Иск о разбитом сердце

Чонгук (день подачи иска) Чонгук сидел в кабинете Намджуна, чувствуя себя вершителем правосудия. На столе лежали распечатки фотографий разбитого стекла, показания Чонгука о пропаже ключей и скриншот переписки с Тэхёном за последние три дня. — Слушай, — Намджун потёр переносицу. — Ты хоть понимаешь, что за ложный иск тебя самого могут привлечь? — Это не ложный, — отрезал Чонгук. — Вот брелок, найденный на месте преступления. А вот его слова: «я отомщу». Разве этого не достаточно? Намджун долго смотрел на брелок. Потом на Чонгука. — Ты влюблён в него, да? — Что?! — Чонгук поперхнулся воздухом. — Никто не тратит столько нервов на человека, который ему безразличен. Ты помешан на нём уже два года. Сначала вы ссоритесь на каждом дне рождения Джина, потом ты не приходишь на вечеринку, потому что знаешь, что он будет, потом ты приходишь, потому что не можешь без него. А теперь иск? Это уже клиника. — Просто подпиши документы, Намджун. Намджун вздохнул, но подписал. Чонгук вышел из кабинета с чувством выполненного долга и маленьким, очень маленьким сомнением в груди. Тэхён (тремя часами позже) Тэхён поливал цветы на балконе, напевая что-то из нового альбома. Солнце приятно грело спину, в квартире пахло жасмином, и ему казалось, что мир прекрасен. Затем позвонили в дверь. На пороге стояли двое в форме. — Ким Тэхён? — спросил один. — Да, а что случилось? — Вам придётся проехать с нами для дачи показаний. В отношении вас подан иск о краже и умышленном повреждении имущества. У Тэхёна отвисла челюсть. — Что? — Чон Чонгук обвиняет вас в краже ключей от его автомобиля и разбитии лобового стекла. — Я? — Тэхён указал на себя пальцем. — Я разбил стекло?! Да я даже не знаю, где он паркуется! И какие ключи?! У меня своих-то ключей нет! Какие там от его машины!? — Это вы объясните в участке, — вежливо ответил полицейский. В участке Тэхёну показали фотографию его брелока на капоте разбитой машины. Он узнал зайчика. Это правда был его брелок — тот самый, который он потерял неделю назад в баре. — Я не крал ключи, — повторил Тэхён в двадцатый раз. — И стекло я не бил! То есть... — он запнулся. — Я вообще не бил. Но оно могло треснуть случайно. Я вчера утром проходил мимо его машины, у меня из рук выпал скейтборд. Я подумал, что не задел, но... может, всё же задел? Следователь устало записал это в протокол. — Так вы признаёте, что могли разбить стекло по неосторожности? — Мог! — выпалил Тэхён. — Но только случайно! И ключи я не крал! Следователь кивнул и отпустил его под подписку о невыезде. Выйдя из участка, Тэхён сел на скамейку и разрыдался от обиды. Как Чонгук мог так с ним поступить? За что? За дурацкое караоке? Он достал телефон и написал в групповой чат друзей одно сообщение: «Чонгук подал на меня в суд. Скоро меня посадят. Спасибо за всё». Чат взорвался. Джин прислал пять гифок с кричащими людьми. Хосок позвонил и минут десять не мог вымолвить ни слова. Только Чимин написал спокойно: «Разберёмся. Не переживай». Но Тэхён переживал. И злился. И ещё чуть-чуть — боялся.