valentine

На улице стояла середина февраля и начинало постепенно теплеть. Пускай вечера всё еще были довольно прохладны, однако днём температура была достаточно комфортной для того, чтобы прогулки проходили без продрогших от мерзлоты конечностей, как то было еще некоторое время назад. Редкие лучи солнца пробивались сквозь окна, падая на деревянные парты, и грели своим мимолетным теплом подростков. Мегуми сидел за одной из таких парт, подперев рукой голову, которая сегодня казалась гораздо тяжелее, чем обычно. Он рассматривал голое дерево за окно затуманенным взглядом, словно мыслями был где-то далеко отсюда. Голос преподавателя сливался с окружающим шумом и уходил на задний план, превращаясь в монотонный гул. Парня казалось совсем не волновал идущий урок. Второй рукой он механически выводил бессмысленные каракули в тетради, пока в голове из раза в раз вертелась одна и та же мысль об одном человеке. О том, кто в настоящий момент должен был сидеть в кабинете, но по какой то причине отсутствовал. Мегуми лениво оторвал взгляд от дерева, которое, на самом то деле, абсолютно его не интересовало, и повернул голову в сторону пустующего места. Ему внезапно захотелось закатить глаза от легкой волны раздражения, которую вызывает у него розововолосый парень своим отстутствием. У него и без того весь день дрожали руки от волнения, стоит лишь подумать о самодельной валентинке в глубине кармана, которою он готовил специально для Итадори. Ведь сегодня 14 февраля – день всех влюбленных и отличная возможность признаться в чувствах, которые сдавливают его грудь каждый раз, стоит только взглянуть на улыбку лучшего друга. А этот придурок, кажется, решил не приходить сегодня и окончательно добить Фушигуро. Парень опустил глаза, уткнувшись взглядом в каракули, которые самостоятельно вывел пару минут назад, и вновь погрузился в свои мысли, совсем не обращая внимания на преподавателя. Но внезапный хлопок двери заставил его вздрогнуть, выдернув из раздумий. – Итадори Юджи! – послышался голос учителя, сочащийся недовольством от прерванного урока. У Мегуми на секунду сбилось дыхание, стоило только услышать это имя. Он пришёл. – Вас не учили, что опаздывать нельзя? Мегуми поднял взгляд на парня, который стоял в дверях, переминаясь с ноги на ногу. Он смущенно улыбнулся, метнув виноватый взгляд на учителя, и тут же снова опустил глаза в пол. – Я... извините... это самое... – Юджи запинался, ища оправдание своему опозданию. От абсурдности этой картины Мегуми захотелось закатить глаза. Но одновременно с этим он почувствовал как ускорилось собственное сердцебиение. – Бабушку через дорогу переводил. Она выглядела такой старой, больной, я не мог пройти мимо беззащитной старушки! Еще и пакеты у нее тяжелые были, как я мог... – Досточно, Итадори. – преподаватель перебил парня, не в силах выслушивать этот бред дальше. – Еще одно опоздание... – Я понял! Больше не повторится – Учитель закатил глаза, понимая, что это пустые слова, которые он слышит уже сотый раз, однако спорить не стал. Юджи, сверкнув еще одной улыбкой, проскользнул к своему месту, кинул рюкзак на парту и стал доставать тетрадь, хотя, очевидно, никакой конспект он записывать вовсе не собирался. И тут же обернулся, оглядывая кабинет в поисках Мегуми. Фушигуро тут же уткнулся в свою тетрадь, старательно делая вид, что записывает всё, о чем говорит учитель. Он чувствовал, как Юджи сверлит его взглядом, однако так и не осмелился поднять глаза, боясь, что выдаст свое волнение. Ближе к концу урока Мегуми понял, что нет смысла тянуть, поэтому твердо решил, собравшись с духом, вручить эту глупую открытку Итадори прямо на перемене. Но стоило только прозвенеть звонку, как Юджи оказался в центре внимания. Каждая вторая в классе, да и немало девчонок с параллели спешили подарить ему печенье, шоколад, открытки и признаться в чувствах. Это не было удивительно, ведь Итадори – настоящий красавец со спортивным телосложением, добрый, дружелюбный и всегда готовый помочь. В такого легко влюбиться. Мегуми же, казалось, был отделен от него толстой стеной, через которую никак не пройти. Его сердце сжалось. Внезапно он почувствовал себя ничтожеством на фоне всех тех красивых девушек, которые клеились к Итадори. С чего вообще он решил, что розововолосый может чувствовать к нему то, что сам Фушигуро хранит в своем сердце? Но внезапное тепло чужой руки, которая накрыла его ладонь, заставило его вернуться в реальность. Мегуми увидел перед собой взволнованное лицо Юджи, который одними губами прошептал: – Идём. – и, резко дёрнув, потащил куда-то сквозь толпу девушек, что провожали их озадаченными взглядами, переглядываясь между собой. – Эй, куда мы? – спросил тёмноволосый парень неуверенным голосом, когда они уже были в коридоре, а Юджи все еще не отпускал его руку, и продолжал вести за собой в неизвестном направлении. – В туалет на третьем этаже, – отозвался Итадори. Его голос был спокойным, но Мегуми уловил в нем странные нотки, природу которых не до конца понимал – Там должно быть потише, весь этаж закрыт на ремонт. – В туалет? – недоуменно переспросил Фушигуро, но парень ему уже не ответил. Итадори одним рывком открыл дверь туалета, и вошёл, потащив за собой Мегуми в одну из кабинок, после чего наконец отпустил его руку, но только чтобы запереть щеколду на двери. Сердце Фушигуро пропустило удар. Внезапно его вновь стало распирать от волнения. Он не знал куда деть свои руки, стоя в тесном пространстве кабинки, расчитанной явно не более чем на одного человека, и разглядывал затылок лучшего друга, который уперся лбом в дверь и глубоко дышал. То ли от быстрого шага, то ли от чего то ещё. – Чёрт... – внезапно прошептал Итадори, заставив Мегуми вздрогнуть. – Почему мы... – начал было чёрноволосый, но остановился, когда Юджи стал оборачиваться. Дыхание перехватило. Он не мог пошевелиться, глядя на Итадори, щёки которого порозовели до такой степени, что едва ли не сливались с цветом волос, а сам парень сводил брови к переносице, прижимая одну руку к лицу, в то время как второй начал лезть в карман своей ветровки. Мегуми перевел взгляд на его руку, в которой показалась бумажка. Когда Юджи полностью вынул вещицу из кармана, Фушигуро смог разглядеть её – это было криво вырезанное из розового картона сердце. Валентинка. Мегуми на секунду подумал, что все это глупый сон. – Я это... короче... – спустя, казалось, целую вечность, заговорил Итадори, в попытке объясниться – С днём Святого Валентина – и перевёл взгляд на Мегуми, пытаясь понять, что значит выражение его лица. Фушигуро стоял не в силах пошевелиться. Ему казалось, что весь мир сузился до розововолосого парня, который прямо сейчас дарил ему валентинку. Парень почувствовал, как стремительно краснеет. Хотя казалось бы, куда ещё больше? Выйдя из оцепенения, Мегуми прежде чем успел подумать, двинулся вперёд, вжимая Итадори к дверце кабинки. Расстояние между ними было так катастрафически мало, что Фушигуро чувствовал обрывистое горячее дыхание парня на своей щеке. Он поднял взгляд на Юджи, в глазах которого читалась растерянность вперемешку с желанием. Мегуми поднял руку, робко коснувшись щеки парня, и почувствовал жар, исходящий от него. Он услышал, как сбилось дыхание парня, прижатого к дверце. Мегуми не стал медлить, и, закрыв глаза, наклонился к лицу Итадори. Фушигуро уловил его судорожный вздох, прежде чем впервые коснуться губ розововолосого. Прикосновение было мимолётное, но от этого не менее волнительное. По телу моментально разлилось тепло. Мегуми отстранился лишь на секунду, чтобы, взглянув в горящие глаза Юджи, вновь прильнуть к обветренным губам младшего. На этот раз Фушигуро целовал более уверенно, поочерёдно сминая то верхнюю, то нижнюю. Итадори, вздохнув, выронил открытку, которую до сих пор держал при себе, и уложил освободившуюся руку на шею парню, другой же начал перебирать чёрную шевелюру на затылке, которая отличалась удивительной мягкостью. Мегуми, следуя странному желанию больше исследовать губы, о которых так долго мечтал, слегка прикусил нижнюю губу Итадори, после чего сразу провёл языком, вызвав у парня сдавленный стон, от которого у темноволосого едва не подкосились ноги. Юджи прижался еще ближе, давая понять, что ему более чем нравится. Фушигуро не знал, сколько уже прошло времени, и как сильно они опоздали на следующий урок. Да и ему было уж точно не до уроков. Отстранившись от Итадори, когда у обоих лёгкие начали гореть от нехватки воздуха, Мегуми взглянул затуманенными глазами на парня, который тяжело дышал, цепляясь за Фушигуро, словно из последних сил. После он перевёл взгляд на растрепанные волосы Юджи, а затем – на распухшие и мокрые от слюны губы. Темноволосый подозревал, что сам выглядит не лучше. Сердце билось как ненормальное, собираясь, кажется, вот-вот выпрыгнуть из груди. Уголки губ Мегуми дрогнули в улыбке от переизбытка нежных чувств, с которыми он уже не справлялся, и парень смущённо уткнулся головой в плечо Итадори, пряча свое пунцовое лицо. Юджи переместил руки на его талию прижимая к себе всё ближе. Хотя ближе, казалось, некуда. – Так... – начал Итадори чуть охрипшим голосом – это значит взаимно? Абсурдность подобного вопроса в такой ситуации заставила Мегуми прыснуть от смеха. – Придурок.