Ум Эмиля

Дима сидел в кресле напротив Антона Шастуна, нервно крутя в руках телефон. Шоу «Контакты» шло своим чередом, пока не наступил момент «вопроса на миллион». — Итак, Дима, — Антон хитро прищурился, зачитывая вопрос с планшета. — Это специфический исторический факт, связанный с архитектурой заброшенных психбольниц Европы восемнадцатого века. У тебя есть минута. Кому звоним? Дима завис. Тема была его, «гостовская», но вопрос закрутили так, что мозг выдавал белый шум. — Так, я наберу Сане. Он у нас ходячая энциклопедия, — решил Дима.Пошли гудки. Саня ответил быстро, выслушал вопрос и… хмыкнул. — Дим, я-то знаю примерно, но боюсь ошибиться в деталях. А вот Эмиль на прошлой неделе читал какую-то статью ровно про это здание. Звони ему, он точно выдаст базу. — Эмилю? — Дима удивился. — Ладно, рискнем. Экран сменился на фото Эмиля. Трубку взяли на третьем гудке. — Да, Дим? Ты опять в лесу застрял? — голос Эмиля звучал бодро. — Эмиль, слушай быстро, — перебил Масленников. — Я у Шастуна. Вопрос жизни и смерти: как называлась система тайных коридоров в госпитале Сент-Мэри и для чего их использовали? На мгновение повисла тишина. Шастун затаил дыхание. Дима уже приготовился к шутке в стиле «откуда я знаю», но Эмиль вдруг заговорил совершенно серьезным тоном. — Это система «Сайлент-Вэй», Дим. Коридоры использовали не для врачей, а для перемещения продуктов, чтобы запахи еды не провоцировали приступы голода у пациентов на специфической диете. Антон выронил планшет. Дима вскрикнул: — Ты серьезно?! Откуда?! — Я же хотел там ролик снять, изучал чертежи, — просто ответил Эмиль. — Всё, я на съемки, удачи выиграть! Связь прервалась. В студии воцарилась тишина, которую прервал восторженный крик Шастуна: — Это правильный ответ! Дима, твой младший — просто гений! Дима довольно откинулся на спинку кресла, вытирая пот со лба. — Никогда больше не буду называть его мелким, — прошептал он в камеру, сияя от гордости за друга. Шастун азартно потер ладони, когда на экране загорелся следующий уровень сложности. — Дима, правила суровы. Эмилю ты уже звонил, второй раз его номер набирать нельзя. А вопрос теперь такой, что даже гугл начнет заикаться. Антон зачитал вопрос о редком химическом составе самодельной краски, которой пользовались подпольные алхимики в средневековой Италии. Дима схватился за голову. — Это нереально. Но я знаю, что Эмиль сейчас на студии с пацанами. Если я позвоню не ему, а кому-то из его команды… это же считается за другой контакт? — Хитро! — Антон прищурился. — Формально — да, номер-то другой. Кому звоним? — Набирай Илью (Экса)! — скомандовал Дима. Пошли гудки. Илья ответил почти сразу: — О, Дим! Ты чего, потерялся? — Илюха, времени нет! — Дима говорил быстро, косясь на таймер. — Ты рядом с Эмилем? Спроси его СРОЧНО: какой компонент в краске «Кровь дракона» давал фиолетовый оттенок при нагревании? Быстрее! В трубке послышался шум, топот и крик Ильи: «Эмиль! Эмиль, Масленников на проводе, орет, спрашивает про краску дракона и фиолетовый цвет! Что это?!» Через секунду на заднем фоне послышался приглушенный, но уверенный голос Эмиля: — Скажи ему, что это киноварь, смешанная с соком лакмуса и квасцами. Только пусть не перепутает с обычной сажей! Илья тут же продублировал в трубку: — Дим, слышал? Киноварь, лакмус и квасцы! — Слышал! Спасибо, мужики! — Дима сбросил вызов, сияя как начищенный пятак. Шастун в шоке смотрел на правильный ответ в своем планшете. — Масленников, это читерство! — смеясь, воскликнул Антон. — Ты использовал Эмиля как выносной мозг через посредника! И самое страшное… он опять ответил правильно! — Это не читерство, Антон, — Дима гордо поправил толстовку. — Это командная работа. Мои люди знают всё, даже если я звоню им через вторые руки. После того как Антон объявил, что ответ снова верный, студия буквально взорвалась. Зрители аплодировали, а Шастун в шутку пытался найти в правилах пункт, запрещающий «использовать Эмиля Иманова более одного раза за программу». Но самое интересное началось через пять минут, когда телефон Димы зазвонил. На экране высветилось: «Эмиль». — О-о-о, — протянул Антон, поднося микрофон к динамику. — Кажется, мозг команды понял, что его эксплуатируют!Дима нажал на громкую связь. — Масленников! — голос Эмиля звучал подозрительно спокойно, но в нём чувствовался подвох. — Я тут сижу, пью кофе, и вдруг ко мне врывается Илья с выпученными глазами, требуя алхимические рецепты. Потом я захожу в соцсети и вижу, что ты в эфире у Шастуна. — Эмилька, ну ты же гений, выручил! — начал оправдываться Дима, еле сдерживая смех. — Дим, я правильно понимаю? — продолжал Эмиль. — Ты позвонил Сане — он перевел стрелки на меня. Ты позвонил Илье — и он опять заставил отвечать меня. Я сегодня работаю твоим платным справочником или как? Почему мне до сих пор не пришло уведомление о зачислении гонорара за консультацию? Вся студия легла от смеха. Шастун выкрикнул: — Эмиль, он на тебе состояние делает! Требуй долю! — Слышал, Дим? — Эмиль на том конце провода явно улыбался. — Короче, за то, что ты дважды выехал на моих знаниях, с тебя следующая заброшка. Но чур я там не вхожу первым, а сижу в палатке и командую. И раз уж я такой умный, то за «сложные вопросы» ты мне должен ужин. — Договорились! — хохотал Дима. — Ты лучший, Эмиль! — Знаю, — скромно ответил Эмиль. — Кстати, Шастун, если там будет вопрос про квантовую физику — не звоните Стасу, он всё равно спросит у меня. Всем пока! Когда связь прервалась, Антон посмотрел в камеру с абсолютно ошарашенным видом. — Ребята, я веду это шоу сотню лет, — признался Шастун. — Но чтобы один человек ответил на два сложнейших вопроса, даже не будучи в списке контактов напрямую… Дима, береги его. Таких «гуглов» в штате больше нет. А на этом была программа "Контакты" с Димой Масленников и на этом всё дорогие друзья, всем спасибо за внимание, всем пока!