Комплекс мероприятий

Есть фраза, которую я очень люблю: «Жопа - это событие. Полная жопа - это комплекс мероприятий.» Не знаю, кто её придумал, но человек явно не теоретик. Он жил. Он видел. Возможно, однажды он тоже вышел из дома в белой рубашке, с хорошей укладкой, с бодрым настроением и с наивной верой, что день будет нормальным. Наивная вера - вообще самая недолговечная вещь в мире. После свежей петрушки. У меня всё началось с чёлки. Да, понимаю, звучит несерьёзно. Но у людей войны начинались из-за земель, наследства и неправильного взгляда через забор. А у меня личный апокалипсис начался с того, что моя прямая чёлка утром отказалась лежать прямо. Она легла по диагонали. Не сильно. Но достаточно, чтобы лицо приобрело выражение: “я пережил ночь с философией и дешёвым вином”. Вина не было. Философия была. Я вчера до двух ночи переписывался с одним парнем, у которого на аватарке были плечи, глаза и обещание неприятностей. Я это обещание, конечно, заметил. Я же не слепой. Просто решил, что у меня иммунитет. Спойлер: иммунитета у меня нет. У меня есть карие глаза, ресницы и способность наступать на грабли с эстетическим интересом. Парня звали Кирилл. Кирилл писал красиво. Это уже тревожный знак. Красиво пишущие парни делятся на два типа: нормальные и те, кто в реальной жизни говорит “ну типа” каждые три секунды, а в переписке цитирует Бродского, которого сам не понял. Кирилл был, кажется, где-то между. Он написал: “Может, увидимся завтра? Кофе, прогулка, без обязательств.” “Без обязательств” - это такая фраза, после которой обязательства сразу надевают пальто и выходят из шкафа. Я согласился. Потому что мне девятнадцать, я молодой, симпатичный, гей и иногда идиот. Это не диагноз. Это комплект. Утром, значит, чёлка легла по диагонали. Я решил, что это не жопа. Так... событие. Исправимое. Намочил. Пригладил. Феном уложил. Чёлка сказала: “Нет”. Я сказал: -Да пошла ты. Чёлка осталась. Моя сила слова сильно переоценена. Потом я пролил кофе на футболку. Не весь. Чуть-чуть. Но именно туда, где пятно выглядело как задумчивый континент. Я стоял перед зеркалом и думал: “Может, это знак?” Знаки я, конечно, уважаю. Но не настолько, чтобы из-за них отменять свидание с человеком, у которого на аватарке плечи. Переоделся. Вторая футболка оказалась мятой. Третья - нормальной, но слишком честной. В ней было видно, что я не качок. А я и не качок, просто не всегда хочу, чтобы ткань об этом докладывала. В итоге надел рубашку. Белую. Да, я сам виноват. Белая рубашка в день, когда чёлка легла по диагонали, - это не одежда. Это вызов судьбе. Как сказать вслух: “Ну что ещё может случиться?” Вселенная такие вопросы слышит. У неё отличный слух и поганое чувство юмора. Я вышел из дома. Через три минуты пошёл дождь. Не ливень. Ливень - это честно. Ливень говорит: “Беги, дурак”. А это был мелкий, противный дождик. Такой, который не мочит сразу, а методично портит репутацию. Через пять минут я стал выглядеть как человек, которого слегка постирали без его согласия. Пишу Кириллу: “Я немного опоздаю. Дождь.” Он: “Ничего. Я тоже.” Ну и прекрасно. Романтика синхронного распиздяйства. Прихожу в кафе. Чёлка уже не диагональная. Она теперь свободная художница. Ресницы, надо признать, держатся лучше. Они вообще, суки, профессионалы. Если бы ресницы могли платить коммуналку, я бы просто лежал и моргал. Кирилла нет. Сажусь. Заказываю кофе. Официантка смотрит на меня и спрашивает: -Вам с собой? -Нет, я жду. Она посмотрела так, будто это диагноз. Через десять минут приходит сообщение: “Я уже почти.” “Почти” - это временная зона, где живут люди, которым нельзя верить. Пока я ждал Кирилла, в кафе зашла Лиза. Вот это был уже не дождь. Это был первый пункт программы. Лиза увидела меня сразу. Конечно. У неё зрение как у налоговой. Она может найти несчастного человека даже через тонированное стекло и чужую самооценку. -О, - сказала она, садясь напротив. - Ты на свидании? -Нет. -Тём, ты в белой рубашке, у тебя нервные ресницы и лицо “он сейчас придёт”. Не ври мне, мальчик. -Мне девятнадцать. -Именно. Мальчик. Она сняла куртку, отжала рукав салфеткой и посмотрела на мою чёлку. -Что с головой? -Ничего. -Врёшь. Голова выглядит так, будто ты спорил с феном, и фен победил по очкам. -Лиз, я пытаюсь сохранять достоинство. -Не мешай, я тоже. -Ты случайно сюда зашла? -Конечно. Я всегда случайно захожу туда, где человек в белой рубашке сидит с лицом жертвы переписки. -Нормально же сидел. -Вот именно. Сидел. А теперь рассказывай. -Нечего рассказывать. -Ага. Значит, рассказывать есть что. В этот момент Кирилл написал: “Я у входа.” Я выпрямился. Лиза повернулась к двери. -Ну началось, - сказала она. Вошёл Кирилл. И вот тут жопа, как событие, официально завершилась. Начался комплекс мероприятий. Потому что Кирилл вошёл не один. С ним вошёл высокий блондин в чёрной куртке, с лицом “я просто рядом, но вообще-то я важнее”. Они дуэтом смеялись. Кирилл увидел меня, улыбнулся, подошёл. -Привет! Это Макс. Он случайно встретился, я подумал, посидим все вместе. Я моргнул. Лиза тоже. Мои ресницы сделали всё, что могли, чтобы момент выглядел красиво. Но внутри у меня уже открывали актовый зал для заседания комиссии по чрезвычайным ситуациям. Потому что свидание “без обязательств” внезапно превратилось в групповое мероприятие с неизвестным блондином. -Артём, - сказал я. -Кирилл, - сказал он. -Лиза, - сказала Лиза таким тоном, каким обычно представляются перед дракой. Макс сел рядом с Кириллом. Не напротив. Рядом. Очень рядом. Я посмотрел на их плечи. Потом на стол. Потом на свой кофе. Кофе был горячий и честный. Люди — нет. -Мы не помешаем? - спросил Макс. Вот люблю такие вопросы. Они задаются уже после того, как человек сел, снял куртку, занял пространство и морально поставил локти на твою жизнь. -Уже нет, - сказала Лиза. Я кашлянул. Кирилл засмеялся: -Лиза смешная. -Я еще не начинала, - сказала Лиза. Я попытался быть взрослым. Взрослость - это когда ты хочешь сказать: “Ты какого хера притащил на свидание приложение к себе?”, а говоришь: -Нормально. Чем занимаетесь? Оказалось, Макс занимается фотографией. Конечно. В такие моменты никто не занимается бухгалтерией, ремонтом лифтов или выкладкой хлеба. Нет. Обязательно фотография, музыка, дизайн или “я сейчас ищу себя”. Себя, видимо, он нашёл рядом с моим свиданием. Кирилл тем временем рассказывал, как они познакомились “вообще случайно”. Слово “случайно” у него повторялось слишком часто. Когда человек три раза за минуту говорит “случайно”, там уже можно вызывать следователя. Лиза пила кофе и молчала. Это было страшнее, чем если бы она говорила. Потому что молчащая Лиза - это не тишина. Это зарядка оружия. Я решил пойти в туалет. Не потому что надо. Просто хотелось выйти из сцены, пока не начался второй акт с танцами на моей самооценке. Встаю. И цепляю рукавом чашку. Кофе летит на мою белую рубашку. Медленно. Красиво. Как в кино, где главный герой понимает, что жизнь только что плюнула ему в грудь арабикой. Пятно расползлось по ткани, как карта нового государства. Лиза закрыла глаза. Кирилл сказал: -Ой. Макс сказал: -Прикольно получилось. Даже эстетично. Вот тут я понял, что Макс может быть фотографом. Только фотограф скажет “эстетично” человеку, у которого на груди горячий кофе и унижение. Я пошёл в туалет. Смотрю в зеркало. Чёлка - анархия. Рубашка - преступление. Лицо - “мама, забери меня с этого праздника жизни”. И тут в туалет заходит Димка. Да. Димка. Мой натурал-друг повышенной тревожности. Он зашёл, увидел меня, пятно, чёлку, глаза и сразу стал серьёзным. -Ты в порядке? -Дим, я на свидании, куда парень пришёл с другим парнем, Лиза сидит напротив как трибунал, я облил себя кофе, а моя чёлка объявила независимость. Димка подумал. -Это плохо? Я посмотрел на него. -Дим. -Ну я уточняю. Вдруг у вас так принято. Вот за что я люблю натуралов - они иногда так боятся быть нетактичными, что становятся философами абсурда. -Нет, Дим. У нас так не принято. У нас принято сначала страдать, потом обсуждать, потом делать вид, что мы выше этого, потом писать подружкам “он мудак?”, потом получать ответ “да”. Димка кивнул. -Понятно. А помочь? -Чем? Он посмотрел на пятно. -Могу поменяться с тобой футболкой. На нём была футболка с надписью: “Рыбалка - это жизнь”. Я представил себя на свидании в этой футболке. И вдруг мне стало смешно. Прямо в туалете. Перед зеркалом. С кофейным пятном на груди и другом, который готов отдать мне свою рыбалку ради моей гейской катастрофы. -Дим, ты лучший. -То есть меняемся? -Нет. Но сам факт прекрасен. -Ну смотри. Футболка чистая. -Дим, там рыбалка. -И что? -Ничего. Просто мне кажется, вечер и так уже достаточно разноплановый. Мы вышли. Я вернулся за стол. Лиза посмотрела на меня, потом на пятно. -Нормально. Теперь рубашка хотя бы не скучная. Кирилл начал что-то говорить: -Слушай, я правда не думал, что будет неловко… -Кирилл, - сказал я. И сам удивился, как спокойно прозвучал мой голос. -Что? -Это было свидание? Он замялся. Макс заинтересованно посмотрел. Лиза чуть наклонила голову. Димка стоял рядом с подносом, потому что, оказывается, пришёл за булочкой, но теперь был морально в нашей делегации. -Ну... я думал, просто кофе, - сказал Кирилл. -А я думал, свидание. -Я же написал “без обязательств”. -Кирилл, “без обязательств” не значит “с приложением Макс”. Макс поднял бровь. -Я могу уйти. -Можешь, - сказала Лиза. Я посмотрел на неё. -Лиз. -Что? Он сам предложил. Кирилл покраснел. И вот тут мне стало его даже немного жалко. Не сильно. Так, на чайную ложку. Он не злодей. Просто человек, который хотел сразу всё: и внимание, и запасной аэродром, и чтобы никто не обиделся, и чтобы красиво. Такие люди не плохие. Они просто создают полную жопу с хорошим освещением. Я встал. -Значит так. Я пойду домой. Потому что рубашка умерла, чёлка в эмиграции, а моё чувство собственного достоинства просит горячий душ и не участвовать в групповом формате без предварительной записи. Лиза встала тоже. -Я с тобой. Димка поднял булочку: -Я тоже могу. -Дим, ты куда? -Не знаю. Но компания же. Вот в этом, кстати, Димка весь. Человек зашёл за булочкой, а вышел участником эвакуации. И вот мы вышли втроём. Я, Лиза и Димка с булочкой. На улице дождь закончился. Конечно. Когда надо было мочить меня - он работал. Когда я уже выглядел как беженец с кофейной плантации - он решил отдохнуть. Лиза шла рядом и молчала. Димка жевал булочку. Потом сказал: -Зато ты красиво ушёл. -С пятном на груди? -Ну да. Как герой после битвы. Лиза фыркнула: -Герой после битвы с капучино. -Это был американо, - сказал я. -Тем более. Чёрная драма. -Хорошо тогда, когда хорошо кончается... - начал Димка. Мы с Лизой одновременно посмотрели на него. -Заканчивается, - быстро сказал он. - Я имел в виду заканчивается. -Дим, - сказала Лиза, - иногда лучше просто жевать. -Я и жую. -Вот и держи линию. Мы зашли ко мне. Я переоделся. Чёлку просто пригладил мокрой рукой и сказал ей: “Живи как хочешь”. Иногда с террористами надо вести переговоры. Марина и Настя приехали через полчаса. Да, Лиза их вызвала. У нас есть общий чат, который называется “Без паники”. Самое смешное, что паника начинается именно там. Настя ворвалась с пакетом круассанов. -Где он? -Кто? -Этот... с Максом! -В кафе, наверное. -Я надеюсь, ему стыдно. -Насть, он пришёл на свидание с запасным человеком. У него стыд, видимо, в облаке. Марина поставила на стол салфетки, шоколад и бутылку минералки. -Рассказывай по порядку. -Я уже рассказал Лизе. -Лиза рассказывает с юридическим уклоном. Нам нужна версия потерпевшего. -Потерпевший хочет душ, чай и забыть слово “эстетично”. -Поздно, - сказала Лиза. - Оно теперь в деле. Я посмотрел на всех и вдруг понял, что мне хорошо. Нет, день был идиотский. Объективно. Чёлка, кофе, дождь, Кирилл с Максом, рубашка, туалетная встреча с Димкой и футболка про рыбалку. Всё это было не просто жопой. Это было выездное заседание жопы с культурной программой и кофе-брейком. Но сейчас на моей кухне сидели мои люди. Лиза материла Кирилла грамотно и по пунктам. Настя ела круассан и говорила, что все мужчины странные, а потом вспоминала, что я тоже мужчина, и уточняла: -Но ты не в счёт. -Почему? -Ты наш. -То есть я декоративный мужчина? -Нет, Тём. Ты полезный. -Насть, звучит как описание кухонного комбайна. Марина составляла “план восстановления”: душ, еда, блокировка Кирилла не сразу, а после короткой финальной фразы, чтобы красиво. Димка пил чай и иногда вставлял: -Я всё ещё могу дать футболку. -Дим, - сказала Лиза, - твоя футболка “Рыбалка - это жизнь” добьёт его окончательно. -Она чистая. -Это не спасает. -А мне кажется, спасает, - сказала Настя. - Там хотя бы честная рыбалка. Не то что Кирилл. -Настя, - сказала Марина, - не надо сравнивать человека с рыбалкой. Рыбалка может обидеться. Я смеялся. Прямо по-настоящему. До слёз. И, кажется, впервые за день мои ресницы работали не на драму, а на пользу - красиво собирали влагу, чтобы подружки опять могли злиться. Кириллу я написал позже: “Кофе был зря. Макс - тоже. Удачи вам обоим, в каком бы формате вы там случайно не существовали.” Он ответил: “Ты обиделся?” Я посмотрел на телефон. Показал Лизе. Она сказала: -Не отвечай. Это вопрос-ловушка. Сейчас он начнёт выяснять, почему ты такой сложный. Марина сказала: -Можно ответить одним словом: “нет”. Это хуже. Настя сказала: -А можно: “Я эстетично расстроился”. Димка сказал: -А можно ничего. Булочку? И вот тут я понял, что Димка иногда мудрее всех нас. Просто мудрость у него в упаковке “рыбалка”. Я не ответил. Положил телефон экраном вниз. Выпил чай. Доел круассан. Посмотрел в окно. Там отражался я - уже без белой рубашки, с мокрыми волосами, ресницами, которые опять жили лучше всех, и лицом человека, который пережил день, но не потерял вкус к жизни. И знаете, что я понял? Жопа - это когда на свидание приходит лишний человек. Полная жопа - это когда ты в белой рубашке, с кофейным пятном, мокрой чёлкой, подружками в режиме спецназа и натуралом, готовым пожертвовать футболкой про рыбалку. А счастье... Счастье - это когда из всего этого ты возвращаешься не один. Пусть даже с булочкой. Хотя, если честно, булочка была лишней. Только Димке не говорите. У человека и так травма от командного духа.