На счастье!
10 мая 2026 г., 22:58
Примечания:
Приятного прочтения , чудесные ❤️
***
«Киношные» новостные паблики буквально разрывались от комментариев фанаток Марата Галиева под новой фотографией пары. На снимке — рыжая кудрявая девушка, запустив пальцы в волосы брюнета, углубляет поцелуй. У него в руках старый пленочный фотоаппарат, будто случайно оставшийся между ними после сцены. Картинка выглядела настолько атмосферной, что больше напоминала постер к европейскому фестивальному кино, чем обычный кадр со съёмок. Комментарии, к слову, мгновенно разделились на два лагеря. Первый — традиционный. Трагично-влюблённый. — «Почему на её месте она, а не я 😭😭😭» — «Маратик, а ты можешь меня ещё годика четыре подождать?🥹» — «Я согласна быть даже фотоаппаратом в его руках». — «СРОЧНО УДАЛИТЕ ЭТУ ЖЕНЩИНУ ОТ НЕГО». Второй лагерь был куда спокойнее. И… опаснее. Потому что именно эти люди уже мысленно поженили актёров, выбрали им имена детям и создали эдиты под грустные песни. — «Марта и Марат слишком подходят друг другу». — «Я жду их пару на экранах больше, чем свою зарплату». — «Марат, согласись, Марте идёт твоя фамилия 😉» — «Они либо встречаются, либо так играть НЕВОЗМОЖНО». — «Это незаконно быть настолько красивыми вместе». И всё это — под фотографиями со съёмок фильма «Последний поезд в тот апрель». Самого ожидаемого фильма этой осени. Во-первых, интерес публики подогревали эстетичные кадры с поцелуями Марты и Марата. Причём не просто «поцелуями ради сюжета», а теми самыми сценами, после которых люди в TikTok пишут: «я больше не верю в любовь, если это игра». Во-вторых — сам фильм. Сюжет, если честно, был до смешного типичным для романтической комедии. Девушка с разбитым сердцем. Парень с тяжёлым прошлым. Случайная встреча в поезде. Дожди. Апрель. Огни вокзалов. Разговоры под утро. Всё настолько клишировано, что по отдельности звучало как набор шаблонов из девчачьих романов. Но, видимо, картинка действительно решает. Тёплая плёнка. Старые вагоны. Шарфы, свитера, недосказанность в диалогах и слишком красивые главные герои. Люди такое любят. Особенно осенью. Ну ладно. Не будем вас томить… Как многим известно, киноиндустрия делится на две части: то, что видит зритель… и то, что зритель видеть не должен вообще никогда. С первой частью мы уже разобрались. Теперь — ко второй. Туда, где романтичные сцены прерываются фразой: — «У кого-нибудь есть влажные салфетки?» Туда, где актёры могут смотреть друг на друга как влюблённые идиоты… а через пять секунд спорить из-за холодного кофе.(что и является профессионализмом!) Туда, где красивый дождь в кадре — это замёрзшая съёмочная группа и оператор, который держится за камеру из последних сил. Так что… Дубль первый. Кадр первый. Камера… МОТОР! — Стоп-стоп-стоп! Галиев, ты куда пошёл?! Марат, уже успевший драматично схватиться за дверцу поезда, медленно обернулся. — В смысле куда? В кадр. — В какой кадр? У тебя сцена начинается после того, как Марта выходит из вагона! На площадке раздался чей-то смешок. Марта, стоявшая в двух метрах от него с кружкой давно остывшего кофе, закатила глаза. — Гениальный актёр отечественного кинематографа. — Между прочим, — совершенно серьёзно ответил Марат, — великие не обязаны знать сценарий. — Великие хотя бы читают съёмочный план. — Я читал. — Вверх ногами? Съёмочная группа уже тихо хихикала по углам. Ассистент режиссёра обречённо потёр переносицу, а оператор, не убирая камеру, сказал: — Нет, вы продолжайте. Это даже лучше сценария. Марта фыркнула, отворачиваясь, но улыбку всё равно спрятать не смогла. И именно в этот момент Марат посмотрел на неё чуть дольше, чем должен был. Совсем чуть-чуть. Но в кино, как известно, именно с таких «чуть-чуть» всё обычно и начинается.***
Марат Галиев — один из самых известных актёров нового поколения. Его всегда любила публика, особенно девушки: высокий, подтянутый, кудрявый брюнет, одним словом — идеал. Сегодня были, кажется, пятые пробы за эту неделю, и его взяли уже в два проекта, даже, возможно, уже в три, Марат в этом не сомневался. Сегодня финальная читка с актрисой, которую буквально моментально утвердили на роль, но кто она, Галиев ещё не знал. — Явно какая-то очередная блогерша, решившая, что она – великая актриса, хотя может и любовница, обычно так быстро не утвержают,— именно такие мысли посещали Марата, к сожалению, он видел немало таких случаев. — Марат Галиев собственной персоной! — сказал это режиссёр, старый знакомый парня, именно он когда-то вывел только-только начинающего свою карьеру актёра. — Как я рад, как я рад! Ну что, дорогой ты мой, готов удивлять девушек? Но Марат не услышал последние слова, вдруг в помещение вошла рыжая. Галиев относил таких к классу вымирающих, ведь сейчас все под блондинок красятся. Девушка будто только-только сошла с обложки журнала Vogue — чёрный костюм по последним пискам моды, чёрные очки. — Что это за рыжая бестия? — Ты про Марту? — в голосе режиссёра послышались нотки удивления. — Странно, что ты её не знаешь. Это Марта Багрова — в прошлом году вошла в топ-10 самых высокооплачиваемых актрис, снимается за рубежом... — Добрый день! Я Марта Багрова. Извините, у меня мало времени, давайте сразу же к делу. — Прям бизнес-вумен, — подумал Марат. — Добрый-добрый, Марточка, конечно! Люда, сценарий! Невооружённым глазом было видно, как режиссёр пытается удержать актрису, всё-таки девушки такого уровня на дороге не валяются. — Может, пока познакомимся? — только начал Марат, но его перебили, но не словом, а взглядом. Тому, как пилила своими глазами Багрова, могли позавидовать даже хищницы. — А вот и сценарий, — режиссёр уже был тут как тут. — Начнём, сцена 3, кадр 10, химию подключаем, друзья мои! Кадр 3, сцена 10: Первое свидание в парке. — Милые мои, Вы – в этом фильме единое целое! Нет отдельно Марты, нет отдельно Марата. Да и вообще их нет в кадре! Там исключительно герои, их характеры! — Игнат Чеславович, а именно так звали режиссёра, начинал закипать. — Начали! — Рита, я так рад, что ты пришла! Обещаю, это будет лучшее свидание в твоей жизни! С той самой первой встречи я мечтал увидеть тебя вновь. Это тебе (в фильме парень будет протягивать букет лилий). — Костя, я тоже очень рада нашей встрече. Спасибо большое, это мои любимые цветы. (девушка целует в щёку). — Хорошо, это просто замечательно, актёры мои, — Игнат Чеславович радостно захлопал, словно маленький мальчик в цирке, — немного ванильно и банально, но что ещё надо зрителям? Ваши химия... Фильм будет бомба! Утверждены, оба! Жду на площадке, не опаздывать, буду злиться, ха-ха. Марат выходил с площадки с чувством собственного достоинства, очередной раз подтвердив себе и другим, что он – лучший. — Мы ещё повоюем, Багрова, — только и сказал актёр.***
Несколькими неделями ранее.
POV Марта:
Сегодня день икс, пробы в проект, режиссёр которого давно хотел со мной поработать, да и я не против. Быстро собравшись, я иду на съёмочную площадку, но не до конца собранная, так как текст мне не выслали. — Берёшь кота в мешке, — сказала мой менеджер, она долго уговаривала меня отказаться: неизвестно, что за проект, что за каст, а мне нельзя портить репутацию. Но я решила, что готова, чувствую, что проект удачный. Зайдя в павильон, первым делом вижу милую женщину, быстро подбегающую ко мне. — Марта Вячеславовна, здравствуйте! Меня зовут Людмила, я — правая рука Игната Чеславовича, нашего режиссёра. Он вас уже ждёт. И женщина не дав и слова сказать, повела меня в комнату. Постучав, она спросила: — Игнат Чеславович, можно? Марта Багрова пришла, — далее мужской голос ответил, но я не разобрала, что, — Марта Вячеславовна, заходите, оставляю Вас наедине. Комната была просторной, на стенах висели фотографии, а в центре стоял стол, а за ним сидел мужчина лет 35, который и был тем самым Игнатом Чеславовичем. — Марта, привет, ничего страшного, что я на ты? — быстро, но чётко сказал мужчина, — привык быть на равных с актёрами. — Здравствуйте, ничего страшного, — далее я продолжила. — Давайте сразу же к делу, а то у меня ни сценария, ни-че-го. — Ох, милая моя, это специально, чтобы видеть, как актер ведёт себя, впервые видя текст, для начала я расскажу тебе про твою героиню. Роль главная, фильм должен получить много поклонников, поэтому я надеюсь, что мы сработаемся, на роль вижу только тебя. Так вот, твою героиню зовут Маргарита Сафурова, ей 20 лет, учится на дизайне, мечтает о большой любви. Немного наивна, глупа, но при этом смелая и гордая. Я вижу только тебя в этом фильме, поэтому прочитай это, — мужчина подал лист формата А4, на котором был напечатан текст, — тогда я сразу же пойму, не проглядел ли я. — Мне приятно, что вы так обо мне отзываетесь, — я, буду честна, удивилась его словам, обычно меня приглашали в триллеры или сказки, — я, конечно, прочитаю так, как вижу. Быстро пробежавшись и поняв всю суть, я начала: — Костя, постой, — самым трагичным голосом начала я, — я хотела прийти, но моей маме стало плохо, а телефон разрядился, прости. Не бросай меня! Я тебя люблю, — на одном дыхании закончила я и выдохнула. Конечно, читать текст практически впервые, да и сразу же так, было непривычно. Да и вообще-то пробы не похожи на обычные. Игнат Чеславович смотрел на меня и молчал, в моей голове даже закралась мысль, что он во мне разочаровался, но вдруг режиссёр начал: — Браво, Марточка, это идеально, как говорил Станиславский: верю! Ты утверждена, жду на совместной читке с актёром на мужскую роль. — А кто он? — На читке и увидишь, Люда скинет тебе всю информацию. — Хорошо, до свидания, — сказала я и вышла. — Это определённо самые странные пробы в моей жизни, — подумала я, выходя на улицу.***
Несколькими неделями ранее…
POV Марат:
Пробы я не люблю, пробы по видеозвонку я не люблю вдвойне. А тем более, когда заранее не выслали текст. Режиссёр нового проекта – мой старый знакомый, наверное, именно поэтому я и согласился на эту авантюру. Ну а ещё, я жил в другом городе, поэтому зря кататься я не хотел, пришлось искать альтернативу, а видеозвонок — хороший вариант. И вот в 16:55 я, надев свою самую приличную майку, сел за компьютер. Через пять минут ровно раздался звонок по зуму. Игнат с обаятельной улыбкой начал: — Марат, привет, рад тебя слышать и видеть. — Добрый, — сухо начал я. — Перейдём сразу же к делу, текст, как ты понимаешь, я тебе раньше не дал, — поигрывая бровями, сказал мужчина, — поэтому вот он, минута на подготовку, и ты читаешь его мне вслух, используя все свои актёрские способности. Докажи, что ты — талант. Если честно, в мыслях был исключительно отборный мат, я просто ненавижу такое, впервые видеть текст и сразу же читать, очень опасно. Быстро пробежавшись, я начал: — Рита, я прождал тебя вчера под дождём три часа! Три долбаных часа! А ты не пришла! На звонки не отвечала, почему ты так со мной! Если я тебе надоедаю, ты скажи, не заставляй меня давать себе ложные надежды. Подумай хорошенько! — мои мысли уже заполонила картинка этой сцены в кадре: эмоционально, ярко, обычно. Тем временем Игнат начал: — Окей, Марат, жду тебя на физических пробах с актрисой, всю информацию скину на почту. Пока! И отключился, а через минуту мне действительно пришёл адрес и время. — Ой, Галиев, куда тебя занесло, — подумал я вслух, и пошёл покупать билеты на самолёт.***
Первый съёмочный день начался… весьма странно. Нет, серьёзно. Большинство актёров ожидали стандартного: знакомство, читка сценария, неловкие аплодисменты, кофе в пластиковых стаканчиках и человека с хлопушкой, который обязательно что-нибудь уронит. Но вместо этого режиссёр фильма — Игнат Чеславович — торжественно вынес коробку с разноцветными ленточками. Съёмочная группа переглянулась. — Это что… тимбилдинг? — тихо спросил оператор у гримёрши. — Хуже, — мрачно ответила она. — Психологическая практика. Арсений, тем временем, раздал каждому по тонкой атласной ленте и чёрному маркеру. — Напишите своё имя. Красиво. Вы всё-таки люди искусства. — А если у меня почерк как давление кардиограммы? — пробормотал кто-то с задних рядов. — Тогда это будет авторский стиль. Марта, сидевшая на подлокотнике кресла, медленно вывела своё имя на тёмно-зелёной ленте. Рядом Марат зачем-то пытался каллиграфически расписаться золотым маркером. — Ты автограф фанаткам готовишь или имя пишешь? — не удержалась она. — История должна знать героев. — История уже устала от твоего самолюбования. — Неправда. История меня обожает. — Это ты про историю или про себя сейчас? Марат хотел ответить что-то особенно гениальное, но маркер внезапно потёк прямо ему на пальцы. — О. — Карма, — спокойно констатировала Марта. Тем временем режиссёр хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Дамы и господа, — начал он с таким видом, будто сейчас собирался объявить начало Голодных игр, — надеюсь, все подписали свои ленточки. Кто-то неуверенно поднял руку: — А если я ошибся в собственной фамилии? — Значит, сегодня у вас новая личность. Смех прокатился по павильону. Арсений довольно кивнул и продолжил: — Вы, наверное, задаётесь вопросом: «Куда же мы попали и что тут вообще происходит?» И я вам отвечу. По окончании каждого съёмочного дня вы должны подарить свою ленточку человеку, который относился к вам с добром. На пару секунд повисла тишина. — А если никто не относился? — сразу уточнил осветитель. — Тогда уносите ленточку домой и делайте выводы. — Жестоко. — Это киноиндустрия, Андрей. Тут либо дружба, либо нервный тик. Кто-то засмеялся. Кто-то уже подозрительно начал оглядывать коллег, мысленно выбирая фаворитов. — Подождите, — Марта прищурилась, — то есть в конце дня у каждого останется лента другого человека? — Именно. — Это мило, — сказала одна из костюмерш. — Это опасно, — одновременно с ней произнёс Марат. — Почему? Он театрально обвёл взглядом съёмочную площадку. — Потому что люди искусства слишком быстро начинают чувствовать символизм. Через неделю половина группы будет страдать из-за ленточек. — А вторая половина? — спросила Марта. — Делать вид, что не страдает. Режиссёр довольно улыбнулся, будто именно этого эффекта и добивался. — Вот поэтому фильм получится отличным. — Или мы все пойдём к психологу, — тихо вставил оператор. Но, как ни странно, идея с ленточками действительно всем понравилась. Может, потому что в хаосе съёмок, недосыпа, бесконечных дублей и стресса людям всегда хочется за что-то держаться. Даже если это просто кусочек атласной ткани с чужим именем. Марта машинально намотала свою ленту на запястье. Марат заметил это первым. — Ты уже привязалась к ней? — В отличие от некоторых, я умею бережно относиться к вещам. — Ого. То есть у меня всё ещё есть шанс? Она посмотрела на него пару секунд. Потом невозмутимо отпила кофе. — Нет. — Жестокая женщина. — Зато честная. — Это ещё хуже. И именно в этот момент ассистент режиссёра закричал на весь павильон: — ВСЕ НА ПЛОЩАДКУ! ГОТОВИМСЯ К ПЕРВОЙ СЦЕНЕ! Кто-то начал суетиться. Кто-то побежал за реквизитом. Кто-то уже искал зарядку для рации. А Марта вдруг поймала себя на мысли, что впервые за долгое время ей… интересно. Не проект. Не роль. Не внимание прессы. А люди. Особенно один слишком самоуверенный брюнет с испачканными в золотом маркере пальцами.***
Съёмочный процесс, как оказалось, был куда менее романтичным, чем выглядел на экране. В кадре — дождь, дрожащие взгляды и медленная музыка. За кадром — промокшие носки, орущий второй режиссёр и оператор, лежащий почти под рельсами ради «красивого нижнего ракурса». Первая сцена снималась на старом вокзале за городом. Серое небо идеально вписывалось в атмосферу фильма, но совершенно не вписывалось в настроение съёмочной группы, которая мёрзла уже третий час подряд. — Почему ромкомы всегда снимают либо под дождём, либо зимой? — ворчала Марта, кутаясь в пальто между дублями. — Где фильмы про счастливых людей на пляже? — Их снимают в рекламе баунти, — спокойно ответил Марат, сидя на рельсах. — А ты чего такой довольный? — У меня термобельё. Марта посмотрела на него с настоящим предательством в глазах. — Ты отвратительный человек. — Зато тёплый. — Не разговаривай со мной. — Ты разговариваешь первая уже минут десять. И ведь, к сожалению, он был прав. Сначала они просто обменивались колкостями. Потом начали шутить между дублями. Потом как-то незаметно оказалось, что Марат всегда приносит ей кофе раньше, чем она успевает попросить. А Марта, сама того не замечая, уже садилась рядом с ним во время перерывов. Это происходило медленно. Почти незаметно. Как искра, которая сначала кажется случайной, а потом внезапно превращается в пожар. — Готовность пять минут! — прокричал ассистент режиссёр, Людмила Артемовна. Снимали сцену в вагоне поезда. По сюжету герои впервые едут вместе ночью после крупной ссоры. Атмосфера напряжённая, тихая, почти интимная. Марта сидела у окна, глядя на отражение в стекле. Марат — напротив неё. — И… начали! Вагон погрузился в тишину. — Ты всегда убегаешь, когда тебе страшно? — тихо произнёс Марат уже голосом своего персонажа. Марта подняла взгляд. И вот тут случилась проблема. Потому что посмотрел он слишком… по-настоящему. Без привычной ухмылки. Без актёрского пафоса. Просто внимательно. Тихо. Будто кроме неё в вагоне никого не существовало. На секунду Марта даже забыла реплику. Совсем ненадолго. Но достаточно, чтобы это заметил режиссёр. — СТОП! Мгновенно включился свет. — Марта, всё хорошо? — Да. Да, конечно. — Тогда почему ты смотришь на него так, будто реально влюбилась? Весь вагон взорвался смехом. Марта едва не подавилась воздухом. — Потому что он пугающе хорошо играет, — моментально ответила она. — Спасибо, — довольно кивнул Марат. — Я не хвалила тебя сейчас. — Но прозвучало именно так. Она пнула его ногой под сиденьем. Не сильно. Но с душой. — Ай! Насилие над великим артистом! — Ещё слово — и будет надгробие великому артисту. Съёмочная группа уже откровенно угорала. Даже режиссёр смеялся, опустив сценарий. — Ладно, голубки, ещё дубль. И попробуйте в этот раз не флиртовать вне сценария. — МЫ НЕ ФЛИРТУЕМ, — одновременно сказали они. Тишина. Оператор медленно посмотрел на звукорежиссёра. Звукорежиссёр — на гримёршу. Гримёрша просто усмехнулась: — О, всё. Эти пропали.***
Время шло как-то… слишком быстро. Съёмочные дни сливались в один большой хаос из кофе, недосыпа, света софитов и вечного: — Тишина на площадке! Фильм постепенно снимался. Листки сценария мялись. Ленточек на чужих запястьях становилось всё больше. А отношения между Мартой и Маратом уже давно перестали быть просто «химией для фильма». Хотя официально — конечно же, ничего не происходило. Абсолютно. Именно поэтому половина съёмочной группы уже устраивала ставки, через сколько дней они наконец признаются друг другу. — Я даю дней десять, — говорил оператор. — Семь, — отвечала гримёрша. — Они уже ведут себя как женатая пара. — Нет, — задумчиво протянул осветитель. — Женатые пары так мило друг на друга не смотрят. И ведь проблема была в том, что они правда смотрели. Постоянно. Марта — когда Марат, не замечая камеры телефона ассистентки, смеялся где-то в стороне. Марат — когда Марта сосредоточенно учила текст, хмуря брови и закусывая колпачок от маркера. Это были мелочи. Но именно из таких мелочей обычно и складывается что-то большое. Сначала они начали вместе уезжать со съёмок. Потом — ужинать после тяжёлых смен. Потом Марат как-то слишком естественно оказался у неё дома в три часа ночи с пакетом еды и фразой: — Ты не отвечала два часа. Я решил, что ты либо умерла, либо опять забыла поесть. — И что хуже? — Второе. Ты ужасно питаешься. — Спасибо за заботу, мам. — Не издевайся. Я серьёзно. Она тогда засмеялась. Тихо, уставше. И вдруг поняла, что рядом с ним ей спокойно. По-настоящему спокойно. Без вечного напряжения. Без необходимости казаться лучше. Без страха сказать что-то не так. А потом наступил вечер, после которого всё окончательно изменилось. Снимали ночную сцену почти до рассвета. Октябрьский холод пробирал до костей, съёмочная группа уже едва держалась на ногах, а Марта сидела на ступеньках трейлера, завернувшись в плед. Марат молча сел рядом. Минуты две они просто молчали. Редкость, кстати. Потому что обычно один из них обязательно начинал спорить. — У тебя тушь размазалась, — тихо сказал он. — Это драматический образ. — Это енот после жизненного кризиса. — Очень смешно. Он улыбнулся. А потом вдруг совершенно естественно поправил выбившуюся прядь её волос. И всё. Мир будто замер на секунду. Где-то далеко кто-то таскал аппаратуру. Кричал второй режиссёр. Хлопали двери вагонов. Но рядом с ним всё это стало каким-то неважным. Марта медленно подняла взгляд. — Ты сейчас флиртуешь? — Возможно. — Ужасная техника. — Зато работает. Она закатила глаза. Он тихо засмеялся. А потом поцеловал её. Без киношности. Без музыки на фоне. Без красивого света. Просто потому что больше не мог делать вид, что ничего не чувствует. Марта замерла буквально на секунду. А потом притянула его ближе за воротник куртки. — Ну наконец-то, — пробормотала она ему в губы. Марат отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть на неё с искренним возмущением: — «Наконец-то»? — Ты флиртовал со мной с первого дня. — Я был осторожен. — Ты был трусом. — Неправда. — Правда. — Ладно. Возможно, немного. Она тихо рассмеялась, уткнувшись лбом ему в плечо. И именно в этот момент дверь трейлера резко открылась. — МАРАТ, ТЕБЯ— Ассистент режиссёра застыл. Повисла тишина. Очень долгая. Очень неловкая. Марта медленно подняла голову. Марат даже не попытался отодвинуться. — …О. — Ага, — спокойно ответил Марат. Людмила пару секунд помолчала, а потом тяжело выдохнула: — Я проиграла Ване пять тысяч. И ушла обратно. Из трейлера неподалёку сразу послышались радостные вопли съёмочной группы. — Я ЖЕ ГОВОРИЛА! — ДА НЕ МОГЛИ ОНИ ТАК ИГРАТЬ! — ГОНИ ДЕНЬГИ! Марта медленно посмотрела на Марата. — Они делали ставки на нас?.. — Если честно, — задумчиво протянул он, — я удивлён, что про нас ещё фанфики не пишут. Она усмехнулась. — Поздно. Скоро начнут писать.***
Вчера закончились съёмки фильма, а это значит, что Марат уже сегодня возвращается домой. Марте было очень грустно это осознавать, всё-таки встретить любимого — задача не из лёгких. К счастью, им повезло встретить друг друга на съёмках фильма, который явно обретёт успех. И Багрова, как самая настоящая девочка, уже расписала себя в голове день премьеры, интервью, громкие Браво и свадьбу с Галиевым, даже детей — трёх рыжих кудрявых мальчиков и одну девочку. — Стоп, Марта, пора закончить мечтать, — подумала девушка и спросила у своего парня, который в этот момент собирал чемодан: — Марат, а ты же будешь звонить мне каждый день? — Да хоть по два раза, — закрывая чемодан, отозвался тот. — Ммм, тогда уже лучше три: утром, днём и вечером. — Обязательно, — улыбнулся Галиев и поцеловал избранницу в рыжую макушку. — Марат, такси приехало, — сказала Багрова, смотря в телефон, — пошли. И пара влюблённых вышла на улицу, взяв с собой два чемодана с вещами Марата. В аэропорт они приехали за три часа до посадки, чтобы Марат не спеша всё прошёл, но и главное — попрощаться. То, насколько сильно Марта не хотела отпускать любимого, нельзя описать. И вот они, двое влюблённых, стоят в зале регистрации. Марта плачет, а Марат пытается её успокоить, а у самого на душе кошки скребут. — Я уже скучаю, — тихо сказала Багрова, утыкаясь лбом в плечо парня. — Не плачь, Мар... — я буду приезжать, обещаю, но сама понимаешь, не часто, у меня много проектов... но на премьере я же буду, обязательно буду тебе звонить и писать, романтика. — А если наши отношения не переживут расстояния? И мы... — опустошённым голосом еле-еле проговорила Марта, а дальше язык просто не поворачивался. — Так, выкинь эти мысли из головы! Багрова, хватит рыдать, всё будет хорошо, обещаю. Ни мы первые, ни мы последние на расстоянии встречаемся. Я подумаю насчёт работы и, наверное, через полгода смогу перебраться к тебе. Ты главное жди и не унывай! — парень сказал это и нежно поцеловал девушку. — Объявляется регистрация на рейс FH 3458, — громкий голос диктора начал говорить. — Всё, мне пора, Мар, я когда сяду в самолёт, напишу! — Хорошо, — заплаканными глазами Багрова смотрела на любимого. Вот он поцеловал её как умеет только он, развернулся и ушёл к стойке регистрации. Марта лишь опустила голову, чтобы никто не увидел её красные от слёз глаза.***
Первые недели расстояния они держались отлично. Даже слишком отлично. Видеозвонки по ночам. Сообщения между дублями. Фотографии еды с подписью: «Смотри, я питаюсь нормально. Гордись мной». Марат присылал ей голосовые из гримёрки. Марта — селфи в театральных костюмах. Иногда они просто молчали в звонке, занимаясь каждый своим делом. И почему-то это тоже казалось важным. Но потом началась реальность. У него — бесконечные съёмки. У неё — интервью, репетиции, перелёты. Сообщения становились короче. Звонки — реже. Разница во времени внезапно начала раздражать сильнее, чем должна была. — Ты опять не спал? — устало спросила Марта во время очередного звонка. Марат сидел где-то в трейлере, растрёпанный и явно выжатый. — Я спал. Часа три. — Это не считается. — Зато я красивый. — Ты скоро в обморок красиво упадёшь. Он усмехнулся, но как-то устало. И именно тогда Марта впервые почувствовала это странное расстояние. Не между городами. Между ними. Маленькое. Почти незаметное. Но пугающее. А потом интернет внезапно взорвался новыми фотографиями Марата с какой-то актрисой со съёмок. Слишком близко стоят. Слишком улыбаются. Слишком удобно для заголовков. «НОВЫЙ РОМАН МАРАТА ГАЛИЕВА?» «НЕУЖЕЛИ ПАРА ИЗ “ПОСЛЕДНЕГО ПОЕЗДА” УЖЕ РАССТАЛАСЬ?» Марта смотрела на экран телефона дольше, чем хотела бы признать. Рационально она понимала: это работа. Пресса. Обычные слухи. Но сердце, к сожалению, редко бывает рациональным. Особенно когда скучаешь по человеку сильнее, чем собиралась. Телефон в руке завибрировал. «Видеозвонок: Марат ❤️» Марта смотрела на экран несколько секунд. А потом всё-таки ответила.***
Отношения на расстоянии — это всегда сложно, нужно очень любить друг друга, чтобы решиться. Вот и наши герои переживали этот момент. Сначала всё было хорошо, даже очень: разговоры по телефону часами напролёт, ночные переписки, совместные сборы по видео, а затем началось: — Ты меня вообще не понимаешь! — Марат переходил на крик, — Да, у меня выходной, но я не могу сорваться к тебе! — То есть тебе твои друзья дороже? — Я не виделся с ними год! Слышишь, Марта, год! Поэтому, конечно, я выберу их! — Ну и иди к ним! — в порыве злости девушка выкрикнула это в динамик и сбросила трубку, а затем добавила: — Дурдом! Спустя неделю Марат зашёл в TikTok и увидел какие-то новые отрывки какого-то смазливого актёра и его девушки... Галиеву это не то чтобы не понравилось, он был в ярости. Как раз в это время, будто по зову сердца, звонила Багрова. Даже не поздоровавшись, он начал: — Марта, что это за чучело? — парень сказал это и скинул видео девушке. — А это мой новый партнёр в новом проекте. Молодой талантливый... — Так почему этот молодой и талантливый ТАК на тебя смотрит, при живом-то мне? Чего молчишь? — Думаю, как не послать тебя, Галиев. Мы играем пару, поэтому он будет на меня смотреть. Но ты же знаешь, что мне нужен только ты. — Ой-ой-ой! — Марат начал передразнивать, — а вот если я сейчас пойду и тоже с кем-то так поснимаюсь, ты будешь рада, а? — Ну если это для работы, то мне всё равно, — Багрова вздохнула, — и вообще, ты ревнуешь меня к коллеге, а значит не доверяешь, в отношениях главное доверие. И вообще, человек, который ревнует, сам бывает не до конца верным... — Хорошо провести с этим время! — и Галиев сбросил трубку. Марта лишь выдохнула, вся эта ситуация казалась ей абсурдной. Ведь если любишь, значит любые ссоры нипочём? Прошла неделя, звонки были всё реже, а сообщения короче. Но в один день разговор всё же случился: — Да ты меня достал! — Багрова была само спокойствие в 99,9% случаев, но, видимо, это был тот самый 0,1% случай, — только и делаешь, что орёшь! — Да? Значит, я тебе не нужен, — у Марата начинала пульсировать жилка,— Может, тогда расстанемся, а? — А давай! — девушка выкрикнула это на эмоциях, — найду себе кого-то адекватного, а не истеричку. — Удачи! Не забудь позвать на свадьбу! — и Галиев скинул. Вся эта ситуация Марту напрягала: парень был таким заботливым раньше, девушка даже не ожидала, что он так умеет орать. Естественно, она вскоре пожалела о своих словах, но была слишком горда, чтобы позвонить и извиниться. Тем временем Марат абсолютно не считал себя виноватым в их ссоре, которая переросла в расставание. Ведь не он всю эту кашу заварил, а значит, не ему и расхлёбывать. Так шли дни, перерастающие в недели. Марат совершенно не переживал по поводу произошедшего, а вот Багрова, наоборот, чахла на глазах: ни с кем не могла общаться, практически не ела, только работала день и ночь. Один раз даже позвонила бывшему, но абонент был недоступен...***
Спустя несколько месяцев.
Марта взяла телефон и зашла в соцсети, наверное впервые после расставания с Маратом. Оно действительно далось ей тяжело, ведь бывший парень — достаточно известный актер, да и она, чего таить, пользуется популярностью. Абсолютно каждый на протяжении последних месяцев пытался спросить у неё, где Галиев, почему он не с ней. Будто они были женаты, а не встречались несколько месяцев. Зайдя в Instagram, в первые же секунды девушка увидела его, но на фото Марат был не один, а в компании точёной
Примечания:
Тгк , в котором есть спойлеры , зарисовки 🤍🌱:
https://t.me/misteriafiks
