В ловушке твоего зверя

Она бежала сквозь густые ночные заросли, не разглядывая дороги. Страх подгонял её, когда сзади раздалось низкое, вибрирующее горловое рычание. Она выскочила на небольшую полянку, где в лунном свете блестели лужи густой чёрной крови и изрезанное тело кролика, но убежать не успела. Хищник среагировал абсолютно молниеносно. Мощный удар в спину сбил ее с ног, выбивая воздух из легких. Т/И упала на мох, и в ту же секунду сильные, невероятно тяжелые руки грубо прижали ее к земле. Огромный силуэт под два метра роста одним движением перевернул ее на спину. Совсем рядом оказались гигантские, неоново-синие глаза, окруженные безумными темными кругами. Т/И, тяжело дыша, оцепенела, разглядывая монстра. Его голова была полностью лысой, обтянутой пепельно-серой кожей со шрамами от химических ожогов. На макушке нервно дергались большие, покрытые густой темной шерстью волчьи уши, а на длинных серых руках проступал четкий градиент — ближе к ладоням кожа становилась угольно-черной, заканчиваясь острыми когтями. Позади него плавно ходил из стороны в сторону роскошный, пышный серо-черный хвост. — Попалась... — прохрипел он, обжигая ее лицо горячим дыханием. Его голос был глубоким и хриплым. — Моя маленькая, глупая Добыча... Думала, сможешь убежать от своего парня? Нехорошо, милая. — Отпусти! Кто ты такой?! Прошу! — закричала Т/И, пытаясь вырвать руки, но его пальцы сжали ее запястья словно железные тиски. — Ты пахнешь страхом и сладостью, Т/И... — он оскалил острые клыки, с которых на её щеку упала капля слюны, смешанной с чёрной кровью. Хищник приблизился к её уху. — Я так долго ждал. Теперь ты никуда не уйдёшь. Ты полностью моя. Смотри в мои глаза, Добыча! Ты же знаешь, как сильно я люблю тебя? Одной своей огромной ладонью он зафиксировал оба её запястья над головой, прижимая к земле, а свободной рукой с треском сдернул с неё одежду. Она вскрикнула, когда ночная прохлада обжигала обнаженную кожу, но горячее тело оборотня, прижавшееся сверху, мгновенно вернуло безумное тепло. Его кобальтовые глаза потемнели от чистого животного возбуждения. Заметив, как сильно она дрожит, Питер повел себя еще увереннее, хотя в его действиях пробудилась маниакальная, дикая нежность. Он склонил голову, зарываясь носом в ее шею и глубоко вдыхая запах. Его пышный хвост двигался быстрее, ударяя по траве. Губы, замазанные черной кровью, впились в ее кожу грубым укусом у ключицы. Т/И сладко простонала, выгибаясь навстречу. Он зарычал от удовольствия и начал лихорадочно зализывать ранку своим невероятно длинным, гибким и горячим языком. Он на секунду ослабил хватку, тяжело дыша ей в губы, и из его кармана случайно выпал потрепанный старый документ, где сквозь грязь отчетливо просматривалось имя: «Питер Данбар». Т/И зацепилась взглядом за надпись и в панике прошептала: — Пи... Питер?.. Стой, прошу... Эти слова мгновенно изменили атмосферу. Услышав своё имя, оборотень словно сошёл с ума. Его уши прижались к лысой голове, а кобальтовые глаза вспыхнули яростью и дикой ревностью. Он ненавидел это имя всем своим существом. — Не смей! — прорычал он, и его голос стал угрожающе низким, срываясь на животный рык. — Не смей называть меня так, милая! Для тебя я не Питер! Я твой парень! Твой единственный! Ты принадлежишь мне, Добыча! Его злость мгновенно переросла в неконтролируемую болезненную страсть. Одним резким движением он полностью сорвал с них остатки одежды. Его большой, пушистый и невероятно мягкий хвост плавно, но крепко обхватил бедро Т/И, словно живая лента, с силой притягивая ее ближе и заставляя максимально раздвинуть ноги. Его твердий, горячий член уже пульсировало от возбуждения, требуя обладать ею здесь и сейчас. — Ты запомнишь этот трах, милая — прохрипел он, глядя на нее с безумным экстазом. Он вошел в нее одним грубым и максимально глубоким толчком на всю длину. Т/И громко, пронзительно вскрикнула, запрокидывая голову назад, а ее пальцы инстинктивно впились в его спину. Лес вокруг взорвался звуками их безжалостного слияния. Он двигался внутри неё быстро, резко и властно, наказывая за произнесённое имя и одновременно сводя с ума. Его чёрные пальцы с когтями до боли сжимали её бедра, оставляя горячие следы. Однако каждый раз, когда Т/И громко стонала, он наклонялся, собирая язиком слезы с ее глаз и покрывая ее лицо влажными, горячими поцелуями. Этот безумный контраст хищной ярости и одержимой нежности окончательно лишил Т/И остатков разума. Она полностью подчинилась его ритму, крепко обнимая его за широкие плечи и умоляя двигаться еще быстрее. Когда финальная, самая сильная волна оргазма настигла их обоих, Т/И совсем обессилела. Ее глаза закрылись, а по телу все еще пробегали мелкие судороги от полученного удовольствия. З цього моменту все навколо немов сповільнилося, а оповідь перейшла у спокійне русло. Після вибуху пристрасті ліс знову занурився у глуху тишу. Перевертень важко дихав, лежачи на Т/И ще кілька хвилин і ховаючи обличчя у її шиї. Розуміючи, що його мила здобич повністю виснажена і замерзає на сирій землі, він акуратно підвівся. Його довгі руки обережно підхопили обм'яке тіло дівчини, піднімаючи її так легко, наче вона нічого не важила. Він упевнено рушив крізь нічні хащі, несучи її вглиб лісу. Невдовзі серед дерев показався його , старий будинок. Він штовхнув двері ногою, проходячи всередину затишного, хоч і похмурого лігва, де пахло деревом та сухими травами. Він пройшов до ліжка і максимально обережно, наче крихку скляну фігурку, вклав Т/И на м'які ковдри. Перевертень збирався відсторонитися, але дівчина, навіть перебуваючи в глибокому сні, інстинктивно потягнулася за теплом. Її пальці намацали поруч щось неймовірно пишне і затишне. Вона сильніше притиснулася до ліжка і міцно, обома руками обхопила його великий, пухнастий хвіст, ховаючи в нього обличчя. Він завмер, дивлячись на цю картину. На його сірому обличчі з'явилася ледь помітна, але сповнена безмежної любові посмішка. Він слухняно ліг поруч, дозволяючи їй тримати свій хвіст, і заплющив очі, охороняючи сон своєї єдиної любові до самого ранку.