Подарок

В квартире пахло кофе, пылью от системного блока и сладковатым дымом недавно затушенной сигареты. За окнами уже окончательно стемнело — вечерний город расплылся за стеклом россыпью жёлтых и белых огней. Где-то далеко тянулся гул трассы, иногда снизу доносился шум проезжающих машин, но сама квартира оставалась почти тихой. Юнги сидел прямо на полу перед большим зеркалом в полный рост, прислонённым к стене между шкафом и окном. Рядом валялись открытая косметичка, пачка сигарет, телефон и несколько разбросанных тюбиков и карандашей, которыми он явно пользовался редко. Он слегка щурился, аккуратно подводя нижнее веко чёрным каялом. — Блять… Карандаш чуть соскользнул. Юнги раздражённо цокнул языком и потёр уголок глаза пальцем. Краситься он не любил. Да и наряжаться тоже. Обычно его внешний вид ограничивался растянутыми свитерами, тёмными худи и тем, что первым попадалось под руку утром. Если утро вообще существовало. Большую часть времени омега сидел дома неделями — между мониторами, проводами, бесконечными кружками кофе и ночными заказами еды. Но сегодня был другой случай. Надобность действительно появилась. Он снова наклонился ближе к зеркалу и провёл каялом вдоль века уже увереннее. Чёрная линия сделала и без того узкие глаза ещё резче. Светлые крашеные волосы были непривычно аккуратно уложены назад, открывая лоб и острые скулы. Отросшие тёмные корни всё равно немного проглядывали, но сейчас это даже смотрелось уместно. Юнги откинулся назад, оценивающе посмотрел на своё отражение и недовольно поморщился. Слишком нарядно. Он перевёл взгляд на кровать, где лежала одежда, которую он выбирал почти сорок минут. Что уже само по себе было ненормально. В итоге остановился на чёрной полупрозрачной блузке из тонкой ткани — свободной, мягко спадающей по фигуре. Под ней темнел узкий топ. Рукава были длинными и слегка закрывали кисти. К блузке — тёмные джинсы с высокой посадкой и тяжёлый ремень с металлической пряжкой. Не вызывающе. Но слишком красиво для человека, который обычно выходит в магазин в первой попавшейся толстовке. На полу рядом стояли ботинки. Тоже не повседневные. Юнги потянулся за сигаретой, закурил и снова посмотрел на себя в зеркало сквозь тонкую дымку. Непривычно. Он даже сидел сейчас как-то иначе — более собранно, внимательнее к собственному отражению. Обычно ему было плевать, как он выглядит. Но не сегодня. Сегодня внешний вид был частью работы. Хотя со стороны это действительно больше напоминало сборы на свидание. Юнги тихо усмехнулся себе под нос и затянулся сигаретой глубже. Если бы кто-нибудь из знакомых увидел его сейчас, то не поверил бы. Мин Юнги, который мог три дня подряд не расчёсываться и забывать поесть, сидел посреди квартиры и выводил стрелки перед зеркалом. Он снова наклонился ближе, внимательно разглядывая макияж. Потом потянулся к телефону, проверяя время. И едва заметно нахмурился. Весь вчерашний вечер и почти весь сегодняшний день Юнги просидел за компьютером. Без перерывов. Без нормального сна. Только кофе, сигареты и бесконечные окна на мониторах. К утру квартира окончательно превратилась в привычный хаос. На столе стояли пустые банки из-под энергетиков, пепельница была переполнена окурками, а на втором мониторе до сих пор висели десятки открытых вкладок: камеры наблюдения, слитые базы, форумы, архивы, закрытые чаты и карты городских камер. Юнги искал Тэхена. Точнее — хоть что-нибудь, что могло бы доказать: омега действительно жив. Первые часов десять всё было бесполезно. Ничего. Ни одного совпадения. Ни одной ошибки. Будто Тэхен действительно исчез из мира два месяца назад. Но потом… Юнги медленно затянулся сигаретой, глядя на собственное отражение в зеркале. Кажется, он всё-таки наткнулся на след. Очень тонкий. Почти смешной. Любой другой даже внимания бы не обратил. Вот проверить это напрямую он не мог. Слишком опасно. Если он ошибся — ничего страшного. Если оказался прав… тогда всё становилось намного хуже. Юнги медленно провёл пальцем по нижнему веку, стирая крошечную размазанную полоску каяла. Нет. Напрямую лезть нельзя. Придётся заходить совсем с другой стороны. Аккуратно. Очень аккуратно. Настолько аккуратно, будто он идёт по тонкому льду над пропастью. Он снова посмотрел на себя в зеркало. Светлые волосы, тёмный макияж вокруг глаз, полупрозрачная блузка, чужой почти образ. Сегодня ему предстояло сыграть роль. Не хакера. Не человека, который копает под чужие секреты. Кого-то другого. Юнги тихо усмехнулся себе под нос, но в этой усмешке веселья не было. Почти как актёр. Только разница заключалась в том, что плохая игра здесь не закончится неловкостью или провалом. Если фальшь почувствуют хотя бы на секунду — эта роль станет последней в его жизни. И Юнги понимал это слишком хорошо. Вчера глубокой ночью, когда глаза уже болели от мониторов, а в квартире пахло только сигаретами и перегретой техникой, Юнги всё-таки наткнулся на кое-что интересное. Точнее — на кое-кого. Имя всплыло случайно. Среди старых переписок, слитых контактов и архивов одной мелкой криминальной ветки. Пак Чихван. Юнги тогда даже открыл его фотографию отдельно и несколько секунд молча рассматривал экран. Альфа. Лет тридцать пять. Коротко стриженный. Сломанный нос. Тяжёлый взгляд человека, который привык сначала бить, а потом думать. Ничего особенного. Мелкая сошка. Из тех, кого никогда не показывают на публике рядом с большими людьми. Шестёрка. Исполнитель. Тот, кого отправляют на самую грязную работу: перевозки, запугивания, силовые разборки, контроль товара. Но именно это и зацепило Юнги. Потому что группировка, на которую работал Чихван, давно занималась продажей омег. Бордели. Закрытые аукционы. Поддельные документы. Перевозки через границу. Юнги слишком хорошо умел собирать информацию, чтобы не знать подобные вещи. И если Тэхен действительно каким-то образом оказался жив после «утилизации», то люди вроде Пак Чихвана вполне могли его видеть. Или хотя бы слышать что-то. Юнги сидел тогда перед монитором почти неподвижно, медленно прокручивая фотографию альфы вниз. Аресты. Драки. Ночные клубы. Подпольные казино. И несколько снимков из баров. На одном Чихван сидел с двумя омегами на коленях и лыбился прямо в камеру с таким тупым самодовольством, что Юнги едва не закатил глаза. Примитивный. А значит — предсказуемый. Юнги сразу понял, что делать дальше. Только вот спрашивать напрямую нельзя. Нельзя просто подойти и сказать: «Слушай, а ты случайно не видел омегу, которого все считают мёртвым?» Нет. Так люди исчезают. Поэтому сегодня Юнги придётся действовать иначе. Он снова посмотрел на своё отражение в зеркале и медленно ухмыльнулся. Наивный красивый омега. Немного глупый. Немного впечатлительный. Тот тип, который легко ведётся на дешёвую харизму альф из криминального мира. Юнги даже почти рассмешила сама мысль об этом. Пак Чихван был именно из таких мужчин, которым нравилось чувствовать себя опасными. Сильными. Крутыми. Особенно перед омегами. А значит, достаточно будет смотреть чуть дольше положенного. Чуть внимательнее слушать. Смеяться в нужных местах. И альфа сам начнёт болтать. Юнги прекрасно умел играть людей. Особенно таких простых. Он затушил сигарету о край пепельницы и медленно поднялся с пола, ещё раз оценивая своё отражение. Красивый. Немного расслабленный. Совсем не похожий на человека, который последние сутки копался в теневых базах данных. Хороший образ. Очень хороший. Юнги коротко ухмыльнулся своему отражению. План действительно был неплохой. Юнги вышел из такси за несколько кварталов до бара. Не потому что водитель мог его запомнить — плевать. Просто привычка. Никогда не светить настоящий маршрут. Никогда не приезжать напрямую от дома. Никогда не оставлять слишком ровные следы. Поэтому сначала было метро. Потом переход через два квартала. Потом ещё одно такси, уже вызванное возле старого жилого дома в районе, где жили обычные люди среднего класса — слишком скучном, чтобы кто-то обращал внимание на чужие лица. И только после этого Юнги оказался здесь. Бар выглядел отвратительно. Даже снаружи. Выцветшая неоновая вывеска мигала через раз. На ступенях у входа валялись окурки. Возле двери курили двое альф в дешёвых куртках, слишком громко смеясь над какой-то тупой шуткой. Юнги мельком скользнул по ним взглядом и вошёл внутрь. Тёплый затхлый воздух ударил в лицо почти сразу. Алкоголь. Жареное мясо. Дешёвый парфюм. Сигаретный дым, въевшийся в стены, мебель и людей. Ну и местечко. Музыка играла слишком громко и с хрипящими басами. Свет был тусклым, жёлтым, с красноватыми отблесками от старых ламп над барной стойкой. Столы — липкие. Диваны потрёпанные. В дальнем углу кто-то орал над спортивной трансляцией. Юнги медленно двинулся к барной стойке, не спеша оглядывая помещение. Сегодня он выглядел слишком хорошо для такого места. Чёрная полупрозрачная блузка мягко двигалась при каждом шаге. Светлые волосы были уложены назад, открывая тонкое лицо и острые скулы. Тёмный каял подчёркивал глаза, делая взгляд ленивым и чуть томным. Несколько человек уже проводили его глазами. Юнги будто не замечал. Он сел за стойку, закинув ногу на ногу. — Что будешь? — устало спросил бармен, даже не скрывая скуки. — "Френч 75". Бармен поднял брови так, будто услышал что-то неуместное для этого заведения. — У нас есть джин, шампанское и лимон. Сойдёт? — Сойдёт. Юнги чуть усмехнулся. Через минуту перед ним поставили коктейль в высоком бокале. Не слишком аккуратный, но терпимый. Он сделал маленький глоток и только после этого начал искать глазами Чихвана. Нашёл не сразу. Альфа оказался в дальнем углу возле бильярдного стола. Высокий. Широкоплечий. Тяжёлый. На нём были тёмные джинсы, грубые ботинки и чёрная футболка под распахнутой кожаной курткой. На шее — толстая серебряная цепь. Волосы коротко выбриты по бокам, сверху чуть длиннее и небрежно уложены назад. Даже отсюда он выглядел именно тем, кем и был: мелкой криминальной шестеркой, пытающейся казаться серьёзнее своего статуса. Рядом с бильярдным столом стояли ещё двое альф, но центром внимания всё равно был Чихван. Громче смеялся. Грубее двигался. Демонстративно уверенный в себе. Юнги медленно провёл пальцем по ножке бокала. Отлично. Он начал иногда бросать взгляды в тот угол. Ненавязчиво. Будто случайно. Чуть дольше задерживал взгляд. Потом отворачивался. И почти сразу понял: Чихван уже всё заметил. Юнги буквально чувствовал это. Такие альфы всегда чувствовали чужое внимание. Особенно внимание красивого омеги. Но Чихван пока не подавал вида. Продолжал играть. Скалился друзьям. Катал кий между ладонями. Только иногда чуть заметно косился в сторону бара. Юнги сделал ещё глоток коктейля и снова посмотрел туда. И именно в этот момент их взгляды пересеклись. Тёмные глаза Чихвана сразу остановились на нём. Прямо. Тяжело. С интересом. Юнги тут же отвёл взгляд. Будто смутился. Чуть поджал губы и сделал вид, что слишком внимательно рассматривает свой бокал. Внутри он уже почти смеялся. Господи. Это и правда так просто. Он чувствовал взгляд альфы ещё пару минут. Почти физически. Потом послышались тяжёлые шаги. Запах ударил раньше, чем голос. Табак. Алкоголь. Мужской парфюм — резкий, дешёвый, слишком сладкий. Чихван остановился рядом, опираясь локтем на стойку. Вблизи он выглядел ещё грубее. На скуле — старый шрам. Костяшки сбиты. Под футболкой угадывались тяжёлые мышцы человека, привыкшего решать проблемы руками. — Такой красивый омега один тут? — с ухмылкой спросил он. Юнги медленно поднял на него взгляд. И мысленно расхохотался. Чёрт. Это действительно было слишком легко. Юнги медленно поднял взгляд на Чихвана — ровно на секунду — и почти сразу снова отвёл глаза вниз, будто действительно смутился от такого прямого внимания. Очень хорошо. Он даже слегка улыбнулся в край бокала, прежде чем сделать маленький глоток коктейля. Чихван, конечно, это заметил. Такие альфы всегда замечали подобное. — Не любишь шумные места? — с ленивой ухмылкой спросил альфа, оставаясь стоять слишком близко. Юнги пожал плечом. — Просто… тут немного громко. Он специально говорил чуть тише обычного. Спокойно. Без вызова. Так, чтобы звучать мягче. Почти осторожно. Чихван скользнул по нему взглядом откровенно, даже не пытаясь скрывать интерес. По светлым волосам. По тонкой шее. По полупрозрачной ткани блузки. Юнги внутренне едва не закатил глаза, но внешне только отвёл взгляд ещё сильнее, будто ему действительно было неловко от такого внимания. И это работало идеально. Альфа ухмыльнулся шире. — Ты тут один? Юнги чуть помедлил перед ответом, будто сомневался, стоит ли вообще продолжать разговор. — Угу. — Смелый, значит. Юнги тихо усмехнулся и покрутил трубочку в бокале. — Или глупый. Чихван рассмеялся громче. Именно так, как Юнги и ожидал — чуть грубо, самодовольно. — Да не-е, — протянул альфа. — Такие красивые омеги обычно знают, куда идут. Юнги поднял на него взгляд снова. Медленно. Будто не специально. И снова отвёл. Чёрт. Это было почти скучно. Он буквально видел, как легко Чихван ведётся на весь этот образ. На лёгкую неловкость. На мягкий голос. На взгляд из-под ресниц. Юнги даже напрягаться особо не приходилось. — Что пьёшь? — спросил Чихван, кивнув на коктейль. — "Френч 75". Альфа фыркнул. — Слишком сложно звучит. — Возможно. — Тогда тебе надо что-нибудь нормальное. Прежде чем Юнги успел что-то ответить, Чихван уже махнул бармену рукой. — Два виски. Юнги едва заметно напрягся внутри. Когда перед ним поставили стакан, он только мельком понюхал напиток и сразу всё понял. Господи. Какая-то дешёвая дрянь, а не виски. Резкий запах спирта почти бил в нос. Юнги был уверен, что этот напиток стоил меньше его каяла для глаз. Но внешне он только мягко улыбнулся. — Спасибо. Чихван явно выглядел довольным собой. Он облокотился о стойку ближе. Слишком близко. — Как тебя зовут? — Хаен. — Красивое имя. Юнги тихо хмыкнул, делая вид, будто не знает, куда деть взгляд от смущения. На самом деле ему уже хотелось закурить и домой. Но пока всё шло идеально. Чихван выпил свой виски почти залпом, потом кивнул куда-то в сторону бильярдных столов. — Пойдём с нами сыграешь. Юнги чуть удивлённо поднял глаза. — Я не умею. — Научим. Альфа ухмыльнулся так, будто уже заранее считал это чем-то почти интимным. Юнги про себя только усмехнулся. Да. Именно туда ему и нужно было попасть. Чихван довольно ухмыльнулся, когда Юнги всё-таки поднялся со стула и пошёл за ним к бильярдным столам. Музыка здесь играла тише. Воздух был ещё тяжелее от сигаретного дыма и перегара. Над зелёным сукном висели низкие лампы с мутноватым жёлтым светом, из-за которого лица казались грубее, а тени — глубже. Компания у стола выглядела именно так, как Юнги и ожидал. Отвратительно. Первым стоял высокий лысоватый альфа с мясистым красным лицом и толстой шеей. На нём была бордовая рубашка, натянутая на живот, поверх — дешёвый пиджак с блестящими локтями. От него даже на расстоянии пахло потом, пивом и каким-то слишком сладким одеколоном. — О, Чихван, это кто? — громко заржал он, разглядывая Юнги так бесцеремонно, что тому захотелось двинуть кием прямо в зубы. — Полегче, Мёнсу, — довольно бросил Чихван. — Спугнёшь. Рядом стоял второй альфа — помоложе, худой и дёрганый, с маленькими острыми глазами и татуировкой на шее. На нём была серая толстовка под дутой жилеткой, а в пальцах он крутил сигарету, стряхивая пепел прямо на пол. — Симпатичный, — протянул тот с неприятной ухмылкой. — Откуда такого взял? Юнги уже чувствовал, как начинает уставать от собственного лица. От этой улыбки. От мягкого взгляда. От необходимости выглядеть чуть глупее, чем он есть. Но внешне он только неловко поправил светлую прядь волос за ухо и тихо произнёс: — Я Хаён. Чихван тут же довольно положил ладонь ему на поясницу. — Видал? Даже имя красивое. Господи. Юнги едва сдержал желание поморщиться. Только сейчас он заметил четвёртого человека. Омега. Тот сидел на высоком стуле возле стены, лениво попивая что-то ярко-синее через трубочку. Худой до остроты в плечах, с ярко-рыжими волосами и слишком плотным макияжем. Губы блестели липким розовым блеском. Чёрная сетчатая кофта открывала ключицы и часть груди, а короткие кожаные шорты едва прикрывали бёдра. Выглядел он дёшево. Старательно. И очень устало. — А это Джэён, — махнул Чихван в его сторону. Омега лениво поднял глаза на Юнги и чуть улыбнулся уголком рта. Внутри его уже начинало подташнивать от всей этой компании. Но всё шло идеально. Даже слишком. Чихван быстро присвоил его себе взглядом, жестами, интонацией. Постоянно касался. То ладони. То поясницы. То слишком близко наклонялся к лицу. И всё это Юнги терпел. Ради дела. — Играл когда-нибудь? — спросил Чихван, беря кий. — Нет… — Юнги качнул головой. — Я только смотрел иногда. — Тогда иди сюда. Конечно. Юнги подошёл ближе к столу, и почти сразу Чихван встал у него за спиной. Слишком близко. Горячее тело почти прижималось к нему. Ладонь альфы легла поверх его руки на кий. — Вот так держать надо. Юнги едва не скривился, когда почувствовал тяжёлый запах чужого парфюма и сигарет прямо возле шеи. Хотелось врезать этому ублюдку локтем в солнечное сплетение. Сильно. Но вместо этого он только тихо рассмеялся и чуть неловко дёрнул плечом, будто смущался такой близости. — Я всё равно ничего не понимаю. — Научу, малыш. Малыш. Боже. Следующие минут десять Чихван изображал великого учителя бильярда, постоянно прижимаясь сильнее нужного. Исправлял положение рук. Наклонялся к самому уху. Несколько раз даже специально задел бёдрами. Юнги всё это терпел с почти ангельским выражением лица. План работал идеально. Потому что Чихван уже полностью расслабился. Юнги видел это по взгляду. По самодовольной ухмылке. По тому, как альфа начал громче говорить и хвастаться ударами перед друзьями. — Ну чё, ещё одну? — заржал Мёнсу, закуривая новую сигарету. — Я пас, — лениво протянул Джэён, болтая трубочкой в стакане. — Мне впадлу. Юнги тут же поднял взгляд на Чихвана. — А можно я просто посмотрю? Альфа ухмыльнулся. — Смотреть хочешь? Юнги чуть улыбнулся и кивнул. — Хочу увидеть, как играет мастер. Чихван буквально расцвёл. Мёнсу громко заржал: — Слышал? Мастер! — Завидуй молча, — довольно бросил Чихван, уже беря кий. И игра началась снова. Каждый раз, когда Чихван забивал шар, Юнги тут же хлопал в ладоши — легко, чуть восторженно. Иногда даже подпрыгивал совсем немного, будто искренне впечатлялся. Рядом Джэён быстро подхватил настроение и тоже начал театрально хлопать. — Вау, Чихван-а, ты такой крутой, — протянул он с ленивой насмешкой. — Учитесь, — самодовольно заявил альфа. Юнги едва не подавился смехом. Тридцать минут прошли именно так. Чихван играл. Хвастался. Красовался. А Юнги продолжал бросать на него восхищённые взгляды из-под светлых ресниц, изображая заинтересованного красивого омегу, которому до дрожи нравятся опасные мужчины. И, судя по довольной роже Чихвана, тот верил абсолютно каждому движению. — Да хорош уже жульничать! — заржал Мёнсу, когда очередной шар с глухим стуком исчез в лузе. — Это называется талант, — самодовольно протянул Чихван, прокручивая кий в ладони. — Это называется ты полчаса бьёшь один и тот же шар. Юнги тихо рассмеялся вместе со всеми, продолжая стоять чуть в стороне возле края стола. Он уже прекрасно вписался в картинку: красивый омега рядом с компанией альф, который смотрит на них с лёгким восхищением и периодически смеётся над шутками. На деле же он считал минуты. И мысленно прикидывал, как скоро можно будет перевести разговор в нужное русло. Бар вокруг становился всё шумнее. Где-то справа уже кто-то орал под музыку. Возле стойки разбился стакан, и бармен раздражённо рявкнул что-то в сторону пьяного посетителя. Воздух окончательно пропитался дымом и алкоголем. Юнги как раз машинально потянулся за своим стаканом с виски, когда услышал за спиной знакомый по интонации голос: — О-о-о, ну конечно. Стоило мне заскучать дома, как я сразу понял, где искать местных дегенератов. Мёнсу тут же громко заржал. — Оооо, Хосок! Чихван резко обернулся и широко ухмыльнулся. — Да ладно, какие люди! Он сразу хлопнул подошедшего альфу по спине. Тот только фыркнул и легко стряхнул снег с плеч куртки. Юнги почти незаметно напрягся, внимательно разглядывая нового человека. Хосок выглядел… не так. Не как остальные здесь. На нём была обычная тёмная куртка без логотипов, чёрная толстовка, серые свободные брюки и тяжёлые ботинки. Просто. Без попытки выглядеть богаче или опаснее. Но при этом в нём всё равно чувствовалось что-то собранное. Уверенное. Высокий. Подтянутый. Тёмные волосы слегка влажные от снега и небрежно зачёсаны назад. На запястье блеснули дорогие часы — единственная действительно заметная вещь. И улыбка. Слишком лёгкая. Слишком открытая для такого места. — Я смотрю, вы без меня совсем скатились, — протянул Хосок, оглядывая стол. — Чихван, ты всё ещё играешь как слепой пенсионер? — Да пошёл ты, — заржал тот. — Не, серьёзно. Мне скучно стало, думаю — дай заеду посмотреть, живы ли эти идиоты вообще. — Ага, а сам небось опять деньги с кого-то стрясал, — хмыкнул второй альфа. — Конечно. А что ещё красивому человеку делать по вечерам? Мёнсу снова заржал так громко, что люди за соседним столом обернулись. Хосок двигался легко. Будто вообще не принадлежал этому душному прокуренному бару. Он бросил короткий взгляд на Юнги — быстрый, цепкий — и тут же снова перевёл внимание на остальных. Но этого короткого взгляда Юнги хватило, чтобы внутри неприятно кольнуло. Слишком внимательный. Не пьяный. Не тупой. И явно не такой простой, каким хотел казаться. — О, а это кто? — Хосок всё-таки кивнул в сторону Юнги. Чихван тут же довольно ухмыльнулся. — Хаён. — Красивое имя, — легко бросил Хосок. Юнги привычно изобразил лёгкое смущение и чуть улыбнулся. — Спасибо. — Смотри-ка, вежливый, — протянул Хосок. — Чихван, ты где такого нашёл? Обычно к тебе только психи липнут. — Завидуй молча. — Да кому ты нужен. Разговор между ними звучал легко, почти по-дружески. С постоянными подколами, без настоящей агрессии. Было видно: знакомы давно. Чихван уже сунул Хосоку запасной кий. — Всё, давай играть. Сейчас я тебя размажу. — Ты? Меня? — Хосок аж рассмеялся. — Чихван-а, не позорься при омегах. — Вот сейчас и посмотрим. Юнги молча наблюдал. Хосок встал у стола, закатал рукава толстовки до локтей и лениво наклонился над сукном, примеряясь к удару. Движения были спокойными. Точными. Шар с сухим стуком ушёл прямо в лузу. — Да ладно, — простонал Чихван. — Ой, не начинай ныть раньше времени. — Ты опять мухлюешь. — Конечно. Я же великий криминальный гений. Мёнсу прыснул со смеху и ткнул Чихвана кулаком в плечо. — Да поддайся ты ему, а то Хосок сейчас обидится и тебя по деталям разберёт. Потом ещё по пакетам расфасует. В голове Юнги почти сразу вспыхнула короткая мысль: Вот это уже интересно. Он не изменился в лице. Всё так же стоял рядом со столом со стаканом в руках, всё так же улыбался на очередную идиотскую шутку Чихвана. Но внутри внимание резко обострилось. «Разберёт по деталям. По пакетам расфасует». Такими фразами просто так не бросаются. Юнги слишком хорошо знал, как работают подобные группировки. Омег, которые не подходили для борделей или перепродажи, часто использовали иначе. Особенно тех, кто видел лишнее. Или тех, кого невыгодно было оставлять в живых. Органы. Подпольные операции. Частные клиники. Нелегальные трансплантации. Юнги раньше сталкивался с подобным только через форумы и закрытые сливы, но даже этого хватило, чтобы понимать: за такими схемами всегда стояли врачи. И теперь Хосок внезапно начал выглядеть совсем иначе. Не как очередной весёлый альфа из бара. Не как рубаха-парень с дурацкими шутками. А как человек, который слишком хорошо умеет притворяться безопасным. Омега медленно сделал глоток дешёвого виски, наблюдая за тем, как Хосок снова спокойно забивает шар в лузу. Точный удар. Абсолютно ровная рука. Интересно. Очень. Если омегу куда-то продавали, его всегда осматривал врач. Проверял инфекции. Состояние. Следы препаратов. Всё, что влияло на цену. И Хосок вполне мог быть именно таким врачом. Юнги почувствовал, как внутри начинает медленно складываться ещё одна цепочка. Тэхен. Если его действительно пытались продать… если он проходил через руки этой группировки… Хосок мог его видеть. Мысли резко оборвал голос рядом: — Пойдём выпьем ещё чего-нибудь. Юнги повернул голову. Джэён лениво кивнул в сторону бара, поправляя сползающий рукав сетчатой кофты. — А то я сейчас окончательно сдохну от их рож. Юнги тихо усмехнулся. — Пошли. Они отошли от бильярдного стола вместе. Музыка возле бара гремела сильнее, басами отдавая куда-то под рёбра. Бармен устало протирал стаканы, почти не глядя на посетителей. В воздухе висел тяжёлый запах алкоголя, сигарет и дешёвого сладкого парфюма. Джэён заказал себе что-то ярко-розовое с кучей льда. Юнги — ещё один коктейль, просто ткнув пальцем в меню, даже не читая название. Пока бармен смешивал напитки, они оба машинально посмотрели в сторону бильярдных столов. Чихван что-то громко орал. Мёнсу ржал. А Хосок стоял чуть в стороне, прокручивая кий в пальцах с ленивой улыбкой, будто всё происходящее его откровенно забавляло. Слишком спокойный. Юнги чуть прищурился. — Слушай, — как бы между делом протянул он, — а что значила эта фраза… ну… про пакеты? Джэён замер буквально на секунду. Очень короткую. Но Юнги заметил. Омега тут же сделал слишком большой глоток коктейля через трубочку и отвёл взгляд. — Да так. — Не-е, серьёзно, — мягко улыбнулся Юнги. — Я даже не понял, это шутка была или что. Джэён тихо хмыкнул. Но как-то натянуто. — То и значило. Юнги повернул к нему голову чуть внимательнее. Джэён явно не хотел продолжать эту тему. Вообще. Он нервно постукивал ногтями по стакану, постоянно поглядывал в сторону Хосока и будто старался говорить максимально небрежно. Слишком старался. — Ты его боишься? — почти шутливо спросил Юнги. — Я? — Джэён быстро усмехнулся. — Боже упаси. Просто… Хосок немного ебанутый. Сказано было легко. С улыбкой. Но в голосе всё равно что-то мелькнуло. Напряжение. Очень настоящее. И именно это Юнги заметил сразу. Потому что весь остальной вечер Джэён вёл себя расслабленно. Огрызался. Шутил. Закатывал глаза на альф. Но стоило разговору коснуться Хосока — омега будто невольно подобрался. Инстинктивно. Как человек, который уже видел что-то, чего видеть не стоило. Юнги медленно перевёл взгляд обратно на Хосока. Тот в этот момент снова улыбался Чихвану, лениво споря о чём-то, и выглядел абсолютно безобидно. Слишком безобидно. И это только усиливало подозрения Юнги. Джэён лениво спрыгнул со стула, допивая остатки коктейля. — Я щас вернусь. Если Чихван опять начнёт рассказывать, как в одиночку избил пятерых — не слушай. Он пиздит. — Эй! — донеслось от бильярдного стола. Джэён только заржал и скрылся в сторону туалетов. Юнги остался у барной стойки один. Он облокотился локтем о липковатую поверхность и машинально покрутил трубочку в стакане. Музыка гремела где-то сверху, люди вокруг смеялись, спорили, кто-то слишком громко флиртовал возле дальнего конца бара. А Юнги думал. О Хосоке. О том, насколько не вязался этот лёгкий образ с реакцией Джэёна. И о том, что в таких местах люди редко боятся без причины. Он как раз мысленно перебирал варианты, как аккуратно вывести разговор в нужную сторону, когда рядом неожиданно раздался голос: — Напомни-ка, как тебя зовут? Юнги повернул голову. Хосок стоял рядом, облокотившись плечом на стойку. Слишком близко — но не так навязчиво, как Чихван. В руках у него был стакан с виски и та самая лёгкая улыбка, из-за которой он выглядел почти безобидным. Почти. — Хаён, — мягко ответил Юнги. — Точно, — кивнул Хосок. — Красивое имя. Юнги чуть улыбнулся в ответ и отвёл взгляд, будто смущённо. Хосок подозвал бармена двумя пальцами. — И откуда такой красивый Хаён взялся? Вопрос прозвучал лениво. Будто просто ради разговора. Но Юнги слишком хорошо слышал подтекст. — Из Сувона, — спокойно соврал он, даже не запнувшись. — Мм. А здесь давно? — Пару месяцев. — Один живёшь? Юнги тихо усмехнулся. — Это уже допрос? Хосок тоже рассмеялся. — Да ладно тебе. Просто интересно. Чихван обычно цепляет кого попало, а ты вроде… нормальный. «Спасибо, какая честь». Но вслух Юнги только пожал плечами. — Я не очень люблю шумные места. Сегодня случайно сюда попал. — И сразу на Чихвана нарвался. Не повезло. — Мне кажется, он милый. Хосок посмотрел на него с короткой усмешкой. — О-о-о. Всё понятно. Юнги опустил взгляд в стакан, продолжая играть роль чуть наивного омеги, которому неловко обсуждать понравившегося альфу. Хосок тем временем сделал глоток виски и как будто между делом спросил: — Работаешь где-нибудь? Юнги внутренне усмехнулся. Слишком аккуратно. — Иногда рисую на заказ, — спокойно ответил он. — Но в основном дома сижу. — Художник, значит? — Типа того. — А выглядишь как студент. — Это комплимент? — Скорее удивление. Юнги тихо рассмеялся. Разговор внешне оставался абсолютно лёгким, почти флиртующим. Но Юнги чувствовал: Хосок прощупывает его. Очень осторожно. Без давления. Будто просто собирает детали. И это делало альфу ещё интереснее. — А ты? — мягко спросил Юнги. — Ты чем занимаешься? Вот тут Хосок впервые чуть заметнее улыбнулся. — Всем понемногу. — Очень загадочно. — Так интереснее жить. Юнги уже собирался ответить что-то ещё, когда краем глаза заметил возвращающегося Джэёна. Тот шёл быстро, сунув руки в карманы короткой куртки, и явно сразу понял, кто именно стоит рядом с Юнги. Хосок тоже заметил его мгновенно. — О, живой, — бросил он легко. — А я уж подумал, ты в унитазе утонул. Джэён закатил глаза и снова уселся на стул рядом. — Мечтай. — Ты чего такой кислый весь вечер? — продолжил Хосок, отпивая виски. — Опять жизнь тяжёлая? — А у меня есть причины веселиться? — Есть. Ты пока ещё жив. — Какая мотивационная речь. Хосок тихо хмыкнул. — Не груби старшим. — Да пошёл ты. Сказано было резко. Но слишком быстро. Будто Джэён хотел закончить разговор ещё до того, как он начнётся. И Юнги снова заметил это. Напряжение. Едва уловимое. Но настоящее. Ночной воздух на улице оказался сырым и колючим. Старый бар прятался в полуподвальном помещении, и наружу вёл узкий лестничный пролёт с облупившимися перилами и мигающей вывеской над дверью. Запах дешёвого алкоголя, сигарет и пролитого пива тянулся даже сюда, на улицу. Чихван спускался первым, тяжело цепляясь рукой за стену. Его заметно шатало. Куртка была расстёгнута, тёмная футболка под ней перекрутилась, а взгляд окончательно поплыл. Он громко хохотнул чему-то своему и едва не промахнулся мимо ступеньки. — Блять… — протянул альфа, хватаясь за перила. — Да кто вообще строит такие лестницы… Юнги шёл чуть позади, уже мысленно отсчитывая момент. Всё складывалось слишком удачно. Даже проще, чем он рассчитывал. Хосок спускался последним — спокойно, уверенно, будто вообще не пил. Только слегка расстёгнутый ворот толстовки и чуть расслабленный взгляд выдавали, что вечер всё-таки не прошёл мимо него. Именно в этот момент Юнги резко оступился. — Ай! Он схватился за перила и тут же сдавленно выдохнул: — Моя нога… Чихван дёрнулся так резко, что сам чуть не полетел вниз. — Чё?! Хаён?! — Подожди… — Юнги поморщился, опуская голову. — Больно… — Да ебать… ты как так? Сильно?! А вот Хосок отреагировал совсем иначе. Без паники. Без суеты. Он быстро оказался рядом, придержал Юнги под локоть и спокойно сказал: — Тихо. Не дёргайся. Тон сразу изменился. Уже не тот расслабленный «рубаха-парень» из бара. Собраннее. Чётче. Хосок присел чуть ниже, мельком посмотрел на ногу Юнги и нахмурился. — Здесь нихрена не видно. Может просто подвернул. Чихван шумно выдохнул и провёл ладонью по лицу. — Надо в больничку… наверное… — В какую ещё больничку? — тут же перебил Хосок. — Ночь почти. Пока доедете, пока оформление… Да и выглядит не критично. Он поднял взгляд на Юнги. — Ходить можешь? Юнги осторожно попытался перенести вес и тут же тихо зашипел сквозь зубы. — Не очень… — Вот и всё. — Хосок спокойно поднялся. — Поехали ко мне. У меня дома аптечка есть, лёд, мази. Осмотрю нормально при свете. Чихван пьяно нахмурился, явно пытаясь сообразить хоть что-то. — А… да… ну… логично… — Конечно логично, — хмыкнул Хосок. — Ты сейчас сам еле стоишь. Чихван обиженно фыркнул: — Да нормально я стою. И тут же едва не врезался плечом в стену. Такси Чихвану вызвали почти насильно. Альфа ещё пару минут пытался геройствовать и доказывать, что «сам довезёт Хаёна», но в итоге позволил усадить себя в машину. Уже внутри он продолжал что-то бормотать: — Хаён… ты это… напиши потом… ладно?.. — Конечно, — мягко ответил Юнги с той самой неловкой улыбкой, которую весь вечер старательно изображал. Чихван довольно расплылся: — Хороший ты… Дверь захлопнулась. Такси уехало. И улица сразу стала заметно тише. На пару секунд остались только Юнги, Хосок и холодный влажный ветер. Альфа сунул руки в карманы толстовки и посмотрел на него чуть внимательнее. — Ну что, пострадавший. Идти сможешь? — Постараюсь, — тихо ответил Юнги. Машину они вызвали быстро. Пока ждали, Хосок стоял рядом удивительно спокойно — будто вообще не чувствовал необходимости заполнять тишину разговорами. Только иногда бросал короткие взгляды на Юнги. Не липкие. Не откровенные. Скорее оценивающие. Это Юнги тоже отметил. Доехали действительно быстро. Район оказался тихим. Старые дома вперемешку с новыми многоэтажками, круглосуточный магазин на углу, редкие машины, мокрый асфальт, блестящий после недавнего снега. Ничего особенного. И именно это настораживало сильнее. Хосок расплатился за такси первым и помог Юнги выбраться наружу, придерживая за талию неожиданно уверенно и крепко. Ладонь у него была тёплая даже через ткань одежды. — Осторожно, — спокойно сказал он. — Не геройствуй. Юнги послушно опёрся на него чуть сильнее, чем было нужно. А сам в это время внимательно смотрел по сторонам. Дома. Камеры. Двор. Окна. Маршрут отхода. Привычка. Хосок открыл дверь дома м ключом и чуть подтолкнул его внутрь. — Ещё немного. Юнги поднял взгляд на тёмные окна дома и подумал: так вот ты где обитаешь, добрый доктор.