1.
9 мая 2026 г., 22:22
Тяжело осознавать себя и собственную жизнь, когда третью её часть проводишь во сне. Столько упущенного времени и возможностей просто из-за чертовой физиологической потребности, которая собирала его организм по кирпичикам каждую ночь. Но это только при учете, что Тайлер наконец снова взялся за голову и наладил режим питания, вычеркнув из него ежедневные употребления энергетических напитков. Оу, нет конечно. И почему бы ему стоило это делать? Звучит как полнейшая херня. На деле еще хуже, ведь чем меньше в организме было кофеина, тем хуже его голова работала по ночам в перерывах между самобичеванием и самостоятельными попытками слепить из себя что-то, более менее похожее на человека.
Сейчас это «что-то» проклинало чертов будильник, омерзительно гудящий на прикроватной тумбе и призывающий своего хозяина поднять задницу с кровати, дабы не опоздать. Тайлер привык опаздывать, преподаватели привыкли, что Тайлер опаздывает, его матушка мирилась с тем, что Тайлер постоянно опаздывает и не только на учебу, но еще и отстает по успеваемости, росту, мышечной массе. Хотя какая масса могла быть с его распорядком дня и скудным питанием, где протеины как таковые зачастую игнорировались.
Он грозно хлопает ладонью по кнопке будильника, какое-то время ворчит под своим теплым коконом из одеяла, поскольку осень была в самом разгаре, а парень не обладал крепким иммунитетом и, как следствие, не любил мерзнуть. Но с этой уютной теплой темницей приходится расстаться, выползая наружу в дивный жестокий мир, где его уже ожидали все те же ежедневные ритуалы, приводящие к одному итогу. Не смотря на свое ленивое овощное состояние и недосып, утренние процедуры всегда выполнялись быстро (или игнорировались), только чтобы скорее занять позицию перед вытянутым зеркалом в его комнате, стоя перед которым Джозеф еще несколько минут убеждал себя, что выглядит «сносно» или «лучше чем вчера».
— Тайлер, долго тебя ждать?
Оглядываясь на дверь своей комнаты и проверяя, что она все еще закрыта, он молчит в ответ, хотя своей дорогой и чрезвычайно заботливой матушке, что на пару со отцом семейства сводила концы с концами, дабы их выводок утят успешно прожил жизнь, можно было бы и ответить. Можно было бы просто открыть рот, провопив что-то в стиле «сча», как он любил это делать. Но Тайлер не стал. Вместо этого только застегнул рубашку под самое горло, замечая как воротник забавно сдавливает кожу в области шеи. Наверное он просто вырос из неё и ему не помешало бы обновить гардероб. Да вот только у них в семействе строгие квоты на одежду и носить её приходилось пока не протрется до дыр.
Выворачвая из комнаты он ловко сбегает по лестнице на первый этаж дома, заглядывая на кухню, откуда сердобольная Келли Джозеф умудрилась докричаться до старшего сына, пока он медитировал перед зеркалом. Сама она задерживаться дома тоже не собиралась, ибо единственная, буквально выдранная зубами работа ждать не станет.
— От завтрака не увиливай. Если тебе не жалко переведенных на тебя продуктов, может хотя бы пожалеешь меня? Я правда старалась, - взгляд её был по-матерински теплым, не смотря на частые проделки старшего Джозефа в силу его юношеского бунтарства и бурлящих гормонов.
Женщина смирилась уже давно, даже не ставила в пример более покладистых младших, которые молча и с радостным причмокиванием уплетали овсянку за кухонным столом. Персональный же завтрак Джозефа был круче на целых два яйца в его глазунье. Неслыханная щедрость. С другой стороны - лишь бы не голодал…
— Увильну от ужина, - бормочет он сам себе под нос, после чего хмыкает и падает за стол, приступая к трапезе.
Завершает её, что не удивительно, позже всех, уже к тому времени, как предки покинули дом вместе с младшими. Привычка засиживаться за столом была выработана у него только для того, чтобы путь до школы вместо болтовни семейства сопровождала тишина или музыка из его собственных наушников, что работали с горем пополам. Звук становился хуже с каждым днем, они отслужили свой заводской срок еще год назад, но приобрести альтернативу он пока что просто не мог. На этот месяц с карманными было туго. Зак не раз говорил ему мол «если так нужны деньги разыщи подработку», но Тайлер успешно игнорировал потуги вправить ему мозги от его пусть и куда более благоразумного, но все таки младшего братца. Выбирал простые варианты решения проблем либо же их тотальное игнорирование.
На улице становилось прохладнее с каждым новым днем, первая треть осени уже подходила к концу, уступая место промозглому и дождливому октябрю. Он не любил осень, слишком мрачная, холодная, совсем не воодушевляющая. И как только художники, писатели и музыканты могли ею вдохновляться для создания своих шедевров? Тайлера она не вдохновляла от слова совсем, хотя он считал себя человеком творчества, изредка разрисовывая личные тетради и блокноты бессмысленными узорами или набросками какого-то текста. Ему было забавно, что в этом тексте мог быть смысл и даже рифма. Еще забавнее ему становилось когда он понимал, что вряд ли однажды осмелеет на столько, чтобы поделиться с кем-то своим творчеством, ведь кому вообще в его окружении могло быть дело до этого? Кому вообще было дело до того кто этот Тайлер Джозеф? Очередное лицо в серой массе великовозрастных идиотов под названием «старшая школа».
На горизонте маячит выпуск, ради него оставалось отучиться всего ничего, но Тайлера изо дня в день все сильнее душила эта вязкая атмосфера, которая обволакивала с ног до головы, лишь стоило переступить школьный порог. Он не особо вписывался в коллектив, его редкие друзья, как он осмеливался их называть, предпочитали перебрасываться с ним парой фраз за обедом, после напрочь забывая про существование парня до следующего дня. А Тайлер и рад. Так было банально удобнее существовать, даже не жить. Внимание было уделено и опыт социализации получен. Он может снова возвращаться в свой маленький внутричерепной мирок, оставляя закорючки в собственном блокноте. Джозеф не раз задумывался - быть может он привык держаться в стороне, потому что не может позволить себе держаться рядом с кем-то чисто финансово? Хорошее отношение к себе всегда можно было купить, но его карманные зачастую улетали в кошельки к ребятам покрупнее и постарше, с ближайших колледжей местного розлива, просто потому что у него самого не особо было сил или навыков самообороны. Оу, жизнь тихони не сахар, Тайлер знал это не понаслышке. И тем не менее продолжал скрывать свое лицо за маской серой мыши, которую бы лишний раз не трогать, не то заразит бешенством.
— С сегодняшнего дня в ваш класс переводят новенького, - не особо воодушевленно произносит Линдси, их куратор, отправленный в эту школу от одного из педагогических колледжей на практику.
Девчонка даже не знала на сколько сильно попала, подбирая на обочине жизни школьников, которые были младше всего-то лет на пять, если не меньше. Особо смелые даже пытались с ней флиртовать во внеклассное время. Тайлер при виде этого лишь морщил нос и фыркал. Чертовы извращенцы.
По классу тут же пошло шуршание, перерастающее в гул из обсуждений, пока кто-то не начал задавать вопросы прямо. Что за новенький, почему он явился на последний год учебы и прочие неинтересные детали. Вопросы его совсем не касались, но Джозефу хотелось скрыться от них так же, как наверняка захочется их новенькому. Он делал вид что не заинтересован, посильнее натягивал рукава своей черной толстовки, накинутой поверх светлой рубашки, казалось был готов утонуть в ней, лишь бы его не заметили и не втянули в массовые обсуждения.
— Джошуа, представься, пожалуйста. Расскажи ребятам о себе, пока не начался урок, - уже чуть более милосердно произносит девушка-блондинка, взглядом цепляясь прямиком за Тайлера, от чего тот даже в какой-то момент широко распахивает глаза, уже будучи готовым заявить что он - не Джошуа, или как там эта девушка назвала его.
Благо Тайлер вовремя спохватился, понимая, что их новенький все это время играл роль невидимки похлеще самого Джозефа, скрываясь прямо за его согнутой спиной. Парень оборачивается, только чтобы увидеть на последней парте, которую облюбовал их «новенький», весьма рослого и крепкого юношу, больше смахивающего на студента, чем их куратор. Он послушно поднимается с места, из-за чего его кудряшки тут же подпрыгивают по инерции, а глаза будто сияют от счастья. Каким надо быть идиотом, чтобы так светиться в этом кромешном аду?
— Джошуа Дан, но лучше просто Джош, - от такого бархатного баритона за его спиной Тайлер невольно вздрагивает, после буквально на мгновение ловит на себе взгляд карих глаз этого парня и вздрагивает снова, но не от страха. Скорее от непонимания что такая заметная фигура делает на последней парте, скрываясь за затылком серой мышки.
Джош бегло рассказывает о себе, не особо углубляясь в подробности. Да-да, перевелся в эту школу вместе с переехавшей в этот город по работе отца семьей, никогда такого нигде и ни у кого не было, но вот он здесь, в Колумбусе, в самой обычной среднестатистической школе, надеется поладить со своим новым коллективом. История словно со страниц книги или из сериала-ситкома, Тайлера она даже цепляла своей приятной банальностью, словно сейчас должен будет выскочить режиссер, сказать «стоп, снято!» и щелкнуть хлопушкой, отправив всех актеров на перерыв.
На удивление ребята с класса оказываются радушнее, чем Тайлер мог представить. Вопросы не сыплются толпой, каждый желающий задает их по наводящим темам, благодаря чему выясняется, что Джош - ответственный ученик, спортсмен, душа компании и даже начинающий музыкант. Чтож, он наверняка уже завоевал сердца прекрасной половины их класса. Значит и с другими сдружится. Очередной крепыш, который будет готов позариться на личное пространство, самоуважение и карманные деньги Тайлера. Дан не выглядит типичным хулиганом, но и доверия не особо внушал, не смотря на свой ангельский образ.
Вновь сворачиваясь в темный клубок, Тайлер возвращается за свой стол к своему первоначальному занятию. Гул в классе стихает, он наконец может вырубить голову на время своего любимого естествознания, которое даже толком не учил, но исправно сдавал все тесты и доклады, защищаясь на отлично. Докапываться до него не будут. Во всяком случае ему хотелось в это верить.
— Эй, приятель, - в его сгорбленную спину тычут тыльной стороной карандаша, из-за чего Тайлер резко выпрямляется от испуга, сдерживая желание закричать, ведь…это было блять неожиданно! Обычно к нему никто и никогда так не лез, не трогал без причины и не называл…приятелем?
Джозеф аккуратно оборачивается назад, встречая перед собой все ту же лучезарную улыбку и виноватый взгляд, словно перед ним сидит не парень, а брошенный на дороге щенок.
— Мой перевод оформили так сумбурно и…мне еще не достался учебник. Пообещали только во второй половине дня. А тебе он судя по всему не особо нужен… - он указывает взглядом на ровную стопку из учебника и тетрадей на столе Джозефа. Парень действительно к ней даже не прикасался с момента начала урока. — Не одолжишь? Только на этот урок, честно. А я потом обещаю поделиться лекцией.
Тайлер двигает губами, словно рыба, не в состоянии произнести и звука, после чего максимально безобидно хмурится, поскольку не умеет иначе, и молча протягивает его новому соседу свой «биологический фолиант», лишь бы от него отстали.
Джошуа же, будучи человеком широкой души, искренне благодарит его за столь великодушный жест, умудряясь похлопать Тайлера по плечу, в очередной раз нарушая его личное пространство и обещая вернуть учебник в течение дня. Да пусть хоть все забирает, лишь бы не испортил и не порвал, как это любили делать старшие классы, когда Тайлер был в средней школе. Теперь он и сам «старший», но авторитетом от него даже не пахнет. Почему этот чертов учебник в итоге выглядел скорее как мотив для взаимодействия, нежели реально нужная Дану вещь? Ведь он не унялся, после того как получил его, и Тайлер это знал, чувствовал своим затылком чужой взгляд, все еще плохо его запомнив.
