oasis

В крошечной квартире на окраине Сеула пахло дешевой присыпкой и едва уловимым, увядшим пионом.  Тэхён сидел на краю кровати, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить Юнхо. Его сыну, омеге, недавно исполнилось три года. Тэхён смотрел на него и в его груди расцветала такая любовь, что она выжигала всю усталость и боль.  — Ради тебя, — прошептал Тэхён. — Ради тебя я выдержу всё.  Прошел ровно год с того дня, как его муж, человек, которому он доверял, которому подарил свою юность и сердце, просто собрал вещи и ушел. Ушел, бросив слова, которые до сих пор были в мыслях: — Ты стал скучным, ребенок забирает все твое время. Я альфа, мне нужна свобода, а не пеленки и твои потухшие глаза.  Он ушел, оставив Тэхёна с малышом на руках, счетами за квартиру, но Тэхён не сломался окончательно. Да, его сердце было разбито, его природный аромат потерял былую сладость, став горьковатым от постоянного стресса, но он должен был выжить, должен был прокормить своего сына.  Тэхён был гением в IT сфере. Он рассылал сотни резюме, ходил на десятки собеседований, но ему постоянно отказывали. — Вы омега без пары? С маленьким ребенком? Извините, но вы будете постоянно брать больничные.  — Ваши навыки впечатляют, господин Ким, но мы ищем сотрудника без обременений.  — Вы слишком молоды, а одинокий омега с ребёнком это всегда проблемы.  Его не брали никуда, даже на самые низкооплачиваемые должности. Друзей у Тэхёна не было, бывший муж позаботился о том, чтобы изолировать его от всех еще во время брака, а после развода Тэхён оказался в полном одиночестве, деньги закончились неделю назад, вчера он отдал Юнхо последнюю порцию нормальной еды, а сам пил только воду. Когда утром хозяин квартиры постучал в дверь, угрожая выселением к концу недели, Тэхён понял, что честные пути закрыты. Ему нужно было чудо, или нужно было продать единственное, что у него осталось, себя. Именно поэтому сегодня вечером Тэхён стоял перед дверями элитного агентства. Это было место для высшего общества, место, где продавалась красота, покорность и иллюзия любви. Он глубоко вдохнул, пытаясь успокоить дрожь в коленях. — Я сильный, я справлюсь, — сказал он себе.  Собеседование с управляющей прошло как в тумане.  — У тебя потрясающие данные, твой запах... редкий, нежный пион. Альфам такое нравится, они любят чувствовать себя защитниками рядом с такими хрупкими омегами, но у нас строгие правила. Никаких привязанностей и главное, никаких проблем, ты живешь один? Родственники? Долги? — Я совершенно один, — солгал Тэхён, глядя в глаза. — У меня никого нет, никто не будет меня искать.  Мадам Чхве кивнула. — Хорошо, ты принят, но помни, ты здесь, чтобы подчиняться, твоя задача быть идеальным холстом для фантазий клиента.  Его быстро привели в порядок. Визажисты убрали темные круги под глазами, губы накрасили нежным блеском и надели свободную шелковую рубашку, которая приоткрывала ключицы и узкие брюки.  — Твой первый клиент господин Ли, — сказала мадам Чхве, протягивая ключ карту. — Владелец судостроительной компании, ему за шестьдесят. Он любит покорных, тихих омег, не спорь с ним, будь ласковым, он щедро платит, апартаменты на последнем этаже отеля Сигниэль, иди. Путь до отеля казался Тэхёну дорогой на казнь. Каждый шаг давался с трудом, но мысль о том, что завтра он сможет купить Юнхо теплый комбинезон на зиму и свежие фрукты, толкала его вперед.  Поднявшись на лифте в пентхаус, Тэхён приложил карточку к замку, дверь открылась. Внутри было полутемно, в воздухе висел тяжелый, удушливый запах дорогих сигар.  В кресле у панорамного окна сидел пожилой альфа.  — А, свежее мясо, — прохрипел господин Ли, не оборачиваясь. — Разденься и подойди, я хочу посмотреть, за что плачу. Тэхён почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Его руки дрогнули, потянувшись к пуговицам рубашки. Он закрыл глаза и начал раздеваться, но внезапно тишину разорвал резкий звонок телефона.  Господин Ли недовольно цокнул языком и снял трубку.  — Что еще? Я же сказал не беспокоить меня. Как рухнули акции? Таможня задержала груз? Подготовьте мой самолет, я выезжаю.  Он вскочил, совершенно забыв о полураздетом, замершем Тэхёне. Он бросил на столик пачку купюр и пулей вылетел из номера, хлопнув дверью.  Тэхён остался один, его руки все еще сжимали края рубашки. Он медленно осел на пол, прижавшись спиной к стене и выдохнул. Зазвонил рабочий телефон, который ему выдала мадам Чхве. — Тэхён, господин Ли срочно отбыл по делам, но ты остаешься в номере, нам повезло, один из наших самых важных VIP клиентов, человек из высшего общества только что запросил компанию на вечер. Он остановился в этом же отеле и сейчас поднимается к тебе, слушай меня внимательно, этот человек очень важная шишка, сделай всё, чтобы он остался доволен. Если ты ему понравишься, твое будущее, и будущее нашего агентства обеспечено, жди. Связь оборвалась, Тэхён нервно сглотнул, застегивая рубашку обратно. Он подошел к окну, глядя на ночной Сеул, и попытался успокоить свое бешено бьющееся сердце. Прошло пятнадцать минут, затем щелкнул замок.  Тэхён обернулся, опустив глаза в пол, как его учили. Он сложил руки перед собой, но первое, что ударило по его чувствам, был не звук шагов, это был запах. Он не был удушливым или тяжелым, это был аромат чистого шалфея. В номер вошел Чон Чонгук.  В свои тридцать пять лет он обладал властью, о которой другие могли только мечтать, владелец крупнейшей инвестиционной империи, но за всем этим скрывалась глубокая рана.  Десять лет назад врачи сказали, что он бесплоден. Для доминантного альфы это было равносильно проклятию, его бывшие уходили, не желая быть с альфой, который не может подарить им детей, а брать ребенка из детского дома Чонгук категорически отказывался. Со временем он закрылся, стал циничным и холодным, находя утешение лишь в работе и редких, ничего не значащих встречах на одну ночь, чтобы просто забыться.  Чонгук устало стянул галстук, бросив его на кресло, и только потом поднял взгляд на Тэ, стоящего посреди комнаты. — Здравствуйте, господин, — голос Тэхёна прозвучал тихо. — Я... я сделаю всё, что вы пожелаете. Чонгук сделал медленный шаг навстречу.  — Подними глаза.  Тэхён послушно поднял взгляд.  — Как твое имя?  — Тэхён, господин, Ким Тэхён, — выдохнул он. Чонгук сделал еще один медленный шаг, оказавшись вплотную. Он протянул руку и коснулся щеки Тэхёна, Тэ инстинктивно сжался, закрыв глаза.  — Не дрожи, — произнес Чонгук, глядя на то, как Тэхён кусает губы. — Я не причиню тебе боли.  Рубашка соскользнула с плеч Тэхёна, упав на ковер. Чонгук подхватил его на руки и понес к кровати в центре спальни.  — Не прячься, ты невероятно красив. — прошептал Чонгук.  Чонгук опустился на кровать, нависая над ним. Его руки скользнули по бедрам Тэхёна, стягивая брюки. Когда Тэ остался без одежды, Чонгук наклонился, и мягко коснулся пульсирующей жилки на шее Тэхёна.  Тэ выгнулся, издав тихий стон. Целый год к нему никто не прикасался, его тело отреагировало мгновенно.  Губы Чонгука скользнули выше и поцеловал его. Тэхён сначала замер, но потом приоткрыл губы шире, неумело, но искренне отвечая на поцелуй, и его руки сами собой зарылись в волосы Чонгука. Чонгук чувствовал, что Тэ напуган, и поэтому всё делал медленно. Он подготовил его и покрывал поцелуями его грудь, спускаясь к животу.  Тэхён тихо скулил, кусая свои губы. — Пожалуйста... — сорвалось с губ Тэхёна тихое мольба. Чонгук навис над Тэхёном. — Я буду осторожен, — прошептал он. Он медленно подался вперед, входя в узкое колечко. Тэхён резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы, его спина выгнулась дугой, отрываясь от матраса. Боль смешалась с невероятным чувством наполненности.  Чонгук замер, давая ему время привыкнуть, он склонился и начал слизывать выступившие слезы с уголков глаз Тэхёна и начал двигаться. Сначала медленно, оттягивая назад и толкаясь глубоко, до самого основания, но потом темп нарастал.  Тэ запрокидывал голову, подставляя шею, и его стоны становились всё громче, всё слаще.  — Ах... господин... Чонгук... — вырвалось у Тэхёна вместе со всхлипом, когда Чон задел   чувствительную точку внутри него. — Смотри на меня, — хрипло, на грани оргазма приказал Чонгук.  Тэхён распахнул глаза. Очередной толчок выбил из груди него громкий, протяжный стон, похожий на крик, и он начал быстро себе кончать на живот.  Чувствуя эти жаркие, пульсирующие толчки внутри Тэ, Чонгук сделал еще несколько быстрых, добивающих толчков, вбиваясь до самого основания, и с хриплым стоном излился внутрь Тэ.  Чон медленно отстранился, укрывая тяжело дышащего Тэхёна одеялом, и дотянулся до своего телефона, лежащего на прикроватной тумбочке. — Что вы делаете? — испуганно прошептал Тэхён, приподнимаясь на локтях. — Покупаю себе время, — бросил Чонгук, набирая номер управляющей. — Да, это Чон. Омега, который сейчас со мной... я выкупаю его эксклюзивно на ближайшую неделю, никаких других клиентов, счет за его время и любые неустойки отправьте моей компании.  Чонгук сбросил вызов и повернулся к нему, ожидая увидеть радость, облегчение или хотя бы благодарность, но вместо этого Тэхён сел на кровати, крепко прижимая к груди одеяло. — Господин Чон, — голос Тэхёна дрожал. — Я... я безмерно благодарен вам, но днем... днем я не смогу быть с вами. Чонгук приподнял бровь, и воздух в комнате мгновенно потяжелел. — Поясни.  — У меня есть личные дела, которые я не могу отменить ни при каких обстоятельствах. Я буду приходить к вам каждый вечер, я буду принадлежать вам всю ночь, до самого утра. Я буду делать всё, абсолютно всё, что вы захотите... но день это мое время.  — Договорились, Тэхён, — медленно произнес Чонгук. — Днем ты свободен, но с заходом солнца и до рассвета ты мой, целую неделю. Тэхён выдохнул, чувствуя, как тяжесть спадает с его плеч. — Я справлюсь, — мысленно пообещал себе Тэхён. — Днем я буду самым лучшим папой для Юнхо, а ночью я буду послушной тенью для этого альфы, всего одна неделя. ___ На следующий день Тэхён проснулся задолго до того, как Чон встал.  Он высвободился из рук, быстро оделся в свои вещи, сложил рубашку, выданную агентством, и, не издав ни звука, покинул номер. Когда он вышел на улицу, его руки дрожали, когда он достал свой телефон и открыл банковское приложение.  Вчера, еще до того, как он покинул отель, мадам Чхве прислала ему сообщение. Чон перевел на счет агентства сумму за недельный эксклюзивный контракт авансом, агентство удержало свой процент, а остаток упал на карту Тэхёна. Когда он увидел цифры на экране, сразу прижал ладонь ко рту, сдерживая всхлип.  Он никогда в жизни не видел таких денег на своем счету, даже когда был замужем. Этой суммы хватило бы не просто на еду и одежду, этого хватит, чтобы снять квартирку в нормальном районе, где не дует из щелей, где сын сможет бегать босиком по полу, этого хватит на год безбедной жизни. Слезы покатились по его щекам, он стоял посреди пустой улицы, сжимая телефон и плакал от облегчения.  — Спасибо... — прошептал он в пустоту, — кем бы вы ни были, господин Чон, спасибо вам.  Первым делом он направился в круглосуточный супермаркет премиум класса. Тэхён ходил между рядами, как во сне, он не смотрел на ценники, он взял свежее молоко, лучшее мясо, нежное пюре, мягкий хлеб, а затем его взгляд упал на прозрачный контейнер с красной клубникой. Юнхо обожал клубнику, но Тэхён не мог позволить себе купить ее даже в сезон. Сейчас же он взял две большие упаковки, прижимая их к груди. По пути домой он забежал в детский магазин, который только открылся и взял самый теплый зимний комбинезон.  — Заверните этот, пожалуйста.  Когда он переступил порог своей квартиры, госпожа Кан, которая иногда помогала ему, уже дремала в кресле. Тэхён тихо поблагодарил ее, всунув в ее руки купюру и проводил ее за дверь. Юнхо спал, свернувшись клубочком под тонким пледом. — Малыш, Юнхо, просыпайся, солнышко, папа пришел. Мальчик сонно заворочался, потер кулачками глаза и улыбнулся.  — Папа...  — Смотри, что папа принес, — он вытащил из пакета упаковку клубники. Тэхён вымыл клубнику и поднес к губам сына, Юнхо откусил кусочек.  — Вкусно? — плача и смеясь одновременно, спросил Тэхён, вытирая сок с его губ.  — Очень, папа, еще! — сказал Юнхо, прижимаясь к груди папы . В это же время в пентхаусе Чонгук медленно открыл глаза. Он резко сел на кровати, и сон как рукой сняло. На соседней подушке осталась лишь едва заметная вмятина и нежный аромат распустившегося пиона.  Чонгук зарылся пальцами в волосы, тяжело выдыхая. Он привык просыпаться один, более того, он всегда требовал, чтобы нанятый мальчишка уходил до того, как он откроет глаза. Он ненавидел фальшивые утренние улыбки и неловкие разговоры, но сейчас внутри была странная пустота. — Личные дела, значит... — тихо хмыкнул Чонгук.  Он поднялся, прошел в душ, но даже под ледяными струями воды не мог выкинуть из головы образ Тэхёна. То, как Тэхён стонал под ним, то, как он цеплялся за его плечи, в нем не было ни капли наигранности. Спустя два часа его машина остановилась у здания и Чонгук вошел в свой офис на последнем этаже. Двери его кабинета распахнулись, и Чонгук прошел внутрь, где его уже ждали.  В креслах у окна сидели двое. Мин Юнги, финансовый директор компании, альфа с запахом черного кофе, он был его братом, а рядом с ним сидел Пак Чимин, жених Юнги, омега с тонким ароматом белого лотоса, владелец сети элитных галерей.  — Ты опоздал на пятнадцать минут, для человека, чей график расписан по секундам на год вперед, это равносильно концу света. Что-то случилось с акциями?  Чонгук снял пиджак и бросил его на спинку кресла.  — С акциями всё в порядке. Чимин, до этого листавший планшет, вдруг замер. Он принюхался и перевел взгляд с мужа на Чонгука, а затем на его губах заиграла хитрая улыбка. — Шалфей, — протянул Чимин, откладывая планшет. — Чонгук, от тебя несет цветами, сладкий, свежий пион и он так глубоко въелся в твой запах, словно вы пролежали в обнимку всю ночь.  Юнги поперхнулся кофе и уставился на Чона. — Серьезно? Ты оставил у себя кого-то на всю ночь? Человек, который вышвыривает омег через час после процесса, чтобы они не дышали его воздухом?  Чонгук откинул голову на спинку дивана и прикрыл глаза, на его лице появилась легкая полуулыбка.  — Я встретил его вчера, в агентстве мадам Чхве. Он перешел ко мне от другого клиента по случайности.  — Очередная элитная кукла, которая знает, как правильно выгибаться? — фыркнул Юнги. — Чон, мы же говорили о безопасности... — Он не кукла, Юнги, — резко оборвал его Чонгук. — Он... он другой, понимаешь? В нем нет этой тошнотворной фальши, нет заученных фраз, которыми они все там сыплют.  Чимин подался вперед.  — Расскажи о нем, Чонгук, какой он? Чонгук тяжело сглотнул, вспоминая прошедшую ночь.  — Он невероятно, до боли красив, но дело не в чертах лица, дело в глазах, Чимин... вы бы видели его глаза. В них столько боли, столько горя… я это чувствовал, он выглядит так, словно мир ломал его каждый день, потому что при встрече я учуял его запах, и он пах страхом.  Юнги нахмурился.  — Чонгук, это эскорт. Их учат строить из себя жертв, чтобы такие альфы, как ты, теряли голову от желания спасти их, это игра на твоих инстинктах. — Я умею отличать игру от реальности, — процедил Чонгук. — Когда я к нему прикоснулся, он дрожал, он был в ужасе, но пытался это скрыть, он подчинялся каждому моему слову, был мягким, податливым, но в этой его покорности была... гордость, он не унижался, он принимал это как необходимость, а потом...  — Что потом? — спросил Чимин. — Потом я позвонил мадам Чхве и выкупил его эксклюзивно на неделю.  — Ты выкупил эскортника на неделю? Ты с ума сошел? А как же твои принципы никаких привязанностей?  — Подожди, Юнги, дай ему договорить, — шикнул на мужа Чимин. — Тут что-то еще, я по лицу вижу. — Да, — кивнул Чонгук. — Самое интересное началось после. Я думал, он будет прыгать от радости или благодарить меня на коленях за такую сумму, а он... он сел на кровати, натянул одеяло, сжал его и глядя мне в глаза, отказал мне. В кабинете повисла тишина. — Отказал? Тебе? — переспросил Юн. — У него инстинкт самосохранения атрофирован? — Он сказал, что безмерно благодарен, но днем у него есть личные дела, которые он не может отменить, он поставил мне условие, Юнги. Он сказал, что с заката и до рассвета он полностью мой, но день принадлежит ему.  Чимин выдохнул, откидываясь на спинку кресла. — Вау… он заставил ледяного Чон Чонгука пойти на компромисс, я уже хочу с ним познакомиться. — Исключено, — мгновенно отрезал Чонгук. — Он мой, эту неделю он только мой, но на выходные планы не отменяем, я познакомлю вас.  — Хорошо, успокой своего зверя, но если включить логику... тебя не смущает это личное дело? Что может скрывать омега днем? Другого альфу? Долги? Криминал? Чонгук, ты слишком важная фигура, если он связан с какими-то проблемами, это ударит по репутации компании, я должен приказать службе безопасности проверить его.  Чонгук резко поднялся с дивана. — Никто не будет его проверять, Юнги. Никакой слежки.  — Но Чонгук... — попытался возразить он.  — Я сказал нет. Если он скрывает что-то... пусть скрывает, я вижу, что он не преступник, он кого-то защищает, я чувствую это в том, как он говорит, как смотрит и если он решил оставить день для себя, я дам ему это, я не хочу пугать его, я хочу, чтобы он... Чимин с пониманием посмотрел на Чонгука. — Мы не будем в это лезть, Чонгук, наслаждайся этой неделей. Кто знает, возможно, этот пион расцвел именно для того, чтобы спасти твою зиму. Тем временем Тэхён сидел на полу на ковре.  Вокруг него были разбросаны детали конструктора, а посередине сидел Юнхо, одетый в новенький теплый свитер, который Тэхён успел купить сегодня утром. Его телефон, лежащий на столе, завибрировал, это было сообщение от мадам Чхве.  — Господин Чон подтвердил бронь, твое время начинается в 20:00, будь готов, не подведи меня, Тэхён. Он очарован тобой, это твой шанс на безбедное существование.  Ровно в 20:00 Тэхён приложил карту к двери пентхауса.  Чонгук ждал его, он стоял у окна, одетый лишь в свободные домашние брюки, — Ты пришел, — выдохнул Чонгук, делая шаг навстречу.  Тэхён не успел ничего ответить, Чонгук оказался рядом и отчаянно поцеловал его губы. Чонгук целовал его глубоко, сминая мягкие губы Тэхёна, заставляя его приоткрыть рот и впуская горячий язык. Тэхён тихо ахнул, его колени подогнулись, Чон подхватил его под бедра, заставляя обхватить себя ногами, и понес к кровати, не разрывая поцелуя. Чонгук опустил его на простыни и снял с него всю одежду. Его взгляд скользил по обнаженному телу Тэ, он наклонился, покрывая поцелуями шею, ключицы, спускаясь к груди. Тэхён выгибался навстречу каждому прикосновению, его пальцы путались в волосах Чонгука, мягко сжимая пряди. — Какой же ты сладкий... — стонал Чонгук, покусывая кожу на животе Тэ, от чего Тэхён издал прерывистый стон. — Я сходил с ума весь день, вспоминая твой запах.  Когда пальцы Чона скользнули вниз, подготавливая его, Тэхён уже был на грани, его тело отзывалось на малейшее движение. Чонгук вошел в него медленно, до самого упора, заставляя Тэхёна широко распахнуть глаза и втянуть воздух. Чонгук посмотрел на него и начал вбиваться в него.  — Посмотри на меня, — тяжело выдохнул Чонгук, замедляясь на секунду, чтобы оттянуть бедра Тэ на себя и войти под другим углом, находя ту самую, пульсирующую точку внутри.  Тэхён запрокинул голову, издав высокий, сорванный стон. Чувствуя, как Тэхён сжимается вокруг него, Чонгук потерял последние капли контроля. Сделав несколько мощных, добивающих толчков, он кончил внутрь. Чонгук уткнулся носом в изгиб шеи Тэхёна, вдыхая цветочный аромат, который сейчас казался самым успокаивающим запахом, а Тэхён мягко, бессознательно поглаживал Чона по волосам. — На выходные мы уезжаем, — произнес Чон.  Тэхён мгновенно проснулся, он приподнялся на локтях, натягивая на грудь одеяло.  — Уезжаем? Но... господин Чонгук, мы договаривались только на ночи, днем я... — Я знаю о нашем уговоре, Тэхён, — мягко перебил его Чон. — Но это выходные, мои друзья, с которыми я веду бизнес, предложили поехать в загородный дом в Капхёне, на природу. Я хочу, чтобы ты поехал со мной, твое дневное время за эти два дня я уже оплатил агентству по тройному тарифу, это часть твоей работы, тебе не придется делать ничего сверхъестественного, просто будь рядом.  Тэхён прикусил губу, внутри него боролись два чувства: паника и логика. Оставить Юнхо на два полных дня? Это казалось немыслимым, но с другой стороны деньги, тройной тариф за выходные в дополнение к тому, что он уже получил. Если он откажется, это будет нарушением контракта, и мадам Чхве может его уволить. — Хорошо, — тихо ответил Тэхён, опуская глаза. — Я поеду с вами, если это оплачено. Чонгук слегка нахмурился, уловив эту отстраненную интонацию, но ничего не сказал.  ___ Загородный дом Чонгука.  Когда их машина подъехала к территории, у входа уже стоял черный внедорожник Юнги. Воздух здесь был невероятным, свежим, прохладным.  Из дома вышли двое, Тэхён сразу почувствовал их запахи, бодрящий аромат кофе, принадлежащий серьезному альфе, и мягкий запах лотоса от улыбчивого омеги.  — Наконец-то. — Чимин спустился по ступенькам, его глаза радостно блестели, он подошел к Чонгуку, слегка обнял его, а затем перевел пристальный, изучающий взгляд на Тэхёна.  Тэхён мгновенно опустил глаза и поклонился.  — Здравствуйте, меня зовут Ким Тэхён, для меня честь познакомиться с вами. Чимин моргнул, слегка опешив от такой официальности, а затем улыбнулся.  — Ой, брось эти формальности, мы приехали отдыхать, я Пак Чимин, а этот хмурый тип сзади мой муж, Мин Юнги.  Юнги лишь коротко кивнул, его взгляд скользнул по Тэхёну с легким подозрением. День начался с неловкости, которая, к удивлению всех, быстро рассеялась. Тэхён не сидел сложа руки и не строил из себя недотрогу. Когда альфы занялись разведением костра для гриля на террасе, Тэхён тихо вызвался помочь Чимину на кухне с овощами и закусками.  Чимин наблюдал за ним краем глаза. Тэхён двигался аккуратно, нарезая овощи ровными ломтиками, в нем не было ни капли той высокомерности, которой обычно грешили эскортники, пытающиеся выдать себя за элиту.  — Так значит, ты и есть тот самый пион, который заставил нашего Чонгука забыть о правилах? — с легкой улыбкой спросил Чимин. Тэхён слегка покраснел.  — Я просто выполняю свою работу, господин Пак. — Можно просто Чимин, и знаешь, на работу это не очень похоже, то, как он на тебя смотрит... это пугает и восхищает одновременно. Вечером, когда мясо шипело на решетке гриля, разговор зашел о делах. Юнги и Чонгук обсуждали падение акций одной компании, связанной с разработкой новых алгоритмов безопасности для баз данных.  Юнги раздраженно потер переносицу. — Их код это дырявое решето, я не понимаю, почему аналитики пророчили им рост. Их архитектура не выдержит даже легкой атаки. Тэхён, до этого молча сидевший рядом с Чонгуком и пивший сок, вдруг тихо сказал: — Извините... но проблема не в самом коде. Если они используют облачную структуру, то уязвимость кроется в протоколах между серверами. Если изменить шифрование и добавить ключи, система станет непробиваемой. Их акции упали из-за паники, но технически продукт можно довести за пару недель. На террасе повисла тишина. Юнги медленно повернул голову к Тэхёну. — Ты разбираешься в протоколах шифрования? — прищурился Юнги. — Я... изучал это, раньше, простите, я не должен был вмешиваться. — Нет нет, постой, а если они уже интегрировали старые ключи в ядро? Как обойти конфликт систем? Тэхён объяснял сложные процессы так просто и логично, что Юнги слушал его, приоткрыв рот. Чонгук сидел рядом, не сводя с Тэхёна завороженного взгляда. Когда Тэхён закончил, Юнги медленно кивнул, и в его глазах появилось уважение. — А ты не просто красивое лицо, Тэхён, — хмыкнул Юнг. — Чонгук, где ты его нашел? Если он завтра бросит твое агентство, я лично возьму его в отдел кибербезопасности.  Чонгук усмехнулся, его грудь наполнилась странным чувством гордости. Ближе к вечеру, когда альфы спустились к озеру, чтобы проверить лодку, Чимин и Тэхён остались на кухне убирать посуду.  Атмосфера была невероятно теплой. Чимин оказался потрясающим собеседником, он много шутил, рассказывал о своей галерее, и Тэхён впервые за год почувствовал себя просто человеком, у которого есть друг. — Тэхён~а, подай мне телефон, пожалуйста, он там, на столе, — попросил Чимин, вытирая руки полотенцем. Тэхён потянулся к столу, где лежали их телефоны, но в этот момент экран его телефона загорелся. Он забыл поставить его на беззвучный режим, раздался громкий рингтон, и на экране высветилось уведомление о видео сообщении от госпожи Кан.  Он схватил телефон дрожащими руками, пытаясь смахнуть уведомление, но из-за влажных от мытья посуды пальцев видео открылось. На всю тихую кухню раздался звонкий, счастливый детский голосок: — Папа, папочка, смотри, я налисовал домик, я скучаю, папа, приезжай скорее! Тэхён в панике нажал на кнопку блокировки. Экран погас, на кухне повисла мертвая тишина, он медленно поднял глаза, Чимин стоял в двух шагах от него. — Тэхён... — голос Чимина дрогнул. — Это... это твой ребенок? У тебя есть сын? Тэхён отступил на шаг, его ноги подкосились, телефон выпал из рук.  — Пожалуйста... — из груди Тэхёна вырвался всхлип, он бросился к Чимину, падая перед ним на колени и схватил Чимина за руки. — Господин Пак... Чимин... умоляю...  Чимин, находясь в полном шоке, попытался поднять его.  — Тэхён, боже, встань, что ты делаешь? — Нет, выслушай меня. — Тэхён плакал навзрыд. — Если агентство узнает, меня вышвырнут, у меня огромный штраф за нарушение контракта, у меня нет ничего. Год назад муж бросил нас, я не мог найти работу... нигде, нам было нечего есть, я пошел туда... пошел продавать себя, только чтобы мой Юнхо не умер от голода, умоляю тебя... — Тэхён... тише...  — Не говорите им, — шептал Тэхён, прижимаясь лбом к рукам Чимина. — Не говори господину Чонгуку, он альфа... он не поймет, а Юнги... он всё расскажет. Если Чонгук узнает, что я обманывал его, что у меня есть ребенок от другого альфы... он расторгнет контракт и мы окажемся на улице. Пожалуйста, я отработаю эту неделю и исчезну, вы никогда меня больше не увидите, клянусь, только позволь мне спасти сына.