Скелеты в шкафу

Макс открыл дверцу своего шкафа и тяжело вздохнул, глядя на все эти вещи на вешалках. Не думая, он схватил столько, сколько мог, и свалил всё на кровать. Нет, на их кровать. Вся эта уборка, разбор ящиков и освобождение полок были из-за того, что Льюис переезжал к нему. И Макс будет делить с ним всё, что у него есть. Поэтому нельзя продолжать называть все вещи своими. — У меня есть багаж, — сказал Льюис, когда Макс попросил его наконец съехаться, попросил переехать к нему, начать новую жизнь вместе. Льюис крепко держал его за руку и смотрел в глаза Максу так, будто это было что-то грандиозное и неподъёмное. — Всё нормально, — кивнул тогда Макс. Кивнул медленно, стараясь не выглядеть беззаботным — во-первых, потому что это был большой шаг для них обоих, огромный этап в отношениях, но в основном потому, что он видел, как много это значит для Льюиса. — Серьёзно. — Льюис говорил с Максом так, будто разговаривал с четырёхлетним. — Огромный багаж. Макс освободил очередную полку, размышляя об этом. Неужели Льюис считал его каким-то новичком? Они работали вместе вечность, а их работа означала постоянные разъезды. И Макс в поездках не лёгок на подъём. К счастью, ему не нужно было думать о лимитах веса в авиакомпаниях. Air Max перевозил столько багажа, сколько ему требовалось. А ему, чёрт возьми, требовалось много вещей на гоночных уикендах. Особенно в те уикенды, когда ему нужен был симулятор. Он усмехнулся этой мысли, вытаскивая из шкафа очередную охапку белых рубашек. Белых рубашек у него точно было слишком много. Но у Льюиса был багаж, поэтому Максу нужно было вычистить всех скелетов из шкафа. Подождите-ка. Макс опустился на пол, глядя в пустой теперь шкаф. Кремовый ковёр был мягким под ним. Льюис так странно подчёркивал слово «багаж». И если подумать о скелетах… Что, если он имел в виду не материальный багаж, а, ну… эмоциональный? Ну конечно. Льюис именно это и имел в виду. Теперь всё вставало на свои места. Макс не так много знал о прошлом Льюиса. Он знал, что родители Льюиса развелись, когда тот был совсем маленьким. А значит — переезд из привычной обстановки, потеря безопасности знакомых мест. Новая школа, новые люди. И всё это без уюта дома, в котором он прожил предыдущие годы. И, очевидно, он знал о Нико. Они все знали о Нико. Знают, что Нико живёт в квартире прямо по соседству с Льюисом. Макс также знал, что у Льюиса есть ключи от квартиры Нико. Но они никогда не жили вместе. Это, должно быть, было тяжело. Вес и значимость связки ключей. Вещи в двух местах, потому что постоянная неопределённость — где тебя настигнет ночь. Жить с кем-то на бумаге, но без приземляющего, успокаивающего чувства, что есть одно место, которое можно назвать домом. Переезд действительно был для Льюиса огромным событием, чёрт возьми. В этом смысле у Макса тоже был свой багаж. Возможно, он был не таким маленьким, когда родители развелись, но расставание с мамой и Викторией — это травма, которую он носил с собой повсюду. Затем последовали годы разъездов. И хотя Макс действительно научился собирать свой чемодан сам («Если ты достаточно взрослый для гонок, ты достаточно взрослый, чтобы знать, что брать с собой!» — любил говорить его отец), просыпаться в разных гостиничных номерах, в разных странах каждые выходные — это серьёзно повлияло на его психику. Макс даже не знал своего адреса, пока ему не исполнилось около двенадцати. Вопреки распространённому мнению, Макс никогда не жил вместе с Келли. Просто ей и Пенелопе было удобно находиться у него, когда Макс был дома между гонками. Но у Макса никогда не было того чувства полноценности. У Пенелопы были свои игрушки в гостевой комнате Макса, у Келли — свои принадлежности в ванной, они спали на одном матрасе — но это больше походило на соседей по квартире, чем на совместное проживание. Он глубоко вздохнул, глядя на беспорядок в спальне. В их спальне. У них обоих был багаж. И это нормально. У каждого есть прошлое. Но самое главное — это настоящее и будущее. И то, что Макс никогда не хотел повторять ошибки своих родителей. Он хотел постелить приветственный коврик, купить новые льняные простыни на кровать того цвета, который любит Льюис. Хотел, чтобы его зубная щётка стояла рядом с другой. Хотел, чтобы заколки и резинки для волос британца лежали на раковине, помечая его территорию. Хотел оставлять последний глоток молока в пакете — и хотел, чтобы Льюис злился на него за это. Хотел всю эту отвратительно романтичную бытовую ерунду. И хотел всего этого с ним. Он снова встал и продолжил работу. Он выбросил старые вещи, которые ему больше не нужны. Убрал эти кости старых скелетов. И спустил весь тяжёлый багаж из того старого дома в тупике. Звонок в дверь вырвал Макса из мыслей. Льюис приехал. Когда он пошёл открывать, он остановился у двери спальни на секунду, чтобы оглянуться и оценить свою работу. Место, которое он освободил для Льюиса, казалось освобождающим — будто, расчищая место в комнате, он также расчищал место в своём сердце для того, что должно было случиться. — Привет, Лу! — Он открыл дверь с широкой улыбкой. Роско тут же вбежал в квартиру и врезался ему в ноги. Чёрт, каким бы маленьким ни был этот пёс, удар был сильным. Макс смотрел, как пёс подбежал к кошкам и принялся взволнованно их обнюхивать, а его зад вилял из стороны в сторону, пытаясь крутить несуществующим хвостом. Максу нравилось, что пёс так же рад переезду, как и он сам. Он повернулся обратно к Льюису — и улыбка мгновенно исчезла с его лица. — Что это блять такое?! Он не смог сдержаться, это просто вырвалось. Но когда он посмотрел на Льюиса — нет. Он даже не мог увидеть Льюиса. Потому что единственное, что попадало в поле зрения Макса, — это бесчисленные коробки и чемоданы, сумки поменьше и побольше, и целое, чёрт возьми, дерево в горшке. Это закрывало половину коридора. — Я же говорил, у меня багаж! — сказал Льюис. И теперь Макс мог его разглядеть. Он стоял в центре этого хаоса, держа в одной руке ещё одно растение в горшке, а в другой — ворох одежды на вешалках. Он, вероятно, не смог запихнуть их ни в одну из коробок. Или в чемоданы. Или в сумки. Или… Зрелище было настолько сюрреалистичным, что Макс не смог сдержать смех. — Ты сказал, всё нормально! — простонал Льюис и прошёл в квартиру мимо Макса, закатив глаза, — уверенно, будто он здесь хозяин. И Макс не мог бы стать ещё счастливее. У них обоих был багаж. У Льюиса его было, определённо, гораздо больше, чем у Макса. Но всё было идеально. И ни с кем другим Макс не хотел бы этого делать.