Приятное утро

      Солнечный свет едва пробивался сквозь тонкую ткань штор, тускло освещая комнату, в которой, на двухспальной кровати, мирно спал парень, что прошлым вечером без сил рухнул в мягкие объятия сна, вымотанный работой. Парень - его звали Кирхер - шевельнулся, просыпаясь. Он перевернулся на спину, сладко потягиваясь и зевая, чувствуя в теле блаженное расслабление. "Уже утро" - пронеслась мысль в его голове. Кирхер чувствовал себя прекрасно, от вчерашней усталости остались только воспоминания. Он встал и ещё раз потянулся, отчего некоторые суставы издали приятный хруст. Парень подошёл к окну, одёрнул лёгкую штору и, оперевшись на подоконник, устремил взгляд на улицу. "Даже машину в гараж не поставил" - при виде стоящей у дома машины вспомнилось вчерашнее вымотанное состояние. Вдруг послышались шаги и в комнату вошёл другой парень - Димка.       - Ты чего машину у дома бросил? - спросил вошедший парень.       - Да устал вчера очень, сил не было. Хотелось поскорее пойти спать, - ответил Кирхер, потирая лицо рукой.       - Погоди, ты в костюме спать лёг? - Димка только сейчас обратил внимание, что на Кирхере в такое время, в выходной, был костюм, причём помятый.       - Не было сил переодеться, - после этого Кирхер стал стягивать с себя пиджак.       - Дай сюда, поглажу, - с неким раздражением сказал Димка и подошёл к собеседнику, протягивая руки к вороту белой рубашки. Он был недоволен тем фактом, что Кирхер спал в костюме, ведь костюм сделан из мнущейся ткани и вид Кирхера в костюме ему нравился, так что не хотелось портить такие красивые вещи. К тому же, он в этом по разным местам ходил и принёс уличную грязь в их кровать!       - Да я сам поглажу, ты ж только с ночной смены пришёл, - возразил было Кирхер, но Димка уж очень любил домашними делами заниматься, да и нотка перфекционизма в нём была - хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам.       Чужие руки с тонкими, не лишёнными изящества пальцами, расстёгивали пуговицу за пуговицей, всё больше оголяя грудь. Вдруг Кирхер воспользовался тем, что был выше и сделал резкое движение, от которого Димка почувствовал у себя на лбу тёплое, чуть влажное прикосновение, которое быстро прикратилось, но оставило приятное тепло на коже. Димка поднял чуть растерянный вгляд на своего парня, в глазах которого мелькал азартный огонёк, а его губы вытянулись в лёгкой загадочной улыбке, но затем вернулся к прежнему занятию. Когда он протолкнул последние прозрачные пуговицы в маленькие отвертия был полностью оголён живот с рельефом мышц - спасибо регулярному спорту. Стоило бы продолжить просто снимать костюм, но после действия Кирхера... Димка поцеловал грудь парня, прямо по середине. Затем поцеловал выше и левее. Кирхер был только рад этому, так что сам наклонился, чтобы поцеловать парня уже в губы. Димка ответил на поцелуй, положив руки на талию возлюбленного и почувствовал его руки на своей спине. Поцелуй хоть и был без языка, но чем дольше он длился, тем больше наполнялся желанием, разжигающим жар внизу живота, а прикосновение рук на спине ощущалось всё тяжелее.       Кирхер разорвал поцелуй, и Димка принялся вытаскивать рубашку из брюк партнёра. Кирхер откинул пиджак в сторону стоящего позади стула и сам снял рубашку. Она была откинута в ту же сторону, но обе вещи, хоть и долетели до места назначения, сползли, рухнув неряшливой кучей на пол, но никто не обратил на это внимания, снова утонув в поцелуе и жарких объятиях. Димка опустился на колени, расстёгивая звякнувший ремень и брюки Кирхера, чтобы затем приспустить их спереди вместе с трусами и вытащить ещё вялый член. Димка обхватил его правой рукой, оттянув крайнюю плоть, и принялся нежно посасывать головку. Он на секунду оторвался, чтобы как следует обслюнявить губы, а затем снова продолжил. Кирхер чувствовал, как стремительно нарастает возбуждение и прикрыл глаза, наслаждаясь ласками. Когда член достаточно встал, Димка взял его в рот насколько мог, отчего сверху, над головой, послышался вздох. Он работал ртом, то обхватывая губами, то интенсивно двигая языком по самым чувствительным местам. Это удовольствие было сравнимо с укусом спелого персика в солнечный летний день. Персика, который настолько сочный, что его сок стекает по рукам до локтя, а его слалость заполняет весь рот.       Кирхер вдруг отстранился, когда почувствовал, что ещё немного и у него начнут подкашиваться ноги. Он стянул с себя штаны с трусами и откинул их в сторону, заодно и носки туда же. Затем он протянул руки Димке и помог тому встать, а затем утопил его в ещё одном поцелуе, на этот раз с языком. Два языка слились в своебразном танце чувств и наслаждения, как танцоры танго, показывающие чувства персонажей на сцене. Руки Кирхера залезли под домашнюю футболку Димки, трогая спину уже напрямую, отчето тот удовлетворённо глухо простонал - он любил прикосновения к спине. Между влюблёнными становилось всё жарче, словно разгорается всепоглощающее пламя. Руки всё сильнее блуждали по телам, вновь и вновь проходя по знакомым изгибам, которые с каждой секундой становились всё желаннее. Димка отстранился и Кирхер стянул с него футболку, а затем просто отпустил её, дав свободно упасть на пол. Взору предстало чуть худощавое тело со светлой кожей и редкими маленькими родинками. Кирхер наклонился ниже и поцеловал шею, от которой исходил слабый сладковатый запах геля для душа "Тропические фрукты". Димка отвёл голову в сторону, ещё сильнее подставляя шею для поцелуя и закрыл глаза. Кирхер прекратил ласку и потянулся руками к краю пижамных штанов Димки, из которых чуть сбоку выпирал вовсю стоячий член, и, присев, спустил их вместе с нижним бельём. Если бы Кирхер был чуть ближе, то выскользнувший из одежд член ударил бы его по лицу. Кирхер обслюнявил кончики пальцев одной руки и принялся водить ими по головке Димкиново члена, вызвав у своего парня прилив телесного удовольствия, заставляя вновь прикрыть глаза и приоткрыть рот. Кирхер наблюдал за реакцией, наслаждаясь ею, а затем встал и начал новый поцелуй, в ходе которого Димка тащил их обоих к кровати. Кровать оказалась сбоку, так что они одновременно сели на неё, всё также оставаясь напротив друг друга.       - И кто будет сверху? - спросил Кирхер, ведь они периодически менялись ролями, хотя чаще всего снизу был Димка.       - Давай ты, - достаточно быстро ответил Димка и, отодвигая одеяло в сторону, встал на четвереньки, чтобы достать из прикроватной тумбочки небольшое чёрное махровое полотенце, дабы постелить его на кровать, чтобы не пачкать простынь, а затем полез в противоположную тумбочку и достал оттуда презерватив в цветастой упаковке и тюбик лубриканта. Презик и мазку он протянул Кирхеру, а сам лёг животом на полотенце.       Кирхер отложил презерватив на край кровати и встал на колени, поставив их по обе стороны от ног Димки. Он выдавил лубрикант на анальное отверстие лежащего перед ним парня и, немного размазав его, без спешки ввёл средний палец почти на всю длину и стал им внутри немного шевелить. От Димки пока не было ни звука. Кирхер продвину палец глубже, а затем вытащил его почти полностью и несколько раз повтори это. Потом он вытащил палец, налил на него и указательный ещё каплю смазки и осторожно ввёл уже оба пальца в отверстие. Димка призывно качнул задом из стороны в второну. Кирхер неспеша двигал пальцами, шевеля ими внутри и втавляя-вытаскивая, подготавливая к более крупному объекту. Посчитав, что достаточно, он надел презерватив и нанёс лубрикант на член, размазав его почти по всей длине. Затем пристроился к заднице Димки и начал медленно надавливать членом на его анус, чувствуя, как сфинктер растягивается всё сильнее, впуская всё больше. Это было даже мучильно сладко, ведь с каждым миллиметром ощущалось всё большее давление на член, всё больше удовольствия проходило по телу Кирхера. Ещё немного и головка вошла полностью. Кирзер шумно выдохнул и едва сдерживал себя, что бы не начать двигаться сразу. Он ненадолго остался в таком положении, чтобы дать привыкнуть к размеру. Через несколько секунд он осторожно стал продвигаться дальше. Когда член вошёл полностью, Кирхер стал двигаться назад и, выйдя на половину, вошёл обратно. С каждой фрикцией движения становились всё быстрее и сильнее, а из уст Димки наконец-то послышались стоны. Точнее не стоны, а скорее тихие попискивания смешанные с прерывистами вздохами. Вздохи были особо громкими, когда член прозодился по простате - не зря её называют мужской точкой G. Кирхер притормозил и немного сменил позу, поставив локти по обе стороны от плеч Димки, благодаря чем тот мог отчётливо слышать чужое громкое дыхание. Было приятно осознавать, что партнёру тоже приятно - от этого на душе становилось теплее.       Влюблённые громко и прирывисто дышали почти в унисон. Они плыли на волнах самого сильного телесного удовольсвия. Волны то становились выше, то опускались, чтобы ударить с новой силой. Кирхер вдруг стал дышать чаще и немного ускорился. Так продолжалось меньше минуты, пока двидения не стали совсем рваными и вдруг они прекратились, вставив член до осамого основания. Димка ощутил, как член внутри едва подрагивает, а сердцебиение Кирхера аж можно было почувствать спиной. Дыхание над ухом становилось ровнее, пока вовсе не перестало слышаться - Кирхер вышел и лёг рядом. Димка повернулся на бок, чтобы с улыбкой наблюдать за тем, как Кирхер отходит от эйфории и как успокаивается его дыхание. Тот повернул голову в сторону парня и увидел пару любящих глаз. Затем Кирхер потянулся за тюбиком лубриканта, выдавил его на член Димки, который повернулся на спину, и принялся рукой совешать движения вверх-вниз, периодически приостанавливаясь, чтобы вырисовывать пальцами незамысловатые узоры на головке. Димка от этого всё больше и больше постынывал, пока наконец его не захлестнул экстаз.

***

      Кирхер стоял в душе под потоком тёплой, даже горячей, воды. Вода обрамляла его тело, напоминая о чужих прикосновениях, что были всего каких-то 15 минут назад. Выйдя из душа, он вытерся и обнаружил, что сменной одежды в ванной нет, поэтому направился к лестнице, ведущей в спальню, и увидел, что Димка всё ещё лежит на кровати. Более того, он укрылся одеялом и мирно спал. Кирхер улыбнулся от этой картины и подошёл к окну, чтобы задёрнуть шторы, дабы солнечный свет не мешал Димке спать, а затем направился к шкафу с одеждой.       Утро бывает добрым.