Клизма: История одной ночи (или как разблокировать друга)

— Шастун, закрой дверь. — Она и так закрыта, ты чего шепчешь? — Потому что если Серёжа или Дима увидят нас сейчас, они напишут сценарий для «Однажды в России» про двух геев-проктологов. Антон замирает. Арсений сидит на корточках в углу дивана и держится за своё мужское достоинство с таким лицом, с каким люди держатся за поручни в падающем лифте. — Попов, — Антон садится напротив. — Ты сказал «проктолог». Это уже не шутки. Это диагноз. — Это ад, Шастун. — Арсений поднимает покрасневшие глаза. — У меня уже четвёртые сутки без большой радости. Я как Ноев ковчег — внутри всё есть, а выхода нет. Я не могу больше пить «Дюфалак». Я выпил уже столько, что, если меня поджечь, я загорюсь синим пламенем сахарозаменителя. Антон морщится, но профессиональная жилка берёт своё. Он встает, закладывает руки за спину и ходит по комнате. — Понимаю. Ты пришёл к отчаянию. И если ты просишь меня о... этом... — Я не прошу! — кричит Арсений и тут же хватается за поясницу. — Ой. Не прошу. Я просто делюсь. Как друг. Понимаешь? У меня ЧЕТВЕРТЫЕ сутки. Это срок, когда мамонты замерзали, а люди шли на риск. Антон останавливается. Достает телефон. Набирает в поиске: «экстренная домашняя клизма техника безопасности».