Какая встреча

Каллен сглотнул, поджимая губы, и больше ничего не выдавало в нём раздражения сложившейся ситуацией. Он проклинал Лелиану, Инквизицию и Орлей с их «Играми». И, конечно, окруживших его дам, он тоже проклинал. Витиеватые ароматы их тел и парфюма смешивались и превращались в омерзительный запах, и Каллен подмечал это, оглядываясь на военный опыт. Даже опаленная плоть приятнее пахла, чем клоака светского общества. И нет, считал Каллен, он не был предвзят к орлесианцам из-за ферелденского происхождения. Все вокруг были напыщенными, высокомерными, недалекими прилипалами, от чего не могли не раздражать. Если бы не прямой приказ и их «план» по устранению угрозы для Императрицы Селины, Каллен бы ни за что не появился здесь. Ах да, ещё недавняя просьба Лелианы. Каллен прищурился, пытаясь воспроизвести диалог с Соловьем, но девушка рядом приняла это на свой счет и кокетливо захихикала. – У меня есть просьба. – Лелиана отвела его в сторону. – Мне донесли, что в Зимнем дворце есть нечто, представляющее интерес для Черного Волка. – Черный Волк – это денеримская байка, – фыркнул Каллен, удивляясь наивности Лелианы. – Я работала с Черным Волком. Каллен только открыл рот, чтобы узнать явно увлекательную историю, как Лелиана продолжила: – Не сейчас, Каллен. Просто выслушай. Скорее всего, это пустышка, но, если ты услышишь что-то или увидишь кого-то необычного, то дай мне знать. Я не знаю, что ей нужно в Орлее, но мне нужна эта встреча. Каллен не стал выпытывать подробности, потому что Лелиана была и так чрезмерно откровенна, что не вязалось с её расчетливым, скрытным характером. Каллен слышал про Черного Волка, но давно и мимолетно. То были истории про грабеж богатых, но подробностей он не знал. Лелиана выдала пол Черного Волка. Она. Вероятно, женщина из прошлой жизни Соловья, когда та была ещё бардом, раз они работали вместе. Хотя он был бы рад более подробному описанию, чтобы разыскать Черного Волка. Каллен держал ухо востро, но это было проблематично из-за давления дам светского общества, окруживших его плотным кольцом. Он себе такого не позволял на поле боя, но здесь приходилось терпеть. Пары часов игры в молчанку хватило, чтобы кокетки потеряли интерес. Даже дышать стало легче после их отступления. Тогда он и увидел её. Хотя нет, скорее, почувствовал. Каллен вздрогнул, а внезапная отдышка обескуражила, и только потом его взгляд зафиксировался на птичьей маске. Разряженное электричество. Жидкий огонь по предплечьям. Искры холода в лицо. Женщина превосходно вписывалась в происходящее бала, но чем-то неуловимо выделялась. Лица разглядеть Каллен не мог, маска скрывала большую часть лица, сливаясь с чернотой изящных локонов. Вероятно, его привлекла её походка – слишком легкая и свободная, не такая зажатая, как у дам, что окружали его. Он хотел дать сигнал Лелиане, но не отыскал её, поэтому решил следовать за таинственной женщиной. Она кружила вокруг гостей, иногда участвуя в разговорах, но суть Каллен уловить не смог – слишком далеко он стоял для подслушивания в таком шумном зале. Следуя за ней, Каллен не мог понять, почему его зацепила эта дама, но он уверился, что с ней что-то не так, когда потерял её в одном из коридоров. Каллен совершенно не ожидал, что у его горла окажется клинок. – Я не люблю, когда меня преследуют, – послышался спокойный голос. Каллен обомлел, ведь ему знаком этот голос. Такую тихую речь он слышал только у одного человека. – Солона? – ошеломленно позвал Каллен. Его с неожиданной силой развернули и прижали к стене, не убирая клинка от горла. Голубые глаза внимательно изучали его лицо, щурясь. – Каллен? – неуверенно произнесла женщина, осторожно убирая клинок. – Какая встреча. – Какая встреча, – согласился Каллен, потирая горло, стараясь убедиться, что клинка нет, ведь ощущение смертельной хватки никуда не пропало. – Извини за это. Признаюсь, – мягко сказала она. – Я просто не узнала тебя, Каллен. Ты сильно изменился. Она коснулась его груди кончиками пальцев, посылая теплую энергию по телу. Ощущение ледяной хватки и аура смерти пропали, и Каллен нервно улыбнулся. – Что ты здесь делаешь? – А ты? – Я здесь с Инквизицией, – ответил Каллен и нахмурился, ведь она ушла от ответа. – Я служу в ней, как и Лелиана, наверное, ты знаешь… Она разыскивала тебя. – О, это я знаю, – выделив слово «это» сказала она. – Я пряталась от неё, как могла. – Но почему? – удивился Каллен. – Твоя помощь была нужна ей. После Киркволла… – Это очень личный вопрос, Каллен, – категорично перебила его Солона. – Мне тоже нужна помощь. Мои дела тоже важны и не менее приоритетны. Да, история с расколом Церкви и Магов была весьма… Горяча. Но она всегда была такой, тебе ли не знать. Могла ли я помочь решить эту проблему? Нет. Я не политик. Слова Солоны звучали логично и убедительно. До сих пор Каллен не задумывался, почему Лелиана настаивала на поиске Героини Ферелдена. – Лелиане нужен был символ, – словно прочитав его мысли, добавила Амелл. – А у меня не было ни желания, ни времени играть в эти игры. В любом случае, Создатель послал вам прекрасного кандидата для очередного спасения Тедаса. – Но это не объясняет, почему ты здесь. Солона медленно растянула губы. – А ты стал настойчивым, – томно сказала она. Каллен почувствовал, как загорелись его щеки. Он не должен отвлекаться, но как ему сохранять рассудок, когда Солона Амелл заигрывала с ним. – А ты во второй раз уходишь от ответа, – облизнув губы, заметил он. Неожиданно захотелось сорвать с неё маску, проверить наверняка, точно ли под ней скрывалась Солона. – На самом деле, – протянула Солона, отворачивая голову вбок, проверяя коридор, – это очень смешная история. Я бы хотела увидеть лицо Лелианы, когда она её встретит, но, увы, я уже буду далеко. – Её? – зацепился за местоимение Каллен. – Чёрный Волк? Солона вновь вгляделась в него. – Что ты знаешь о Волке? – громче, чем обычно, произнесла она. – Только то, что она сегодня будет здесь, и что Лелиана ищет встречи с ней, – откровенно поделился Каллен. Солона вздохнула, качая головой каким-то своим мыслям. – Ох, Каллен, – прошептала Амелл, – вот что с тобой делать? Вопрос был риторическим, а интонация была почти что печальной. О чем она думала – загадка. Встреча с Солоной никогда не входила в его планы. Каллен даже не предполагал, что их пути пересекутся вновь. Он видел её последний раз лет десять назад, и попрощались они скверно. Сейчас не было ощущения ни разлуки, ни странной недоссоры на почве разрушения Кинлохской Башни. Они стали другими людьми за прошедшие годы, ведь Каллен мог только гадать, какие испытания проходила Солона, и чем она занималась. Несмотря на это, он всё ещё… Его охватил пульсирующий, горячий азарт. Каллен думал о ней. Он всё ещё был увлечен, пусть и не так, как во времена их молодости. Она продолжала сниться ему… Действительно, «Какая встреча». Редкий шанс. – Вообще-то… многое, – медленно проговорил он, чувствуя, с какой неохотой двусмысленные слова выходили изо рта. Взгляд Солоны стал острым и изучающим. Каллен хотел увидеть выражение на её лице, но птичья маска мешала. Он мог бы рискнуть и нарушить границы, чтобы снять маску. Он хотел нарушить все мыслимые границы. Каллен решился и шагнул к ней, а она отступила от него, но это не было бегством. В её движениях не было нервозности или отказа, скорее некая игра, название которой он не знал. Он приближался к ней, а Солона отходила, пока он не прижал её к противоположной стене коридора. Он осторожно огладил скрытое лицо, пробираясь к ушам, ища пальцами края замысловатой маски. Солона немного наклонила голову вбок, чтобы он нащупал завязи среди ее путанных волос. Момент, и да, за маской действительно она. Солона Амелл – почти та же, что он помнил, не считая сеточки шрамов на щеке. Она перехватила его руку с маской, забирая её и цепляя на едва заметный ремешок на поясе. – Замечательно выглядишь, – прошептал он, изучая её лицо. Она едва улыбнулась, щурясь. – А мне не хватает твоих кудрей, – со смешком отозвалась Солона, проводя тыльной стороной ладони по его скуле, едва касаясь. Его бросило в жар, он был готов поспорить, что она чувствовала горячность его кожи. Он склонился к ней, вглядываясь в глаза. Она почти не моргала, удерживала взгляд на нём. Её рука переместилась с его лица в волосы. Расстояние между ними было минимальным, но он всё страшился поцеловать её, хотя, казалось бы, это было так естественно. Они смотрели друг на друга, продолжая молчать, и едва касались друг друга, но тут Солона не выдержала и прильнула к его губам. Каллен скользнул рукой вниз, обхватывая её за талию, и прижал к себе. Она на мгновение прервала поцелуй, судорожно выдыхая, но вернулась к его губам. Он нежно ответил, стараясь подстроиться под её темп, хотя не особо-то смыслил в близости. Они изучали друг друга. Каллен с болезненной ясностью понимал, что может вновь потерять её на года, поэтому держал крепко и целовал отзывчиво. Солона вновь отпрянула, переводя дыхание. Сжав в своих ладонях его лицо, она лихорадочно осматривала его. Искры в её голубых глазах зачаровывали его. – А ты всё тот же, – тяжело дыша, сказала Солона, и Каллен не совсем понял, что она имела в виду. Вряд ли поцелуй, они до сегодняшнего вечера ни разу не касались друг друга. Каллен не считал, что остался прежним. Он через многое прошел – познал боль, предательство, одиночество и ответил Тедасу тем же – чинил страдания с гневом. Вроде бы пришел в себя после Киркволла, но надлом остался. Солона же явно смотрела иначе. Видела в нем что-то знакомое, тянулась к этому, как он тянулся к ней. Солона казалась той же – её улыбка также мягка, а голос тих и спокоен. Но ощущение от неё, то что он почувствовал тогда в зале, вызывало мурашки и тихий ужас. Смирение перед неумолимой опасностью. Общее мирное прошлое влекло обоих, но по разным причинам. – А ты другая, – поделился Каллен, оглаживая её бока, и смело опустил ладони на бедра. Солона прикрыла глаза и снова поцеловала его, но не так невинно, как раньше. Его желание распалялось под её ласками, и Каллен не мог не отвечать ей. Она льнула к нему, а он всё крепче и крепче сжимал её, силясь слиться с ней. Звонок пронзил их страсть, и они отпрянули друг от друга. На лице Солоны отобразилось замешательство, когда как Каллен думал только о том, как вернуться к её губам. – Каллен, – выдохнула она его имя, облизывая опухшие губы, – мне нужно… – Я не могу тебя отпустить, – молил он, – не сейчас, Солона. Он, правда, не мог. Не хотел. Не собирался. Распробовав, он теперь не мог заставить себя отпустить её. Даже думать об этом было неправильно. Солона смирено вздохнула, задумчиво поглаживая его лицо. – Знаешь, целоваться в коридоре Зимнего дворца весьма… опасно для репутации. – Меня это мало заботит, – сказал он, кратко целуя её. – И если мы уединимся. Поцелуями дело не ограничится. Её глаза широко распахнулись от столь откровенного признания, но она быстро отошла от удивления и широко улыбнулась. – Обещаешь? – пылко спросила она, немного высвобождаясь из его рук. Каллен не знал, что ответить, но Солона что-то прочла на его лице. Вытянув руки вверх, она напряглась. Каллен замер перед ней, ощущая вибрацию в её теле. Магия. Солона резко раскинула руки в сторону, и вокруг них выросли стены. Стало темнее, у них остался только один подсвечник у той стены, где Солона угрожала ему. – Достаточно уединенно? Каллен поцеловал опухшие губы, ощущая её довольство через проступающую улыбку, которую Солона не могла сдержать. Её пальцы твердо оглаживали его плечи. – Хотел бы я спрятать тебя, – исступленно шептал Каллен, хаотично целуя линию челюсти. Солона откинула голову, протяжно выдыхая, и Каллен прошелся губами по нежной коже шеи. Ладони зарылись в складки её одежды, но оголенной кожи не почувствовали. Если там и были застежки, то найти на ощупь Каллен их не мог. – Хотела бы я спрятаться с тобой, – едва слышно прошептала Солона, от чего Каллен отвлекся, смотря на неё пронзительным взглядом, словно спрашивая: «Ты серьезно?». Солона легко повела плечом, рассеяно улыбаясь. – Давай, я… – она прикусила губу, упираясь ладонью в его грудь и несильно толкая. Каллен дал ей пространство, но отходить дальше вытянутой руки не собирался. Она тихо рассмеялась, считывая его намерение. Она ловко расстегнула пару ремешков, и нелепые бальные юбки спали, оголяя гибкий кожаный доспех под ними. Каллен приподнял брови, на что получил ещё один краткий смешок. – Боюсь спросить, где ты прячешь посох, – протянул Каллен, понимая, как сально звучал. Но Солона непривычно звонко рассмеялась. – Я давно не использую посох, – сказала она, откидывая клинок в свалку юбок, глуша звук удара. – Но это долгая история. Будешь только смотреть или? В полумраке Каллен наблюдал, как Солона раздевалась. Редкий свет попадал на её обнаженное тело, маня к себе. Она то призывно смотрела на него, то прятала глаза. – Если ты не начнешь раздеваться, то тебя раздену я, – предупредила его Солона. – И тебе это может не понравиться. Что могло ему не понравиться, Каллен понял спустя пару минут, когда Солона умело, но аккуратно, сняла с него вычурный камзол. Слишком опытно на его взгляд, но Каллен не мог возмущаться из-за этого. До сегодня он и помыслить не мог, что между ними что-то возможно. Солона требовательно огладила его торс, поигрывая пальцами. Он обнял её, аккуратно сталкивая со стеной, чтобы она уперлась в неё. – Я не стеклянная. – Поверь, я знаю, – прошептал он, проводя ладонями по внутренней стороне бедер, – я чувствую. Пальцы Каллена нежно поглаживали мягкую, влажную промежность. Солона покраснела, и Каллен прислонился щекой к её румяной щеке. Она горела. Он не ускорял движения и не давил, только сохранял равномерный темп, подстраиваясь под её легкие толкающиеся движения. Он прикрыл глаза, улавливая тихие стоны и терпкий запах их тел. – Каллен, – ласково звала она, пока он ласкал её. Её ладони гладили его торс, дразня. Она всё пыталась приласкать его в ответ, но ему стимуляция была не нужна. Каллен уже был готов, но он всё оттягивал, не желая так скоро проникать в неё. Её хотелось ласкать, лелеять и любить. – Не тяни, – простонала Солона. – Ох, Каллен. Она поцеловала его в скулу, тяжело дыша, и Каллен вовлек её в глубокий поцелуй. Солона шире расставила ноги, и Каллен подхватил её под бедра. Она ловко обхватила его ногами, потираясь о член. Он нежно прикусил её губу. – Я готова, – шептала она, хаотично целуя его лицо. – Давай, Каллен. Я готова. Он немного отодвинул таз, и Солона рукой направила его член в свою промежность. Он аккуратно входил, не отрывая лихорадочного взгляда от взмокшей Солоны. Её губы были призывно открыты, а глаза впервые не сияли искрами, а были замутнены похотью. Она впервые с их знакомства была открыта ему вся, и это не могло не дурманить. – Солона, – звал он, едва касаясь губами её ключиц. – Солона. Он так много хотел сказать ей. О своих чувствах, о том, как он рад вновь повстречать её, о том, что он не может без неё. Он хотел умолять её остаться. Умолять не бросать. Столько всего было в его голове и на его сердце, но всё, что он мог сказать – это её имя. Каллен неспешно двигался, целуя её небольшие груди. Солона постанывала от каждого толчка. – Каллен, – слабо сказала она. – Если хочешь, то можешь посильнее. Сильнее – означало ускорить их соитие, отдаться страсти. Это означало более скорый конец, а чем ближе оргазм, тем скорее она покинет его. Этого ему не хотелось. Поэтому он смаковал каждое обоюдное движение, из-за которого они то становились едины, то разлучались. Он изучал солоноватую кожу, покрывая её поцелуями. Он жаждал поглотить её и утонуть в ней. И он тонул. Тонул в её мутных глазах. Тонул в аромате её влажного тела. Тонул в ней, входя раз за разом, удерживая строго заданный ритм движений, от которых она стонала столь вызывающе, что у него сжималось внутри от восторга. Нет, он не хотел сильнее. Или быстрее. Он хотел, чтобы Солона была в том же восторге от их связи, как он. И да, он хотел, чтобы после она осталась, хотя и знал, что этому не бывать. Происходящее и так походило на сон, поэтому требовать большего было бы наглостью. О, как он хотел быть наглым. Он исподлобья посмотрел на лицо Солоны. У неё было потерянное выражение лица с удивленно приоткрытым ртом, из которого слышался несвязный шепот и рваные стоны. Её накрывало судорожное удовольствие, и это привело в экстаз. Он продолжал свои неспешные фрикции, медленно теряя контроль над своим телом. Наглость ему не поможет сохранить расположение Солоны. Та всегда была иной, действовала с оглядкой на некое предвидение или чутье. Ему нужна надежная стратегия, благо он умел играть в долгую. Ноги Солоны крепко сжали его, и она изогнулась, прижимая его к себе чрезмерно близко. Он прикрыл её рот крепким поцелуем, чувствуя горячий, влажный, отчаянный всхлип. Он задвигался быстрее, понимая, что теперь может себе позволить. Шлепки неприлично громко растрясали их тихие стоны. Она сжимала его, от чего трение было интенсивным. Глубоко дыша, она перебирала его волосы и целовала, пока он кончал в неё. Каллен стиснул её, но она даже не вздрогнула, продолжая крутить его волосы. Они стояли слитые воедино, пока Солона не решилась, наконец, опустить затекшие ноги на пол. Каллен сместил руки с бедер на талию, не желая разрывать контакт между ними. Она устало приложила голову к его плечу. Каллен заметил рассеянную улыбку, и потянулся убрать прилипшие волосы на её лице. Она ласково потерлась о его руку, и он, не удержавшись, наклонился для легкого поцелуя. Её глаза вновь сияли. Ему показалось неуместным спрашивать о только что случившемся сексе, но он очень хотел знать о её впечатлениях. Солона неожиданно беззлобно фыркнула. – У тебя такое лицо, – утомленно сказала она. – Какое? – поинтересовался Каллен, пальцами лаская её лицо. Солона сжала губы, щурясь. – Словно я бросаю тебя и разбиваю тебе сердце этим, – сказала она. – Ты, правда, разобьешь мне этим сердце, – честно сказал он, ощущая в себе потребность открыть ей всего себя. Она мягко поцеловала его. – Мне нужно идти, – бескомпромиссно сказала Солона. – Но это не значит, что я бросаю тебя. – Обещаешь? – серьезно спросил Каллен, немного ослабляя хватку на талии Солоны. Она кратко хмыкнула, оглаживая его лицо и о чем-то думая. О чем она думала – загадка. – Я навещу тебя, – сказала она, игриво проводя пальцем по его губам, – если ты сохранишь нашу встречу в тайне. Особенно от Лелианы. – Всё, что угодно. Он решился её отпустить, чувствуя потерю тепла. В её взгляде тоже промелькнуло сожаление. Они стали неспешно одеваться, поглядывая друг на друга. – Каллен, – позвала Солона, – знаешь, я давно не теряла голову. Если ты понимаешь… Каллен заинтересовано посмотрел на неё. Солона могла открыто и вызывающе флиртовать, но говорить о чувствах ей, кажется, было сложно. – Я ещё не скоро найду свою, – пошутил он, поддерживая откровения Солоны. Она мягко рассмеялась. – И я рада, что встретила тебя, – сказала она, пряча клинок и какие-то свитки, под ворохом юбок. – А я скорее обескуражен нашей встречей, – признался Каллен. – Я представлял её иначе… – О, – игриво протянула Солона, притягивая его для поцелуя, – фантазировал обо мне? Он наклонился, чтобы она поцеловала его. Тоска сковала его сердце от этого поцелуя. Это было прощанием, и Каллен мог только рассчитывать на её слово, что она навестит его. Он уже ждал её. Уже грезил о том, как она нежится в его руках. Солона резво вскинула руки, и стены, недавно прятавшие их, исчезли. Она повязала маску, чтобы скрыть лицо. – Мне туда, – сказала Солона, кивая в глубину коридора, – а тебе обратно. – Я не прощаюсь, – сказал Каллен, а Солона вдумчиво кивнула. Она коснулась своих губ двумя пальцами, а после прислонила их к губам Каллена. Когда он смотрел ей вслед, то понял, что Солона так и не ответила на его вопрос. «Что ты здесь делала, Солона Амелл?»