***
10 мая 2026 г., 14:32
Мирон сжимал в руках очередной пластиковый стаканчик бара «1703», прихлебывая понемногу, и один раз вышел в туалет, чтобы раздробить яркую таблетку со смешным рисунком и немного занюхнуть. Да, вечер проходил хорошо, несмотря на проигрыш. Ну да, проебал всухую какому-то андеграундному ноунейму из Хабаровска, но, если честно, так похуй. Парень заслужил свою победу, пускай довольствуется.
Взгляд зацепился как раз таки за этого самого победителя. Ну как зацепился? Он и не отцеплялся с самого начала баттла. Всё внимание Мирона было устремлено на высокого, нескладного и раздражающего Славу КПСС, aka Гнойного, aka Соню Мармеладову, aka…
Янович вновь осушил стакан крепкого алкоголя, сверля взглядом красную спину уже бывшего оппонента. Тот общался с какой-то милой девчонкой на каблуках и с двумя косичками. Хорошенькая. Сейчас к Славе клеились все: и девушки, и парни. Как-никак, он сверг короля баттл-рэпа на русском с престола.
Закрыв счет, Мирон встал со стула и подошел к победителю вечера. Хлопнув его по плечу, тихо бросил: «Поговорим». Плечи всегда расслабленного Машнова на секунду напряглись, но тот лишь кивнул, как бы соглашаясь. Извинившись перед девушкой, Слава последовал за Мироном через черный ход на улицу, по дороге выкинув в мусорку пластиковый стаканчик из-под пива.
Как только Гнойный переступил порог бара, Янович прижал его к стене, зажимая между кирпичами и собой.
— Перебрал, что ли, старый? — тихо спросил Слава, стараясь отстранить Мирона от себя и хватая того за плечи, но Федоров лишь прижал его сильнее.
Да, он перебрал. Хотелось забыться в алкоголе. Снять груз, выкинуть из головы все заботы, просто раствориться в торжестве, пусть и не в свою честь. Хватая Славу за грудки, Мирон впился в его губы, хмурясь и приподнимаясь на носочки. Гнойный сначала опешил, но после ответил, кладя ладони на поясницу мужчины. Еще во время баттла Оксимирон заметил, насколько Слава теплый. Даже горячий. Независимо от ситуации - всегда такой.
— Ты бы знал, как я… — пытался было вставить слово в тишину их влажных, даже мерзких, поцелуев Славка, но Мирон перебил его новым поцелуем. Ему было абсолютно неинтересно, что и как чувствовал этот агрессивный рэперок. Хотелось просто ощутить тепло, забыться в чужом теле - неважно чьем.
Слава поменялся местами с Мироном, и теперь уже старшего вжимали в стену, расцеловывая татуировку «1703» на шее и расстегивая первые пуговицы рубашки. Сжимая красную ткань на плечах парня, Мирон отвел взгляд, глядя на звездное небо. Резко накатило чувство вины. Он же буквально пользуется им ради своего же удовольствия, а как личность Слава ему абсолютно не интересен.
Тихо вздохнув, Мирон зажмурился, а после опустил ладонь к джинсам, залезая в правый карман и пытаясь отыскать пакетик своих «конфеток».
— Блять, Слава, подожди… — сдавлено попросил мужчина, доставая свою сладость.
Отстранившись, Слава взглянул на пакетик в его руках и усмехнулся:
— Ясно, чего тебя так трясло на баттле. Поделишься?
Мирон взглянул на оставшиеся три таблетки. Одной не жалко. Высыпав две штуки на руку, он протянул одну бывшему «врагу». Достав из кармана молочных джинсов телефон с картой, Мирон уселся на асфальт. Уложив смартфон на колено, он выложил туда таблетку и принялся судорожно её дробить, параллельно формируя дорожку. Шмыгая носом, мужчина зажал одну ноздрю и, резко вдохнув, прижался лицом к экрану. Глаза заслезились, захотелось чихнуть от жжения. Откинувшись спиной на стену бара, Мирон прикрыл глаза, вытирая нос с остатками порошка рукавом розовой рубашки.
Подняв взгляд на своего ночного спутника, Янович натянуто улыбнулся, протягивая ему телефон с картой. Да, не лучший вариант, но лучше хоть что-то, чем ничего.
Глядя на то, как Слава неумело пытается раздробить смешную таблеточку, Мирон вдруг почувствовал резкий прилив бодрости и энергии. Сердцебиение ускорилось, тело будто обдало кипятком, а давление подскочило. Приход. Пока парень вдыхал «вкусненький» порошок, Мирон смотрел на него, склонив голову. Сегодня Слава не казался мерзким, как это было всегда. Скорее всего, дело было в наркотиках - до этого Янович смотрел на парня только в трезвом виде, да и то в интернете. А сейчас под «сахарком» Славка казался даже симпатичным и женственным: вздернутый аккуратный носик, мягкое теплое тело, густые длинные волосы. Совсем как та девчонка с последнего концерта.
— Ты там долго ещё? — спросил Мирон, глядя на то, как Слава еле-еле раздробил таблетку и теперь пытается как-то её вынюхнуть. — Ты не нюхал, что ли, никогда?
— Только травку хуярил, — пожал плечами Машнов, глядя на бывшего оппонента. Тот подошел, взял немного порошка на палец и поднес к ноздре Славы, заставляя его занюхнуть. Из глаз мгновенно полились слезы, захотелось кашлять и чихать одновременно. Слизистую нещадно жгло.
— В первый раз всегда так. Привыкнешь.
Мирон встал, отряхивая колени и задницу от пыли асфальта. Забрав из рук Славы телефон и карточку, Янович смахнул с них остатки наркотика и сунул в карман, уже разворачиваясь, чтобы уйти.
— Ты куд…
— Захочешь еще — напишешь.
И ушел.
Слава смотрел вслед мужчине, чувствуя себя совершенно потерянным. Поднимаясь с пола, он вдруг ощутил легкость и прилив бешеной энергии. Так ощущается приход? Парень огляделся, шмыгая носом. Переулок между «Семнашкой» и еще одним баром. Не дай бог их кто-то заметил или сфотографировал. Будет пиздец. А если и подсняли, то в какой момент? Во время поцелуя или первого в его жизни употребления? И то, и другое - ужасные репутационные риски.
Доставая свой телефон и проверяя контакты, Слава заметил номер, который недавно дал ему Саня Ресторатор. Номер Мирона. Оставит для лучших времен. А сейчас — домой к Ваньке, спать с их котом.
