Моя тишина

Последняя черта Зал Ритуала находился в самой высокой башне «Эхо Роуз». Здесь не было потолка — только бесконечное ночное небо, которое отражалось в зеркальном полу. Софи стояла на возвышении, её серое платье сливалось с цветом предрассветных сумерек. Когда Драко вошел в зал, он едва держался на ногах. Осколки Зеркального леса оставили на его лице длинный порез, по которому стекала тонкая струйка крови. — Софи... — выдохнул он. Она медленно повернулась к нему. Её глаза уже не были серо-синими — они стали молочно-белыми, лишенными зрачков. Ритуал начал вытягивать её человеческую суть. — Ты не должен был приходить, Драко, — её голос звучал отстраненно, словно эхо в пустом колодце. — Эдриан прав. Ты — это шум, который мешает мне слышать вечность. Лорд Шерлоу стоял за её спиной, положив руки ей на плечи. Его фигура казалась высеченной из того же камня, что и стены поместья. — Видишь, Малфой? — Эдриан посмотрел на него с ледяным презрением. — Она уже почти за порогом. Ещё мгновение, и всё, что ты в ней любил — твои мандарины, твои воспоминания, твоё имя — превратится в холодную пыль. В это же время Джинни пробиралась в самое сердце поместья. Подвалы «Эхо Роуз» напоминали внутренности огромного ледяного часового механизма. Всё здесь пульсировало монотонным, холодным светом. В центре комнаты нависал Сердечный камень — гигантский кристалл, идеально ровный и прозрачный. Он был источником тишины и порядка этого дома. Джинни подошла к нему вплотную. Её горячее дыхание оставляло пар на поверхности камня. — Ну что, «идеальный порядок»? — прошептала она, доставая свою палочку. — Посмотрим, как ты справишься с хаосом Уизли. Она не стала использовать сложные заклинания. Она вспомнила слова Софи: нужно что-то живое. Джинни крепко сжала ладонью острую грань кристалла, позволяя своей горячей крови окропить его ледяную поверхность. — Редукто! — крикнула она, вкладывая в заклинание всю свою ярость, всю любовь к друзьям и всё своё нежелание подчиняться правилам. Кристалл не разбился, но по нему пробежала багровая трещина. Тишина внутри поместья внезапно сменилась низким, вибрирующим гулом. Наверху зал содрогнулся. Зеркальный пол пошел трещинами. Кассиус Шерлоу вскрикнул, отнимая руки от плеч дочери — его ладони дымились, словно он коснулся раскаленного железа. — Что это?! Кто посмел осквернить Эхо?! — его голос сорвался на обычный человеческий крик. Драко, почувствовав, что давление на его разум ослабло, бросился вперед. Он не стал использовать палочку. Он просто схватил Софи за плечи и с силой встряхнул её. — Софи! Посмотри на меня! Не на небо, не на своего отца! На меня! Он прижался своими губами к её лбу, прямо там, где пульсировала печать ритуала. — Ты сказала, что я — твой дом. Так возвращайся домой! Хватит быть судьей, Софи. Будь просто... моей. Софи судорожно вздохнула. Её зрачки начали медленно возвращаться, прорезаясь сквозь белизну. Она схватилась за лацканы его рваного пиджака, и в этот момент поместье содрогнулось от мощного взрыва снизу. Крушение идеального мира — Хватай её и беги! — голос Джинни раздался из дверного проема. Она была вся в пыли, её золотое платье было порвано, но глаза горели триумфом. — Камень треснул! Весь этот чертов замок сейчас сложится как карточный домик! Эдриан Шерлоу упал на колени. Без связи с Сердечным камнем его магическая сила начала стремительно угасать, превращая его в обычного старика. — Ты разрушил... века чистоты... ради мимолетной искры, — прохрипел он, глядя на Драко. — Чистота без жизни — это просто смерть, Эдриан, — ответил Драко. Он подхватил ослабевшую Софи на руки. — И я выбираю искру. Они бежали по рушащимся коридорам. Потолок осыпался хрустальной крошкой, стены стонали, а зеркала взрывались, высвобождая тысячи фальшивых отражений. Джинни бежала впереди, прокладывая путь короткими, яростными заклинаниями. Они выскочили на улицу за секунду до того, как главная башня рухнула, подняв облако сверкающей пыли. Они стояли на холме, глядя, как над развалинами «Эхо Роуз» встает солнце. Оно было настоящим — теплым и ярко-оранжевым. Софи медленно открыла глаза. Она посмотрела на Драко, затем на Джинни. Её взгляд был ясным. Она потянулась к карману Драко и достала ту самую серебряную нить, которая всё еще лежала там. — Драко, — тихо произнесла она. Её голос снова пах шоколадом. — Я всё помню. Джинни обессиленно опустилась на траву и рассмеялась — громко, по-гриффиндорски. — Ну и ночка. Малфой, если ты еще раз заставишь меня участвовать в чем-то подобном, я выйду замуж за Забини тебе назло, просто чтобы раздражать тебя на семейных ужинах. Драко впервые за долгое время искренне улыбнулся. Он прижал Софи к себе, чувствуя, как её сердце бьется в унисон с его. Но где-то на горизонте, в стороне Хогвартса, его ждал еще один незаконченный разговор. Гермиона. И этот разговор обещал быть сложнее, чем разрушение ледяного замка.