Эфиаль

Мара-Вэйл — 1984 год. Он снова здесь.

***

Такое чувство, будто кто-то каждый день стоит над моей кроватью. Сначала он пробирается в мою комнату, потом стоит и смотрит на меня. Затем начинает душить меня руками. Но я не просыпаюсь. Он сжимает руки крепко, пока мне снятся кошмары. Я просыпаюсь в холодном поту, но рядом никого нет. В комнате пусто. Я тут один. А на шее всё ещё ощущение мертвой петли, либо чьих-то холодных рук. Руки мертвеца холодные, костлявые и такие живые, как мои собственные. Я сам душил себя? Я же не псих. И взял стакан с водой. А воды там не было. Кто-то выпил мою воду, но я же помню, что оставлял полный стакан на прикроватной тумбе? Пугает лишь одно, что я могу стать психопатом. А психопаты долго не живут, а значит и мне осталось не много. И тут, как на зло, стрелки пробили 3 часа ночи. Тиканье настенных часов и говор соседа за стенкой. Вот тот и сошёл с ума. Вечно сам с собой болтает. А я не псих. Пройдя на кухню, налил ещё стакан и поставил на то же самое место. Лег спать. Утро, как всегда, не предвещало ничего хорошего. Он подошёл к старому деревянному окну и открыл форточку. Осенний воздух сегодня был сырым, пахло жжёными ветками и большим скоплением людей на улице. Все идут по своим делам, и ему тоже надо. Пройдя на кухню по старым скрипучим полам, он внезапно вспомнил, что доски в эту ночь не скрипели, как и во все остальные дни. Будто тот, кто душил его, не ходил, а летал. Либо он весит так мало, что даже перо перевесит его на весах. Но не его душу уж точно. Душа у этого нечто была ужасная, раз он заявляется к нему ночью и мешает спать. Он невольно схватился за крестик на шее, произнося молитву. Будто она способна защитить его от этой нечисти. Нет, не способна. Но верить ему во что-то надо. Вот он и ходит в церковь, молится. Включив чайник и заварил себе кофе. Открыл холодильник в поисках съестного, но там будто мышь повесилась. Осталось лишь на день, нужно идти в магазин. Но для начала нужно отсидеть 13 часов на работе, а потом разобраться с остальными делами. Допив не вкусный кофе, мужчина стал собираться на работу. Задержался он лишь у зеркала в прихожей, осматривая себя со стороны. Приоткрыв вид на шею. Из-под рубашки виднелись фиолетовые синяки. Ещё свежие. Значит, это мне не приснилось. Кто-то был в моей квартире? Тогда почему он просто стоял, а не убил меня сразу? Зачем душить и уходить. — Чёртов ублюдок. Доберусь до тебя и задушу. Только мои руки будут живыми. — Смотря прямо в свои глаза напротив, будто произнося очередную молитву. Затянув галстук повыше, надел туфли и вышел из квартиры. 19 Октября, 13:48. Офис Central. В офисе было душно, поэтому Джисон сразу снял пиджак и ослабил галстук. 12 минут до обеда. Нужно дотянуть эти чёртовы минуты, и он сможет выйти на улицу. Свежий воздух ему срочно нужен, либо он откинется прямо тут, за рабочим столом. Стрелки двигались ужасно медленно, будто перетаскивая себя через силу. Это выводило. Но больше выводил коллектив в офисе. Логово Змей, никак иначе. Он работает тут уже 15 лет, и за это время ничего не поменялось. Ни само место, ни люди вокруг. Всё остаётся прежним. Стабильность. Джисон отсчитывал секунды нервным стуком ноги об пол, что-то печатая на компьютере, но это не имело большого смысла. Сегодня он так же должен зайти к своей дочке и жене. Они не живут вместе, развелись ещё лет 7 назад, но алименты на ребёнка он платить должен. На самом деле Джисон был рад дочке, правда. Но по многим причинам он не мог стать хорошим отцом для неё. Это понимала и сама Наоми, его бывшая жена. Поэтому они разошлись. Без ссор и скандалов конечно же, не обошлось. Но всё в прошлом, а сейчас ему нужно думать о настоящем. Прошлое навсегда остаётся в голове, будущее давит на голову, а настоящее даёт понять, что ты ещё жив. Он ещё жив. Стрелки на настенных часах показали ровно два часа дня. Хан замер, а потом облегчённо выдохнул. Он уже потянулся за своим пиджаком, но тут зашёл директор Дэвис Ноа. Как всегда не вовремя, ведь он только собирался покинуть помещение, а с этим мужчиной тут придётся остаться ещё минут на 15. — Всем хорошего дня! Как вам сегодня денёк, погода? Мне кажется, всё замечательно. — Проговорил мужчина с большим энтузиазмом, с широкой улыбкой на лице. Это очень бесило Джисона, потому что их директор только в редкие дни такой. Он полон лицемерия и несправедливости. Хотя ли Джисону его осуждать? Нет, конечно нет. Ему нет дела до этого мужика. Поэтому, не вслушиваясь в слова директора Ноа, он встал, накинул на себя пиджак и вышел из офиса. Проходя мимо директора, тот удивлённо посмотрел на Хана. Мужчина задел его плечом, но даже не обернулся и просто прошёл мимо к выходу из офиса. Улица пропахла выхлопными газами, сырыми дорогами с примесью дыма из домов людей. Погода выглядит мрачно, всё серое, лучи солнца прячутся за тучами. Это не сильно волновало мужчину. Его в принципе ничего не волновало. Он достал сигарету. Закурил и пошёл в ближайший щиктан. Джисон заказал то, что берет всегда. А именно рис, кимчи и небольшой пибимпап. Сегодня не было аппетита, скорее тошнило от вида еды. Но чтобы не сдохнуть и доработать в чёртовом офисе, он должен запихнуть в себя хоть что-то съестное. На секунду ему показалось, что еда и вовсе стала на вкус как могильные черви. Привкус земли, сырости, а главное смерти. Он невольно обернулся, рассматривая зал, но никого не увидел. За панорамным окном тоже никого не было. Он уже сошёл с ума? Ебучий псих. Запихнув последний пибимпап в рот, он вылетел из кафе. Дойти до офиса, доработать и уйти. Ничего сложного. Ничего сложного в этом нет. Просто досидеть ещё 7 часов, всего-то. Почему тогда он так нервно покусывает свои губы и постоянно оборачивается? Он точно сошёл с ума. Только теперь окончательно. А лучше бы просто сдох. Это началось всё не так давно. Год или полгода назад? Ему постоянно мерещится, что кто-то его преследует. Но самое ненавистное для Джисона это то, что этот "кто-то" приходит в его квартиру и душит его почти каждую ночь. Он закрывал окна на шпингалеты, дверь на все замки, вешал амулеты по квартире. Но ничего не помогает. Будто этот кто-то, только смеётся над ним. Мужчина даже проводил обряд экзорцизма, но Ему всё равно, чтобы не делал Джисон. Он придёт, сядет на его грудь и будет душить. Смотря как самому мужчине снятся кошмары. Как он задыхается во сне, но не может даже пошевелиться. Это доводит Джисона с каждым днем всё больше. Чувство, будто сама смерть уже стоит рядом и отсчитывает каждую секунду, ждёт, пока тот выпрыгнет из окна. Может оно и к лучшему? Если он сдохнет, то эта тварь его не достанет. Он наконец обретёт покой. Иногда смерть и вправду лучший выбор. Особенно когда ты опустошён, но продолжаешь жить, потому что так "надо". Кому надо? Ответа нет. Он же просто как гнилая оболочка души. Всё живое там сдохло ещё при рождении, если не в утробе. Это он должен был понять ещё давно, а не гнаться за жизнью, будто это как то выкинет его на берег и даст свободу и счастье, как у всех. Как у всех. Но он это Он, а не все. И он должен жить так, как ему поручила судьба. А судьба явно хотела его прикончить.