your sugar talking isn't working tonight

В кабинете ужасно душно. Шейн не привык к тому, что погода стала слишком жаркой для его любимых мягких худи, в которых он периодически прятался от внешнего мира. Но возвращаться в комнату и переодеваться ему также не хотелось — вряд ли бы он сейчас смог посмотреть Илье в глаза. Шейн бесится от своей глупости и в глубине души понимает, почему он так остро отреагировал на засос на шее Розанова. То, что Илья приводит к себе людей, — вовсе не шокирующая новость. Большую часть первого курса, когда их отношения сложно было назвать даже приятельскими, Шейн засыпал в наушниках на полной громкости. Не помогал ему спасти душу от страданий и тот факт, что иногда в комнате Розанова он слышал и мужские стоны. Мысль о том, что Илья гетеро, возможно, могла хоть как-то отрезвить Шейна. Но судьба наградила его жизнью с горячим русским бисексуалом (наверное, Шейн не то чтобы любил вешать на кого-то ярлыки, но все равно это делал), который любил ходить по комнате без рубашки. Второй курс и «инцидент на кухне», когда Илья пережил эмоциональный срыв, а сердце Шейна не смогло вынести глубокую печаль в глазах своего тогда еще несносного соседа, перевернули жизнь второго на 180 градусов. Отрицать стремительно развивающиеся чувства стало невозможно — точно не тогда, когда с каждым днем совместной жизни он узнавал Илью с новой, противоположной стороны. Валяющиеся возле мусорного ведра пачки чипсов, забытая немытая посуда, игривые шутки (без которых он уже не мог представить свой день) отошли для Шейна на второй план. Илья прислушивался к его просьбам, покупал его любимые белковые батончики, всегда желал ему удачи перед экзаменами, приглашал смотреть кино на выходных и делал еще миллион других мелочей, которые заставляли внутренности Шейна трепетать. Как-то раз, когда Розанов ушел в магазин, Шейн обратил внимание на большую коробку, стоявшую возле его комнаты. Любопытство перевесило моральные принципы, поэтому он заглянул внутрь — и на секунду застыл. Коробка была доверху набита детскими вещами: куклы разных марок, пушистые носки, плюшевые игрушки животных, набор детских формочек для печенья в виде динозавров и явно не дешевый фотоаппарат. Сверху лежала открытка, написанная на русском языке. Шейн не мог понять ни слова, только имя племянницы Ильи — Соня, которое он часто слышал, когда тот разговаривал по телефону. В груди у Холландера резко потеплело: он не первый раз замечал, насколько чутко Илья относится к детям и как хорошо он с ними ладит. Когда они вместе ходили на хоккейный матч к университетской сборной «Бостонские Рейдеры» (Шейн абсолютно не психовал после приглашения Ильи два часа и точно не просил у Роуз совет, как ему одеться), возле них сидел мальчик восьми лет, который пришел вместе с мамой и половину матча восторженно тараторил о хоккее. В какой-то момент талисман команды подъехал слишком близко к их сектору, резко замахал руками, и ребенок испугался — вцепился в рукав куртки матери и спрятал лицо у нее в плечах. — Я бы тоже испугался, в каком наркотическом бреду придумывали дизайн этого маскота? — тихо усмехнулся Илья Шейну на ухо, на что тот в ответ только фыркнул. Тут же Илья наклонился к мальчику: — Скажу тебе по секрету: он вообще ничего не видит в этой огромной голове. Мальчик осторожно поднял голову и посмотрел на Илью. — Правда? — Сто процентов. Однажды я работал в таком же костюме медведя. И что ты думаешь — врезался в мусорку, потом в дверь, и чуть не снес автомат с едой, — Илья умышленно сделал грустное лицо. Мальчик прыснул со смеху. — Серьезно? — Буду ли я врать о своем позоре? Поэтому не переживай, главное, что у тебя нет этой огромной головы, — Илья протянул мальчику кулак, который тот радостно отбил. Мама ребенка тихо рассмеялась, и напряжение исчезло почти сразу. Спустя пару минут Илья увлеченно объяснял ребенку правила офсайда на салфетках из-под хот-догов, которые он купил им с Шейном перед началом матча («Я заплачу, Холландер. И да, я попросил его не добавлять соусы в твой хот-дог»). Шейн тогда поймал себя на идиотской мысли: он хочет, чтобы когда-нибудь они также сидели на хоккейном матче, но рядом с Ильей был их сын. В тот момент Шейн мечтал о ядерной бомбе, которая упала бы именно на стадион их университета. Почему Илья должен не только выглядеть как греческий бог, но еще и быть абсолютной мечтой каждой мамочки рядом с ними? Но это Шейн живет с ним в одной комнате. Илья так близко, и так далеко одновременно — и все, что делает Шейн, это наблюдает, потому что он точно не сможет соревноваться со всеми женщинами в жизни Ильи. Когда он допустил хотя бы на секунду мысль, что его чувства могут быть взаимны (Илья не приводил к себе никого несколько последних месяцев), его мечты рассыпались вдребезги. — Мистер Холландер, как именно Т-хелперы активируют В-лимфоциты? — выводит Шейна из фантазий вопрос профессора Мирелла. — Путем прямого клеточного контакта и выделения сигнальных молекул, — моментально начинает отвечать Шейн, выпрямляясь на стуле и прочищая горло, — в частности, Т-хелпер активирует B-лимфоциты через взаимодействие CD40 и СD40L. Профессор удовлетворенно кивает и продолжает писать новые формулы соединения веществ на доске, а Шейн тут же опускается с небес на землю — он переехал в Америку, чтобы учиться и стать высококвалифицированным специалистом, а не думать о светлых кудрях и больших мускулистых руках своего соседа. И о маленьких детях с голубыми глазами рядом с ним.

***

Привет.

Извини, сегодня не получится встретиться после обеда.

У меня занятие.

[отправлено в 10:30]

привет, дорогой это с кем же? если ты променял меня на Илью, то я не против 🥰 [отправлено в 10:31]

Роуз, я помогаю Джереми с блоком иммунологии.

[отправлено в 10:33]

кому? Илья знает, что ты ему изменяешь? [отправлено в 10:34]

Профессор обещал поставить мне зачет, если он сдаст контрольные выше тройки.

[отправлено в 10:36]

И мы не встречаемся, чтобы я изменял Илье.

[отправлено в 10:37]

но ты же хочешь этого [отправлено в 10:38]

Конечно. Это именно то, что я буду делать в отношениях.

Изменять.

[отправлено в 10:39]

да, я же писала именно про это 🤭 [отправлено в 10:40]

Я хочу закончить этот семестр на отлично

и на какое-то время забыть про 4 типа аллергических реакций.

[отправлено в 10:41]

а Илья, поверь мне, определенно хочет с тобой… разных вещей) [отправлено в 10:42]

Неправильная информация.

[отправлено в 10:43]

🙄 [отправлено в 10:44]

Вчера он привел к себе девушку.

[отправлено в 10:46]

Светлану? она очень горячая и подкатывает ко мне ну я и не против) [отправлено в 10:47] они друзья, Шейн [отправлено в 10:48]

Нет. В этот раз была не она.

И сегодня с утра я увидел на шее Ильи засос.

От нее, очевидно.

[отправлено в 10:50]

Впрочем, это меня не касается.

Встретимся завтра!

[отправлено в 10:52]

вы дураки пока, шейнбаг ❤️ [отправлено в 10:53]

Эй!

❤️

[отправлено в 10:54]

***

Шейн усиленно высматривает через окно в саду возле библиотеки хоть что-то увлекательное — последний час он помогает своему одногруппнику понять принцип активации T-лимфоцитов. Эту тему он прочитал уже примерно пять раз за семестр, поэтому сейчас Холландер пытается найти занятие поинтереснее. Операция «Не думай, блять, об Илье Розанове, хотя бы в библиотеке» с треском проваливается, когда он замечает за противоположным столом знакомые очертания. Но, к ужасу или к облегчению Шейна, не Ильи, а девушки, которая вчера приходила к нему в комнату. Шейн, несмотря на ориентацию («Я не супер гей, я обычный гей, Роуз»), мог объективно оценить красоту девушки — все-таки у него были глаза. Даже в месте, для которого не нужно стараться, она выглядит удивительно прекрасно: аккуратные каштановые локоны струятся по плечам, чуть закатанные рукава джемпера открывают вид на тонкие запястья, а на лице виднеется россыпь маленьких веснушек. Холландеру на секунду захотелось иметь такое же небольшое количество веснушек, потому что своих он безумно стеснялся. Сейчас они стали еще ярче из-за солнца, которое набирало обороты из-за наступающего лета. От немного жуткого разглядывания девушки Шейна прерывает уведомление на телефоне. Видел твоего Розанова [отправлено в 14:30]

?

Моего соседа, Хейден.

[отправлено в 14:31]

Да, неважно Ты можешь попросить его не толкаться плечами? Да, он очень широкий и так далее, но ему не обязательно задевать людей, идущих мимо [отправлено в 14:33]

Если он задел только тебя, боюсь, у меня плохие новости.

[отправлено в 14:34]

😐 Общение с ним плохо на тебя влияет [отправлено в 14:35] — Шейн, подскажи еще раз, какая роль антиген-презентирующих клеток в активации T-лимфоцитов? — Холландер мысленно вздыхает, считает до трех и откладывает телефон в сторону. Ему кажется, что он понятным языком ответил на этот вопрос еще полчаса назад. Тут же Шейн одергивает себя — Джереми правда был неплохим парнем и у него, казалось, было искреннее рвение к учебе (иначе как объяснить, что они уже третий раз за неделю занимаются вместе). Шейн объясняет самому себе, что не всем людям дается понимание той или иной темы с первого раза, а Джереми еще и состоит в хоккейной команде, и тренировки точно отнимают у него много времени. Поэтому Шейн спокойно проговаривает ответ на вопрос еще раз. После этого Джереми дописывает что-то в своем конспекте, закрывает вкладку в браузере и откладывает ноутбук в сторону — это знак того, что на сегодня они закончили. Шейн поднимает рюкзак со стола и тоже начинает потихоньку собирать свои вещи. — Шейн, я хотел спросить, — Джереми перебирает в руках лямку своей сумки. Шейн бросает на него взгляд и невольно сравнивает с Ильей (да, ему точно поставлен диагноз «Я схожу с ума из-за Ильи Розанова»): у Джереми были такие же светлые волосы и голубые глаза, но… никаких кудрей и вкраплений зеленого в радужке глаз. — Сегодня у моих ребят из команды вечеринка в доме недалеко от кампуса. Ты идешь? Шейн замирает — назвать себя фанатом вечеринок он точно не мог. Там всегда было слишком шумно, слишком тесно и неуютно. Также был слишком высокий шанс снова увидеть Илью в окружении красивых девушек, а потом полночи ненавидеть себя за это. К слову о них — Холландер вновь переводит взгляд на брюнетку, с которой он вчера видел Розанова. Сейчас она игриво улыбается и активно печатает сообщения на своем телефоне. Мгновенно возникшая мысль о том, что она пишет Илье, заставляет желудок Шейна жалобно скрутиться. Он устал быть безнадежным геем, который страдает по одному парню в своей жизни. Иногда и Шейну нужно развеяться — плюс, завести еще одного друга в лице Джереми ему бы точно не мешало. Ели что, на вечеринке можно будет сбежать к Хейдену, или позвать с собой Роуз. Она точно обрадуется его выходу в люди. — Да, я думаю, я все-таки приду, — говорит Шейн, чтобы не успеть придумать тысячу новых отговорок против этой идеи. Лицо Джереми тут же заметно светлеет. — О! Это супер, — слишком быстро и воодушевленно отвечает он. Затем немного стушевывается. — То есть… классно. Я рад. Рад наконец-то поблагодарить тебя за наши занятия. Не в смысле «отблагодарить»…короче, угостить тебя чем-нибудь. Шейн лишь кивает в ответ, не желая отпугивать нового человека в своем окружении своей нелюбовью к алкоголю и любым газированным напиткам, кроме Canada Dry. На секунду между ними повисает неловкая тишина. Джереми первым отводит взгляд, хватает сумку со стола и нервно проводит ладонью по затылку: — Тогда… увидимся. И спасибо тебе еще раз за помощь, серьезно. — Не за что, — тихо отвечает Шейн, надевая рюкзак на плечи. Джереми улыбается в ответ, неловко машет рукой на прощание и быстрым шагом направляется к выходу. Шейн думает о том, что Джереми все-таки достаточно неплох для того, кто состоит в хоккейной команде — возможно, у него даже может появиться новый друг. Эта мысль кажется неожиданно приятной. Роуз будет гордиться его навыками социализации. Затем Шейн машинально переводит взгляд на противоположный стол, но девушки там уже нет. Не успев загнать себя в пучину ничтожных мыслей о ее возможном времяпревождении с Ильей, он пулей вылетает из библиотеки.

***

привет [отправлено в 15:30]

Привет.

[отправлено в 15:31]

🥺 [отправлено в 15:32]

Что?

[отправлено в 15:33]

🥺🥺 [отправлено в 15:34]

Илья, я не умею читать твои мысли.

[отправлено в 15:35]

:( ты правда ненавидишь меня [отправлено в 15:36]

Да.

Иногда.

[отправлено в 15:37]

💔 я к тебе со всей душой, а ты разбиваешь мое сердце [отправлено в 15:38]

Я покупаю тебе колу почти каждый день!

[отправлено в 15:39]

насколько бессмысленно будет просить тебя купить сигареты? [отправлено в 15:40]

….

С твоим диабетом я смириться смогу, возможно.

Но не с раком легким.

[отправлено в 15:41]

🥲 я умру раньше от твоего безразличия [отправлено в 15:42]

…

Я куплю тебе твои отвратительно сладкие мармеладные мишки.

[отправлено в 15:43]

❤️ [отправлено в 15:44] положишь их на стол? заберу уже завтра меня попросили помочь с выбором водки для хоккейной вечеринки вернусь завтра не скучай без меня 😉 [отправлено в 15:46]

О, вечеринка.

Я тоже пойду.

[отправлено в 15:47]

что????????????? повтори еще раз шейн холландер это точно ты я точно разговариваю не с твоим злобным близнецом? какую породу собак я хочу завести? [отправлено в 15:50]

Очень смешно.

Бордер-колли.

[отправлено в 15:51]

я очень рад, что ты запомнил) [отправлено в 15:52]

Ты скинул мне в инстаграме как минимум 20 видео с этой породой.

И ответ все еще нет, мы не будем тайно заводить собаку в общежитие.

[отправлено в 15:54]

:( так, мы не отходим от темы вопрос остался открытым кто и что заставили пойти шейн холландера на вечеринку? [отправлено в 15:55]

Кто-то должен проследить за тем,

чтобы ты не пытался смешивать водку с энергетиком.

[отправлено в 15:56]

😋 так это все ради меня? я польщен [отправлено в 15:57]

На самом деле, я правда устал от экзаменов, которые уже на носу.

И сейчас я дополнительно занимаюсь со своим одногруппником,

чтобы получить зачет и как-то облегчить себе жизнь.

Но я не рассчитал, что это тоже занимает много времени.

Он как раз из хоккейной команды,

может, ты знаешь его. Джереми.

Он и сказал мне про сегодняшнюю вечеринку.

[отправлено в 16:00]

а [отправлено в 16:01]

Поэтому увидимся там!

[отправлено в 16:02]

да увидимся [отправлено в 16:05]

***

Либо Шейн себя накручивает, либо Илья достаточно сухо отреагировал на его последние сообщения. Холландер понимает, что слушать про его вечные проблемы с экзаменами и нагрузкой на факультете не так уж и интересно, но он всегда ожидает как минимум несколько слов поддержки от Ильи. Или дурацкие эмоджи, которые тот отправляет всегда. Шейн морщится и отводит взгляд от пяти пачек мармелада, которые он, конечно же, купил для Ильи в магазине. Такими темпами он точно либо не попадет ни на какую вечеринку, либо сойдет с ума еще в комнате — поэтому, собравшись с мыслями, он идет вызывать «модную полицию», или, по-другому, звонить Роуз. После пары гудков вместо приветствия раздается голос девушки: — Если ты опять спрашиваешь, можно ли сочетать черный худи с черными джинсами, я кладу трубку. — Это разные черные, — бормочет Шейн, открывая шкаф. Он смотрит на аккуратно сложенные вещи и все равно не понимает, что из этого ему нужно выбрать сегодня. Может, синюю рубашку? — Господи, он еще и защищается. Ты не Миранда Пристли, чтобы отличать разные оттенки голубого друг от друга. Шейн невольно закатывает глаза, прислоняясь к стенке шкафа. Уточнять, кто такая Миранда, он не собирается. — Я… — он неловко прочищает горло. — Я собираюсь на вечеринку сегодня вечером. Ее устраивают «Бостонские рейдеры». Джереми, с которым я занимаюсь, состоит в команде и рассказал мне про нее сегодня. Роуз пару секунд молчит в трубке. Затем слышится ее шокированный голос: — Джереми что, хочет тебя трахнуть? — Он просто спросил, буду ли я там, — тут же опровергает ее слова Шейн. Он ценит то, как Роуз каждый раз беспокоится о его личной жизни, но Джереми точно не в его вкусе. Точнее, начать можно с того, что Джереми определенно не гей. — И так, как я ответил положительно, он дополнил, что хотел бы отблагодарить меня напитком. По-дружески. Правда, я не уточнил, что я почти ничего не пью. — О боже, он определенно хочет тебя трахнуть. — Шейн слышит улыбку Роуз через экран и измученно стонет. У нее всегда найдутся свои аргументы. — А Илья там будет? Я хочу понимать, стоит ли ставить свечку за здоровье Джереми заранее. — Причем тут вообще он? — вздыхает Шейн, вытаскивая вещи из шкафа. — И да, конечно, Илья там будет. Но мы можем сейчас сосредоточиться на мне и постараться выбрать хоть что-то подходящее? На твой взгляд. — Конечно, Ромео, включай камеру и доставай все вещи, которые мы покупали вместе.