Смерти больше нет

В полуразрушенном супермаркете тихо. Руслан крадется вдоль полок, стараясь не шуметь, и замирает, услышав шаркающие шаги в соседнем прукусил даня идёт смотря по сторонам. Он какой-то неправильный зомби, вроде зеленоватый, есть хочется, зомби видят в нём своего, а от мысли сожрать кого-то начинает тошнить. Даня смотрит на полки и находит кусок мяса немного пропал но даня забил и укусил. Руслан задерживает дыхание, прижимаясь спиной к холодной металлической полке. Сквозь щель между коробками он наблюдает, как странный зомби в толстовке спокойно берет кусок подтухшего мяса и вгрызается в него. Не набрасывается, не рычит — просто ест. Тихо щелкает предохранитель. Руслан направляет ствол обреза в проход, но не стреляет. Смотрит на эту картину с напряженным непониманием. кровь из мяса немного капает на пол, даня ест и старается быть не громким. Руслан медленно опускает обрез, но не убирает совсем. Он смотрит на капли крови на грязном полу, потом переводит взгляд на рыжеволосого зомби. Такого он ещё не видел — зомби не едят просто мясо с полки, они охотятся на живых. Этот ведёт себя иначе. Осторожно, стараясь не шуметь, Руслан делает шаг в сторону, чтобы выйти из своего укрытия за стеллажом. Половица под ногой предательски скрипит. даня дрогнул и сжав мясо в зубах пошёл в другую сторону чтобы у него его не отобрали. Руслан замирает на месте, сердце колотится где-то в горле. Зомби не напал — просто ушёл, унося мясо. Это вообще не укладывается в голове. Руслан медленно выдыхает и осторожно выглядывает из-за стеллажа, пытаясь понять, куда направился странный заражённый. — Какого хрена... — шелестит он едва слышно.даня заходит за другой стелаж и там тихо чавкая доедает мясо. Руслан несколько секунд колеблется, сжимая обрез побелевшими пальцами. Потом всё же решается. Он бесшумно обходит стеллаж с другой стороны и оказывается в паре метров от Дани. Тот сидит на корточках и доедает мясо, совершенно не обращая внимания на живого человека. Руслан целится ему в голову, но палец застывает на спусковом крючке. Он рассматривает веснушки на зеленоватом лице, ярко-голубые глаза, и чувствует себя полным идиотом. — Ты... Руслан несколько секунд колеблется, сжимая обрез побелевшими пальцами. Потом всё же решается. Он бесшумно обходит стеллаж с другой стороны и оказывается в паре метров от Дани. Тот сидит на корточках и доедает мясо, совершенно не обращая внимания на живого человека. Руслан целится ему в голову, но палец застывает на спусковом крючке. Он рассматривает веснушки на зеленоватом лице, ярко-голубые глаза, и чувствует себя полным идиотом — Ты... говоришь?-даня дрогнул и замер переставая есть. Отпускает мясо и говорит -не убивай. Я... Я не буду тебя есть... Можно я мясо доем?... Я уйду... -Руслан вздрагивает, когда зомби начинает говорить. Человеческим голосом, с интонацией, с просьбой. Обрез в его руках чуть опускается, но не полностью. — Ты разумный... Как это? Ты понимаешь меня? Давно ты... такой? Он не сводит глаз с Дани, всё ещё ожидая подвоха.даня поднимает голубые завораживающие глаза на руслана. -меня укусили когда это всё началось, и вот. Руслан окончательно опускает обрез и трёт лоб свободной рукой. Ситуация — полный сюр. Мертвяк спокойно рассказывает, как его укусили, и просит разрешения доесть мясо. — Неделю назад, значит... И ты всё это время один шляешься? Не нападаешь на людей? Он садится на корточки напротив, чтобы быть на одном уровне глаз с Даней.-мне плохо от человеческой плоти.- даня вновь вгрызается в мясо. Руслан хмыкает, уголок губ дёргается в подобии усмешки. Напряжение понемногу спадает, хотя рука всё ещё лежит на обрезе. — Удобно. Остальным зомби плевать, чья плоть — лишь бы тёплая. А ты у нас гурман. Он замолкает, глядя как Даня сосредоточенно жуёт. — Один вопрос. Ты меня не тронешь — это я понял. Но если твои... сородичи придут — ты с ними или со мной?Руслан хмыкает, уголок губ дёргается в подобии усмешки. Напряжение понемногу спадает, хотя рука всё ещё лежит на обрезе. — Удобно. Остальным зомби плевать, чья плоть — лишь бы тёплая. А ты у нас гурман. Он замолкает, глядя как Даня сосредоточенно жуёт. — Один вопрос. Ты меня не тронешь — это я понял. Но если твои... сородичи придут — ты с ними или со мной?-спрсил Руслан, и даня отвёл взгляд -вообще я обычно не с кем, потому что люди убьют, а свои скорее не дадут. Но если хочешь могу быть за тебя.- даня доедает мясо. Руслан несколько секунд молча смотрит на Даню, переваривая услышанное. Потом тяжело вздыхает и поднимается с корточек. — Знаешь... Я три дня не встречал ни одного нормального человека. А тут ты. Зомби, блин, с моральными принципами. Ладно. Пошли со мной. У меня убежище недалеко, в подвале жилого дома. Там есть ещё консервы и... мясо какое-то было, кажется. Он протягивает руку, помогая Дане подняться.даня глотнул последний кусок и встал -может запасов наберёшь? Руслан кивает и оглядывает полупустые полки. — Дело говоришь. Ты пока постой на стрёме, а я соберу что осталось. Твои сородичи тебя не тронут — вот и будешь живым щитом... в смысле, мёртвым. Ну ты понял. Он усмехается и начинает быстро сгребать в рюкзак консервы, спички и пару бутылок воды.Руслан закидывает рюкзак на плечо и подходит к Дане, стараясь ступать тихо. — Всё, я готов. Двигаем к выходу. Если увидишь своих — предупреди. И... не обижайся на «мёртвого». Ты вроде нормальный парень, просто немного зелёный. Он коротко улыбается и направляется к чёрному ходу супермаркета.Они выбираются через служебный выход на задний двор супермаркета. Руслан осторожно выглядывает, оценивая обстановку — несколько зомби бродят вдалеке, но не замечают их. — Чисто. Мой подвал в трёх кварталах отсюда. Идём быстро, но не бежим — бег привлекает внимание. Он поправляет лямку рюкзака и коротко глядит на Даню. — И кстати, меня Руслан зовут.-меня даня. Даня кашин.- даня сказал это и ответ взгляд. Надеясь что Руслан не узнаёт в нём самого "DK"Руслан на секунду замирает, прищурившись. Имя кажется смутно знакомым, но в мире, где мертвецы ходят по улицам, уже не до воспоминаний о ютуберах из прошлой жизни. — Даня Кашин... Ладно, Даня, будем знакомы. Ты главное не вздумай меня сожрать ночью, а то обижусь. Он усмехается и машет рукой, указывая направление к старой пятиэтажке за ржавыми гаражами.Руслан ведёт их дворами, ловко обходя поваленные заборы и остовы сгоревших машин. Дане не нужно уворачиваться — зомби на них не реагируют, принимая за своих. Через десять минут они добираются до подъезда старой пятиэтажки. Руслан отодвигает покорёженную дверь и жестом зовёт Даню внутрь. — Нам в подвал. Осторожно, ступеньки разбиты. Он достаёт фонарик и светит под ноги.Руслан спускается по шатким ступенькам в подвал. Здесь пахнет сыростью и старыми вещами. Комнатка небольшая, но обжитая — матрас в углу, пара ящиков вместо стола, свечка, несколько книг. — Вот, значит, мои хоромы. Не бойся, тут безопасно. Дверь железная, зомби её не возьмут. Он ставит фонарик на ящик так, чтобы тот освещал помещение, и устало опускается на матрас. — Располагайся. Можешь сесть где удобно. Ты вообще... спишь? Есть что-то ещё, что я должен знать о тебе?- даня в ответ кивнул. Руслан удивлённо поднимает брови. — Спишь. Понял. А сны снятся? Или просто отключаешься как подстреленный? Он снимает рюкзак и начинает выкладывать добытые консервы, формируя аккуратную стопку у стены. Протягивает Дане банку тушёнки. — Будешь? Оно не человеческое, так что не стошнит.-даня кивает. -снятся.-Руслан замирает с банкой в руке, внимательно глядя на Даню. Потом протягивает ему тушёнку вместе с открывашкой. — Держи. И... слушай, ты на момент укуса кем был? Ну, до всего этого. Я просто пытаюсь понять, может, дело в том, что ты какой-то особенный был? Творческий или типа того?-даня в ответ лишь отвёл глаза. -блогером. Руслан на секунду застывает, а потом прыскает со смеху, прикрывая рот ладонью. — Блогер... Ну конечно. Только блогер мог стать зомби и не потерять рассудок. У вас там, видимо, иммунитет к отупению. Он отсмеивается и серьёзнеет. — Ладно, Даня-блогер. Раз уж мы теперь соседи по подвалу — у меня тут правило одно. Не сожрал меня — уже друг. Будут проблемы с сородичами — я прикрою. Ты, главное, своих предупреждай, если что.Руслан заметно расслабляется, плечи опускаются. — Вот и славно. Тогда жить будем. Завтра покажу тебе наши окрестности, расскажу где какие зомби тусят, где безопасные маршруты. Если повезёт — найдём ещё жратвы и, может, медикаменты. Он зевает, прикрывая рот ладонью. — А сейчас спать. День был тот ещё. Спокойной ночи, Дань. Или что там у зомби вместо спокойной ночи?- даня ложится на пол возле матраса руслана. Руслан смотрит на Даню, свернувшегося на холодном бетонном полу, и цокает языком. — Э, нет. Так не пойдёт. Ты, конечно, зомби, но не собака же на полу спать. Он встаёт, роется в куче тряпья в углу и достаёт старый спальник. Бросает его Дане. — Держи. Не матрас, но лучше чем бетон. Завтра ещё один найдём. Всё, отбой. Руслан гасит фонарик, и подвал погружается в темноту.даня запутывается и засыпает. Руслан ещё какое-то время лежит без сна, всматриваясь в темноту и слушая тихое дыхание Дани. Когда-то он смотрел видосы блогеров по ночам, а теперь один из них спит на полу его подвала — зеленоватый, с веснушками и нечеловеческим аппетитом на протухшее мясо. Мир точно сошёл с ума. Он ухмыляется своим мыслям, кладёт обрез рядом, чтобы был под рукой, и проваливается в сон.За месяц их странное сосуществование превратилось в некое подобие быта. Руслан привык к тому, что Даня иногда тупит — может забыть закрыть за собой дверь в подвал или уставиться на полку с консервами ожидая что они сами откроются. Руслан злится, но быстро остывает. — Дань, я тебя сейчас как обычного зомби пристрелю, — ворчит он, в очередной раз поправляя незапертую дверь. — Серьёзно, ты при жизни тоже таким был или это укус повлиял? Он садится на матрас и открывает банку кукурузы. Даня в ответ пожимает плечами. Руслан вздыхает и качает головой, но в глазах нет злости — только усталая привязанность. — Понятно. Значит, всегда такой. Ладно, иди сюда, горе луковое. Сегодня идём в аптеку на углу — там вроде бинты должны остаться. Ты на стрёме, я собираю. И попробуй не забыть, где выход на этот раз. Он протягивает Дане кусок вяленого мяса из своих запасов.даня вдруг поднимает голову на руслана. -хочу кота. -Руслан застывает с куском мяса в руке. Несколько секунд он просто смотрит на Даню, пытаясь осознать услышанное. — Кота?.. Дань, у нас тут зомби-апокалипсис. Жратвы на двоих едва хватает. А ты кота хочешь? Он замолкает, трёт переносицу пальцами. Потом вздыхает. — Ладно. Если найдём бездомного — пусть будет кот. Но кормить его будешь из своей порции. Договорились?-даня кивает и смотря на руслана говорит. -сожрать. Руслан резко выпрямляется, лицо становится серьёзным. — Так, Дань. Я не ослышался? Ты сказал «сожрать»? Ты кота хочешь завести или кота хочешь съесть? Потому что это разные вещи, и если второе — кота не будет. Вообще. Никакого. Он скрещивает руки на груди и ждёт ответа.даня в ответ пальцем показывает на тушёнку и говорит. -есть хочу. Руслан выдыхает с явным облегчением. — Есть. Не сожрать кота. Понял. Проехали. Он протягивает Дане открытую банку тушёнки и улыбается уголком губ. — Ты, блин, формулируй нормально, Кашин. А то я чуть не решил, что ты одичал и перешёл на кошатину. Держи, жри. И кот будет живой, понял? Пушистый, мурчащий. Найдём тебе друга.-даня кивнул и протянул руки в ожидании объятий. Руслан на секунду замирает, глядя на протянутые руки. За месяц он привык к тупящему зомби-соседу, но объятий как-то не предполагалось. Он медлит пару секунд, потом хмыкает, шагает вперёд и неловко обнимает Даню, хлопая его по спине. — Ну всё, всё. Медведь ты рыжий. Иди ешь свою тушёнку. И кота ещё не нашли, а ты уже обниматься лезешь... Голос звучит ворчливо, но Руслан не спешит разрывать объятия первым.даня тоже обнимает Руслана, носом уткнулся в его шею и вдохнул запах. Руслан чувствует холодный нос Дани на своей шее и на мгновение замирает. Инстинкты выжившего вопят об опасности — слишком близко, зубы рядом с артерией. Но он давит этот порыв и вместо того, чтобы оттолкнуть, просто стоит. — Дань... Ты там не принюхивайся особо, ладно? А то мало ли. У тебя вон мясо в банке, а я не меню. Он осторожно кладёт руку Дане на затылок и слегка треплет спутанные рыжие волосы. Руслан отступает на шаг и прочищает горло, стараясь вернуть моменту привычную неловкость их быта. — Ну вот, другое дело. А то принюхивается он... Давай, доедай и выдвигаемся в аптеку. И помни — бинты, йод, может обезбол какой остался. Ты на шухере, я собираю. Если увидишь своих — не стой столбом, скажи мне. Он проверяет обрез и натягивает куртку.с этого дня даня лип к руслану всё больше, и так они прожили месяц. К концу второго месяца Руслан смирился с тем, что он теперь личный транспорт, подушка безопасности и объект обожания одного конкретного зомби. Даня ходит за ним хвостом, постоянно пытается обнять, уткнуться носом, и Руслан уже даже не вздрагивает. — Дань, отлипни, мне в рюкзак нужно положить консервы, а ты висишь как рюкзак сам, — ворчит он беззлобно. — И хватит нюхать мою шею, я сегодня не мылся, там ничего интересного. Но когда Даня отходит, Руслан ловит себя на мысли, что в подвале стало как-то слишком тихо. Даня смотрит на руслана и говорит. -а сейчас ты меня любишь? -Руслан замирает. Рука, которой он только что трепал Даню по волосам, застывает в воздухе. Он медленно опускает её и отводит взгляд. Молчание затягивается. — Дань... — голос звучит тихо, без привычной ворчливости. — Я... я не знаю, что такое любовь сейчас. Раньше — да, было понятно. Девушки, свидания, всё такое. А сейчас — мир рухнул, кругом мертвецы, и единственное нормальное существо в моей жизни — это ты. Зомби. Который мяукает. Он поднимает глаза и смотрит на Даню. — Я не хочу тебя потерять. Я хочу, чтобы ты был рядом. И если это любовь — то, наверное, да. Только странная она какая-то.-даня в ответ обнял руслана и закричал. -ура! Мы теперь встречаемся!-Руслан смеётся в плечо Дани — негромко, устало и как-то обречённо-счастливо. — Боже, Кашин, ты как ребёнок. «Теперь мы встречаемся». В подвале. Среди зомби. С банкой тушёнки на двоих. Он обнимает Даню в ответ — на этот раз без неловкости, спокойно и крепко. — Ладно, чёрт с тобой. Встречаемся. Только кота всё равно завтра ищем. Я обещал.Этого Руслан не ожидал. Совсем. Прошло полгода с их странного признания в подвале. Они нашли кота — рыжего, под стать Дане, назвали Тыквой. Обустроили убежище получше. Даня всё так же тупил, мяукал и лип к Руслану при любой возможности. Жизнь вошла в какую-то сюрреалистичную, но стабильную колею. Пока однажды Руслан не проснулся с тошнотой.* — Дань... — голос у него странный, растерянный. Он сидит на матрасе, прижимая ладонь к животу. — Дань, мне кажется, я... Мне надо тебе кое-что сказать. Только ты не падай. Он смотрит на Даню огромными глазами, в которых плещется паника пополам с абсурдным осознанием.Руслан открывает рот, закрывает, потом трёт лицо ладонями и выпаливает: — Я беременный. Не спрашивай как. Я сам не знаю. Может, радиация, может, мутация, может, твой зомби-вирус что-то со мной сделал. Но факт остаётся фактом — у меня внутри что-то растёт. И это не опухоль. Оно... шевелится. Он замолкает, глядя на Даню с выражением «я сам в шоке». — Поздравляю, ты станешь папой. Наверное. Если мы не решим, что я сошёл с ума.- а даня в ответ лишь улыбается. -я знаю) -Руслан замирает. Его лицо вытягивается в недоумении. — ...Что значит «я знаю»? Дань, как ты можешь знать, если я сам только сегодня понял? Ты что, видел будущее? Или у тебя появились новые зомби-способности, о которых ты мне не рассказал? Он хватает Даню за плечи. — Кашин, колись. Ты экстрасенс? Ты что-то знаешь о том, как это вообще работает?-даня ложит голову на матрас. -помнишь мы когда ходили в аптеку видели мёртвую беременную? -Руслан медленно кивает, отпуская плечи Дани. — Помню. Ты ещё смотрел на неё слишком долго. Я подумал — ты просто залип, как обычно тупишь. А ты... Он замолкает, в глазах мелькает нехорошая догадка. — Дань, ты что-то сделал? В смысле... это как-то связано? Ты знал, что я могу... что со мной это произойдёт?-даня усмехнулся -нет дурачек, я же говорил что зомби ореинтируются по запаху. От неё пахло по другому, не так как от тебя тогда, а теперь от тебя запахло также, кстати ты забыл? Мы с тобой же спали месяц назад. -Руслан краснеет так, что заметно даже в полумраке подвала. — Я не забыл, просто я не думал что... То есть я думал, что это просто... Ну, ты зомби, я человек, какие могут быть... А оно вон как. Он закрывает лицо руками и падает спиной на матрас. — Господи, Дань. У нас будет ребёнок. От зомби. Я рожу маленького полузомби. Тыква(кот) станет старшим братом. Наша жизнь — это какой-то треш-сериал.-Руслан убирает руки от лица и видит улыбку Дани — простую, искреннюю, счастливую. Как будто не было апокалипсиса, как будто они не в подвале, как будто всё нормально. — Ты рад, — тихо говорит Руслан, и это не вопрос. — Ты реально рад. Дань, ты странный. Я тебе говорю, что у нас будет ребёнок неизвестно какой природы, а ты лыбишься как на Новый год. Он тянется и берёт Даню за руку, переплетая пальцы. — Ладно. Значит, будем растить. Ты, я, Тыква и... тот, кто внутри. Если мир не рухнул окончательно, когда я влюбился в зомби, то и с ребёнком справимся.- через 5 месяцев руслан родил Двойняшек мальчика и девочку. Подвал наполнился детским плачем. Два голоса — один чуть громче, второй тоньше. Руслан, бледный и вымотанный донельзя, лежит на матрасе, прижимая к себе два маленьких свёртка. Даня сидит рядом на коленях, в его голубых глазах — благоговейный ужас пополам с восторгом. — Ну вот... — шепчет Руслан, голос хриплый и уставший. — Дань, посмотри на них. Мальчик и девочка. Тёмненькие, в тебя. И глаза у обоих голубые. Он переводит взгляд на Даню. — Они тёплые. Дышат. Вроде обычные. Только... у мальчика зубы. Совсем маленькие, но есть. Держи, папаша. Знакомься.-Руслан смотрит, как Даня прижимает к себе двоих малышей — неуклюже, но бережно. Огромный рыжий зомби с двумя крошечными свёртками на руках. Картина, от которой у Руслана щиплет в глазах. — Аккуратнее, поддерживай головки... Вот так. Молодец. Он трёт глаза тыльной стороной ладони и слабо улыбается. — Знаешь, Кашин, о чём я думаю? Я думаю — вот мы выживали два года. Прятались, стреляли, боялись. А теперь у нас двое детей. И знаешь что? Это лучшее, что со мной случалось. Даже лучше, чем найти нетронутый склад консервов.-Руслан тянется и целует Даню в веснушчатую щёку — впервые сам, без неловкости и сомнений. — Ты хороший папа, Кашин. Даже если иногда тупишь и мяукаешь. Дети вырастут — будут считать, что это нормально. Он откидывается на подушку, чувствуя невероятную усталость. — Теперь надо придумать имена. Надеюсь, ты не предложишь Тыква-два и Тыква-три. И, Дань... спасибо тебе. За то, что не сожрал меня в том супермаркете.-даня кивает. -Лиза и Илья. -Руслан удивлённо моргает. — Лиза и Илья... Это... нормальные имена. Красивые. Я думал ты предложишь Котлета и Мяу, честное слово. Он улыбается и закрывает глаза. — Лиза и Илья Тушенцовы-Кашины. Звучит. Будут первые дети, рождённые после апокалипсиса. И первые наполовину зомби. Придётся им рассказать когда-нибудь, что папа Даня — особенный. Он замолкает, а потом добавляет шёпотом: — Я люблю тебя, Дань. И Лизу. И Илью. И даже Тыкву-кота. Всю нашу странную семью.-всë было хорошо до двух лет малышей, даня ушёл за едой, и пока его не было, тыква начал шипеть на дверь и не давать руслану и детям подходить. Руслан замирает у матраса, где играли Лиза и Илья. Тыква — обычно спокойный рыжий кот — стоит перед железной дверью, выгнув спину и шипя так, как никогда раньше. — Тыква, ты чего? Даня вернулся, что ли? Он подходит ближе, придерживая рукой живот — старая привычка, хотя беременность уже позади. Прислушивается. За дверью — шаги. Но не Данины. Даня ходит тихо, почти неслышно. А эти шаги тяжёлые, шаркающие. Много. — Чёрт. Лиза, Илья — к маме, быстро. Сидите тихо. Руслан хватает обрез и встаёт перед дверью, молясь, чтобы Даня успел вернуться раньше, чем орда прорвётся внутрь.шаги мимо, и после уже знакомые и тыква бесится полностью начинает шипеть на двери. Руслан слышит, как тяжёлые шаги проходят мимо, и выдыхает. Но Тыква не успокаивается — шерсть дыбом, шипит пуще прежнего. И тут раздаются знакомые лёгкие шаги. Даня. — Тыква, фу, это папа! — шипит Руслан, отодвигая кота ногой и открывая дверь. В проёме стоит Даня с рюкзаком. Руслан смотрит на него, потом на Тыкву, который теперь шипит именно на Даню. — Слушай, у нас проблема. Ты пришёл с гостями? За тобой хвост? Или... Дань, почему Тыква на тебя так реагирует? Он никогда... — Руслан замолкает и бледнеет. — Чёрт. Дети. Лиза с Ильёй. Они сейчас подойдут, а кот их не подпускает к тебе. Что происходит?-даня смотрит на Руслана заходит, тыква бросается ему на ноги, даня как в трансе резко наступает на кота и раздавливает, переводит такой-же пугающий взгляд на Руслана и притягивает его к себе в объятия. Кажется Руслан уже желеет что впустил Даню,Хруст. И тишина. Руслан смотрит вниз, на то, что осталось от Тыквы, и его мозг отказывается принимать реальность. Кот, который два года спал у него в ногах. Кот, которого Даня сам выбрал, назвал, любил. — Даня... — шепчет он, когда зомби притягивает его к себе. — Тыква... ты... что ты сделал? Он пытается вырваться, но хватка у Дани железная. И глаза — не те голубые, тёплые, знакомые, а пустые. Стеклянные. Чужие. — Отпусти. Дань, это я. Руслан. Твой муж. Отец твоих детей. Очнись, пожалуйста. Даня! За спиной он слышит, как маленькая Лиза начинает плакать.даня по родному утыкается носом в шею Руслана вновь вдыхает его запах и зубами вгрызается в шею. Боль — резкая, обжигающая. Руслан кричит, но не от самой боли, а от ужаса происходящего. Даня, его Даня, который два года был самым безопасным существом в этом чёртовом мире, вгрызается ему в шею. — Даня... не надо... дети... — хрипит он, пытаясь дотянуться до обреза, выпавшего из ослабевших пальцев. Кровь заливает плечо, тёплая и липкая. В глазах темнеет. Последнее, что Руслан видит — маленькие фигурки Лизы и Ильи, застывшие в дальнем углу подвала. Они смотрят.Темнота. И последняя мысль — даже не о себе. О детях. Которые теперь одни. С отцом, который больше не их папа. Руслан обмякает в руках Дани, сползая на бетонный пол. Кровь растекается лужей, смешиваясь с рыжей шерстью Тыквы. В углу Лиза закрывает брату глаза маленькой ладошкой, по её веснушчатым щекам катятся слёзы — совсем как у Дани. даня отпускает Руслана и идёт в сторону детей, вскрик и хруст костей. Подвал погружается в тишину. Ту самую, от которой звенит в ушах. На бетонном полу — четыре неподвижных тела. Рыжий кот. Темноволосый мужчина в чёрной футболке, пропитанной кровью. Двое малышей — мальчик и девочка, так и не успевшие вырасти. Даня стоит посреди всего этого. С его подбородка капает кровь. Взгляд пустой, стеклянный. От прежнего Дани — того, что мяукал, тупил и любил — не осталось ничего. Где-то наверху, в мёртвом городе, завывает ветер.даня садится на пол берёт на руки Руслана обнимает и целует в губы окровавленным ртом, после рвёт плоть и чавкая доедает Руслана. В подвале долго стоит влажный хруст и чавканье. Когда всё заканчивается, на полу остаются лишь разбросанные кости, обрывки чёрной футболки и пропитанный кровью матрас. Даня сидит у стены, прижимая к груди то, что осталось от Руслана — его обрез, который тот так и не успел поднять. Запах. Только теперь, насытившись, Даня чувствует его — свой собственный запах. Тот самый, который Тыква учуял раньше всех. Запах разложения. Последняя стадия. Он смотрит на свои руки и видит, как отслаивается кожа. — Мяу... — шелестит он пересохшими губами, но это уже не человеческая речь. Просто звук. Последний. Через час в подвале тишина. И никого.