Инструкция по двойной жизни

Она любит своего бойфренда И ещё она тает на моих руках Мы не ждем с ней хэппи-энда Мы просто запутались в облаках Но, конечно, я ей не нужен, Но забит её письмами телефон Я устал, я ужасно загружен Я приду к ней и мне будет легко!

      Утреннее солнце разрезало небосвод Снежной, пробиваясь сквозь толстые шторы даже в самые недоступные дома. Мир начинал потихоньку просыпаться, люди вставали и собирались на работу, чтобы потратить очередной день в пустоту быта.       Единственным отличием Дотторе от них было то, что спать он не ложился и вовсе. Заперевшись в собственной лаборатории, он проводил все дни и ночи одинаково — в разработке новых проектов. Ему не было дела до времени суток, потому что в любом случае, четкого графика у него не было, мужчина работал тогда, когда хотел, а хотел он всегда.       Второй Предвестник Фатуи считался не только самым гениальным ученым Тейвата (как минимум, по его собственному мнению), но и был, по факту, одним из самых сильных врагов для любого неугодного. Его не особо интересовало путешествие Итэра, проблемы с бездной в Натлане, убийство Синьоры в Инадзуме. Пока другие Предвестники старались выполнять любые задания Царицы, его она почти не трогала, давая полную свободу действий и финансирование. Было очевидно, что он ценится просто за свое существование, и его перспективная поддержка в будущем могла стать решающим звеном при решении любой проблемы.       Таким образом, правительница Снежной выбирала инвестиции в будущее. А Дотторе и не был против, так как возможность воплощать любые идеи в настоящем была дороже всего.       Во время учебы в Академии, его академический потенциал раскрывался лишь на шестьдесят процентов, так как множественные запреты и правила не позволяли полностью сосредоточиться на воплощении своих идей.       Странное дело, оглядываясь в прошлое, Доктор совсем не понимал, зачем цеплялся за это неперспективное будущее, соглашался на малое, лишь бы его не отчислили. А когда все же отчислили, он наконец смог пойти в правильном направлении и найти организацию, где его полностью поддержали.       Теперь же, он мог в любое время работать над своими проектами, не переживая, что кто-то ограничит его в ресурсах и возможностях. Именно это и позволило ему занять такую высокую должность и стабильно реализовывать в жизнь самые невозможные и безумные идеи.       Но было в этом все и звено, которое все-таки невозможно было игнорировать в такой цепочке вседозволенности.       Панталоне.       Визиты к этому несносному банкиру стали для Дотторе единственным ограничением. Примерно раз в месяц, ему приходилось проделывать огромный путь от своей удаленной от города лаборатории до Банка Северного Королевства, чтобы получить новую партию инвестиций в свои проекты.       Ему всегда казалось странным, насколько же Царица доверяет экономику страны всего одному человеку. Несомненно, Девятый Предвестник Фатуи прекрасно справлялся со всеми своими обязанностями. Он умел правильно распоряжаться деньгами и властью, в отличие от того же Доктора, который мог вложить все деньги в сомнительный проект и получить абсолютно бесполезный результат. Но сам факт того, что Панталоне являлся настолько влиятельным человеком в их стране, при этом не имея суперсилы или гениальности, оставлял мощное впечатление.       Но не сказать, что Второго расстраивало такое положение дел.       На первой их встрече, когда Царица только озаботилась собиранием собственной мини-армии «правых рук», Дотторе не распознал, какой же Панталоне на самом деле черт. Смотря на несколько женское телосложение, аккуратно уложенные волосы (на что, наверняка, было потрачено немало часов), элегантный стиль в одежде, Доктор просто не мог представить, что такой человек может быть ровней остальным Предвестникам. Божествам, хранителям неземных сил или, банально, роботам, созданным для решения определенных задач.       Его мнение изменилось, когда после собрания, они вновь встретились на банкете в честь дня рождения правительницы. Там были все Предвестники, да и другие влиятельные люди Снежной, а потому, увидев знакомое лицо за барной стойкой, Дотторе даже не задумался, перед тем как подойти.       Тогда это казалось естественным для замкнутого гениального ученого, который только начинал работать в Фатуи, и еще не привык к тому, что иногда от него требуется больше, чем просто разработка новых проектов. Например, присутствие на таких мероприятиях.       — Панталоне, кажется? — Доктор остановился в нескольких метрах от него, взглядом оценив жидкость в бокале Девятого и степень его опьянения.       — О, Второй Предвестник? Не ожидал встретить тебя здесь, — Делец даже не обернулся, лишь ленивым кивком указывая на место рядом с собой. После этого, он подозвал бармена и заказал еще два напитка, залпом допивая предыдущий.       — Это еще почему? — Дотторе не понял, должен ли он оскорбиться, или же все-таки нет.       — Ну, ты вроде как интроверт, отсиживаешься в своей лаборатории, никуда не выходишь. Людям приходится додумывать слухи самостоятельно, потому что ты сам почти не показываешься на публике, — Панталоне пожал плечами.       Немного расслабившись, повторив в голове, как мантру, что ему необязательно терпеть этого коллегу в случае дискомфорта, Доктор подошел ближе, присаживаясь рядом с Девятым.       — Если я начну чаще показываться, они будут бояться выходить на улицу.       На тот момент еще никто не знал о могуществе Предвестников. Только что набранная группа элиты не произвела особого впечатления на народ. Им казалось, что это всего лишь новое подразделение армии, возможно более сильное, или универсальное. Как же они ошибались.       — Что ж, это интересно, — Панталоне хмыкнул, наконец взглянув на него. Заинтересованный взгляд быстро переметнулся от маски к одежде, от одежды к рукам в перчатках. — Планируешь запугивать простых людей?       — Не вижу в этом смысла, но, узнав о моих поступках, вряд ли они останутся равнодушными, — Дотторе усмехнулся. — Разве можно добиться уважения от людей, которые тебя не боятся? Разве можно достигнуть власти, не показав гадкое нутро?       — Не знал, что ты задаешься подобными вопросами.       — Я и не задаюсь. Да и мог ли ты знать, если это наша вторая встреча?       — Но она ведь явно не последняя. Если, конечно, ты не планируешь найти подработку на стороне.       — Что ты имеешь в виду? — Доктор нахмурился, но собеседнику заметно это не было.       Бармен наконец поставил перед ними два бокала с сомнительной голубой жидкостью. Один из них Панталоне протянул Второму, чокнувшись с ним.       — Я угощаю. Скоро Царица сообщит вам новость: теперь я отвечаю за всю экономику Снежной. В том числе, за траты Предвестников. Теперь каждый из Десяти должен лично явиться в мой кабинет, чтобы попросить финансирование на какое-то государственное дело. Ну, или не государственное, — он довольно ухмыльнулся. Было видно, что он наслаждается такой властью.       — Даже не знаю, радоваться или плакать, — Дотторе фыркнул, делая глоток алкогольного напитка, и поморщился. — Мне без разницы, куда ходить. К тебе в Банк, или же в тронный зал к Царице.       — Очень интересно, — Панталоне спрятал усмешку за бокалом. — Не думаешь ли ты, что я буду таким же благосклонным, как Ее Величество?       — Время покажет.       И время действительно показало. В тот вечер они еще долго беседовали ни о чем и обо всем сразу. Компания друг друга скрасила до безумия скучный вечер, которых, как они оба надеялись, в будущем будет меньше. И Девятый, и Второй предпочитали не выходить из своих кабинетов, рабочих зон, бездельничать и тратить время на пустое времяпровождение, которым являлось это мероприятие.       Не сказать, что та случайная встреча сильно сблизила их, но дальнейшее сотрудничество, несомненно, оказало сильное влияние. Каждое их деловое столкновение становилось новым доказательством схожести характеров, предпочтений, взглядов на жизнь. Они одинаково смотрели буквально на все вещи, а потому их отношения быстро переросли «коллегство» и стали чем-то между близкими знакомыми и друзьями.       Им не нужен был повод, чтобы встретиться и обсудить какие-то сплетни, помочь друг другу в работе, сделать сверх того, что итак от них требуется друг для друга.       Дотторе частенько предлагал Панталоне испытать его новые изобретения. В общем-то, тот и сам нередко приходил в чужую лабораторию без повода, просто чтобы посмотреть на чужие разработки под предлогом «мне же надо знать, во что я инвестировал».       Но время текло, а потому Делец, по людской природе, начал стареть. Уже в тридцать восемь, когда с начала их сотрудничества прошло около пятнадцати лет, тот начал все чаще жаловаться на боль в коленях и спине, появление морщин и другие признаки старения.       Доктору это было непонятно, так как сам он избавился от людской проблемы возраста еще в начале своего пути ученого, и нашел сразу несколько способов быть живым даже через сотни лет. В первую очередь, это были гнозисы. Для обычных людей они могли стать смертным приговором, но для подготовленного тела были гарантом долгой жизни.       Тем не менее, вместо того, чтобы подвергнуть Панталоне риску и испытать его в реальных условиях, поделившись с ним данной разработкой, Дотторе пошел еще дальше. И создал сто процентный вариант. Зелье бессмертия.       До него в Тейвате в принципе никто не мог предположить, что такое возможно, даже самые гениальные алхимики лишь разводили руками на такой заказ. Доктору же понадобился всего месяц непрерывной работы, чтобы сделать невозможное. Но делиться этим ни с кем, кроме Дельца, он, естественно, не стал.       Да и с Панталоне все было не так просто. На это уходило много ресурсов, а действие было не бесконечным. С другой стороны, главным плюсом было то, что теперь Девятый Предвестник был полностью привязан к своему коллеге. Чтобы поддерживать в себе жизнь, ему требовалось принимать это зелье раз в год, а потому, контакт с Дотторе был ему просто необходим.       И все шло действительно хорошо, они общались подобным образом уже триста лет, их понимание друг друга и бесконечный коннект никуда не девались. Делец закрывал глаза на все преступления Доктора, а тот, в свою очередь, полностью доверял своему союзнику (если бы он узнал об этом во времена своей учебы в Академии, лишь рассмеялся бы в лицо).       Пока не произошло роковое в их общении событие.       Однажды Панталоне, как обычно, пришел в лабораторию Дотторе. Камера, проверяющая личность гостя, без проблем пропустила его внутрь, распахнув железные двери.       — Дотторе! — крикнул он в глубину помещения, пока продолжал двигаться дальше, переходя из комнаты в комнату.       Лаборатория Второго Предвестника делилась по секциям, а сами секции состояли из множества помещений, которые, при незнании пути, могли стать настоящим лабиринтом для случайного гостя. Хотя, случайный гость не смог бы даже попасть сюда.       Одна секция отвечала за эксперименты над людьми и животными. Она была похожа на больницу, в которой было множество палат, каждая из которых предназначалась для разных целей: хирургия, кардиология, рентгенология и другие. Здесь содержались самые разные приборы для извлечения органов, пыток, экспериментов, тех же анализов. Каждая комната содержала в себе кучу пробирок, инструментов, шкафов с папками, в которых содержались результаты исследований.       Следующая была предназначена для алхимии. Здесь были верстаки, колбочки, куча банок с ингредиентами, зона с целым зоопарком, где плодились и выращивались животные, части тела которых могли пригодиться для зелий.       Третья секция значилась механической. Здесь Дотторе разрабатывал новые машины, экспериментировал не с живыми объектами, а с железяками. Однажды он признался Панталоне, что это — самая нелюбимая часть его лаборатории, в которую он чаще всего даже не заходит. Естественно-изменяющаяся материя была ближе ему для работы, нежели безэмоциональные механизмы.       Иногда Делец задумывался, что, наверное, это связано с любовью Второго Предвестника к пыткам, но ответ на такой вопрос он никогда не получал.       Последняя часть лаборатории была личным уголком Доктора. Жилой зоной. Здесь находился диван для отдыха, кофемашина, небольшой кухонный уголок и граммофон. Девятый часто удивлялся, как Дотторе хватает такого минимума, но потом он вспоминал, что, скорее всего, сюда он заходит не сильно чаще, чем в механическую зону.       Сюда вход был воспрещен даже клонам, которые свободно сновали туда-сюда по остальной части лаборатории. Именно благодаря ним Доктор успевал быть везде и сразу, ему хватало времени на то, чтобы кормить животных, собирать новые данные, да и банально следить за чистотой.       Разработку новых проектов сегментам он не доверял, а вот механическую работу по его четким указаниям — вполне.       Минув длинный коридор, Панталоне встретил уже двух копий, которые, как в первый раз, озадаченно озирались на него. Спрашивать у них, где же прайм было бесполезно, поэтому банкир выбрал сложный путь самостоятельных поисков и, первым делом, проверил личный кабинет Второго, который располагался неподалеку от «комнаты отдыха».       И не прогадал. Дотторе сгорбился над столом, с энтузиазмом рисуя какие-то чертежи, подойдя ближе, Делец так и не смог понять, что он пытается изобразить. Зато Доктор наконец обратил на него внимание.       — Какие люди, — хмыкнул он, не повернув головы.       — Откуда ты всегда знаешь, что это я? — Панталоне фыркнул, но в своей обычной манере присел на край чужого стола, смотря на Второго сверху вниз. По лаборатории тот ходил без маски, а потому не было никакой проблемы в том, чтобы рассмотреть его лицо.       — У тебя очень характерный запах. Возможно, если бы ты пользовался менее насыщенными духами, я бы начинал сомневаться, — Дотторе наконец оторвал глаза от лица бумаги и поднял голову, смотря на гостя. Его голубые волосы непослушно ерошились, так что было очевидно, что он опять уснул прямо здесь, на рабочем месте.       — Я подумаю над этим, — Делец хмыкнул, касаясь чужой макушки. Он сам не понимал, почему Доктор позволяет ему это, но отказаться от такого приятного действия было для него невозможным.       — Зачем ты опять пришел? — наигранно недовольно уточнил Второй.       — Принес тебе новость.       — Какую?       — Так тебе все и расскажи.       — Не беси меня, Панталоне, — Дотторе выглядел озадаченно, будто уже пытался продумать, что же за новость это может быть.       — Даже не пытался, — Панталоне бархатно рассмеялся, убирая руку от чужих волос, и поднял задумчивый взгляд к потолку. — Я женюсь.       — Поздрав… ЧЕГО?! — Доктор выглядел возмущенным, даже больше, оскорбленным. Его глаза распахнулись в неестественной манере, зрачки сузились настолько, что их стало практически незаметно. Он смотрел на Дельца без доверия, как будто тот сейчас скажет, что это шутка. Хотя тот никогда не шутил.       — Я женюсь. Царица намекнула, что мне стоило бы показать пример поданным, топить за семейные ценности. А мне, в общем-то, без разницы, — Панталоне равнодушно пожал плечами, удивленно смотря на Дотторе. Было видно, что он не совсем понял его реакцию, но даже это было лучше, чем равнодушие. Хотя, с Девятым он в принципе всегда был слишком эмоциональным.       — И ты вот так вот просто повелся на желание Царицы женить тебя?!       — Ну да. Говорю же, мне без разницы. Будет жена — хорошо, не будет — тоже хорошо. Не то чтобы я собираюсь как-то менять свой быт.       — Ты шутишь? Ты собираешься связать свою жизнь с какой-то бабой, но не хочешь менять распорядок дня?       — Ну да. Жена — это ведь не приговор.       Доктор замолчал. Даже его эмоций не хватало на то, чтобы выразить все, что сейчас находится в голове, в словах. Он просто ошеломленно продолжал смотреть на Панталоне, все еще пытаясь найти подвох в его темных глазах. Но те были абсолютно искренними, никаких масок.       — И кто она? — разочарованным голосом все же спросил он через несколько минут, отводя взгляд к магнитной доске, на которую были прикреплены самые разные чертежи проектов.       — Елена, дочь владельца ресторана «Роскошные дали». Папаша был счастлив отдать ее мне. Кажется, от сделки с одним из самых влиятельных людей Снежной невозможно отказаться, даже если речь о собственном ребенке, — с иронией в голосе ответил банкир.       — От меня ты что хочешь? — с неконтролируемой агрессией уточнил Дотторе.       — Да ничего, просто пришел рассказать и пригласить на свадьбу. В эту пятницу. Придешь?       — У меня есть выбор?       — Нет.       Доктор тяжело вздохнул и вновь смерил Панталоне раздраженным взглядом. Казалось, из его алых глаз скоро выпрыгнет дьявол, чтобы лично побеседовать с Девятым и высказать ему все недовольство.       — Значит приду.       — Чудненько, — Панталоне ярко улыбнулся, поднимаясь с чужого стола и вновь потрепал Дотторе по голове. — Я пришлю тебе письмо с точной информацией. Пока!       Его голос выражал беззаботность, которая не была понятна Второму от слова совсем. Он недоуменно посмотрел вслед Дельцу, который вскоре исчез за дверью. Как можно быть таким спокойным, когда собираешься добровольно надеть на себя наручник в виде обручального кольца?       Конечно, это все ненадолго. Девятый Предвестник бессмертен, а любая невеста рано или поздно будет зарыта в земле, какой бы прекрасной или ужасной она ни была.       Но все равно, нельзя же так безрассудно относиться к своему времени.       В таких раздумьях Дотторе просидел еще около часа, просто смотря в стену, чувствуя, как он усиленно чего-то не понимает. Одновременно с этим появилось ощущение какой-то пустоты и ненависти ко всему живому. Даже Панталоне.