External Anomaly

Комната, которую ему выделили, на самом деле была подвалом, где хранились запасы бара. «Отныне это твое жилище, Доктор», — заявил человек из тумана, стоя у подножия лестницы. Зажглись желтоватые лампы, осветив покосившиеся полки, беспорядочно сложенные коробки и столы, покрытые толстым слоем пыли. Доктор спокойно вошел в комнату, его пальцы в перчатках скользнули по поверхности стола, заваленного бумагами и перьями. Он поднял руку, и пыль оставила серую тень на голубоватой коже перчатки. Все было пыльным и грязным, вентиляции тоже не было видно, только маленькое высокое окно, закрытое ржавой решеткой. На стенах даже виднелись пятна сырости, что предвещало будущие проблемы. Поддерживать стерильность в этом помещении было бы непросто, учитывая, что здесь даже не было дверей, чтобы изолировать пространство. Доктор подавил возмущенный вздох. Даже складское помещение, которое он несколько дней назад объявил своим, было в лучшем состоянии, чем этот свинарник. — Вам нравится? — спокойно спросил Курогири. Доктор ответил не сразу. Он подошел к дальней стене, мысленно прикидывая расстояние. Пол скрипел под его ботинками; при каждом шаге поднималось легкое облачко пыли, которое несколько секунд висело в воздухе, а потом снова опускалось. Это едва соответствовало минимальным требованиям, которые ему были нужны. “Это помещение могло бы улучшиться при прикладывании некоторых усилий”, - наконец ответил он, скрестив руки. “В ближайшие дни мы адаптируем его к вашим требованиям. Мы предоставим вам новую одежду, и я поставлю кровать” “Кровать не понадобится”. Ответ был сухим и незамедлительным, он не дал никаких дополнительных объяснений. Курогири слегка наклонил голову, словно обдумывая это заявление. “Отдых необходим для поддержания оптимальной работоспособности”. Дотторе сделал еще несколько шагов в сторону подвала. Он остановился перед пустой стеной, оценивая пространство с тем же вниманием, с каким ранее осматривал лабораторию. «Я не буду ей пользоваться», — сказал он, не оборачиваясь. Такой большой предмет мебели занял бы слишком много места. Человек-туман не стал настаивать. «Какой стиль одежды вам нравится? Я постараюсь подобрать что-нибудь». Этот вопрос заставил его задуматься о собственных потребностях. Дотторе опустил взгляд на свою черную рубашку. Ткань затвердела от засохшей грязи, а недавняя битва окончательно испортила то немногое, что еще оставалось в хорошем состоянии. Кроме того, рубашка снова была испачкана кровью. Одежда была совсем не удобной, к тому же ему очень хотелось принять душ. «Мне нужна хлопковая одежда хорошего качества, — ответил он после недолгого раздумья. — И лабораторный халат». «Что-нибудь еще?» — спросил Курогири. Доктор повернулся к нему и ответил: «Прочную маску». От того, что было на нем, уже не было особого толку: картон размяк и источал неприятный запах. Он больше не мог выносить это уродство на своем лице. — Как вы хотите, чтобы это выглядело? — Предвестник слегка прищурился, но не от раздражения, а с расчетом. — Я сделаю набросок. Он подошел к самому устойчивому столу в подвале и отодвинул локтем стопку старых бумаг. Он взял лист, на котором было достаточно свободного места, и начал рисовать черной ручкой. Движения были быстрыми, уверенными и без колебаний. Он просто собирался скопировать маску в форме птицы, которую использовал в Тейвате. Можно сказать, что он был довольно искусен в этом деле: за столетия он научился рисовать подробные схемы и чертежи, так что в искусстве ему не было равных. Сначала появился силуэт: маска, закрывающая верхнюю половину лица, была стилизованной. Курогири не спеша подошел, чтобы понаблюдать за творческим процессом. Он добавил структурные детали, едва заметные разделители, небольшие перекрывающие друг друга пластины, которые создавали впечатление, что они собраны намеренно. «Будет черно-белым», — пробормотал он, добавляя последние штрихи и мягко заштриховывая те участки, которые должны были стать черными. Он и сам не ожидал, что получится так изысканно. Он все ещё не знал, какими финансовыми возможностями обладает эта организация. «Звезда в центре — синяя» Он не стал объяснять, почему выбрал именно такой дизайн. Не стал он и рассказывать, что маска давала ему чувство защищенности и уюта. Лига не могла узнать об этом недостатке, а он не мог показать перед ними свою слабость. «По возможности сделайте её легкой, прочной, без лишних украшений и творческих интерпретаций». Он протянул лист бумаги Курогири. Руки-туман аккуратно взяли бумагу и осмотрели ее. Это было... любопытно. Он не ожидал, что тот сможет так легко хватать предметы, учитывая, что почти все его тело находилось в газообразном состоянии. — Я сделаю все возможное, чтобы в точности воспроизвести её. — Туман начал окутывать его, и вскоре фигура растворилась в фиолетовом вихре, и в подвале снова воцарилась тишина. Доктор остался один, и снова воцарилась тишина. Наконец-то он мог спокойно поразмышлять. Механическим движением он поправил свою картонную маску, но материал был таким мягким, что край порвался. Он еще раз окинул взглядом пространство, обдумывая, что нужно изменить. Через некоторое время туман снова появился и, словно желая проявить абсурдную заботу о его комфорте, аккуратно опустил кровать в углу подвала. Доктор наблюдал за происходящим всего секунду. Он едва сдержал вздох. В конце концов, Курогири его не послушал. Он постоял неподвижно еще несколько секунд, а потом начал передвигать вещи, не дожидаясь помощи. Он убрал коробки из угла, отодвинул стол, чтобы поставить его под единственной работающей лампочкой, и критически осмотрел высоту потолка. Это не было идеальным решением. Он еще раз осмотрел помещение, обращая внимание на все недостатки: недостаточную вентиляцию, сырость на задних стенах, небольшие протечки в правом углу. Нужно будет устранить их, прежде чем вносить хрупкие инструменты. Скрип на лестнице прервал его размышления. Шаги были легкими, нерегулярными и слишком быстрыми для этого часа. «Это уже твоя комната?» — пропел знакомый голос, и фигура в прыжке спустилась с последней ступеньки. Химико Тога приземлилась на пол с широкой улыбкой и наклонилась, чтобы осмотреть помещение, словно это была новая достопримечательность. Дотторе подавил раздраженное рычание и пожалел, что не позволил героям схватить его спутницу. «Она маленькая», — заявила девушка, поворачиваясь вокруг своей оси. “Но уютная”. Предвестник ответил не сразу. Он закончил перетаскивать коробку в противоположный угол и только потом посмотрел на неё с выражением, в котором читались то вынужденное терпение, то легкое раздражение. — Сомневаюсь, что ты понимаешь, что значит «уютно». — По крайней мере, у тебя есть свое личное пространство... — она грустно надула губы и поиграла с прядью волос. — А мне приходится делить его с Шигги. Скорее всего, они намеренно не взяли его с собой из-за того, что двумя часами ранее он плохо поладил с Шигараки. Тога направилась прямиком к кровати, недавно придвинутой к стене (с простым каркасом, тонким матрасом и еще не застеленными простынями), и с легкостью опустилась на нее спиной. “Аааа...” - вздохнула она, потягиваясь, как будто нашла идеальное место в мире. “Это удобно”. “Это не твое”. Доктор даже не взглянул на неё, он продолжал убирать пространство. - Но ты сказал, что не будешь ей пользоваться. Она повернула к нему голову, бесстыдно улыбаясь. Дотторе слегка прищурился, но не от гнева, а оценивающе. Может, ему стоит выгнать её или просто не обращать на неё внимания. Он подошел к столу, взял одну из отставленных в сторону коробок и начал спокойно и размеренно высыпать её содержимое. — Делай что хочешь, — устало сказал он и добавил: — Главное, не мешай мне работать. Тога приподнялась на локтях и с неподдельным любопытством посмотрела на него. — Почему ты не спишь? — Мне это не нужно. — Совсем? — Совсем. Она склонила голову набок, изучая его, словно только что обнаружила странный экземпляр. «Это какая-то бессмыслица. Ты что, робот или какой-то продвинутый искусственный интеллект?» Доктор с негодованием нахмурился, но в нем проснулось любопытство. — Какие у вас доказательства в пользу этой гипотезы? Тога весело улыбнулась и, скрестив ноги, села на кровать. «Я не видела, чтобы ты ел, пока мы были на складе … ты и не спишь… — начала перечислять она, загибая пальцы. — ...говоришь как старик. У тебя много причуд. Ты ничего не знаешь о технологиях и современных вещах… Мне продолжать?» Доктор медленно покачал головой, не желая, чтобы она продолжала перечислять бесконечные факты. Теоретически подросток был прав. Все эти аномалии не позволяли считать его обычным человеком. «Поверь, моя личность тебя совершенно не касается». «Ты этого не отрицал. Значит, ты робот?» — продолжала она настаивать. — Хотя раньше ты истекал кровью… — пробормотала она себе под нос. — Перестань думать о глупостях, — сухо ответил он. — Я такой же человек, как и ты. Ложь вырвалась у него сама собой. Он не собирался ни рассказывать этой надоедливой девчонке о своей жизни, ни говорить ей правду. Тога была очень болтлива и, несомненно, выдала бы его в рекордно короткие сроки, все бы в подробностях узнали, кто он такой и что натворил. «Как скучно». Он решил не обращать на неё внимания следующие пятнадцать минут. Учёный продолжал наводить порядок, прикидывая, куда поставить каждый инструмент, когда прибудет обещанное оборудование. Присутствие девушки, устроившейся на его кровати, его, похоже, не смущало, хотя время от времени он бросал на неё взгляд, чтобы убедиться, что она ничего не испортит. Тога перекатилась на матрасе и легла на живот, болтая ногами в воздухе. — Так… если ты не спишь, что ты делаешь по ночам? Доктор ненадолго замолчал. — Я думаю. — Звучит ещё скучнее. — Она тихо рассмеялась и поудобнее устроилась на простынях. — Если тебе не нужна кровать... я официально заявлю на неё свои права. Доктор приподнял бровь. «У тебя уже есть своя кровать». «Шигги не хочет жить со мной в одной комнате», — пробормотала она с притворной грустью. «Тебе что, пять лет?» Тога недовольно поморщилась. Детское поведение человека, который, судя по всему, был заместителем лидера, в сочетании с поведением этого подростка заставило его усомниться в том, что вступать в организацию, состоящую из идиотов, было хорошей идеей. «Кроме того, ты мне нравишься, и я хочу быть с тобой всегда». Дотор подавил желание ущипнуть себя за переносицу (все равно маска не даст). «Ты невыносима». Она довольно рассмеялась и свернулась калачиком, не беспокоясь о пыли и сырости. И пока Тога медленно и размеренно дышала на кровати, которой он не пользовался, Предвестник продолжал работать при тусклом свете. Сон был пустой тратой времени. И ему нужно было слишком многое выяснить, чтобы вернуться в Тейват. ———————————————— В лаборатории Второго Предвестника в Заполярном дворце царил полный беспорядок. На самом деле причиной хаоса был один-единственный сегмент, из-за которого остальные последовали за ним. — Да ладно тебе, Омега! Хватит прикидываться дурачком! — прорычал клон Гамма в маске, скрывающей три четверти его лица. Он склонился над центральным столом и так крепко сжал его края, что дерево заскрипело под его пальцами в перчатках. От нажима взрослого клона слегка вибрировали бумаги, колбы и инструменты. «Прошел месяц с тех пор, как Прайм исчез, — прокомментировал восьмилетний сегмент Альфа, чья голова едва выглядывала из-за высокого стола. Его красные глаза наблюдали за происходящим со смесью беспокойства и детского восторга. — И никто не знает, где он». Омега не поднял глаз. Сидя за столом, он продолжал просматривать сводку отчетов, как будто суматоха вокруг него была не более чем фоновым шумом. Его пальцы с раздражающим спокойствием переворачивали страницу за страницей. Намеренное молчание только ухудшило настроение остальных. «Месяц», — повторил Гамма, подавшись еще ближе. «Прайм не исчезает на месяц, не оставив никаких указаний». Омега перевернул еще одну страницу. «Оставляет», — сухо ответил он. Перо в его руке задвигалось, делая короткую пометку на полях одного из документов. Другой сегмент, анализировавший компоненты стражей руин, сухо рассмеялся, даже не взглянув на него. — Это неправда, и ты это знаешь. — Омега наконец поднял взгляд. Его алые глаза с аналитической неторопливостью обвели взглядом комнату. Все они были в лаборатории. Кто-то проверял приборы, кто-то делал вид, что проверяет, слушая разговор. Сегменты редко собирались вместе в одном месте. У каждого из них были свои проекты и дела в других регионах. Омега мог предположить, что всех присутствующих созвал мятежный клон, стоящий перед ним. Скорее всего, это был план по оказанию на него давления. Все чувствовали себя неловко, и это было вполне логично: Прайм редко исчезал без предупреждения. Никто не хотел говорить об этом вслух, но самая логичная версия витала в воздухе уже несколько недель. Беспокойство в основном было вызвано тем, что оригинал исчез после встречи с сошедшей и лунной богиней... существовала вполне реальная вероятность, что он просто умер. — Омега. Гамма попытался успокоиться, и тот, к кому он только что обратился, мысленно порадовался, что суматоха немного улеглась. — Мы не можем больше откладывать проект по сжиганию Ирминсуля. Нам нужно, чтобы Прайм как можно скорее возглавил проект. Остальные сотрудники лаборатории кивнули, соглашаясь с его словами. «С каких это пор тебя волнуют другие проекты? — насмешливо ответил Омега. — Насколько я помню, ты всегда делал то, что хотел» Спокойствие, с которым взрослый клон держался до этого, улетучилось, он бросился вперед и схватил Омегу за грудки. Это был первый случай, когда сегмент вышел из-под контроля и проявил агрессию по отношению к другим клонам. Обычно Прайм пресекал подобные споры еще до того, как они начинались, делал им замечания и угрожал деактивировать, если они не перестанут так себя вести. — Э-эй… ты переходишь границы… — Альфа потянул другого клона за рукав. Но тот в гневе оттолкнул его и уставился на того, что стоял перед ним. — Слушай внимательно, Омега Билд, — его голос сочился ядом, а кулак еще сильнее сжал ткань на воротнике. — Мы все знаем, что ты любишь все контролировать. Но никто не хочет, чтобы проект «Ирминсуль» провалился из-за твоих бесполезных прихотей. Жертва даже не пыталась освободиться, лишь приподняла бровь под маской с клювом. Он даже не пытался опровергнуть его слова, потому что это окончательно свело бы обвинителя с ума. Поэтому он позволил ему продолжать в том же духе. «Это чертовски важно. Так что лучше сотрудничай, если не хочешь, чтобы я начал рушить все твои будущие проекты». Омега молчал на секунду дольше, чем следовало. «Ты не посмеешь», — наконец ответил он. «Ты же знаешь, у меня на это полно времени», — каждое его слово было пропитано гневом. В глубине души он понимал, что это может стать реальностью, и ему не хотелось иметь дело со своим взрослым «я», когда оно начинало доставлять проблемы. Он поднял руку и спокойно высвободился из хватки другого сегмента. “Хорошо”. Начал он спокойно, как только его отпустили, и поправил воротник рубашки, как будто ничего не произошло. “Давайте начнем теоретизировать о его местонахождении”. В глубине души он проклинал своего создателя за то, что тот оставил его во главе этой кучки неумех.