Старший брат

В самолете Лали всю дорогу до Сингапура размышляла, ненадолго забывалась сном, потом снова возвращалась в действительность. В мыслях был полный хаос, случившееся никак не могло уложится в голове. Она чуть не разбила жизнь лучшей подруги, сама ведь пострадала от неверности Себастьена! Это имя не вызвало былого трепета. Зато при воспоминании о нежных губах Николя по телу бежали мурашки. Она совсем рехнулась, не иначе! Надо спрятаться от всех и хорошенько поразмыслить. Слишком много всего произошло за последний месяц. Перед глазами стояло лицо Элен, когда она махнула ей рукой на прощание. О чем она хотела поговорить? Узнать все так быстро она не могла. Вещи Лали разобрать не успела, такси ждало у входа, она сразу же поехала в аэропорт. Николя тоже вел себя странно, но от мыслей о нем бросало в жар, сердце падало вниз, поэтому она сразу задвинула их далеко на задворки. В аэропорту Сингапура Лали окончательно решила лететь во Франкфурт, а оттуда в Рио к бабушке. Эта женщина всегда могла поставить ей мозги на место. Лали обожала свою бабулю. Она позвонила ей, бабушка не удивилась новости об ее приезде, словно только этого и ждала. Приняв решение Лали успокоилась. Почти весь долгий перелет до Франкфурта она проспала. Потом поела с аппетитом все, что принесла стюардесса. Жизнь налаживалась. В Рио она прилетела почти спокойной. В аэропорту ее встретил дядя Мигель. Он всегда восхищался дочерью своей сестры, бабушка тоже обожала любимую внучку. Лали ощутила такую любовь, что все грустные мысли улетели. Дня три она нежилась, но бабушка видела ее насквозь и, дав ей прийти в себя, прямо спросила внучку, что за потрясения произошли в ее жизни. Они сидели на террасе большого старинного дома, утренний ветерок еще не принес жар и дышать было комфортно. Во дворе цвели розы, их аромат разносился повсюду. Они пили кофе с любимыми пирожными Лали. В этом доме ее всегда баловали. Тут она и рассказала бабушке все-все-все, ничего не утаив, даже свои сны и мысли. - А где этот камень? - неожиданно спросила бабушка. - Какой? - удивилась Лали. - Сердолик. Покажи мне его. Лали совсем забыла о нем в последнюю неделю. Она поискала в карманах юбки и положила на ладонь бабушки яркий камушек. Та долго смотрела, как играет солнце в его глубине. - Такой камень не может обмануть, раз он сам пришел к тебе. - Что ты хочешь сказать? - удивленно подняла глаза Лали. - Девочка моя, нужно уметь отпускать. То, что твое - не уйдет, а если не твое, не жалей, найдется и для тебя твое. Может оно у двери, ждет пока откроешь ее. Лали слушала бабушку, не мигая, на ее лице читалось недоумение. Элали-старшая усмехнулась и потрепала ее по макушке. - Ты правильно сделала, что отпустила Себастьена. Я горжусь тобой. Но отпусти его из своих мыслей, не надо мучить себя. Поплакала и хватит, живи дальше. Перед тем, как открыть новую дверь, нужно закрыть старую. Лали задумалась. Она уже несколько дней не мечтала о возвращении Себастьена, все ее мысли кружили вокруг Элен и Николя. Бабушка внимательно наблюдала за ней. - Как я могу открыть эту дверь, не разбив любовь своей подруги? - неожиданно вырвалось у нее. - Тебе обязательно нужно поговорить с ней, зря ты сбежала. - Рассказать ей, как у меня замирало сердце и кружилась голова, когда меня целовал ее жених? - Лали начинала закипать, теребя в руках салфетку, которая постепенно превращалась в мелкие клочки. - А ты не думала, что он сам ей рассказал об этом? Как она так быстро могла найти тебя в аэропорту? Лали бросило в жар. Нет, это невозможно! Элен знала обо всем и хотела поговорить с ней? Этого не может быть! Она с ужасом смотрела на бабушку. - Я потеряла Себастьена, а теперь еще и Элен! Слезы полились из глаз, Элали-старшая прижала к себе рыдающую внучку, гладила ее волосы и покачивала, как в раннем детстве. - Позвони подруге! Нельзя быть такой трусихой, - ласково сказала она, когда Лали успокоилась. Та отрицательно покачала головой. - Я останусь здесь, никто меня не найдет, я никому не причиню боли. А у Николя и Элен все будет хорошо, как раньше. Бабушка улыбнулась, она хорошо знала свою упрямую девочку, знала и то, что Лали жила сердцем, а оно всегда выводило ее на верную дорогу.