Ревнуешь, Грейнджер?

Очередной день в Министерстве Магии сопровождался пасмурными облаками и дождём, который, по прогнозам синоптиков, должен был идти весь день и закончиться лишь утром следующего дня. На столе стояла чашка невыпитого кофе, к которой она не прикасалась с того самого момента, как увидела Малфоя, проходящего мимо её стола. Взгляд цеплялся за его чёрный отглаженный пиджак, зализанные назад волосы и острую челюсть. А ещё взгляд, аромат, руки и... Можно долго перечислять достоинства этого харизматичного, заносчивого, самовлюблённого хорька, но правда остаётся одной: Гермиона теперь не может работать. Никак. Совсем. Переключить внимание на лежащие перед ней бумаги оказывается сложнее, чем вовсе не посматривать в сторону слизеринца. — Вызываю Грейнджер, приём, — перед её глазами возникла рука Нотта, который принялся щёлкать пальцами, возвращая её в реальность. Девушка недовольно подняла на него взгляд, закатила глаза и сразу принялась за работу, словно не пускала слюни последние минут десять, а то и пятнадцать. — Я всё видел, — с ухмылкой произнёс Тео, присев на край её стола. Ух, как же она не любила, когда он так делал. — Слезь со стола, — попыталась придать голосу серьёзность Гермиона, но вышло с хрипотцой. Нотт лишь шире улыбнулся и склонил голову, прищурив глаза. О нет. — А мне тут птичка нашептала, — парень принялся демонстративно рассматривать свои ногти. — Что у нашего блондинчика сегодня свидание. Если её мозг работает двадцать четыре часа в сутки без перерыва, то как объяснить то, что из её рта выскользнул вопрос, который её никоим образом не должен касаться? — С кем? Блять. Блять, блять, блять. Серьёзно? Хорошо, это можно объяснить обычным любопытством. Малфой ей не интересен. Ни капли. Ничуть. Но, может, прям чуточку… — Не скажу, — Тео пожал плечами и встал с края её стола, отряхивая брюки от невидимой пыли. — Тебе же всё равно на него. Вот за что Гермиона не любила слизеринцев — они умели давить на нужные рычаги. Вздох. Хорошо. Придётся играть грязно. — А я только хотела поделиться с тобой одной новостью касательно Дафны Гринграсс и её планов с одним парнем из отдела магических игр и спорта, — девушка драматично выдохнула и цокнула. — Ну, бывает… Имя Дафны действовало на Тео как красная тряпка на быка. Стоило его произнести — и его уже не остановить. Парень подлетел обратно к её столу, сжимая руки до белых костяшек. Нервничает. Ревнует. Злится. И это только на руку Гермионе: так будет проще договориться об обмене информацией. — Кто он? — Нотт понизил голос на несколько октав. — Кто этот придурок? Грейнджер широко улыбнулась, поставив локти на стол и сложив руки в замок. — Обмен. Тео закатил глаза, сдержанно улыбнулся и кивнул. — Хорошо. На счёт три… — Три… — начала Гермиона. — Два… — продолжил Нотт. Один. — С Асторией. — С Маркусом. Тишина. Секунда до взрывного смеха. — С тобой приятно иметь дело, Грейнджер, — парень протянул руку для рукопожатия. — Пойду навещу этого Маркуса, поболтаю с ним. Девушка улыбнулась и привстала со стула, собираясь навестить Малфоя. — Только не упоминай меня, пожалуйста. Не хочу быть в центре вашего треугольника, — она поправила юбку, натянув её до колен. — И без драки, пожалуйста. Но Тео уже не слышал. От него след простыл словно его здесь и не было. Придурок. Теперь предстояло пойти к Малфою и… Сделать что? Вытрясти из него информацию, какого хера он идёт на свидание с Асторией? А почему это должно её волновать? Они, по сути, никто друг для друга. Максимум — коллеги, не более. Ни друзья, ни любовники. Но где-то внутри неё разгоралась жуткая ревность и зависть: Астория будет с ним общаться, смеяться, выпивать. Возможно, они поедут к ней или к нему... — Мерлин, успокой мою душу, — тихо помолилась она про себя, взяв со стола бумаги, которые обещала принести Драко ещё неделю назад, но из-за других дел подзабыла. Вот и нашёлся предлог навестить блондина, пока он не ушёл на свидание с этой сучкой. Господи, Гермиона, успокойся.

***

Подойдя к нужной двери, она понимала лишь одно: после встречи с Малфоем её чаша эмоций снова переполнится их взаимными колкостями или очередной ссорой. И ей придётся в одиночку разгружать себя, испытывая быстрый оргазм в одинокой квартире. Милостивый Мерлин, пошли ей благоразумия на ещё один безумный день в этом чёртовом Аврорате. Девушка поднесла руку к двери и легонько постучалась. Тишина. Вдруг он вышел на перерыв или срочно появились дела? Только она хотела выдохнуть и развернуться на своё место, как послышался голос, от которого её кожа покрылась ледяным потом. — Входите. Была не была. Толкнув дверь, она оказалась в миниатюрном кабинете слизеринца, где большую часть пространства занимал его стол, за которым он сейчас сидел. — Грейнджер? — в его голосе проскользнула нотка удивления. Видимо, ждал кого-то другого, но не её… Взгляд зацепился сначала за его белую рубашку, в которой он ежедневно вызывал у сотрудниц Министерства возбуждённые вздохи, а уже потом плавно переместился к закатанным рукавам, которые очень сильно обтягивали его бицепсы. От такого так и хочется сжать ноги вместе и прикусить губу. Она это и сделала, но только мысленно. — Я обещала занести бумаги, — первый шаг был тяжёлым, словно ноги застряли в бетоне, но второй и третий — увереннее, и вот она уже подошла к его столу. — Да, — Малфой кивнул, наклоняясь, чтобы взять из её рук папку с документами. А вот и первый контакт. Его пальцы невольно коснулись её — по спине моментально пробежал пот. — Там все подписи стоят? — спросил Драко как ни в чём не бывало. Это же не он сейчас проигрывает одну из тысячи грязных фантазий о том, как можно связать человека этим чёртовым галстуком, что спокойно завязан вокруг его шеи. — Да, — твёрдо ответила Гермиона, чувствуя, как в грудной клетке тяжелеет — словно птица бьётся о прутья клетки, просясь на свободу. Блондин кивнул и принялся перелистывать документы, тщательно проверяя наличие всех печатей и подписей. — Я всё проверила, Малфой. Можешь не перепроверять, — сквозь сжатые зубы выдохнула Гермиона. С чего это вдруг уровень её раздражительности меньше чем за секунду взлетел на орбиту? Она не знала. Взгляд то и дело обращался к его рукавам, которые он закатал. Специально для неё? Или в помещении слишком жарко? — Я верю твоей внимательности, Грейнджер, но я просто перепроверю, — пояснил блондин, начиная медленно листать одну бумагу за другой, словно испытывая её терпение. А терпеть ей не хотелось. Кто она такая? Гермиона Грейнджер — героиня войны, подруга Гарри Поттера и бла-бла-бла. Почему она боится напрямую задать вопрос любопытного характера своему коллеге, который даже не смотрит на неё? Спросите лучше кого-то другого, а не её. В этом случае она бессильна, а мозг явно ушёл в отключку. Гермиона сжала ладони, ощущая пот, и, сделав глубокий вдох-выдох, наконец набралась смелости, чтобы задать единственный вопрос, который сведёт её в могилу раньше, чем он успеет ответить: — Так значит, ты с Асторией? — голос вновь охрип от волнения и внутреннего сомнения. Что значит «Ты с Асторией?» Грейнджер, не могла придумать вопрос получше? Малфой вопросительно поднял бровь, отвлёкшись от бумаг, и поднял на неё взгляд. Серые глаза не отрывались от её лица ни на градус, что её совсем не радовало: иначе для кого она надела такую отутюженную юбку и рубашку с вырезом на груди? Явно не для Рональда и не для Маклаггена, которые постоянно ошиваются в её поле зрения, кидая откровенные намёки перепихнуться в уборной. — О чём ты говоришь? — его голос прозвучал максимально безобидно, словно он действительно не понимал в чём дело. И это заставило её усомниться в собственном здравомыслии, которое медленно испарилось из этого кабинета. Гермиона сглотнула вязкую слюну и ощутила знакомую дрожь от того, что вторгается на чужую территорию. — Мне Тео сказал, что ты сегодня собираешься провести вечер с Асторией, — пояснила она, опустив взгляд на свои туфли, которые ну очень интересно блестели в свете светильника над их головами. Всё равно лучше смотреть на них, чем на его вопросительный взгляд. — Ну… — протянул он, откинувшись на спинку чёрного кресла. — Да. Ну да. Он сказал «ну да». Замечательно. Прекрасно. Значит, сегодня он будет трахать эту сучку Асторию. — Ммм, понятно, — её взгляд резко переместился на картину, висящую на стене. Обида не входила в её планы, но, видимо, придётся оставить для неё местечко в расписании. В который раз стоит себе напомнить, что дела Малфоя не должны её касаться. Он не тот, ради кого она будет вести себя как… — Ревнуешь, Грейнджер? Драко словно бесшумно достал курок и пустил ей пулю прямо в грудь. Иначе как объяснить этот поток жара, что струится по всему телу? — Что? — голос Гермионы резко повысился на несколько октав выше. Так, словно она сама удивлена этой информации. Драко медленно встал со своего кресла, нарочно расстёгивая ещё одну пуговицу на его рубашке, словно демонстрируя то, что ей не принадлежит. Грейнджер ни в коем случае не претендует на его тело и уж тем более не думает о нём вместе с рукой между своих ног после каждого их взаимодействия в этом чёртовом Министерстве.

***

Тёмная ночь опустилась на Лондон, а вместе с ней и все тайные грехи становятся явью. Гермиона лежала на своей одинокой кровати, раскинувшись на ней хозяйски. Никого нет, она одна. В голове лишь сплошное порно где Малфой играет главную роль. Вот его взгляд, которым он смотрит на неё, пока его язык находится где-то внутри её складок, выводя круговыми движениями пучок её нервов, заставляя её всё больше изгибаться в спине и держаться за его волосы. Вот его руки, что накрепко держат её бедра, пока он вбивается в неё с животной скоростью, не оставляя время даже на крохотный вдох, выбивая из неё всё живое. Вот его губы, что оставляют за собой горячий след по всему телу. Чё-ё-ё-ёрт. Как же он хорош. Гермиона прикусила губу, подталкивая себя уже к пятому оргазму за неделю. Должно быть приятно, но в душе глубокая тоска. Знакомство с парнями не дали никаких плодов. Да что уж там говорить? Дело даже и до кровати не доходит. Максимум ресторан, поцелуй и на этом всё. Всё не то. Точнее... Они не он. Вечное сравнение парней с Малфоем неизменно вгоняет в вечное уныние. Ну нельзя же так страдать из-за одного парня, скажите вы. А я вам отвечу, что можно. Когда мужчина твоей мечты становится чем-то недосягаемым или запретным плодом... Грейнджер недовольно простонала, вытащив руку из-под резинки пижамных штанов, и перекатилась на живот. Из-за таких мыслей оргазм испаряется моментально. Она вытерла руку влажной салфеткой, приготовленной заранее, и взяла телефон, чтобы проверить уведомления, которые приходили, пока она была в своём порнушном трансе. Сообщение от Джинни… Гарри… Рона… Палец принялся листать чаты, пока не наткнулся на знакомую белобрысую аватарку. А вместе с ней и на ник: Драко Малфой (заноза в заднице). — Эх-х-х... — разочарованный вздох, привычный каждый раз, когда ей стоит взглянуть на эту слизеринскую мордашку. А ещё — когда она видит сторисы Пэнси Паркинсон или Теодора Нотта. — Ну и куда же ты такой красивый? Действительно. Малфой олицетворял всё то, что нужно девушкам: острые черты лица, светлые волосы и глаза, рост, вес, мускулы и тому подобное. И как же все ревниво вздыхали, когда он болтал с какой-нибудь девушкой или коллегой. Даже Гермионе было забавно за этим наблюдать — ведь Драко работал вместе с ней в Аврорате, а значит, их встречи были постоянными. Хоть какой-то плюс работать с ним в одном отделе. Но всё равно это не то! Не то! НЕ ТО! Её тянет к нему. Она практически одержима им. Готова даже перекопать весь свой шкаф, чтобы найти школьный альбом и повесить все фотографии, где есть он. И попросить Тео с Блейзом передать ей их общий альбом слизеринцев. Мерлин, какая же дурацкая мысль. Такая гиперфиксация на одном человеке до добра не доведёт. Пока девушка отвлеклась на внутренний монолог, её телефон буквально разрывался от уведомлений Джинни: @Ginny.W:Да простит меня моя матушка, но я сейчас в клубе вместе с Гарри. @Ginny.W: И угадай, кого я тут встретила?? @Ginny.W:Слизняков!!! @Ginny.W: Гермиона, клянусь, если бы не Гарри, я бы запрыгнула на Блейза. @Ginny.W: *Фотография Блейза, стоящего у барной стойки вместе с Паркинсон, одетого во всё чёрное с металлической цепью на шее* @Ginny.W: Мне теперь стыдно, что я буквально ПЯЛЮСЬ на него, пока Гарри под боком. @Ginny.W: Хотя подожди, он тоже смотрит в их сторону. @Ginny.W: И, кажется, я догадываюсь, на кого он положил глаз. @Ginny.W: О Всемогущий Мерлин, я увидела Драко. @Ginny.W: Тебе стоит это увидеть, подруга… @Ginny.W: *Фотография спины Драко, стоящего в белой рубашке и мужской портупее, которая обтягивает его плечи и грудь, и…* Вот тут у Гермионы и раскрылся рот. Всего от одной фотографии между ног снова стало влажно. Палец нажал «Сохранить фото», пока другая рука нырнула под ткань белья. И только сегодня её накрыл настолько сильный оргазм, что она едва смогла дойти до ванной на дрожащих ногах. А виноватым во всём будет Драко Люциус Малфой.

***

Гермиона встряхнула головой, возвращаясь в реальность. — Что ты делаешь? — каждое слово отзывалось в ритме ударов её сердца, а сердцебиение было как при тахикардии. Малфой не ответил. Ещё шаг к ней — и ещё шаг назад от него, пока спина не прижалась к стене. Теперь она в ловушке. Из-за его роста Грейнджер не могла ни нырнуть, ни отойти на приличное расстояние. Годрик… — На что это похоже, Гр-рейнджер? — его руки пока были при нём, но ненадолго. Девушка сглотнула, отвернув голову, чтобы не вдыхать запах мужского геля и одеколона, который резко ударил в нос. Нельзя так много на себя брызгать, но ему она готова простить всё, лишь бы ощущать этот свежий, пряный, древесно-амбровый аромат с цитрусовыми, перцовыми и ванильными акцентами. — Ты нервничаешь, — его голос резко перешёл на шёпот, а правая рука медленно опустилась на её бедро. — Что такое, Грейнджер? Растеряла смелость? «С тобой я теряю не только смелость, Малфой, но и голову» — мысль так и осталась при ней, не найдя храбрости, чтобы прозвучать вслух. Вместо достойного ответа, который мог бы вызвать у него улыбку или приступ смеха, она поступила иначе — просто промолчала, отвернувшись и сильнее вжавшись спиной в стену, которая хоть как-то спасала от жаркого накала между ними. Но даже это вряд ли стало бы её спасением. — Тц-тц, — протянул Драко, медленно приближаясь к ней лицом. — Ты такая милая, когда ревнуешь. — Я не ревную. — Верю. Да, да и ещё раз да. Эта ревность практически победила её. Астория — невероятно красивая, умная, весёлая девушка. И она точно подходит Малфою, как недостающий пазл к картине. — Прекрати думать так яро, — прошептал Малфой, находясь в опасной близости от её губ. — Я слышу, как твои извилины кричат. Гермионе хотелось закатить глаза, но из-за дрожи во всём теле и его слишком близкого присутствия, которое ей как бы не нравилось, но как бы нравилось, она слегка повернула голову, случайно коснувшись кончиком носа его щеки. Это вышло совершенно нечаянно. — Ты слишком много болтаешь, — сдавленно выдохнула она, вновь уставившись на узоры на стене. — А ты слишком громко думаешь. Что будем делать? — он облокотился левой рукой о стену, давая ей немного пространства. Девушка скрестила руки на груди, выдавая всем своим видом недовольство: — Ты пойдёшь с Асторией на свидание, а я — работать дальше. Всё просто. — ей оставалось только вздёрнуть подбородок, как в детстве, чтобы сильнее показать свою обиду. Малфой издал нечто похожее на смешок. — Как же ты меня достала, Грейнджер. На этом всё. Его руки резко поднялись к её лицу, повернув его обратно к нему, и наконец случилось то, чего она совсем не ожидала. Только не сегодня. Только не в этой жизни. Его губы жадно и дерзко целовали её, словно она была любимым десертом, которым хочется наслаждаться вечность. Сознание поплыло, практически отключая все мысли, чувства и даже её саму. Теперь есть только он, она и их губы, слившиеся в поцелуе недосказанности и той самой искры, которая теперь могла яростно трещать и сверкать, как грёбаный фейерверк. Это походило на долгожданный шаг двух идиотов из любовного романа, который она любила читать по вечерам. Прямо сцена из книги. — М-м… — Гермиона хотела позвать его, но он практически прижал её своим весом, не давая вымолвить ни слова. Он переходил к действиям после долгого ожидания. Руки забрались туда, куда им не положено. Пальцы всё смелее задирали её юбку. Грейнджер мысленно поблагодарила себя за то, что надела именно юбку — с брюками было бы сложнее. Малфой медленно оторвался от её губ, проводя ими по щекам и спускаясь ниже: к челюсти, к шее. Туда, где пульс разгоняется, словно его Porsche по ночной и пустой дороге Лондона. Туда, где теперь господствуют его поцелуи и дыхание. Плечи девушки немного расслабились, но всё ещё оставались напряжёнными. Кожа вспотела, голова закружилась, будто на карусели, а между ног стало неприятно мокро. Одна мысль о том, что Драко может коснуться её сокровенного места, почти выбивала из неё весь воздух. — П-перестань, — слабо прошептала она, держа руки на его плечах и совсем не отталкивая его. Малфой приостановил череду поцелуев на её коже и медленно поднял голову. — Если тебе не нравится, ты можешь меня оттолкнуть. Вот тебе и выбор: продолжать то, о чём ты фантазируешь каждую ночь, или всё же оттолкнуть и выбежать, пока всё не переросло в ошибку. Ей пришлось напрячь руки, чтобы хоть как-то оттолкнуть его от себя. Но тело сдавалось и не хотело этого. — Ты этого хочешь, Грейнджер, — прошептал Драко и снова поцеловал её в губы, окончательно приняв решение за неё. В этот момент её мозг полностью передал управление ему. Она — теперь его. Полностью в его власти. Пальцы медленно скользнули по внутренней стороне бедра, словно ощупывая незнакомую территорию. Мелкий вздох — и ноги чуть раздвинулись, чтобы ему было удобнее просунуть руку под юбку. И теперь решающий момент. — Можно? — снова его тихий шёпот. Секунда. — Можно… Вторая рука Малфоя крепко сжала её волосы, углубляя поцелуй. Это больше не было нежностью. Это оказалось чем-то иным, чего она не могла описать, — все мысли и слова просто испарились, стоило ему коснуться пальцами ткани белья, которая, судя по его слабой улыбке, промокла насквозь. Грейнджер тяжело сглотнула, чувствуя, как ей не хватает воздуха от всех его действий. Вот его пальцы медленно отодвигают край белья, касаясь того места, которое ныло сильнее любых мыслей. Первый контакт, первый вздох и первый толчок без предупреждения. А зачем предупреждать? Она и так мокрая, как водопад. — Ты такая мокрая… Ты даже не представляешь насколько. Его пальцы изгибались, ускоряя толчки. Рука Гермионы резко сжала его плечи — в коленях появилась слабость. Ещё. Да. Ещё… Вздохи стали громче, как и хлюпающие звуки, доносившиеся снизу. Драко прижался лбом к её лбу, выдыхая вместе с ней. Сглатывая, он замедлил движения, проводя пальцами по клитору, чтобы дать ей немного передохнуть и восстановить дыхание. Всё внутри пылало. — Всё ещё ревнуешь, Грейнджер? — его голос охрип, а губы припухли от поцелуев. — Мгм, — ответила она, медленно открывая глаза, чтобы увидеть его реакцию. — Уверена? — уголки его губ дёрнулись в слабой улыбке. Он прекрасно знал, что она лжёт. — Мгм. — она высунула язычок, чтобы облизнуть губы. — Ещё раз так сделаешь — и я за себя не ручаюсь, — его рука медленно выскользнула из-под юбки. Внезапно между ног стало так пусто… и мокро. Ноги сжались, а руки потянулись разглаживать юбку, которую он, чёрт возьми, помял так, словно она целый год провалялась в шкафу. Её всё ещё трясло, но ощущения теперь были совсем иными. — И что ты сделаешь, если я ещё раз это сделаю? — она подняла глаза к его лицу, где было написано «ничего хорошего». Точнее, его зрачки расширились. Очень сильно. Малфой выпрямил плечи, поправляя рубашку и галстук, словно ничего не произошло: — Не скажу. Чего? Мерлин, он это серьёзно? — Не скажешь? — переспросила она, вопросительно подняв бровь. — Не скажу, — подтвердил он с лёгкой улыбкой. Да этот засранец решил поиграть с ней в такой ответственный момент. Ну и хорошо. Значит, она будет играть по его правилам. — Раз так? — Грейнджер поправила волосы, стирая с губ остатки бальзама. — Тогда желаю тебе хорошенько трахнуть сегодня Асторию. Теперь камень в его огороде. — О-о-о, поверь мне, Грейнджер. Она сама будет этого просить, — вновь эта улыбка на тридцать два зуба. — И я не думаю, что мы успеем перейти к главному блюду прежде чем… — Заткнись, — резко оборвала его девушка, разворачиваясь к двери. — Мне неинтересно это слышать. — Тогда уходи, — блондин пожал плечами, присев на край стола и глядя ей в спину. — Я тебя не держу. — Уже. Стоило ей коснуться ручки двери, как стол резко скрипнул, а быстрые шаги Драко не дали ей выйти. Вместо этого он практически силой оттащил её от выхода и, развернув лицом к себе, повёл к столу: — Я не разрешал. — А я должна спрашивать разрешения? Его руки снова поднялись к её лицу, сжимая затылок: — Я аврор, — он почти дышал ей в лицо. — Заместитель твоего дружка, между прочим. Её губы приоткрылись, чтобы ответить, но он опередил: — И меня все должны слушаться. — Я не обязана тебя слушать, — и правда, кто он такой, чтобы она слушала кого-то, кроме себя и Бога? Малфой облизнул губы, запуская пальцы в её волосы. — Значит, я буду трахать тебя до тех пор, пока ты не начнёшь меня слушаться. — внезапно его хватка стала жестче, до приятной боли. — Ты же этого хотела, да? Чтобы я трахнул тебя, как в твоих снах? Во всех позах? Сознание кричало: «Да». Она хотела этого. Чтобы её взяли как грязную шлюху и оттрахали так, чтобы она не могла ходить целыми днями. — Чтобы ты ничего не чувствовала, кроме моей спермы внутри тебя? О, Мерлин. Это звучит так грязно с его уст, но так горячо и сексуально, что картинка сама собой вырисовывается в голове. Теперь ни шагу назад. Если дают шанс переспать — значит, надо им воспользоваться. — Да, — наконец ответила Гермиона, прикусывая нижнюю губу. — Хочу. Хочу всё это и даже больше. — Больше? — хрипло спросил блондин, медленно касаясь её губ. — И чего же ещё ты хочешь, Грейнджер? Короткий вздох. — Стать твоей. Салазар, эта женщина сведёт его в могилу раньше, чем Блейз со своим бесконечным баром Теперь не время для промедления. Его руки схватились за её бёдра, чтобы приподнять и усадить на стол, сразу задирая юбку до талии. Плевать, что ткань может порваться — он купит новую. Гермиона спешно начала расстёгивать верх, оголяя те участки кожи, до которых он ещё не успел дотронуться. Всё происходило молча, словно слаженная работа. Когда верх был скинут на пол, а его рубашка полностью расстёгнута благодаря её ловким пальцам, Драко снял галстук, чтобы связать ей руки. — Не тянет? — спросил он, завязывая нечто похожее на узел. — Не особо, — ответила Грейнджер, прикусывая губу. — Если будет тянуть, скажи — я ослаблю. Теперь она была наполовину обездвижена. Работа почти сделана. Осталось выполнить самое главное. Его ладонь прошлась по её голым бёдрам, теперь выставленным напоказ. Кожа была мягкой, даже бархатистой. Он не хотел переставать касаться её. — Ты правда пойдёшь на свидание с ней? — внезапно спросила девушка, сидя перед ним в одном бюстгальтере и задранной до талии юбке. Он заметил, как теперь звучал её вопрос: не с обидой, не с раздражением, а с тихой грустью. Словно ей было больно, что он идёт на свидание с Асторией, а не с ней. Оставив руки на её коленях, он опустил голову и поцеловал в губы — уже нежнее, чем у стены. — Нет, — наконец признался он. — Я сказал Тео, что хочу вывести тебя на эмоции. — Ты засранец. Малфой улыбнулся. — Твой засранец. Теперь между ними больше не было той пропасти, что раньше. Обида испарилась, ревность — тоже. Всё оказалось его маленькой игрой, чтобы заставить её заговорить с ним первой. Какой же Малфой всё-таки был чёртовым гением. Её глаза смотрели на него с просьбой подтвердить сказанное. Словно её внутренние механизмы медленно приняли ответ, но не до конца. А зная женский мозг… Забудьте. Мужчины никогда не поймут природу женщин. Малфой сделал глубокий вдох-выдох, оставив ладони на её щеках. — Чтобы успокоить твой женский мозг, — он мягко постучал по её виску, — скажу, что Астория уже несколько месяцев помолвлена с каким-то аристократом из Франции. Глаза Грейнджер тут же округлились от удивления. — Правда? — Правда, — подтвердил Малфой. — Она рассказала только нашей слизеринской компании. Скоро в «Пророке» должна появиться заметка о её помолвке. Ох… — О, — только и смогла выдавить из себя Гермиона, чувствуя себя невероятно глупо перед ним. На её реакцию блондин лишь тепло улыбнулся и поцеловал в лоб. — Теперь ты позволишь себя трахнуть или мы так и будем говорить о Гринграсс? На лице девушки расплылась улыбка вместе с еле заметными ямочками на щеках. Дурень. — Ты такой… О-о-опять он не дал ей договорить. Устав слушать её мысли, Малфой поцеловал её, медленно укладывая спиной на свой стол и придерживая рукой. Он родился и вырос в семье, где с детства учили правильно обращаться с женщинами. Вдох-выдох. Пальцы медленно спустили ткань мокрых трусиков, отбросив их куда-то под стол. Теперь вместо улыбки его встречало смущённое лицо Гермионы, покрытое красными пятнами на щеках и кое-где на коже. Какая прелесть. Гермиона Грейнджер смущается перед ним. Он слегка отстранился, чтобы щёлкнуть пряжкой ремня, расстегнул ширинку и приспустил брюки. И делал это мучительно долго — специально под её взглядом, который то и дело ловил каждое его движение. — Ты пожираешь меня глазами, Грейнджер, — усмехнулся Малфой, спустив боксеры до колен. — Ты делаешь то же самое, между прочим, — деловито ответила она в свою защиту, вновь отводя взгляд от него — от смущения видеть его… без брюк. — Не нравится? Она надула губы. — Нравится. Он улыбнулся в ответ и наклонился к её лицу, оставляя долгий поцелуй на её надутых губах. Салазар, он явно не сможет сегодня вернуться к работе. — Презерватив? В ответ — кивок. Левой рукой он поддел брюки, чтобы вытащить из кармана единственную упаковку, под её шокированным взглядом. Ну вот, сейчас спросит, какого хрена он таскает с собой презервативы в карманах. 3...2...1... — Ты что, носишь с собой презервативы на задания? — её губы дёрнулись в улыбке. — Знаешь, Грейнджер... — пока он отвечал, его руки были заняты подготовкой защиты на «меч». — Лучше быть всегда готовым. Ведь никогда не знаешь, где окажешься. — Я даже не хочу спрашивать, где они тебе пригодились... — И правильно, — Драко подтянул её ближе к краю стола, чтобы удобнее было и ему, и ей. — Теперь будь добра заткнуть свой милый ротик и дай мне наконец тебя трахнуть. Резкое движение бёдер — и её сдавленный вдох. Малфой начал аккуратно набирать темп, наблюдая за её реакцией. Не больно? Не жжёт? Достаточно приятно? А между толчками он снова целовал её горящую кожу, покрывая поцелуями каждый миллиметр. Пальцы гладили её бёдра круговыми движениями, успокаивая. — Вот так... — хрипло прошептал блондин, глядя, как её связанные его же галстуком руки прижаты к груди, которая с каждым толчком подпрыгивала. — Ты, оказывается, такая послушная, Грейнджер. — А-а-а-х... — отзывалась девушка на каждый толчок, медленно теряя связь с реальностью. Драко решил ускорить движения ещё больше, чтобы видеть, как её губы приоткрываются в безмолвном стоне, а глаза закатываются. — Д-да… ещё… Её стоны заполнили кабинет вместе с их громким дыханием и скрипом стола. — М-малфой, нас могут… — Тшш, — он прильнул к её губам, заглушая любые звуки. — Я наложил заклинание на кабинет. Мерлин, благослови этого умного мужчину. Теперь можно было просто закрыть глаза и… БАМ. Малфой остановился. Она ощутила, как он напряг хватку на её бёдрах. Что за… Затем второй БАМ. — Ч-что это? — спросила Грейнджер слегка охрипшим голосом после интенсивной терапии на его столе. Блондин молча вышел из неё, натягивая свои брюки на место, застёгивая рубашку и развязывая её руки. — Одевайся, — приказал он холодным тоном. Гермионе не понравился его тон, но спорить она не стала. Дрожащими руками она достала из-под стола бельё, рубашку и натянула юбку до колен. Драко нахмурился, достал из кобуры палочку и медленно приблизился к двери, за которой уже не было слышно этих звуков. — Малфой? — девушка подошла ближе, позабыв, что ещё пару минут назад они были готовы сломать его рабочий стол, а теперь оба замерли в защитной стойке. Он медленно взялся за ручку, открывая дверь, чтобы понять, что произошло и какой сучёныш им помешал. Однако ответ не заставил себя ждать. Прямо в коридоре стоял Тео вместе с Дафной Гринграсс. Правда, кудряш был не в лучшем состоянии: нос кровоточил, рубашка помята, волосы взъерошены, а костяшки рук разбиты. — Годрик… — девушка закрыла лицо руками, явно недовольная тем, что Теодор устроил драму посреди коридора. Она ведь просила этого не делать… Драко услышал её разочарованный голос и повернулся к ней с хитрой улыбкой: — Это ты ему рассказала, что вокруг Дафны крутится какой-то придурок из отдела магических игр и спорта? Грейнджер кивнула, прильнув к его плечу: — Иначе он бы не сказал с кем ты идёшь на свидание. Блондин усмехнулся, приобняв её за талию: — С тобой, Грейнджер. С тобой я иду сегодня на свидание, после которого мы продолжим начатое. Финальный поцелуй в висок и кровавая улыбка Нотта с вздёрнутой рукой, показывающей класс — «я в порядке». Придурок.