? — Прям в точку попал. — Эйвери раскрыл сумку, и оттуда показались два острых уха. — Ааа... Зачем ты привёл сюда мою кошку? Вахтёрша сказала тебе её забрать? Или... Кошка, увидев Дерека, сразу же подбежала к нему и начала царапать его шею и лицо, оставляя следы. Эйвери попытался схватить её, но она начала сопротивляться и бегать по всей палате, и это больше напоминало комедию, чем серьёзное расследование. — Король! А ну залезай в сумку! Если тебя увидят, то тебя прикончит не я, а какая-то левая баба или ещё кто-то. Дерек, наблюдая за этим цирковым представлением, не мог сдержать смех, и от этого кошка стала ещё более агрессивной. Можно было легко понять, что король думал о том, что он чуть ли не бог, а сидит в теле кошки, а не своего запланированного сосуда, и смеются над ним.