Перед сном

      Небольшая комната была освещена чуть тусклым светом настольной лампы. Кровать была незаправлена, заброшена довольно большим количеством открытых книг. Стол был завален множеством бумаг, таких же книг, толстых и тонких, полупустыми ручками, затупленными простыми карандашами, которые хозяин комнаты не спешил затачивать – в таком беспорядке точилка где-то затерялась, – и чертежными принадлежностями. Лампа стояла криво и на краю стола, чтобы не занимать много места на итак заполненном всем, чем только можно, столе. Освещала она меньшую часть стола, однако всё, что на нем так беспорядочно располагалось, было видно хорошо. Комната была тиха и от тишины неуютна. Часы, стоящие на прикроватной тумбе, остановились ещё днем, просто хозяин комнаты из-за занятости сразу этого не заметил и пользовался только своими наручными часами.       Стул слабо скрипнул от шевеления человека на нем. Знайка потянулся и в который раз сменил позу, приняв положение, зачастую несвойственное ему, – поставил ногу на сиденье стула и прильнул к столу, стуча ручкой по губам. Кружка допитого черного крепкого кофе стояла под рукой. Кружек этих было выпито явно больше нормы, но когда Знайку это волновало? Если дело касается работы, которой у него прибавляется с каждым днем только больше, то Знайке точно не до сна и отдыха. Не в зависимости, сколько кружек кофе было выпито за вечер, глаза слипались и умоляли парня лечь в теплую постель и отдохнуть. Однако Знайка ставил выше работу, которая основана на помощи городу и нуждающимся жильцам их общего дома.       Брюнет боялся смотреть на себя в зеркало со сползшими на кончик носа очками, с черными кругами под глазами и неестественной бледностью лица. Чувствуя себя на данный момент явно недееспособным, Знайка продолжал сидеть на твердом стуле, каждые пять минут меняя позы и страдая от затеканий конечностей. Помощь Винтику и Шпунтику была важнее здорового сна. Хотя, когда у Знайки он был здоровым? Что ему не говори, а все равно складывается впечатление, что здоровый сон Знайку настигнет только в могиле. Парень отчасти это понимал, но все равно делал так, как велит черствое и закрытое сердце, утопшее в мире науки и работы. С задумчивым и хмурым видом, вздыхая от усталости и поправляя немного засаленный и спутанный ирокез, он занимается разработкой нового двигателя для автомобиля двух механиков. Глаза изредка поглядывают на наручные часы, где уже показывало полвторого ночи.       Внезапно послышался стук в дверь. Знайка дернулся, едва не опрокинув локтем пустую кружку на пол, и взглянул на часы. Часовая стрелка близилась к двум часам. Снова с губ слетел вздох, бледные длиные пальцы залезли под стекла очков и потерли глаза. Устало и немощно парень обратил внимание на стучавшего человека, который подозрительно заявился в такое позднее время.        — Войдите, – бросил брюнет, слыша неуверенный скрип двери. Опустив ногу на пол, Знайка обернулся на вошедшего парня. Взгляд заполнился безразличием. – А, это ты... Чего ты хочешь? Почему не в постели?       Холодный тон Знайки заставил стоявшего в дверях блондина опустить голову. Смотреть в черные и тусклые глаза Знайки было невыносимо. От взгляда этих ледяных глаз всегда пробегался холод по всему телу, а от его хриплого крика и брани сразу накатывал страх. Незнайка сегодня дежурил по кухне перед завтраком – в их доме есть правило, что все жильцы дежурят по очереди – и в связи с тем, что он слишком часто смотрел в окно, наблюдая за ухудшением погоды, мог много где промахиваться. Свои ошибки он замечал и старался их тут же исправить, чтобы не выслушивать ряд недовольных фраз в свою сторону, которых он получал довольно много за свою беспечную и безответственную жизнь. Однако тут он прозевал. Вновь отвлекшись, парнишка вместо сахара насыпал в крепкий чай соль, не зная, насколько сладкий Знайка предпочитает чай (брюнет в принципе не пьет чай с сахаром). Незнайка поставил на стол чай, когда уже все расселись, и сам быстрее даже Пончика принялся за еду. Тут раздался гневный крик... Эти ругательства Знайки в его сторону, этот пылающий гневом взгляд, этот хриплый от крика голос весь день и вечер стояли пробкой в ушах блондина. Знайка с каждым годом становился всё страшнее для всех, а для Незнайки так тем более. За любую, даже мелкую погрешность блондин получал от брюнета. Только после того, как Знайка совсем потерял какое-либо равновесие в себе, паренек стал браться за голову от банального страха. Хотя, где-то внутри знал, что Знайка таким может и не быть.                   Продолжая топтаться на пороге комнаты, Незнайка теребил руками пуговицы на пижаме и виновато смотрел то в пол, то на Знайку, чья бровь непонимающе дернулась. Это знак, что нужно поскорее начать говорить и объяснять свой неожиданный поздний приход.       — Знайка, это... – запнулся он, но продолжил. – Короче, я тут... смотрел кое-что на ночь... Уснуть не могу.       — А мне что с этим делать? – холодно спросил Знайка, подперев тяжелую голову рукой.       — Я хотел спросить, может мне... можно поспать у тебя? – скромно произнес Незнайка, взглянув на еще больше обезразличившийся взгляд черных глаз. Сердце забилось, тело дрогнуло. – Просто!.. У тебя тут хорошая обстановка. Луна светит ярко... Да и ты работаешь сидишь, со светом и рядом. Ну, мне уютнее будет! И... комната твоя в самом конце этажа находится! Если что, я могу лечь на полу, чтобы не мешать...       — Неси подушку, – перебил Знайка парнишку, чей голос тороторил и дрожал. Тот удивленно хлопнул глазами.       — Можно, что ли?.. – неуверенно спросил Незнайка.       — При одном условии, – строго сказал брюнет, в коим-то веке поправив очки. – Не ворочаться и не разговаривать во сне. Мне тоже спать надо. Желательно в тишине, – последние слова Знайка особенно выделил. Он говорил спокойно, но всё так же холодно, явно не получая удовольствие от такого поворота событий. Тут же всё внутри странно вспыхнуло, когда веснушчатое лицо паренька озарила радостная улыбка.       — Конечно! – воскликнул он и тут же сбавил тон. – Сейчас приду!       Дверь закрылась, и Знайка задумался. Казалось бы, над проектом, но не над ним. Первая мысль, что пришла в голову, это мысль о том, что Незнайка круглый дурак. Кто ж на ночь смотрит всякую страшную хрень? Теперь спать вот притопал к Знайке. Дальше голова негодовала. Брюнет любит тишину и одиночество, по ночам особенно. Последний раз, когда он спал с кем-то, был в далеком детстве. Как и любой ребенок, Знайка боялся спать один, даже ночник мало помогал. В такие моменты помогал Пилюлькин, который, хоть и был против пускать малыша к себе, но все равно был спокоен, что рядом с ним он в безопасности и спит крепким сном. Один спать Знайка научился только к восьми годам, что было для него постыдным – вплоть до сегодняшнего дня брюнет не мог поверить, что до такого возраста, когда ребенок уже довольно разумен, он не мог спать один. Сейчас Знайка не горел желанием спать с кем-то в одной кровати, особенно с белобрысым идиотом. Всегда у них был напряг в отношениях, сколько Знайка себя помнил. Брюнет не знал, что чувствует к нему Незнайка, но о себе он мог сказать точно, что к этому пареньку кроме злости и отвращения он ничего не ощущает. Руки непроизвольно сжались в кулаки, с губ слетел тихий вздох.       Дверь отперлась. На пороге снова возник Незнайка, держа в обеих руках большую подушку, а на лице запечатляя улыбку до ушей.       — Я пришел! – воскликнул он.       — Вижу, – плюнул безразлично Знайка и вернулся к работе. – Доставай из кровати второе одеяло и ложись. От работы, сделай милость, не отвлекай.       Незнайка только кивнул, внутренне понимая, что переборщил с радостью, и подошел к кровати. И только сейчас заметил беспорядок на ней. Изучающе осмотрел книги и мятость кровати и заметно смутился, не зная, можно ли ему так просто взять и распорядиться книгами и самой кроватью. Встряхнув головой, бросил на пол подушку и принялся убирать книги. Даже не знал, куда их поставить, ведь Знайка, как известно, книги всегда сортирует на полках по предметам, темам и курсам. Задумчиво Незнайка поднял взгляд, готовясь осмотреть комнату, и тут же вздрогнул, встретившись со взглядом Знайки.       — Положи на тумбу, – сказал он и снова отвернулся.       — На эту?       — Ты видишь здесь еще тумбу? – огрызнулся брюнет, не поворачивая головы.       — Понял, – поспешил уверить Знайку блондин и быстро положил стопку книг на тумбу, которая действительно тут была всего одна.       Атмосфера стояла в комнате по истине неловкая. Незнайка уже сто раз пожалел, что вообще ввязался в это. Знайка вроде и не против, но его тон и поведение не то, что пугают, скорее, напрягают и уверяют в том, что удовольствия от вторжения Незнайки брюнет не испытывает. Незнайка делал все максимально тихо, чтобы не мешать, но аккуратные и тихие движения казались ему медленными, и складывалось ощущение, что эта монотонность действий и их медлительность только злят Знайку. Тем более, что эти действия сопровождаются его многочисленными вздохами и покачиванием головой. В эти моменты руки сами начинали двигаться быстрее.       Совсем скоро Незнайка управился с постелью: положил обе подушки так, чтобы они находились подальше друг от друга, немного заправил простыню, чтобы она не топорщилась, и расстелил оба одеяла. Сомнения крутились в голове без остановки. Лечь или нет? Что будет, если все же лечь? Может, спросить? Незнайка выбрал тут же последний вариант.       — Ну, я могу лечь? – спросил он, поняв свою ошибку. Был ведь уговор, не мешать. А он...       — Да, ложись.       На удивление голос Знайки был спокоен, что успокоило душу блондина. Облегчённо выдохнув, он забрался в постель, подивившись мягкости матраса. Белье было приятным на ощупь, а вот спать на нем, наверное, еще приятнее. Незнайка прямо сейчас это и решил проверить. Улегшись на живот, блондин действительно почувствовал легкость и спокойствие. Он провел рукой по простыни и пощупал одеяло, которым тут же укрылся. Нахлынуло убеждение, что спать сегодня действительно он будет хорошо, присутствия Знайки при такой-то постели даже не ощутит. Это его обрадовало, и глаза плавно закрылись, готовясь встретить приятный сон и скорое утро.       — Я не хотел, – послышался голос брюнета. Незнайка распахнул глаза, не поняв, что произошло. Увидел всю ту же сгорбленную над чертежами спину, укрытую пиджаком, и отвернутую голову.       — Что? – не понял блондин, привстав на руках.       — Я не хотел на тебя кричать, – сказал Знайка и повернул голову на блондина. Уставшие глаза смотрели непривычно виновато, что само собой разинуло в удивлении рот паренька. – Ты простишь меня?       — А... – только и смог выдать Незнайка и вдруг осознал ситуацию. – Конечно! Еще спрашиваешь? Да я и не злился на тебя даже! – эмоционально уверил он брюнета. Тело паренька передернулось, когда на бледное, словно мертвое лицо Знайки натянулась нежная улыбка.       — Хорошо... Спи, – сказал он и снова отвернулся. Сделал дело – работай смело, можно сказать. Только извинился, тут же снова отвернулся, погрузившись в работу. Незнайке это совсем не понравилось. Закусил губу.       — Может, и ты ляжешь? – осторожно предложил он.       — Нет, – твердо бросил Знайка, снова глянув на блондина. – Нужно как можно скорее закончить с... – он не договорил, зевнув в ладонь, – с двигателем для машины...       — Но... ты ведь никакой. Совсем, – сочувствующе сказал Незнайка, снова наткнувшись на недовольный взгляд.       — Спасибо за комплимент, – съехидничал парень. – Ничего не могу поделать. Надо работать...       — Это ведь можно сделать завтра, – словно без прежнего чувства страха настивал на своем Незнайка. – Тебе ведь не обязательно разработать этот двигатель именно к завтрашнему дню.       — Чем быстрее, тем лучше, – снова Знайка зевнул, взглянув на пустую кружку. – Пойти кофе налить, что ли…       — Нет! – воскликнул Незнайка, вдруг смутившись от своего поведения, которое, казалось, брюнету не было понятно. – То есть, в смысле... Не было ведь договора, так? Значит, ты можешь лечь со спокойной душой и выспаться. Нельзя же так себя перегружать, – на это Знайка прищурил взгляд, подозрительно осматривая веснушчатое лицо блондина.       — С чего это вдруг ты обо мне беспокоишься? – этот вопрос звучал очень недоверчиво. Незнайка почесал в затылке.       — Да я не беспокоюсь, просто... Я же уснуть не могу, – неловко посмеялся он, усевшись на коленях, как на своей кровати. Знайка хмыкнул, но ничего на это не ответил. Повертев в руках кружку, со стуком поставил ее на стол.       — Пожалуй, ты прав, – с неохотой согласился Знайка и поднялся со стула.       Поднявшись со скрипом дерева, брюнет тихо простонал от боли в пояснице. Пилюлькин всегда говорит, что вредно вести постоянно сидячий образ жизни. Знайка это понимал, но по-другому время не мог проводить. Выпрямившись, он чуть слышно хрустнул спиной, почувствовав облегчение. Снял пиджак и повесил на спинку стула. Неожиданно для Незнайки стал расстегивать непослушными пальцами пуговицы на рубашке и одним движением снял её, оголив спину. Скорей всего причиной смущения, от которого лицо вспыхнуло огнем, было осознание того, что это был Знайка. Неловкая ситуация основана на их неблизких отношениях, можно даже сказать, довольно враждебных, что находиться в его комнате и смотреть, как он без единого стеснения снимает рубашку, брюки, туфли с носками и меняет их на спальную одежду, было непривычно и неловко. Были бы они друзьями или братьями, такой реакции бы не было. А тут Незнайка, чуть увидев чужую обнаженную спину, которая к его удивлению была довольно подтянутой, отвернулся и плюхнулся на подушку, зарывшись в нее лицом.       Скоро свет лампы потух. Комнату освещала только яркая луна. Кровать с другой стороны стала проминаться, и даже этого не видя, Незнайка понял, что брюнет не собирается ложиться. Чуть повернув голову на него, заметил, что тот сидит и вертит в руках часы, которые остановились еще днём. Встряхнув головой, Знайка поставил часы на тумбу, твердо решив разобраться с ними завтра, и, положив туда же очки, лег в постель, чуть ли не с головой накрывшись одеялом. Знайка сразу лег чуть ли не на самый край кровати, не желая стесняться с блондином, который распахнул глаза и смотрел парню в затылок, будто и не спеша засыпать. Знайка чувствовал это, но говорить ничего не хотел. Постарался отдаться сну, чтобы следующий день начать пободрее обычного. Не отворачиваясь от брюнета, Незнайка закрыл глаза, чувствуя себя спокойно. Однако, несмотря на это, все же чуть придвинулся к Знайке поближе, чтобы хоть как-то ощущать чьё-то нахождение рядом.