Практическая работа №1. Цель: создать звездопад

Наверно, это должно быть… Странно? Они буквально выбрали смерть бок о бок и были готовы на великие мучения. И тут им просто все сошло с рук. Будто не вселенную чуть не разрушили, а замок из песка растоптали. И то, с замками побольше крика будет: обидеть сестричку Шулы, или, упаси Жанна, любимую племянницу Хоскеля – и скандал на весь Пилтовер. — Почему, я… Как? — Видимо, вселенная, — Джейс распластался по невидимой опоре, — нас пощадила. Второй шанс, все дела. Виктор… ходил – насколько это было возможно с учётом, что их тела модернизировались в нечто плазмоидное – и трепался: — Шанс? Джейс, мы в безразмерном измерении, лишенные какого-либо общества и ресурсов. — Ресурсы нам не нужны, Виктор, — Джейс очерчивал какие-то фигуры одной рукой, а другой подпирал себе шею. — А общество? Мы когда-то нуждались в ком-то, кто не мы? — Если хочешь изменить мир – не жди разрешения. Если никто в тебя не верит – поверь в себя сам. — Вот, да! Помнишь? — Знаю. Пространство вокруг изменялось медленно, приобретало какую-то иную форму и объём. Влияли на это резкость движений, тон и ритм голоса, желания и эмоции. Это то, что они выяснили за неопределённый промежуток пребывания здесь. — А знаешь, что я знаю? — Талис встал с невидимой опоры, и та сразу обмякла нелепой жижей. Виктор сделал шаг вперёд, обнаружил ступень и взобрался по ней, сев так, чтобы быть с партнером на одном уровне. После кивнул и положил подбородок на ладонь. — Я знаю, что когда ты слишком активно жестикулируешь, твою… — Джейс давится сдерживаемым смехом и уже через силу продолжает: руку засасывает. — Очень смешно, Джейс. — Нет, вообще, я хотел поговорить. Несерьёзно поговорить. Виктор потянулся, упал на спину и место под ним слегка провалилось. — Джейс. Мы не можем уйти друг от друга дальше чем на 10 метров. — Не можем лечь без риска провалиться. — Не можем двигаться, без риска быть втянутыми в пространство. Впрочем, Джейс, со своим многолетним опытом в политике мог сказать нечто похожее. — И после этого… — И после этого ты думаешь, что у нас могут быть серьёзные разговоры. — Нет, а что нам мешает говорить о экспериментальной физике? Место под и рядом с Виктором приобретает чёткие острые углы. Джейс затыкается почти мгновенно. Не та территория. — Я хочу звездопад. — А я хочу здоровое тело, неограниченное своими возможностями. — Фактически… Сколько сарказмов порушилось из-за этого несчастного ничего! Ничего вокруг, ничего вместо тела. Ничего. — Ладно. Ладно. Ты имеешь ввиду, что хочешь создать звездопад сам? — Нет, хочу чтобы он просто появился. Углы вокруг Виктора не смягчаются, а начинают искажаться яркими вспышками. Виктор смеётся: — Я… Ладно. Ну, основная цель понятна: создать звездопад. Наше оборудование: параметры голоса, — Виктор берет тон выше и лестница поднимается выше, —эмоции, движения, — он пинает ногой перед собой. Лестница опускается, а искаженные углы расплываются лужами. Теперь Виктор… на полу. — Это практическая работа? — Те, кто не пришли – два за семестр. Исправить нельзя. Джейс протягивает руку к Виктору, помогая подняться. — Ага, — Виктор прыгает. Поднимает голову повыше. Наверху ничего нет. — Так не пойдет. А если так. И с этими словами Виктор прижимается к груди Джейса. На верху искрится белый свет. — Уже ближе. — Виктор? — Я опыт провожу, — Виктор тянется руками к шее Джейса, обнимая. — Не отставай. Джейс не отстает. Джейс обнимает Виктора за талию, тянет к себе. Интерференционная поверхность рук тянется вверх причудливыми пирамидами. Ощущается это как… Дрожь и гусиная кожа. “Звёзды”, как они называли переливающиеся частички “верха” – а вот был небом – начали метаться в стороны. — А если так… И Виктор начинает вести их вперед, на манер пилтоверского вальса. На небе будто начинают шипеть. Виктор останавливается. — Я-я, не могу, — и с этими словами падает в обратную от Джейса сторону. Джейс спешно хватает его за руки. — Виктор? — Я… Прости. Виктор не знает ни пилтоверских танцев, ни танцев вообще. Как-то и здоровье не позволяло, и интересы были другие, и… он столько упустил. Джейс опускает его и место под ним сразу отвердевает. Виктор подтягивается выше, ложится всем телом и теперь со стороны он выглядит так, будто парит. Джейс ложится рядом. Руку – без четких очертаний и цвета — кладёт Виктору на туловище. Тянет в свою сторону. — Почему после всего сделанного ты меня не убил? — Тебя в алфавитном порядке или по дате создания? Виктор улыбнулся. Под рукой Джейса разлилось тепло. Тепло. Тепло. Тепло. Тепло. Тепло. — Виктор, слушай. Я думаю, что люблю тебя больше, чем возлюбленного? Обычно говорят друга. Но я чувствую между нами такую связь… — Это одна из причин меня не убивать, помимо того, что у тебя нет оружия? Джейс теряется, запал в глазах начинает таять. Виктор добавляет: — А вообще… я чувствую к тебе нечто схожее. Вероятно, даже одинаковое. — Ты не будешь против поцелуя? — Нет, я полагаю. Джейс меняет положение и наклоняется над ним. Тянется к губам, но одергивает себя: — Ты этого хочешь? — Джейс. Я как-то захотел с тобой взломать кабинет декана Академии. И ведь взломал по итогу. — А… — Целуй. И Джейс целует. Виктор снова обнимает его за шею. Поцелуй мягкий, нежный. Словно они на вершине мира, а не в постаркейновой пустоте. И звезды снова начинают искриться, точно смущенные этим моментом. — Так странно… — Виктор прикладывает пальцы к губам. — Ты никогда не целовался? — Целовался. По юности много было… желающих, — Талис неодобрительно поджимает губы. — Я про то, что наши тела, по сути, лишены влаги, но вот ротовая полость – тут какой-то закон действует. Аркейна. Закон Аркейна. Джейс ахает почти болезненно. — Виктор, на кой чёрт ты про это думаешь? — Просто…, — Виктор поворачивает голову в сторону. В глазах появляется блеск понимания. — Стой. Ты думаешь, что если мы займёмся сексом, то будет звездопад? — НЕТ! То есть, это не из-за тебя, я просто имею ввиду. Я хочу как бы этим заняться с тобой, но… А. — Хочешь? — Да. Я, Виктор, ты не подумай. Это все стресс, я… Виктор раздвигает ноги под ним. Взглядом упирается в то, что должно у Джейса висеть. Джейс лупит глаза в перламутровые переливы их тел. Обращает внимания на ноги Виктора. У него… — Ты… Хочешь меня? То есть секса? — И тебя, и секса, и звездопада. Гляди, — Виктор указывает пальцем позади Джейса. Он оборачивается: там светятся огоньки почти тревожно, расплываясь на небе. — Ну? Джейс кивает и подтягивает к себе ноги Виктора: — Не больно? Этим телам же уже невозможно навредить, так? — Невозможно. Больно может и будет, а вот травм не будет. — Хорошо, понял. Боль есть, травм нету. Он сначала засмотрелся на светлые отливы, а потом поднес руку к нижней части Виктора. Надавил. — М-мх. — Ещё? — Д-да, — Виктор поднимается и притягивает Джейса к себе за шею. Целует. Джейс отстраняется первым, заметив движение на периферии. Это звёзды лихорадочно сияют. — Красиво, — Джейс спускается ниже, продолжая наблюдать за меняющимися звездами. Снова давит. Виктор глухо стонет. Давит сильнее. Ноги смыкаются вокруг бедер Джейса. Звёзды меркнут, “почувствовав” эту боль. Джейс встрепенулся. Посмотрел вниз и сразу же протянул руку к щеке Виктора. — Под такое дело нужна смазка, — он ложится и поворачивает голову. — Лужа из-под лестницы должна подойти. — А… — Тебе надо сейчас обмочить пальцы и засунуть их в меня, а потом уже… — Я мог бы… Ты там говорил про ротовую полость? — Джейс! Даже не думай. У меня ещё гордость осталась. Джейс кивает с разочарованием, блестящим в глазах. Опускает руки в лужу, чуть ли не умывая. Виктор устремляет взгляд вверх. Звёзды уже грозят рассеяться. — Я, наверно, начну. Виктор? Тот кивает и устраивается на поверхности удобнее. Ощущение наполнения кажется старым и почти забытым. Палец погружается наполовину и Виктор силой удерживает в своей глотке инородный вскрик. Звёзды загораются яркими лучами, обретая объем. — Вау, это… — Замечательно, Джей… А-ах, м-м, а. Первая звезда падает под аккомпанемент стонов Виктора. — Виктор? — Дже… Мх, м, продолжай, м-м, — взгляд Виктора направлен к звёздам. Взгляд Джейса прикован к Виктору. — У нас… М-м, получается. Джейс кивает, прислушивается к дыханию Виктора. Они двигались уже в унисон, ритмично и неспешно, будто отмеряя такт падающим светилам. Каждое движение Джейса отзывалось внутри Виктора волной, которая расходилась не только по его телу, но и по пространству вокруг. И звёзды не просто падали — они отслаивались от темного небосвода пустоты, оставляя за собой трепещущие, похожие на радужную пленку следы, и таяли, не долетая. Чувство наполненности… Преобразилось. Из острого, чужеродного ощущения она превратилась во внутренний жар, в напряженную пульсацию, которая совпадала с мерцанием света над ними. Виктор впился пальцами в то, что было под его рукой, чувствуя, как под его ладонью материя то уплотняется, то слегка дрожит, подобно натянутой мембране. Джейс изменил угол, найдя точку, от которой сознание Виктора на миг рассыпалось искрами, что отразилось на верхушке. Легкое прикосновение к позвоночнику – или его призрачному очертанию — и Виктор охает, и падающие звёзды над ними похожи на метель из света. Хвосты звёзд загорались ярче, стоило звукам их удовольствия перейти на хриплые, изможденные выдохи. Оргазм накатывал неспешно, заставляя звёзды гореть ярче и образовывать гало, а потом быстро затухать в падении. В глазах Джейса отражался Виктор. Напряжение его тела, то, как Виктор сжимал руки в кулаки и как пальцы Джейса пропадали в теле Виктора. И глаза Виктора. В глазах Виктора отражался звездопад. Самый лучший, который Джейс только мог видеть.